Глава 4

— Ну все, я вас оставляю, — сказал Олег Валентинович после того, как представил меня коллективу, — Хорошего дня.

— И вам, — отозвалась я.

Новые коллеги сразу стали расходиться кто куда и я поняла, что не знаю, куда следует идти мне.

— Что растерялась, идем! — сказал мне фельдшер, с которым мы будем в одной бригаде и имени которого я не запомнила.

Новых лиц и новых имен оказалось столько, что я просто не смогла запомнить как кого зовут и это вызывало дополнительный дискомфорт и растерянность.

— Мы тут все на “ты” если что. Без отчеств и формальностей, — продолжал говорить мужчина.

Он был примерно моим ровесником. Очень высокий и худощавый, лысый, с густой светло-русой бородой и подчеркнутым пренебрежением в карих глазах, которые смотрели на меня сверху-вниз.

Я кивнула.

— Где работала раньше?

— В двенадцатой.

— У-у, а ушла чего?

— По семейным обстоятельствам, — уклончиво ответила я.

Откровенничать с этим мужчиной я уж точно не собиралась. То, как сильно я ему не нравлюсь неизвестно почему явственно ощущалось и я не хотела это усугублять, помня о реакции главврача на свое прошлое.

— Дети есть?

— Нет.

— А муж?

— Зачем ты об этом спрашиваешь?

— Хочу понимать, грозят ли декреты, больничные, садики, форс-мажоры…

— Не грозят, не волнуйся.

— Вот и ладушки. Смотри, здесь наша комната отдыха, — открыл мне одну из дверей.

Внутри были большой диван, журнальный столик и небольшая кухня со всем необходимым для перекусов.

— Здесь раздевалки, — указал на пару дверей с мужской и женской фигурками. — Форму тебе выдали, давай-ка переодевайся, смена скоро начнется.

Я юркнула в раздевалку и принялась торопливо переодеваться. Форма с времен моей работы лишь немного изменилась, а потому, когда я закончила, внутри возникло странное чувство, словно бы не было всех этих лет. Жаль, что это было не так. Я бы тогда не потеряла напрасно время, не отдала по собственной глупости годы не тому мужчине и не осталась бы сейчас с одним только разбитым сердцем.

Приказав себе перестать жалеть себя, я сложила “гражданскую” одежду в шкафчик и вышла из раздевалки.

— У нас вызов, — тут же сказал мой фельдшер.

Черт, ну и как мне узнать его имя, чтоб осторожненько, а? Стыдобище не запомнить имени того, с кем будешь работать в одной бригаде.

Мы двинулись к выходу. По дороге я увидела главврача. Он шел навстречу, разговаривая по телефону. Заметив меня, отодвинул смартфон от уха и, приветливо улыбнувшись, поздоровался.

— Добро пожаловать в команду, Елена Владиславовна!

— Благодарю, — опешила от перемены его настроения я.

Интересно, что это так на него повлияло? А, впрочем, неважно. Главное, чтоб и дальше так было. Мне и так предстоит ко многому привыкнуть и многому научиться и последнее, что нужно, это предубежденное отношение руководства.

— Успела подружиться с начальством? — хмыкнул фельдшер.

— В смысле?

— Ну, наш Демьян Ильич так рад был тебя видеть…

— Я его второй раз в жизни вижу и не понимаю, о чем ты говоришь.

— Ну-ну.

Я внутренне ощерилась. Что он имеет ввиду? Неужели думает, что я любовница главврача? Не глупо ли…

— О, Санек, смотрю тебя можно поздравить, — сказал водитель кареты скорой помощи, к которой мы направлялись, — Бригада укомплектована еще и какой красотой. Я — Петр Сергеевич, можно просто Сергеич, а вы?

— А я — просто Лена, — с улыбкой сказала я, забираясь на переднее сиденье.

— Очень-очень приятно, — добродушно улыбнулся он в густые усы.

Невысокий, с выдающимся брюшком и открытой улыбкой на круглом лице, Петр Сергеевич как-то сразу располагал к себе.

— Держи, — отдал мне телефон Саша, — теперь у тебя будет. Программа, куда вызовы приходят, открыта. Там все интуитивно понятно, думаю, сама разберешься.

— Спасибо, — я уставилась на дисплей.

Да, в целом ничего особо сложного нет. И это хорошо. Я поняла, что последнее, чего хотела бы — это просить помощи у Саши. Мелькнула мысль, может быть я себя накручиваю насчет его негатива в свой адрес? Все слишком на свой счет воспринимаю, а мужчина вообще ничего такого не умеет ввиду? Кто знает…

Судя по описанию вызова, почечная колика и женщины тридцати пяти лет. Будет легко, раз плюнуть… Мозг уже генерировал необходимые обследования и назначения и это придавало уверенности, снижало тревогу.

