14

Вызываю такси и говорю адрес нотариуса. Быстро доехав, прошу таксиста меня подождать, пока оформляю доверенность и отправляю ее через внутреннюю сеть нотариусу в Калугу. Теперь остается уговорить Славу забрать доверенность и написать от своего и моего имени заявления.

Сажусь обратно в такси и называю адрес офиса Артёма. По пути звоню юристу и прошу дальше разбираться самому.

Серый город мчится за окном, а сердце стучит так громко, что, кажется, его слышит даже водитель.

Я собираюсь восстановить все, что разрушила одним «нет». Воспоминания о нашей проведенной неделе вместе то и дело мелькают в голове — его улыбка, тихий смех, подтрунивания, удовольствие на лице, когда ел приготовленную мною еду и мгновения, когда мир казался полным.

Каждый поворот дороги приближает меня к нему, и с каждым мгновением я все больше нервничаю. Что скажу ему? Как он поведет себя в ответ?

Я вдыхаю свежий воздух, стараясь успокоить сердце, но оно бьется в ритме надежды. Выпрыгиваю из такси, не обращая внимания на дождь, который начинает накрапывать.

Дурацкий дождь. Как и в тот день, когда я узнала об измене Славы!

С диким волнением открываю дверь его офиса, сердце стучит в унисон с чувствами, которые нарастают в груди. У меня на губах уже готово признание. Тщательно переваривая его в голове, я все же прихожу к тем заветным словам, после которых он вряд ли сможет меня выставить из офиса, как бы зол не был.

На ресепшене спрашиваю, где находится кабинет генерального и получив ответ, еду на лифте на пятнадцатый этаж. Выходя, оглядываюсь и… вижу его.

Стопорюсь мгновенно.

Он сидит за столом с лёгкой улыбкой. Ему весело, а мой мир будто замирает, потому что рядом с ним стоит очень красивая фигуристка девушка. Ее смех полностью заполняет пространство, а рука с острыми ноготками медленно ползет вверх по бедру Артема, достигая почти середины брюк. Я стою сбоку, поэтому отчетливо все вижу. Желчь подступает к горлу, и я отворачиваюсь.

Мои предвкушение и радость сгорают в огне предательства. "Неужели и он?" — мысли кружатся в голове, как ястребы, готовые схватить жертву. Я чувствую, как холодная волна бессилия накрывает меня, и сознание туманится, теряя все краски.

Я будто потеряла все ориентиры, мир вокруг становится серым и невыносимым.

Я пришла сюда, чтобы сказать ему, как важен для меня, а увидела это…

Идиотка. А ведь все прекрасно понимала. Что он мужчина, что ему необходим секс. И если не со мной, так с кучей других женщин, готовых быть с таким мужчиной, как он.

Дура. Наверное поэтому мне и изменяют.

Словно в тумане, я спотыкаюсь на выходе, стараясь не показать другим, как меня трясёт от эмоций. Выхожу из офиса, не оглядываясь, и чувствую, как слёзы наворачиваются на глаза.

Вместо прощения и сближерия — тьма и одиночество. Я просто бегу, не позволяя себе остановиться, словно если сбегу от этого момента, смогу не чувствовать боли. А когда силы и слезы заканчиваются, достаю последние деньги и вызываю такси.

Машина подъезжает быстро. Через пару минут я уже сижу, скрутившись в калачик на заднем сидении, мечтая уснуть и прекратить эту пытку. Ощущение дежавю лупит по шатким нервам.

— Вам куда? — спрашивает таксист.

— В Калугу.

Телефон звонит от пришедшего сообщения. Это от юриста:

«Примите мои поздравления, Камилла Олеговна, Вы свободны. Сегодня Вас с Вячеславом развели».

Слёзы катятся из глаз, и я истерически трясусь.

Кто бы мог подумать, что меня, разбитую и переехавшую в другой город, смогут раскромсать еще больше, чем я уже была. И как жаль, что я позволила этому случиться.

Сижу в своем кабинете злой и из-за работы, и за утреннего «завтрака». Что у неё в голове вообще? Продинамить, чтобы потом снова пытаться сблизиться. Это что, фетиш такой?

