Глава 26

Лиза с ужасом переводила взгляд с экрана на Адель.

– Вы её знаете, – она наморщила лоб.– Знали? Кто это?

– Наша бывшая домработница. Работала на Сергея, о котором я тебе говорила. Пыталась развести нас с Давидом.

Губы рыжухи дрожали. Взгляд метался по посуде на столе. Она не сразу осмелилась поднять голову. Зелёные глаза смотрели со страхом. Лиза нервно теребила салфетку, задавая вопрос:

– Это сделали люди Давида?

Адель поперхнулась кофе.

– Ты что? Давид никогда не воюет с женщинами!

Лиза выдохнула. Не хотелось разочаровываться в хорошем человеке.

– Простите. Но это всё настолько страшно, – она отвернулась от стойки бара не желая смотреть репортаж. – Простите! Я ужасная трусиха, а то, что пережила… – Лиза прикусила губу, замолчав на несколько секунд. – Меня сломали. Своей собственной тени теперь боюсь.

– Давид просил её уехать их города, дал денег. Предупредил, что Сергей не оставляет в живых свидетелей. Женщин в лучшем случае продаёт в элитный бордель.

– В бордель?– И без того большие глаза стали огромными.– Меня забрали за долги. Родители заняли деньги в агентстве под покупку недвижимости по очень выгодным условиям. Я не вникала в детали. Вовремя не смогли отдать. Долг перепродали. За мной пришли рано утром…– слёзы текли по красивому лицу. – А потом я узнала, что не одна такая.

Адель кивнула.

– Давид пытался разобраться, как ты оказалась в борделе. Вышли на это агентство. Зарегистрировано на подставных людей, но уже закрыто. Давид считает, что ним стоит Сергей. Выбирал в жертвы семьи с дочерями, едва достигшими совершеннолетия.

– Почему я? Как он мог знать, что Давид приедет в наш город и окажется в подпольном казино с борделем именно в это время?

Адель ухмыльнулась.

– Он злой гений. Стратег в долгую. Сначала создал условия, а после сделал вброс нам и в прессу с намёками. Давид, конечно, понял, кто стоит за попыткой разрушить бизнес и брак. Отправился в место, где все ответы. Сучара заставил тебя выкрасить волосы, – она наклонилась вперёд и проговорила шёпотом: – Знаешь, кого ты напомнила мужу? Тем утром была зарезана его бывшая. Рыжеволосая любовница, прятавшая негодяя долгое время в своём доме.

Лиза пропустила сквозь пальцы огненную прядь, с сожалением прошептав:

– Не знала, иначе давно вернула бы родной цвет.

Адель положила ладонь на дрожащую руку подопечной.

– Зачем? Вижу, ярко-рыжий тебе очень нравится. Ничего не бойся! Ты под нашей защитой и знаешь подонка в лицо.

Она хлебнула обжигающий кофе, смачивая пересохшее горло.

– Сергей обязательно выйдет на тебя. Будь готова и не поддайся его очарованию. Монстр с лицом ангела несёт смерть своим женщинам.

Адель не стала ломиться в кабинет к мужу. Встречам с партнёрами не стоит мешать.

Она смотрела за старательными действиями новой секретарши. Взрослая черноволосая женщина приятной наружности, но далеко не красавица, как предыдущая. Оставалось надеяться, что не западёт на Давида и не наделает косяков за испытательный срок.

– Адель Викторовна, приготовить вам кофе?

– Нет, я только что из кафе, – Адель с удивлением прислушивалась к громким голосам в кабинете мужа.– Оля, кто у Давида?

Та пожала обтянутыми чёрным пиджаком плечами.

– Не по записи. Давид Сергеевич предупредил о внеплановой встрече за пару минут. Двое мужчин.

– А название предприятия знаешь? Кого представляют эти люди?

– Они по звонку. Знаю, что издалека. Город рядом с Новосибирском. Давид Сергеевич сам встречал, спрашивал про погоду.

Адель качала головой. Тот самый случай, когда мысли материализуются. Со всеми событиями забыла спросить, чего он боялся, отправляясь на встречу в день нападения на Лизу. Почему прощался как в последний раз?

Аделина приложила холодные пальцы к заломившим болью вискам. Избалованная себялюбка. Кроме своих проблем ничего не видит! Что в кабинете кто-то из блатных, не сомневалась. Сгоревшие перед офисом машины дело рук Сергея или?..

Она подскочила не в силах сидеть на месте. Сделать звонок решила с лестничной площадки.

– Паша, в кабинете Давида шумно. Клиент из того городка под Новосибирском.

– Понял, сейчас поднимусь!

Аделина быстро вернулась в кабинет.

– Оля приготовь три кофе. Я сама подам, – она достала из бара коньяк и бокалы, нарезала лимон.

Мужчины замолчали, увидев на пороге миниатюрную красотку с подносом в руках. Адель пропела ангельским голоском:

– Давид Сергеевич, сделайте перерыв, – содержимое разноса быстро перекочевало на стол. – Всё как вы любите! – милая улыбка растянула пухлые губы.

Два мордоворота с лицами, не отягощёнными интеллектом в нелепо сидящих, явно новых костюмах, осклабились в подобии бульдожьей улыбки. Совершенно не уровень тех, с кем Давид обычно общался.

Один из блатных потянул носом.

– Вот это дело!– он с недовольством взглянул на Хеннесси. – А вискарь есть?