Через пятнадцать минут, Сергеич заехал во двор девятиэтажного дома и остановился у парадного.

— В общем, там нужно будет провести пальпацию органов брюшной полости…

— Саша, спасибо тебе большое, но я знаю, что делать. Если будут какие-то сомнения, то обязательно попрошу твоей помощи, — перебила я.

— Хорошо-хорошо, — хмыкнул он.

Накручиваю, ага? Вот за что он так? Еще ведь не видел меня в работе…

Мы позвонили в домофон, потом поднялись на нужный этаж. У дверей квартиры мне стало не по себе. Я так давно не работала. Что, если не справлюсь? Может быть зря не выслушала советы фельдшера? А теперь он, судя по выражению лица, в жизни не подскажет…

Дверь квартиры открылась и на пороге мы увидели перепуганную девочку-подростка лет четырнадцати.

— Здравствуйте…. Проходите, пожалуйста, сюда, — нервно затараторила она, провожая нас в спальню.

Там на кровати в позе эмбриона лежала молодая женщина.

— Добрый день! Когда начались симптомы?

— Добрый… Вечером… Я и ванну приняла уже и “Ношпу” выпила. А становится только хуже, — простонала женщина. — У меня и раньше было такое. У меня камни в почках. Но чтоб так… И температура подскочила до тридцати девяти…

— Нужно было сразу вызвать “скорую” и не терпеть, — сказала я, — Давайте я вам помогу, нужно привстать…

Посадив пациентку, я принялась постукивать по ее спине. Никакой реакции. Пиелонефрит при такой симптоматике маловероятен. Будь это он, ей было бы больно, а так…

— Лягте на спину, — сказала я и начала пальпировать живот.

Напряжение брюшной стенки. А что, если… Нажав справа снизу, я резко убрала руку.

— Ой-ой, тут очень больно…

— Сухость во рту? Тошнота?

Женщина, зажмурившись, закивала головой.

— Это не камень и не пиелонефрит, это аппендицит, — сказала я, — Собираемся в больницу, нужна будет операция.

— Ой, нет, только не это. У меня завтра квартальный отчет. Может вы мне просто что-то уколете…

— Если вам в срочном порядке не сделать операцию, то аппендикс разорвется и вы отправитесь в реанимацию. Хотите?

Женщина испуганно замотала головой. Стоящая за моей спиной девочка расплакалась.

— Мы отвезем твою маму в больницу, там ей сделают операцию и все будет хорошо, — сказала я ей.

Женщина тем временем принялась звонить мужу. Потом говорить дочке, что собирать. Я связалась с больницей, уточнила детали… И вот, минут через десять мы проводили ее в машину и двинулись на операцию.

Глядя как за окном проносится оживленная улица и слушая вполуха, как пациентка говорит по телефону с мужем, я ловила множество чувств. Волнение, гордость, радостное понимание того, что благодаря мне эта женщина — чья-то дочь, жена и мать — будет жить дальше… Забытых, вдохновляющих, наполняющих до краев. В комплект к ним шла тревога, что я ошиблась. Что облажалась…

Но вот в больнице подтвердили мой диагноз и я выдохнула с облегчением. Поймала взгляд Саши. В нем было удивление и малая толика раздражения. Я слегка изогнула бровь, мол, не ожидал, да?

Он лишь фыркнул и отвернулся.

— Ну, что, с первым вызовом тебя, Лен, — подхватила меня под руку миловидная фигуристая блондинка примерно моего возраста.

— Спасибо…

— Меня Анжела зовут, — улыбнулась она, — Я — старшая медсестра. Знаю, в первый день вокруг миллион лиц и ты ни черта не запомнила, как кого зовут.

Я едва удержалась, чтоб не обнять ее.

— Идем, чайку попьем, — сказала Анжела, — А то перерывы, знаешь, штука нестабильная. Надо ловить.

— Какого чайку? — влез Саша, — А если вызов?

— Ну, а если вызов, то тут два шага, — отозвалась она, — Не будь таким душным.

И потащила меня в свой кабинет.

— Не обращай на него внимания, ладно. Он — женоненавистник. А теперь ему придется, выходит, как раз под началом женщины и работать, — хихикнула она. — К-карма. А так мы здесь, если что, все нормальные ребята, дружные и приветливые. Ты с сахаром или без?

— Без. Спасибо…

— Да не за что, — сказала она и в этот момент пришло оповещение на мой телефон.

— Вызов.

— Санька наколдовал, отвечаю. Ну, ничего, вернетесь — заходи в любое время.

— Спасибо большое. Я тоже буду рада пообщаться, — искренне сказала я и вышла за дверь.

На душе потеплело. Было приятно встретить такую приветливость и открытость к общению особенно в сравнении с тем, как отнесся ко мне напарник. Это придало дополнительной уверенности и оптимизма перед будущим.