Не стал идти у неё на поводу. Завтрак, конечно, съел, но чистый прямой намёк зайти к ней перед уходом на работу специально проигнорил. Пусть решит для себя, что ей вообще нужно, потому что я уже на грани…

Смотрю на сидящую рядом со мной Свету и стискиваю челюсть. Она часто находит способ привлечь ко мне внимание, но сегодня её взгляды становятся всё более настойчивыми. Мысленно делаю себе пометку обязательно поговорить с ней об этом, потому что сейчас не могу.

Куча работы, с которой кроме неё никто не справится. Искать нового человека просто нет времени.

Не раз замечаю, как она наклоняется ко мне ближе, вываливая перед лицом грудь, ненавязчиво касается. Раньше я бы даже похвалил за столь незамысловатые намеки, сейчас же — раздражает.

Резко встаю со стула и выхожу в коридор. Мне срочно нужен кофе. Света тащится за мной, а я только и делаю, что думаю о Камилле. Механическими движениями наливаю себе черный эспрессо и сажусь за гостевой столик.

— Артем Владимирович, у вас всё хорошо? — прорывается сквозь создание вопрос. Перевожу на неё расфокусированный взгляд и сглатываю.

— Да, Свет. Давай на пару минут от работы отвлечемся, заебался. Ты лучше скажи, как Катюха? — интересуюсь ее дочерью, которую Света растит одна.

Тяжело, конечно, но она сама выбрала такую жизнь. Бросила бедного мужа, устроилась в элитный офис, надеясь сорвать куш и выйти за богатого.

Только вот я сразу ей сказал о моих границах. Но за секс все же платил. Жалко с одной стороны стало…

— Ты не поверишь, — переходит на неформальное общение, — вчера мне такое устроила. Говорит: «Мам, давай купим мне сестренку или братика!». Я говорю - Нет, Кать, они очень дорогие. И она такая: « Да? Ну тогда лучше сама роди, это бесплатно!»

Рассказ Светы реально немного веселит, заставляя разбавить атмосферу уныния. Но только до того момента, как замечаю ее ладонь, скользящую у меня между ног. В этот же момент краем глаза цепляю знакомую фигурку Камиллы. До того, как она успела отвернуться, успеваю заметить, как ее выразительные глаза наполняются недоумением и болью. Я вижу, как она сжимает губы в тонкую линию, и её лицо теряет всякое выражение. Это мгновение оказывается слишком тяжёлым, и, не дождавшись объяснений, она стремительно уходит.

— Может подумаем о совместном ребёнке? — слышу голос Светы и зверею окончательно.

Откидываю ее руку и смериваю презрительным взглядом.

— Тебе ботокс в голову ударил? Я тебе сколько раз говорил о наших отношениях? Я сколько раз предупреждал, чтобы ты не строила иллюзий? Я предлагал все закончить, если ты не в состоянии это выдержать!

— Я знаю, но может ты передумал…

— Свет, начни искать себе замену, пожалуйста, — говорю то, о чем давно уже думал.

Света морщится и отворачивается, боясь при мне расплакаться.

Чувствую себя ублюдком, но времени ее успокаивать совсем нет. Встаю и по пути набираю сотрудников ресепшена. Описываю визуал Камиллы и слышу неутешительное:

— Она заплаканная уехала на такси.

Всё внутри меня останавливается. Я понимаю, что эта ситуация может стоить мне человека, с которым впервые за долгое время я бы хотел никогда не расставаться.

Бросаю все дела и прыгаю в тачку. До дома доезжаю рекордно быстро. Захожу внутрь и бегло оглядываюсь: все вещи на месте, ее верхняя одежда, которую я дарил, висит на вешалке, а вот обуви… нет.

Все равно оббегаю дом, чтобы удостовериться.

Она уехала.

И это я все испортил. Давил на неё, а потом ещё это представление в офисе.

— Блять! — хватаю стоявший на кухонном столе стакан и швыряю его о стену.

Нервно хватаю воздух, делая резкие выдохи. Дыхание нифига не восстанавливается.

Что я о ней знаю вообще? Ровным счётом ничего! Кроме того, что она в Калуге жила.

Выбегаю на улицу и завожу машину. Плюю на все доводы разума о том, что даже если приеду в Калугу, не смогу ее найти.

Выруливаю из дома и набираю охране офиса.

— Посмотрите по камерам номер машины такси, на котором уехала моя гостья сегодня. Да. Спасибо. Пришлите сообщением.

Вырубаю трубку и разгоняюсь до незаконной скорости.

Если догнать ее — единственная возможность не потерять окончательно нашу связь, то я сделаю это.