48

– Ну, говори уже, – нахмурился я.

Старался подготовиться морально, ведь понимал, что ничего хорошего от нее ждать не стоит, но то, что она сказала, выбило почву из-под ног…

– Это Ильяс.

– Что – Ильяс? – даже не понял я сперва.

– Заказчик – Ильяс, – пояснила она. – Твой отец.

– Гонишь! – вскипел я и даже встал из-за стола.

Она уставилась на меня во все глаза. И все в этом грёбаном ресторане уставились на психа-меня. Я сжал кулаки, шумно выдохнул и заставил себя собраться и сесть обратно на своё место. – Извините…

С секунду снова смотрел на Асию. Когда же этот поток дерьма на нашу семью с её стороны уже прекратится? Ну, где у неё там краник, перекрывающий этот поток?

Не верю ни единому слову.

Чтобы отец меня вот так бы продал, как барана на рынке?

Вот что мама на такое была способна – я ещё поверил бы.

Прости, мам. Об усопших так не говорят, конечно. Или хорошо – или никак.

Но реально, наша с Богданом матушка на многое способна была: интриги, сватовства, подбор нам с братом невест самостоятельно и травля выбранных невесток нами – всё это было. Но чтобы папа?

Да она просто бесится, что ничего у нее не вышло, и несет всякую дичь теперь, лишь бы задеть. Но с отцом, конечно, придётся теперь переговорить.

Не хотел я втягивать его в это, но видно, не обойтись без диалога.

Эта гадина втянула и его сюда, не пощадила больного подопечного, за которым столько лет ухаживала – мразь бессердечная. И теперь побеседовать с папой придётся, чтобы исключить мало вероятную версию его предательства.

Я по просто разговору глаза в глаза мигом пойму, причастен он или нет.

Конечно, нет, но проверить всё-таки придётся.

И соответственно, рассказать ему всю правду и истинную причину ухода от нас Алии.

Что ж…

Глянул на неё задумчиво.

Ты сама заварила эту кашу, дорогая родственница и кроткая овечка.

Бог видит – я не хотел трогать её и марать имя нашей общей с ней семьи и свои руки об них с Арсланом.

Но она прямо-таки напросилась.

Теперь я освещу это не весь белый свет.

От них отвернутся все другие родственники.

Двери многих уважаемых домой для них закроются, и они ещё горько пожалеют о своём поистине дьявольском плане.

Но… Сами себе они – злобные Буратины.

Сами виноваты во всём, и всё это – их рук дело.

Вот и пусть теперь отвечают перед всем нашим родом. По всей строгости наших традиций и законов.

– Ну-ка, поподробнее, – попросил я, расслабленно откидываясь на спинку стула. – Что конкретно хотел мой отец? За сколько он меня продал? Или он мне так добра желал? Рассказывай .

По всему выходило, что отец не взлюбил мою Милану также, как и когда-то мама. И решил найти мне достойную жену на замену глуповатой и хамоватой Миле. То есть, это были благие намерения. Но как всем известно – благими намерениями вымощена дорога в ад.

Рассказ Алии был довольно-таки логичным и правдоподобным, однако моё шестое чувство мне твердило, что девушка лжёт. Просто вредничает на прощание и хочет нас с отцом поссорить. Но я дослушал её до конца.

– А теперь послушай меня сюда, – склонился я ближе к ней и заглянул в её глаза. Чтобы и слышала меня, и слышала, и я её реакцию сразу считывал бы. – Сейчас ты берёшь свой чемодан и едешь с ним туда, откуда ты приехала. Я тебе от нашего дома отказываю.

– Я уже поняла, – вскинула она подбородок с вызовом. – Поняла, что ты выгоняешь меня. Ну и дурак ты, Ренат. Не ту ты выбрал. Я бы тебя любила, всё бы делала, как хочешь ты. Зачем тебе эта глупышка, которая только и может, что спорить и хамить?

Характер, харизма, индивидуальность, любовь, в конце концов, а она как известно, не за что-то, а вопреки – нет, не слышали.

Бедная, бедная Алия, которая никогда не знала настоящей любви и страсти.

Даже жаль её чисто по-человечески в этом смысле. Но, может быть, судьба ещё предоставит ей шанс полюбить взаимно, и полюбить не мечту, придуманный образ, а человека. И тогда она меня поймёт, почему я выбираю Милану.

– В том и разница между вами, – сказал я. – Милана не даст себя топтать. С ней интересно. А ты… Ты как служанка, Алия. Без обид. Но мне такой типаж женщин вот вообще никак не интересен. Ты меня с любимой пыталась разлучить, которая от меня ребёнка ждёт. И ничего не выиграла кроме того, что твой заговор был раскрыт и ты потеряла работу, уважение семьи и перед тобой закрылись двери нашего дома. И это только начало. Мне стыдно, что ты относишься к моей семье – не так у нас девушек воспитывают, ох, не так. Иди, Алия, молча. Иди. И не оборачивайся. Езжай к Арслану и попроси его оставить эту затею и меня в покое. Иначе разговор будет уже совсем другой. Ясно тебе?

– Ясно, – хмыкнула девушка, выходя из-за стола. – Чего ж тут неясного. Сам не пожалей.

Она схватила чемодан и вышла с ним на улицу. Ловить такси будет, наверное.

Впрочем, на её судьбу мне уже было абсолютно наплевать.

Я на всех парах помчался к отцу, с которым мне теперь предстоит не самый простой разговор…