Глава 56. Второй неожиданный визитер
Снежана
— Зачем он их рассыпал… — охает Светик. — Лучше бы уж просто вручил!
Мы лазаем по полу прихожей, собираем розы. Их тут штук пятьдесят, не меньше.
— Наверное, хотел сделать широкий жест… — пожимаю плечами.
— Широкий жест, тоже мне… Только цветы попортил! И вообще такой букет надо дарить с вазой! Куда мы их вместим? В ванну разве что…
Неожиданно ее бухтение прерывается новым звонком в дверь.
— Блин, Мальцев вернулся, что ли? — шепчу тихонько.
Не хочу, чтобы вдруг услышал за дверью, и вообще с ним встречаться больше не хочу. Сегодня так уж точно!
— Девчули, айда в гостиную! — тут же прилетает из кухни Игнат. — Клиент по ходу не понял, что пора ему забыть дорогу в эту квартиру. Сейчас буду разъяснять популярно!
После этой его фразы чуть не прыскаю смехом. Скажем так, наш защитник в переднике и тапочках с дракончиками смотрится не слишком воинственно.
Однако Света тут же тянет меня за руку, взглядом показывает: «Не вздумай хихикать!»
Мы быстро хватаем остатки роз и маршируем в указанном направлении под строгим взглядом Игната.
Вопреки нашим ожиданиям из прихожей раздается голос Алпатова:
— Я… а, Снежана дома?
«А этому-то чего тут надо?!»
Большое Босс сегодня полон странностей. Ходячий тестостерон, не знаешь, что от него ждать в следующую секунду. Днем, когда увидел Свету с Игнатом аж позеленел, потом пулей умчался сразу после того, как меня привез, даже не попрощался. И вдруг является… Ясно Солнышко!
— Твои поклонники скоро возьмут нашу квартиру штурмом! — фырчит Светик.
Мы спешим в мою спальню, кладем цветы на кровать, потом несемся в прихожую, а там… нет, не розарий. Ресторан!
— Снежок, я тут тебе сумочку привез, ты же забыла, и еды… немножко! — с порога заявляет Алпатов.
За его спиной маются два официанта из «Сапфира». Не просто так маются, сгибаются под тяжестью пакетов.
— Еда — это можно! — басит Игнат. — Только чур в прихожей ничего не швырять!
С этими словами он пропускает Игоря в квартиру, уже сам хватает Светика за руку и уводит на кухню. Видно, Алпатов в качестве моего ухажера нравится ему гораздо больше Мальцева.
Прохожу в гостиную, наблюдаю за тем, как молодцы Алпатова заставляют большой обеденный стол пакетами, и диву даюсь.
— Скажи, пожалуйста, а в ресторане вообще еда осталась? Чем посетителей кормить-то будешь?
— Об этом не беспокойся, — машет рукой Большой Босс.
Отпускает своих помощников, кладет мою многострадальную сумочку на край стола и принимается разъяснять:
— Тут всё — фрукты, салаты, мясо, морепродукты, ты же их в последнее время предпочитала? Все твои любимые блюда! Если понадобится что-то еще, только скажи!
— Ты посчитал, что за два часа, пока тебя не было, я вдруг резко начала умирать от голода? — нервно хихикаю.
— Я просто беспокоился, как ты тут!
«О, этот переменчивый мир… Еще недавно его ведь это совершенно не волновало!» — подмечаю про себя. Впрочем, заботу о будущем потомстве ощутить приятно, не спорю. Можно даже представить, что частично это забота и обо мне тоже. Можно… но не нужно!
«Очнись, Снежана! Тебе мало от него досталось? Очнись!»
Надавав себе ментальных оплеух, закрываю чувства на замок и надеваю на лицо привычную приветливую маску.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спрашивает Алпатов.
— Вполне, записалась на завтра на первичный осмотр у гинеколога.
— Это хорошо… ты молодец… — кивает он.
Отвечаю ему улыбкой, всем своим видом показываю — пора вам, заботливый товарищ, на выход. Но он отчего-то моих намеков не понимает и вообще выглядит странно. Очень-очень странно! Сам бледный, волосы всклокочены, в глазах нездоровый блеск, как будто его лихорадит.
— Игорь, всё в порядке? — спрашиваю.
— Я…
И вдруг он, прямо как Мальцев незадолго до него, становится на колени… Э, нет, на одно колено! Это что он делать собрался?!
— О-о… — вздыхаю, завидев, как он достает из кармана пиджака голубую бархатную коробочку.
Она в форме сердца, а на верхушке неизвестный мне логотип в форме львиной головы. И, о ужас, Алпатов протягивает эту коробочку мне!
— Э-э… Ты что это делаешь, Игорь?
Хотя, зачем спрашиваю? Совершенно понятно, что он делает…
— Снежана… — говорит он, открывая коробочку. — Выходи за меня замуж!
В этот самый момент на меня взирает, да, да, именно взирает кольцо с сапфиром. На белом шелке лежит золотой обруч, удивительный по оригинальности и красоте — змейка из бриллиантов с головой в виде сапфира-капли, причем довольно большого. Эта прелесть гипнотизирует меня, просится на палец, клянется отлично на этом пальце смотреться до конца моих дней, а также подойти ко всем моим нарядам. Прямо хоть сейчас надевай и владей!