– Будет!– Адель направилась к выходу, спиной чувствуя липкие взгляды.

– Моя помощница.

Услышала она, закрывая дверь. Давид не захотел её представить женой, значит, не доверял этим двум, но Пашу не вызвал. Не боялся? Только она вздрагивала, услышав его громкий голос.

Паша появился через пару минут. Он забрал из рук виски.

– Сам отнесу, не отсвечивай! – Он кивнул на выход: – Ребята ждут за дверью. Забирай Лизу, и дуйте домой.

– Что-то серьёзное? – в карамельных глазах упрямство с требованием пояснить.

– Мелочь, но неприятная… – Здоровяк указал глазам на секретаря.– Можешь, не спрашивая, поверить и выполнить?

Сдаваться не хотелось.

– Давид…

Павел оборвал, не позволив наговорить лишнего при чужом человеке.

– Ты не заметила, что ему некогда? – складка пролегла между сдвинутых бровей.

Пришлось отступить. Пашу не раздобрить нытьём и влажными глазами, оставалось хоть что-то выторговать:

– Мы можем проехать в тир? Хочу научиться стрелять.

– Вот это дело. Главное, не торчать сегодня в офисе! – Паша отвечал на крутящиеся на языке вопросы: – Странно, что он принял их здесь.

Адель не раздумывая отправилась к Лизе. Ольга из коммерческого отдела совсем другая, чем секретарь Давида. С ней только грубо с напором.

–Я забираю Лизу!– она обратилась напрямую к начальнице девушки.– Пока стажируется, ставьте ей отработанные часы, – хотелось крикнуть в насупленное лицо: «Или сама отвечай за её безопасность!»

– Что происходит?– Лиза оглянулась на двух телохранителей, шагающих следом.

– Паша распорядился. Едем в тир, будем учиться стрелять, потом заскочим в одно место. Запишу тебя к тренеру по самообороне. Научит защищаться от таких козлов, как Эдик.

Лиза нервно хохотнула.

– Будете делать из меня супердевушку?

– Типа того.

В тире было весело.

Молодой симпатичный парень прижался к спине, удерживая вытянутые руки Адель в своих.

– Аделина, смотрите на мушку. Представьте, что она продолжение ваших рук.

Адель старательно выполняла указания, высунув кончик языка. Приятно вновь ощутить себя школьницей на уроке.

– Раздвиньте ноги, упритесь в пол, чтоб устоять при отдаче.

– Лапы убрал! Или сейчас раздвинешься передо мной!– грозный рык Давида сотряс воздух.

Адель обернулась. Сегодня бизнесмен повышал голос не только в кабинете.

Она улыбнулась уголками губ, догадавшись, что произошло в кабинете, стоило Павлу сказать, куда отправились их женщины. Хитрый ход помощника, отлично знающего характер друга.

Какие разборки, когда кто-то лапает его жену. Давид и войну, будь полководцем, отложит, лишь бы знать: его собственность неприкосновенна, как в надёжном сейфе!

– Дальше мы сами!– донеслось со стороны Лизы.

Паша тоже не любил делиться. Рыжик пока не знала, что нет шанса вырваться из его рук.

Давид заговорил привычным тихим голосом:

– Какой чёрт понёс тебя в тир прямо сегодня? Я говорил, что обучу сам!

– Ты был занят, – она отвечала спокойно, борясь с желанием рассмеяться. Это её он называет «бешеной»?

– А ты собралась на войну этим вечером?

По ночам Адель предпочитала воевать в постели. Этой ночью они сражались на славу.

– Нет, но очень хочу получить пистолет в сумочку, – с придыханием в голосе.

Давид качнул головой. Хочет – получит в машине, а пока…

– Ноги раздвинь! – прозвучало двусмысленно.

Адель выполнила, не споря. Команды повторяли услышанное ранее, но вызывали противоположные концентрации чувств.

– Руки вперёд, но не напрягай. Оружие – их продолжение…

Она чувствовала, как твёрдость, бо́льшая, чем пистолет в ладонях, упёрлась в попу. Голос Давида переходил в рычащий шёпот. Ухо горело.

– Сучка! Решила потереться о молодого?

Проявления ревности мужа были бесценны.

Сладко заныл низ живота. Бешеные бабочки рвались на свободу, долбясь в сосредоточение женственности.

Аделина прикусила губу, сдерживая стон. Не в тире бы им сейчас находиться, а в спальне. Она не представляла, насколько сексуальны занятия по стрельбе.

Адель пробормотала заплетающимся языком:

– А кто у нас не ревнивый?

Сильная рука опустилась вниз, задирая юбку, Ладонь жестом собственника легла на промежность, вызвав у Адель всхлип.

Горячий шёпот возбуждённого мужа:

– Потекла, шлюшка мелкая… – пальцы отодвинули полоску мокрых трусиков и протиснулись между набухших губ.– Горячая, влажная. Бери и натягивай…

Ноги Аделины дрожали. Она молчала, зная, как сильно возбуждает мужа покорность. Никакой мушки глаза с поволокой уже не видели. Горячая спираль предвкушения стянула живот. Соски тёрлись при каждом глубоком вздохе о кружево ставшего тесным бюстгальтера.

Он с наслаждением обнюхал и облизал пальцы. Нетерпеливый рык:

– На хуй стрельбы! Яйца трещат! – крепкая рука сжала узкую ладошку, потянув за собой. – Идём в машину или отдеру прямо здесь!

Кто бы возражал…