15

Думала, по пути смогу расслабиться и уснуть, но тело предательски держит себя бодрым. Естественно, ведь сейчас обед.

Дождь не перестает лить, поэтому таксист, предупредив заранее о долгой дороге, едет медленно.

Как раз есть время подумать о том, как вообще жить дальше: чем заниматься, где жить, кем работать?

Думаю, переночую на даче, оставшейся мне от бабушки. Небольшой однокомнатный домик с кухней и ванной, но зато такой уютный. До сих пор благодарю себя за то, что в свое время не уступила Славе и не продала ее. Сейчас это единственное место, куда я вообще могу вернуться.

Едем очень долго. Кажется, даже темнеть начинает, когда я впервые начинаю узнавать знакомые места. Расплатившись с таксистом, выхожу на уличную сырость после дождя.

Открываю калитку и ощущаю, как пальцы дрожат от волнения. Сегодняшний день стал для меня настоящим испытанием. Никогда ещё не ощущала такой внутренней пустоты и не знаю, как справиться с болью, которую он причинил.

Делаю шаг внутрь, собираясь закрыть за собой калитку, как слышу шаги за спиной. Невольно замираю, перепугавшись до смерти. От этого становится ещё больнее: чувствовать себя такой одинокой, такой сладкой. Звук повторяется, и я пристальнее вглядываюсь в темноту.

Он делает шаг на освещенную фонарем территорию, а моё сердце взрывается от переизбытка бахнувшего в него адреналина.

Артем стоит напротив меня, сверля меня взглядом.

— Уходи, — с трудом произношу я, пытаясь, наконец, закрыть эту гребаную железяку, но он вырывает ее у меня из рук, распахивает дверцу и нагло толкается внутрь. Его рука ловко накрывает мою, а вторая уже тянет за талию.

И прежде чем я осознаю, что вообще происходит, он притягивает меня к себе и целует. Этот поцелуй отличается от тех, что были до этого. У этого поцелуя привкус отчаяния, боли и соленые капли, которыми я сама же его и напитала. Мой ум протестует, но тело помнит его прикосновения, и я всецело ощущаю, как противоречие разрывает меня на части.

Он отстраняется, смотрит мне в глаза, и я вижу в них такое неподдельное сожаление, что аж на смех пробирает. Зачем я целую его? Зачем мучаю себя ещё больше?!

Отворачиваюсь от него, но он удерживает, хватая за руку.

— Подожди, — его голос звучит хрипло, но при этом как-то… искренне. — Дай мне всё объяснить.

Я стою в полном смятении, чувствуя, как замирает время. Ненависть и влюбленность переплетаются внутри меня, и я всё еще не уверена, должна ли я слушать его или просто вычеркнуть из своей жизни.

– Ты все не так поняла, — говорит, а я ощущаю, как волнение проникает в каждую клеточку моего тела. — У нас были раньше отношения, но все закончилось. Она перешла границу в офисе, а я был слишком занят мыслями о тебе, чтобы вовремя спохватиться. Мне незачем врать тебе. Иначе зачем мне было ехать три часа за машиной твоего такси? Мне нужна ты. Полностью. Вся. Похуй на секс. Если ты не готова, я подожду, но я должен понимать, что ты тоже этого хочешь. Ответь мне сейчас. Я приму любой твой ответ, и если ты решишь, что ещё не время — я уеду, — говорит очень серьезно, а мне плакать хочется. Разреветься по полной, чтобы отрубиться и не вспоминать ни о чем.

— Поверь мне, — продолжает он, и я вижу в его глазах отражение того, что я сама чувствую: дикую симпатию, которую сложно скрыть.

И я верю. Ничего не отвечая, обвиваю его шею, позволяя теплым рукам скользнуть на талию и прижать крепче.

Он снова приближается и уже осторожно наклоняется, чтобы поцеловать меня. Этот поцелуй — не просто жест, это обещание, которое перекрывает все наши разногласия. Я отвечаю ему, отрешаясь от всего, что было до этого. Вопрос с разводом — лишь формальность, которая мешала мне внутренне быть с человеком, которого… люблю. И теперь, когда он решен, я в полной мере отдаюсь чувствам, зная, что я чиста перед своей совестью и перед Артемом.

Он обнимает меня крепче и, не отпуская, поднимает на руки. Я смеюсь от неожиданности, но он не дает долгой передышки и снова накрывает мой рот своим.

Заносит меня в дом прямиком в спальню. Укладывает на кровать, нависая сверху. Наши губы снова встречаются, но теперь уже с яростью, как будто мы пытаемся запомнить каждый миг. Я чувствую его руки, скользящие по моему телу, исследующие каждую линию. В наших движениях нет спешки, только нежность и стремление слиться воедино.