«Бррр….» — трясу головой, отгоняя наваждение, и удерживаю себя от опрометчивого шага.
— Игорь, ну какой замуж! Браки по залету никому счастья не приносят, слышал такую народную истину?
Он резко закашливается, смотрит на меня исподлобья и вдруг просит:
— Пожалуйста, не отказывай мне! Это не из-за залета… Я тебя люблю, Снежок!
Плюхаюсь на диван совершенно без сил и никак не могу переварить его слова. Он что, забыл, как этим утром приказал меня уволить? Поступок любящего человека, ничего не скажешь.
— Когда успел-то? — вяло интересуюсь.
— Что успел? — спрашивает он и, наконец, встает с колена, садится рядом.
— Полюбить! Когда ты успел меня полюбить? Пока ездил за моей сумочкой?
Он снова закашливается, в глазах появляется еще больше безумства. Игорь тянет пальцем ворот рубашки, долго смотрит мне в глаза и, наконец, выдает:
— Я и не прекращал! Как в четырнадцать втрескался, так до сих пор и люблю…
Эта информация никак не хочет уместиться в моей черепушке, тесно ей там, слишком тесно.
— Что-то не сходится, Игорь! Тем, кого любят, не мстят так жестоко… Не унижают… Не выгоняют с работы…
Большой Босс вдруг хватает меня за руку.
— Снежок, я тебе сейчас честно признаюсь, пожалуйста поверь: все те гадкие слова, что я тебе сказал в тот вечер… Они яйца выеденного не стоят! Я так сказал только потому, что ты резко среагировала, когда узнала, что я — Тюлень. Я увидел это в твоем взгляде… Как будто я моментально стал тебе противен, понимаешь? Меня это очень сильно задело…
«Ах, лицо у меня было какое-то не такое… — осторожно вытаскиваю руку из пальцев Алпатова. К слову, совершенно не помню, что тогда выражала моя физиономия. — Но даже если так, это разве повод обижать человека?»
— Ты правда хочешь сказать — всему виной мое выражение лица? И ты мне не мстил? Ни на полграмма? — спрашиваю напрямик.
Игорь плотно сжимает губы, трет лицо, прячет взгляд… А потом всё же признается:
— Да, поначалу я хотел тебе отомстить за тот прикол на школьном балу… Собирался переспать с тобой разок и выгнать… Но я очень быстро передумал, Снежок! Очень быстро… Я повел себя как придурок, знаю! И за это прошу прощения!
Тут уже моя очередь поджимать губы. Вроде бы говорит искренне, но Станиславский во мне не верит, причем совсем нисколечко.
Игорь снова заговаривает:
— Снежана, если ты с моим ребенком улетишь в Москву, я этого не переживу!
«А вот это уже похоже на правду! Не хочет терять наследника, учитывая, какие у него с этим проблемы».
Я его резоны очень хорошо понимаю, сама сошла бы с ума, пригрози мне кто забрать ребенка. И вместе с тем в душе начинают скрести кошки. Да так стараются, заразы, что мне становится дико больно.
— Мне кажется, это и есть главная причина твоего предложения, Игорь! — упрямо заявляю. — Ты не хочешь, чтобы я забирала ребенка… а его еще даже нет, к слову!
— Я же тебе только что всё объяснил! — начинает он спорить. — Почему ты не веришь?
— Игорь, хватит!
Он замирает, морщится, как будто получил оплеуху и вдруг просит:
— Пожалуйста, просто подумай над моим предложением! Я тебя умоляю! Нам же было хорошо…
Смотрю на его хмурое лицо на грустные глаза, и вдруг ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы обнял, посадил к себе на колени, как раньше, поцеловал. Я по нему соскучилась ужасно, по его ласке соскучилась, по надежному плечу. И мне до сих пор безумно больно от того, что плечо ненадежным оказалось, а счастье зыбким.
Всё же, как приятно хоть на секундочку забыть о том гадком вечере, представить, что Игорь в самом деле любит и хочет на мне жениться. Пусть бы забрал всю ту боль, им же причиненную… Она мне не нужна, а вот он… нужен! А я ему? Или только ребенок?
— Ну хочешь, я еще раз на колени встану? — просит он. — Пожалуйста, подумай!
И я, вдруг, киваю… Сама не понимаю зачем. Но вот прямо сейчас у меня не хватает духу окончательно сжечь мосты.
— Не надо мне коленей… я подумаю… — отвечаю ему наконец.
— О большем не прошу…
Он вкладывает в мою онемевшую руку коробочку с кольцом:
— Пусть будет у тебя!
И на этом уходит, осторожно прикрыв дверь.
Я же остаюсь на диване и смотрю ему вслед не в силах даже встать с места.
Очень скоро в гостиной появляется любопытная парочка.
— Вот это он еды принес… тут же на роту солдат! — басит Игнат. — Какая уж тут картошка с мясом, когда тут такие деликатесы… Только что мне теперь с продуктами делать? Я там на кухне нашустрил: картошку почистил и мясо отбил…
— Иди жарь, устроим пир! — командует Светик, а потом поворачивается ко мне: — Покажи колечко!