Эпилог
Диана
— Таким образом, ваша честь, — пытаюсь подвести итог своему выступлению. — ООО «МедЛайф» нарушили права моего доверителя…
Перед глазами резко темнеет. Покачиваюсь в сторону, но успеваю ухватиться руками за трибуну. Вадим мгновенно подскакивает на ноги. Я кожей чувствую исходящую от него тревогу. Сжимаю пальцами переносицу и часто дышу, чтобы унять тошноту, что подкатывает с самого утра. Вчерашние роллы, похоже, были несвежие. Надо будет обязательно оставить жалобу в Роспотребнадзор.
— Вам нехорошо? — обеспокоенно интересуется судья.
— Нет-нет, все в порядке…
— Лена, — судья обращается к секретарю, — подайте Диане Назаровне воды.
Секретарь судебного заседания наливает воды, подносит стакан. Тянусь за ним и…проваливаюсь в пустоту.
Когда открываю глаза, понимаю, что все участники судебного заседания собрались вокруг меня. На их лицах — напряжение и искреннее переживание.
— Диана, что? Где болит? — Вадим хмурится, всматриваясь в мое лицо. — Опять спина? Ты не ударялась?
— Нет, все в порядке, — бормочу, пытаясь сесть.
— Вы в обморок упали, — растерянно бормочет судья. — Когда в порядке, сознание не теряют на ровном месте.
— Простите, ваша честь. Сейчас я соберусь с мыслями, и можем продолжить заседание.
— Нет, Диана Назаровна, — по-доброму улыбается судья. — Я объявила перерыв. Вашу позицию мы услышали, все зафиксировали, не переживайте. В протоколе все будет отображено. Вы поправляйтесь, а на следующем заседании продолжим. Нет ничего важнее здоровья.
Золотые слова.
— Спасибо, ваша честь. И извините…
— Все в порядке. Всего доброго. О новой дате судебного заседания известим повесткой.
Вадим подхватывает мои вещи и выводит в коридор. Помогает одеться и, приобнимая меня за талию, выводит из здания суда к своей машине.
— Ты сможешь меня домой отвезти?
Друг молча открывает мне дверь и помогает сесть. Принимаю его молчание за согласие и откидываю голову на спинку кресла.
Может, действительно переутомление? В последнее время много судов навалилось. Не высыпаюсь толком, днем засыпаю на ходу. Может, попросить у Станислава Валентиновича пару отгулов? Уверена, он не откажет…
— Вадим, только Андрею ни слова, хорошо? Он и так после той травмы с ума сходит в вопросах моего здоровья.
И это не преувеличение.
Порой мы очень жарко спорим. Он чуть не потерял меня в тот раз и дико боится повторения, и поэтому любой, даже незначительный сбой моего здоровья — личный триггер моего доктора.
— Твой муж уже в курсе. Я сразу ему позвонил, — не спуская глаз с дороги, заявляет Вадим, — он уже едет с Минздрава и будет тебя ждать. Поэтому мы едем не домой, а в его клинику.
Тяжело вздыхаю, мысленно стону. Опускаю взгляд на свои ладони и покручиваю кольцо на безымянном пальце, с улыбкой погружаясь в воспоминания.
Я развелась с Гариком через неделю после выписки из больницы. Но свободной я была недолго. Буквально тридцать дней.
В день, когда я получила официальный статус свободной женщины, Андрей ждал меня на крыльце суда на одном колене с кольцом с бриллиантом.
— Выходи за меня? — не обращая внимания на случайных любопытных прохожих, мой доктор терпеливо ждет ответа.
— Я даже не знаю… Мне нужно подумать, — бормочу, едва сдерживая улыбку. На самом деле от такого неожиданного предложения мне хочется кричать от счастья на весь суд.
— Вообще-то я ради галочки спросил, — с озорной улыбкой заявляет этот наглец, поднимаясь на ноги. Уверенно надевает на мой палец кольцо. Переплетает наши пальцы и тянет за собой. — Поехали.
— Куда?!
— Заявление в ЗАГС подавать. Ты же свидетельство о разводе получила?
— Д-да…А мы не торопимся?
— Мы опаздываем, Диана! У меня на тебя большие планы. И они не терпят отлагательств.
Расписались мы ровно через месяц. На скромной церемонии присутствовал очень узкий круг гостей, и мы этим же вечером улетели на две недели к океану.
А вернувшись, Андрей прямо с аэропорта отвез меня сразу к себе в квартиру. Даже вещи не позволил с собой забрать.
— Я ценю твою свободу и независимость, но жить ты, моя дорогая жена, будешь на территории мужа. А что касается вещей, в новую жизнь ничего старого тащить не будем. Купим все, что захочешь!
* * *
Андрей и бригада врачей встречают нас прямо у центрального входа. Муж сбегает по ступенькам и, едва Вадим тормозит, распахивает дверь с моей стороны и ощупывает меня глазами и руками.
— Что случилось?
— Да ничего серьезного, — пытаюсь успокоить супруга и поглаживаю его по щеке. — Ты зря переполошился…
Но муж меня не слушает. Переводит требовательный и хмурый взгляд на друга.
