Глава 12

Диана

Следователь настырно тычет мне под нос свою филькину грамоту. Сцепив зубы и вдохнув поглубже, упираюсь руками в матрас и подтягиваюсь, чтобы сесть и не лежать перед этим продажным чиновником, как жертва, на которую можно спустить всех собак.

— Вы уже и показания успели накатать? — криво ухмыляюсь, стараясь продышать боль. Спина так горит, а перед глазами пляшут круги, что я готова позорно разреветься. Держусь на чистом упрямстве и остатках гордости. — Оперативно, однако.

— Все для вас, Диана Назаровна, — расплывается в хамоватой ухмылке, совершенно не замечая моего состояния. Щелкает ручкой и кладет ее поверх бумаг. — Подпишите вот здесь внизу и на следующей странице. И я оставлю вас в покое. А вы сможете спокойно заниматься своим здоровьем.

Пробегаюсь глазами по строчкам и прихожу в бешенство. Просто в дикую ярость.

— Вы меня совсем за дуру принимаете? Что за бред вы пытаетесь мне подсунуть?! Тут написано, что я переходила дорогу на красный, создала аварийную ситуацию и в итоге нанесла ущерб имуществу «потерпевшему» Носенко. А также вы прикладываете документы, что этому, прости Господи, гражданину пришлось обратиться с переломом носа в травмпункт, в связи с чем он понес ущерб в размере двадцати тысяч за прием врача и сто тысяч за временную нетрудоспособность.

— Совершенно верно, — скалится продажный служитель закона.

— Я не буду ничего подписывать, — швыряю Олегу Ивановичу бумаги в лицо. И ручку вдогонку. Она залетает ему прямо в лоб и падает на пол, закатываясь под мою койку. — Не встречала еще случаев, чтобы виновник происшествия лежал с травмой спины и временной невозможностью вернуться к прежней обыденной жизни, а «потерпевший» взыскивал с него баснословные суммы за травму носика, — делаю пальцами в воздухе кавычки, — и царапины на его дорогущей машины.

Следователь опасно сощуривается. Выдыхает, раздувая ноздри и медленно сминает лист бумаги в кулаке. Наклоняется вперед, упираясь кулаком в матрас. Заключает в ловушку и давит авторитетом.

— Я не пихаю, как вы выразились, Диана Назаровна, а советую. От чистого сердца. Если вы сейчас не подпишете, то потом проблем не оберетесь. Вы сами сказали, что вам нужно восстанавливать здоровье. Так подпишите и лечитесь! Иначе придется бегать по кабинетам, что-то доказывать…Оно вам надо?

— Надо! — рявкаю так, что Олег Иванович отшатывается. — Потому что что-то мне подсказывает, что ваш «потерпевший» Носенко был пьян, и поэтому он, чтобы избежать наказания, так активно пытается все вывернуть с ног на голову и купить. Только вот я не продаюсь.

— Продаетесь, — грязно усмехается «служитель закона». — Вопрос только в цене.

— Пошел. Вон!

Мужик нехотя поднимается на ноги. Нависает сверху, просверливая дыру у меня во лбу. Достает из кармана картонный прямоугольник и кладет на тумбочку.

— Вы мне чем-то понравились, Диана. Какой-то юношеский максимализм в ваши-то годы. Поэтому я все же оставлю вам шанс одуматься и принять верное решение. Здесь мой номер телефона, наберите, когда будете готовы подписать все документы.

Следователь уходит, а я начинаю буквально задыхаться от боли.

Как-то разом все наваливается: предательство мужа, его издевательства на пару с любовницей, авария и мое беспомощное состояние, еще и следователь, который пытается повесить все на меня, вместо того, чтобы разобраться и действовать по закону…

Все это давит, как каменная плита, и ломает меня. Мне становится себя так жалко.

Я начинаю всхлипывать, едва за Цыбиным захлопывается дверь. Просто роняю лицо в ладони и выплакиваю всю боль.