Эпилог

Эпилог

Спустя четыре года

— У себя? — спрашиваю у Юры, нового ассистента моего мужа.

— Да, но у него встреча-а-а, — он поднимается из-за стола, наверное собираясь меня остановить.

— С кем? — смотрю на парня, находящегося в замешательстве.

— Там северяне, — говорит он с каким-то трепетом.

— Вот как? — смотрю на него удивленно, потому что совершенно забыла о том, что делегация еще не уехала. — И надолго это все?

— Не знаю. Он весь день под них выделил.

— Ясно, — говорю озадаченно. — Что ж… — мгновенно теряю запал. — Тогда я поехала.

Выхожу из кабинета мужа и сразу направляюсь на парковку, чувствуя какое-то разочарование.

В нашей жизни пропали сюрпризы, и моя попытка разнообразить ее вышла откровенно корявой.

Но теперь мне придется удивлять Сашу дома.

Потому что нам предстоит вечер наедине. Если, конечно, он не собирается проторчать со своими северянами до самой ночи.

На приборной панели появляется входящий звонок. И мое настроение мгновенно улучшается, когда я вижу имя сына.

— Привет, родной, — принимаю вызов.

— Мамуль, привет! Как у вас дела?

— В целом у нас все хорошо. А как вы там отдыхаете?

— Настя сгорела немного.

— Боже! Как так получилось?

— Мы забыли крем в номере.

— Бедная девочка! Нужно ее срочно намазать чем-то охлаждающим кожу. Возьмите в аптеке средство. Ну или хотя бы алоэ.

— Да, мам, сейчас с ней все в порядке. Не волнуйся. Мы уже намазались… — замолкает и прокашливается. — В остальном все очень круто, спасибо вам за подарок!

— Пожалуйста, родной! Наслаждайтесь! Настеньке привет!

Егор женился четыре дня назад на той самой девочке, которую любил со школы. И мы только отошли от свадебной суеты. Отправив молодых отдыхать, даже еще не успели войти в привычный ритм.

Саша два дня как вернулся в офис, а я только отошла от наплыва гостей. И сегодня у меня полностью свободный день. Потому что впервые за долгие годы мы с Сашей сегодня без детей и холостые.

Но когда паркуюсь у дома, понимаю, что Лиза никуда не уехала.

Что ж… Похоже, надежда на тихий вечер тает на глазах.

В нашем дворе припаркован мотоцикл ее парня, и мне хочется разрыдаться. Потому что я мечтала о романтическом вечере с мужем, против которого сговорился весь мир.

— Привет, мам! — Лиза вылетает из дома, сияя. На ней короткие шорты, легкая майка и кеды. Волосы собраны в высокий хвост. — Ты рано!

— А ты вроде собиралась на какой-то фестиваль? — бросаю взгляд ей за спину, как раз когда из дома с огромным рюкзаком выходит Матвей. — С девочками!

Сразу после свадьбы Егора Лиза и Матвей из-за чего-то разругались, и дочь планировала сбежать из города с подругами. Но похоже, что конфликт исчерпан.

— Здрасьте, тёть Ань! — сбегает по крыльцу вниз парень, прицепляя рюкзак к багажнику, которого я там не видела раньше.

— Планы изменились, — краснеет она. — Мы с ребятами на озеро собрались. На неделю.

— На неделю? Лиза, о таком надо предупреждать!

— Мам, ну я же взрослая, — она закатывает глаза. — Мне уже почти двадцать. Мы просто решили спонтанно насладиться последними недельками лета.

— Почти двадцать — это не двадцать, — ворчу я, но улыбаюсь. — Хотя ты права. Ты взрослая. Но предупреждать надо.

— Я предупредила папу! — парирует она. — Он сказал, что если ты не против, то можно.

— Он сказал? — я удивленно поднимаю бровь. — И когда же он успел?

— Сегодня… Пока ты отвозила Катюшу.

— Хитрый лис, — бормочу себе под нос. — Но ты ведь мне не сказала.

— Я не была уверена, — смущается она.

— Тёть Ань. Это я виноват, — Матвей подходит к Лизе, обнимая ее за талию. — Мне надоело, что она дуется. Приехал, когда вас не было…

— Молчи, — лупит его дочь.

— Ну и мы решили, что надо нам закрепить мир, — лукаво улыбается.

— Вы только не забывайте о том, что внуков от вас я буду ждать только после свадьбы.

— Ну, ма-а-ам! — краснеет дочь.

— И еще! Моя дочь не поедет за город на этой машине смерти! — киваю на байк Матвея.

Кстати, наш Мот и есть тот самым байкер, в которого Лиза влюбилась в тот период, когда мы с мужем едва не развелись. И спустя четыре года они все еще вместе. Правда их отношения не такие спокойные, как у старшего сына. Тут постоянно кипят итальянские страсти. Потому что наша Лиза — настоящий вулкан. Но Матвей научился гасить ее извержения, и порой предотвращать.

— Да я аккуратно!