— Она потеряла сознание прямо во время судебного заседания, — не моргнув глазом, докладывает этот предатель. — Кратковременно. Через десять секунд пришла в себя. Дезориентации не было, сразу начала говорить о работе.
— Ясно. Давайте каталку сюда, — выкрикивает муж, и тут же подлетает санитар с креслом.
— Андрей, я могу идти сама, — цежу, начиная раздражаться. — Зачем весь этот цирк?
— А если твоя старая травма дала о себе знать? Последствия могут быть куда серьезнее. Ты точно не почувствовала боли?
— Господи, — закатываю глаза, — в судебном зале было очень душно. Мне стало нехорошо только из-за этого!
— Вот сейчас и разберемся.
Андрей лично катит меня в клинику, где я только и успеваю улыбаться и здороваться с его сотрудниками. Надеюсь, они читают в моих глазах, как сильно мне жаль, что пришлось оторвать их всех от работы.
Мое обследование начинается с процедурного кабинета, где мне замеряют давление и берут кровь на все возможные показатели.
— Зоя, предупреди в лаборатории, что по цито, — коротко отдает указание большой босс. — Скажи, что это от меня лично.
Медсестра убегает, а меня катят по коридору клиники дальше. Невролог, хирург, травматолог — ортопед. И у всех, разумеется, по их профилю все хорошо. Мой позвоночник в отличном состоянии.
— Андрей Кириллович, — робко обращается медсестра к угрюмому шефу. Заметно, что она его побаивается. — На МРТ сейчас пациент, может, пока на УЗИ?
— Хорошо.
— Зачем на УЗИ? Зачем на МРТ? — уже я возмущаюсь. — Тебе же сказали, что у меня все хорошо!
— Так надо, — непреклонно отрезает муж. — Доведем твое комплексное обследование до конца. Я давно предлагал, но у тебя все времени не находилось. А сейчас придется. Потому что просто так в обмороки не падают, Диана.
Тяжело вздохнув, мне приходится безропотно подчиниться и позволить катить себя на УЗИ.
В кабинете нас встречает добродушная врач в возрасте.
— Добрый день, Диана Назаровна. Приятно наконец-то познакомиться с очаровательной супругой нашего босса. Меня зовут Ирина Леонидовна.
— И мне очень приятно.
— Проходите, ложитесь на кушетку. Сначала посмотрим щитовидку, молочные железы, органы брюшной полости и так далее. Что-то конкретно беспокоит?
— Меня — нет, — улыбаюсь, хитро поглядывая на Андрея. — А вот моего супруга…
— Понятно. Ох уж, эти мужчины…А уж если муж — врач, то дело — труба.
Ирина Леонидовна дотошно меня обследует, и, разумеется, все отлично. В чем я даже и не сомневалась!
— А вот, собственно, и причина, вашего обморока, — улыбается доктор, когда переходим на живот. — Так, отлично, отлично…Ого, вот это да!
— Что там? В чем причина? — выдыхает Андрей, сводя брови на переносице. Вот теперь и я начинаю волноваться. Приподнимаюсь на локтях и гипнотизирую датчик, как будто на нем может высветиться ответ.
— Одну секундочку.
Доктор откатывается к столу и открывает на ноутбуке какой-то документ и хмурится, проглядывая его.
— Так я и думала… В общем, «двойка» вам обоим, Куликовы.
— Не понял. Можно как-то конкретнее, Ирина Леонидовна?!
— Пожалуйста, — доктор выводит на экран на стене напротив черно-белую картинку. Андрей замирает, теряя дар речи. Во все глаза глядит на изображение. Перестает дышать и тяжело сглатывает.
В кабинете воцаряется тишина, разбавляемая сумасшедшим стуком моего сердца.
— Двойка вам, Андрей Кириллович, потому, что проморгали беременность у своей жены. А еще доктор с таким стажем! Уверена, при таких показателях крови звоночков было достаточно: сонливость, тошнота, быстрая утомляемость. А вам, Диана Назаровна, потому, что гемоглобин у вас низкий. Отсюда и головокружение, и обморок. В стационар вам надо. Тем более, с двойней нужно более тщательное наблюдение.
— С двойней? — выдыхаю сквозь слезы. Поворачиваю голову к мужу, и нервный смешок вырывается: уверена, у меня на лице застыло такое же идиотское и растерянное выражение.
Действительно, родители года!
— Да, вот же ваши детки, — Ирина Леонидовна с улыбкой показывает на две маленькие точки на экране. — Им уже семь недель.
— Этого не может быть…, - бормочу не в силах поверить. — Андрей, это невозможно…Врачи сказали, что я никогда не смогу…
— Плевать, что тебе говорили, — муж оставляет короткий поцелуй на губах. Соединяет наши лбы и бережно обнимает ладонями лицо. — Все будет хорошо! У нас все будет хорошо, я обещаю. У нас будут дети. Сразу двое маленьких. Потому что настоящая любовь может и не такое чудо сотворить.
Конец