Глава 41

Глава 41

— Да иду я, иду…. — кутаясь в халат, иду к двери.

Сегодня выходной. Дети ушли с ночевкой к друзьям, и я позволяю себе хандрить, лежа в кровати.

После разговора с Сашей прошло две недели, и… а я еще не подала на развод.

Мой юрист подготовил документы, и Саша не стал сопротивляться. Он согласился на все мои условия, но попросил повременить до тех пор, пока не разрешится вопрос с Аленой, которая прицепилась как банный лист, не оставляя нашу семью в покое.

Она попыталась давить на нас через то проклятое заявление на Лизу, но быстро успокоилась. Ко мне она больше не лезет, осаждая Ларина, впрочем как и Алекс, внезапно исчезнувший с радаров, что только подтверждает мысли насчет его злого умысла.

Но самое худшее, что Полякова добилась своего. Она разрушила нашу семью. Нас с Лариным больше нет. И я пытаюсь как-то это осознать, да только получается хреново.

Кто-то продолжает трезвонить в дверь, а я готова порвать того, кто лишает меня единственного законного выходного и возможности купаться целые сутки в жалости к себе.

Но когда я нажимаю кнопку видеофона, то шумно выдыхаю.

— Только не говори, что проезжала мимо, — смотрю на подругу, что держит в руках бутылку просекко и машет ею перед камерой.

— А вот и не угадала! Сегодня мы с тобой идем на закрытое мероприятие!

— Ну уж нет! — не собираюсь ей открывать.

— Открывай, или я все равно войду! — достает откуда-то ключи с брелоком с надписью “Очень странные дела”.

И мне хочется разозлиться на дочку, что дала ключи крестной, но не выходит.

— Черт с тобой! — запускаю ее в дом.

Оля влетает в прихожую, скидывает туфли, оглядывает меня с ног до головы.

— Так, подруга, — заявляет строго. — Хватит киснуть. Одевайся, наноси макияж, мы выходим через час.

— Оль, я не хочу никуда идти, — капризничаю, как маленькая.

— А кто тебя спрашивает? — она хватает меня за руку и тащит в спальню. — Ты две недели не вылезаешь из дома. Дети у друзей, а ты сидишь и жалеешь себя. Так нельзя.

— Можно, — упираюсь. — Я заслужила.

— Ты заслужила нормальную жизнь, а не это болото, — она открывает мой шкаф, начинает перебирать вешалки. — Так, это платье. Давай, надевай.

— Оно слишком открытое, — морщусь.

— В самый раз, — отрезает Оля. — Ты красивая женщина, Аня. И не тебе себя хоронить.

Я вздыхаю, но спор бесполезен. Оля упрямая, как танк.

Через час мы выходим из дома. На мне короткое черное платье, туфли на каблуках, легкий макияж. Волосы распущены. В зеркале вроде прежняя я и в то же время какая-то незнакомая мне женщина. Уставшая, но красивая.

— Вот так гораздо лучше, — довольно говорит Оля. — Поехали.

Мы садимся в такси. Оля называет адрес какого-то клуба в центре.

— Что за мероприятие? — лениво спрашиваю.

— Закрытая вечеринка. Благотворительный аукцион. Немного людей, хорошая музыка, дорогие закуски.

— Звучит скучно.

— Звучит так, что тебе надо развеяться, — она сжимает мою руку. — Аня, твоя жизнь не должна останавливаться. Ты не должна себя хоронить только потому, что не справилась с предательством.

Я молчу. Потому что она права.

В клубе действительно немного людей. Приглушенный свет, столики, сцена. Официанты разносят шампанское.

Мы садимся в углу, заказываем напитки. Оля рассказывает новые сплетни с работы, говорит о детях. Я слушаю вполуха.

А потом я вижу его.

Алекс стоит у бара, в темно-синем костюме, с бокалом в руке. Он смеется, говорит с какой-то девушкой. На его лице все еще видны следы синяков: под глазом желтизна, ссадина почти зажила, но заметна.

— Ань? — Оля прослеживает мой взгляд. — Это…

— Он, — киваю.

— Поехали отсюда, — тут же начинает собираться она.

— Нет, — останавливаю ее. — Я не буду от него бегать. Я ничего плохого не сделала.

— Аня…

— Все нормально, — сжимаю бокал. — Он меня не интересует.

В этот момент Алекс поднимает голову и смотрит прямо на меня. На его лице искреннее удивление. А потом губы изгибаются в нагловатой улыбке.

Мне становится некомфортно, когда он направляется к нам. Хочется сбежать. Но я выше этого. Пусть он сбегает, как крыса.

Алекс подходит к нам. Оля напрягается, а я сижу с каменным лицом.

— Анна, — кивает он. — Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Взаимно, — отвечаю холодно.

— Вы одни? — он переводит взгляд на Олю.

— С подругой, — отвечаю за нее. — И мы заняты.

— Понятно, — он не уходит. — Я хотел извиниться.

— За что?

— За то, что сказал твоему мужу про презентацию. За то, что наговорил лишнего. Я был зол.

— Это было подло, — поправляю. — Ты специально рассказал ему про фото и переписку, чтобы поссорить нас.

— Да, — он не отрицает. — Но я пожалел, потому что, — усмехается, — невозможно заставить любить, верно? — и сейчас в его глазах я вижу что-то глубокое.

— Зачем заставлять кого-то любить, если для тебя самого это всего лишь игра?

— Ты не права, — вздыхает он. — Я был готов на все, чтобы ты открыла глаза и увидела, с кем живешь. А потом рассмотрела меня.

— Ты сын моего мужа, Алекс.

— Анна… Может, попробуем еще раз?..

— Не звони мне больше, — говорю тихо. — Между нами ничего не может быть и никогда не будет.

Он смотрит на меня долгим взглядом, потом кивает.

— Как скажешь. Но, если что, у тебя есть мой номер.

Он разворачивается и уходит к бару, и только теперь Оля выдыхает.

— Ты молодец, — шепчет.

— Поехали, — беру ее за руку. — Правда, поехали. У меня есть идея получше о том, как развеяться.