— Вызовите такси! Или… — бросаю ключи от своей машины Моту. — Поезжайте на моей машине.

— Мама? — Лиза смотрит на меня с восторгом и удивлением. — Как же ты без машины?

— А я конфискую ваш транспорт, — смеюсь. — Если что, буду пользоваться услугами такси. А если серьезно, Егор оставил свою машину у нас.

— Тёть Ань! Это… респект! Спасибо большое! — глотает слова от переизбытка чувств парень моей дочки.

Я обнимаю ее, целую в макушку.

— Ладно, беги. И будь осторожна.

— Обещаю!

Я стою у калитки, смотрю им вслед, улыбаясь, чувствуя легкую грусть.

Дом опустел. И в нем царит оглушающая тишина. Я прохожу в гостиную и сажусь на диван.

Внезапно звонит телефон. Мама по видеосвязи.

— Привет, дочка! — смотрит она на меня, улыбаясь. — Катенька хочет тебе кое-что показать.

На экране появляется моя младшая дочка Катюша. Ей сейчас три года, и она невероятно похожа на Сашу. Те же темные курчавые волосы и практически черные глаза-бусинки.

Она стала для нас настоящим сюрпризом. Потому что я никак не собиралась становиться престарелой матерью. Я даже плакала, представляя, какой буду старой, когда ребенок вырастет. И вполне возможно, не увижу своих младших внуков.

Но мы все же решились на роды. Потому что Ларин сказал, что это знак. Знак, что все в нашей жизни правильно, и это возможность прожить вторую молодость.

Хотя неудивительно, что он заделал мне ребенка. Потому что после нашего примирения он вел себя как настоящий пацан. Целых полгода мы встречались с ним украдкой. Саша дарил мне цветы, собранные своими руками, выкрадывал меня на целую ночь, чтобы катать по городу и вместе смотреть на звезды, часами целуясь в машине.

Мы ходили в кино на последний ряд, но совершенно не смотрели на экран, ели дешевую еду из ларьков, врывались без приглашения на чужие праздники и вели себя безрассудно.

Ларин купил мотоцикл, катая меня ночи напролет. А после его боев мы оба слетали с катушек, предаваясь страсти так же отчаянно, как в молодости.

Но постепенно я стала уставать от всех этих безумств. Тогда Саша начал залезать ко мне в окно, оставался со мной до утра и уходил тем же способом.

Пока в один из дней, в тот миг, когда он вываливался из моего окна, не увидел Егора, карабкающегося на второй этаж к своему окну.

И на вопрос, что он делает, сын ответил, что следует примеру родителей.

Оказывается, они с Лизой давно нас разоблачили. Пришлось сдаваться и впускать Ларина снова в свою жизнь, в качестве мужа, а не безумного любовника. Именно тогда к нам и пришла Катенька. А когда она родилась, то стала всеобщей любимицей и папиной дочкой, с которой Саша проводит теперь столько времени, сколько никогда не проводил со старшими детьми. Потому что знает: именно эти моменты самые ценные. А деньги… мы их еще заработаем.

— Ма-а-а-ма! — кричит она, протягивая к экрану свои маленькие ручки. — Смотри, какой котик!

Она показывает мне пластилиновую фигурку. Кривую, смешную, но очень трогательную.

— Какая прелесть, — говорю я. — Ты сама слепила?

— Сама! — гордо заявляет она. — А баба помогала!

— Ты молодец, — улыбаюсь. — Я так горжусь тобой.

— Ну я пошла, — целует меня в камеру и сбегает с бабушкиных коленей.

— Люблю тебя, солнце!

— И я тебя, мамочка!

— Мы с ней сегодня целый день лепим, — говорит мама. — Слушай, Ань, мы послезавтра к тете Лиде поедем. Может, заберем с собой Катюшу?

— Конечно, мам, — улыбаюсь. — Мы с Сашей как раз немного отдохнем от всех.

— Вот и славно, — мама кивает.

Я прощаюсь с ней и кладу телефон.

Иду на кухню, ставлю чайник, смотрю в окно.

За окном — закат. Солнце окрашивает небо в розовые и золотые тона, а мужа до сих пор нет.

Но стоит мне устроиться на диване с чашкой чая, как раздается рев двигателя, и через минуту хлопает входная дверь.

Ларин заходит в гостиную с букетом моих любимых полевых ромашек.

— Привет, принцесса! Скучаешь? — он улыбается.

— Есть немного, — я беру цветы.

— Значит, я вовремя, — он обхватывает мое лицо ладонями и целует в губы. — Одевайся. Я приглашаю тебя на свидание.

— Не поздно ли? — смотрю на время.

— Есть что отметить.

— Я думала, ты будешь праздновать с северянами.

— Они подождут. Единственный человек, с кем я хочу праздновать, — это моя жена.

— Какой дресс-код? — чувствую внезапное волнение.

— Свободный. А молодежь где?

— Уехали на озеро на неделю.

— Подожди, а как же мотоцикл?

— Я дала им свою машину.

— Серьезно? Зачем?

— Я не допущу, чтобы Лиза ехала пятьдесят километров на этом.

— Ты сама любишь гонять на таком, — усмехается Ларин.

— Любила! Ты избавился от своего железного коня.

Саша внезапно замирает, и я вижу, как вспыхивают его глаза.

— Тряхнем стариной?

— В каком плане?

— Сегодня бой, — улыбается он. — И у нас есть мотоцикл.

— Ты в своем уме? А если тебя покалечат. Кто будет на нем возвращаться?

— Ты забыла? — тянет меня за руку, поднимая с дивана и обнимая за талию. — С тобой я не проигрываю.

Я смотрю в его глаза и понимаю, что спор бесполезен. Когда Ларин что-то решил, его не переубедить.

— Хорошо, — сдаюсь. — Но если ты сломаешь себе что-нибудь, я буду лечить тебя сама и без наркоза.

— Договорились, — смеется он.

Через час мы уже мчимся на мотоцикле по ночному городу. Ветер развевает мои волосы, я обнимаю Сашу за талию, прижимаюсь к его спине и чувствую, как бешено колотится мое сердце. Он снова тот самый дерзкий парень, в которого я влюбилась в школе.

Мы приезжаем в новое место для проведения боев. Бывшая птицефабрика. У входа дорогие машины, та же атмосфера. Только теперь я знаю, куда иду, и это знание добавляет остроты.

— Ты уверен? — шепчу, когда мы подходим к двери.

— Абсолютно, — он сжимает мою руку. — Для тебя, Аня. Всегда для тебя.

Мы проходим внутрь, и я снова оказываюсь в том же аду запахов и криков.

Саша уходит переодеваться, а я пробираюсь к самому октагону. Толпа уже гудит. Два боя проходят без него, и я чувствую, как напряжение нарастает.

— Следующий бой! — объявляет ведущий. — Встречайте! Гром!

Толпа взрывается криками. Саша выходит в октагон без футболки, в одних шортах, с каменным лицом. Он окидывает взглядом зал, находит меня, и на его губах появляется едва заметная улыбка.

Бой начинается.

Он дерется яростно, красиво, с какой-то нечеловеческой грацией. Противник сильный, но Саша быстрее, хитрее, опытнее. Все-таки тренировки не проходят даром, позволяя мне любоваться своим мужем. Каждый его удар — точен, каждая защита — безупречна.

— Давай, Саша! — кричу я, срывая голос.

И он забирает обещанную победу.

А когда Ларин выходит из октагона и подбегает ко мне, я бросаюсь в его объятия, не обращая внимания на кровь и пот.

— Ты безумец, — шепчу, целуя его в разбитую губу.

— Твой безумец, — отвечает он.

Мы стоим обнявшись, и я чувствую, как внутри разливается тепло. Он снова завоевал меня. И теперь я знаю, что, если понадобится, он сделает это снова и снова. Потому что Саша каждый день доказывает, что для него не существует других женщин, кроме меня. А я… не воспринимаю нашу любовь как данность. Теперь я боюсь ее потерять. И не кичусь ей, не считаю себя лучше других.

Теперь мы с Сашей оберегаем наши отношения, не делая ничего напоказ и не впуская в них посторонних.

Ситуация с Аленой вскрыла все гнойники, которые нарывали годами и мешали спокойно жить.

Но теперь, когда не осталось тайн, кажется, что Саша стал даже счастливее. А я наконец-то поняла, что нельзя считать человека своей собственностью, как было раньше. И я ценю каждый прожитый вместе миг. Муж оказался прав, мы проживаем вторую молодость.

Что касается Алены... Тот мужчина, с которым я встретила ее в торговом центре, оказался женат. И его супруга, узнав про любовницу, наняла каких-то уголовников, которые избили Полякову так, что она полгода восстанавливалась, сращивая кости. И после этого стала очень верующей.

Кажется, в храме она познакомилась с каким-то вдовцом с детьми и теперь превратилась в примерную мать семейства.

А Алекс… Он проживает свою лучшую жизнь. Его компания выстрелила, и его график расписан на годы вперед. Девушки бьются за право оказаться рядом с ним. Вот только он не торопится заводить серьезные отношения.

Саша общается со старшим сыном, но не так, как хотелось бы. После рождения Кати Алекс стал частым гостем в нашем доме. Время от времени я ловлю на себе его задумчивые взгляды, но больше он не позволяет себе лишнего, и я ему благодарна за это.

Домой мы возвращаемся на рассвете. Уставшие, счастливые и безумно влюбленные.

Я засыпаю у мужа на плече, и в последний момент слышу его шепот:

— Люблю тебя, родная.

— И я тебя, — я улыбаюсь во сне и крепче прижимаюсь к нему.

Конец

Друзья, большое спасибо, что были вместе с Сашей и Аней, и дождались их счастливый финал.

Приглашаю вас в другие свои завершенные истории о семейных кризисах:

После развода. ( Не) Надейся вернуться

Развод в 45. (Не) Больно

Женское предчувствие