32

Клим

Хриплый голос солиста популярной рок-группы вспарывает тишину гостиничного номера, и я подрываюсь с постели, сонно хлопая глазами. Чертыхаюсь, путаюсь в одеяле, но все же добираюсь до своих джинсов и извлекаю орущий смартфон из заднего кармана.

Номер мне незнаком. Хмурюсь, не понимая, кому пришло в голову звонить мне в столь поздний час, но все же нажимаю на зеленый значок и сиплым спросонья голосом выдыхаю:

– Алло?

Первые несколько секунд в динамике тишина. Прислушиваюсь и различаю еле слышное дыхание, а потом вздрагиваю, когда звучит тихий женский голос:

– Клим, здравствуйте еще раз. Не разбудила?

– Как сказать, – неопределенно мычу в трубку. – А это кто?

– Ох. Простите. Это Ксюша. Ксения Ветрова.

– Решили выполнить свое обещание?

– Обещание? – растерянно переспрашивает она.

– Да. Я все еще жду обещанный номер вашего бывшего мужа.

– Черт. Да. Верно. Простите, я замоталась и забыла отправить сразу, а потом у меня сел телефон…

– Ничего страшного, – киваю, хоть девушка и не видит меня сейчас. Тянусь к блокноту с ручкой, которые лежат возле гостиничного телефона. – Диктуйте, я записываю.

– Нет, сейчас не могу, – торопливо выдает моя собеседница. – Я потому и звоню вам. Боже, неловко просить, но не могли бы вы забрать меня?

– Откуда? – хмурюсь я.

– Девочки, а какой адрес? – будто куда-то в сторону произносит Ксения. – Я сейчас пришлю вам геолокацию.

– Хорошо, жду, – отвечаю я и кладу трубку.

Пока одеваюсь, на телефон приходит сообщение. Судя по карте, девушка находится довольно далеко от меня. Благо, приложение каршеринга показывает, что поблизости есть свободный автомобиль. Я забиваю адрес в навигатор телефона и спускаюсь вниз, прихватив бумажник.

Происходящее сбивает с толку. С чего вдруг Ксения звонит мне посреди ночи и просит забрать из Богом забытого места? Как она вообще оказалась так далеко от туристического района Сочи?

Мелькает мысль, что там меня может поджидать не только она, но и ее бывший муж. А что? Вполне в духе шпионского фильма, моя жизнь уже давно смахивает на сценарий к чему-то подобному.

Больше всего сейчас мне хочется оказаться дома, а не разгребать проблемы, устроенные бывшем мужем моей сестры. Изначально считал, что подобные поиски результата не принесут, да и нет доказательств того, что эти самые поиски обоснованы. Но имел глупость согласиться помочь, теперь поздно давать заднюю.

Найдя нужную мне машину, зарегистрировался в программе и поехал по проложенному навигатором маршруту. Сон как рукой сняло. Да и как не взбодриться, если вокруг кипит жизнь? Туристы, заполонившие город, и не думают разбредаться по арендованным домам и номерам гостиниц. Клубы, рестораны, кафе переполнены, на улицах полно народу, повсюду звучит музыка.

Опускаю стекла и прибавляю газу, уверенно продвигаясь вперед. Правда, через десять минут пейзаж за окном меняется – я заезжаю в какой-то частный сектор, и здесь, в противовес центру, очень тихо и темно.

Покружив по пустынным улицам, добираюсь до конечной точки. Это оказывается большая детская площадка рядом с двухэтажным зданием школы. На качелях – хрупкая девичья фигурка, которую легко различить в свете автомобильных фар.

Ксения, в коротких шортах и топе, продолжает сидеть на качелях, пока я выхожу из машины и неторопливо подхожу к ней. Никого, вопреки моим ожиданиям, поблизости нет. Девушка неуверенно улыбается мне и тихо произносит:

– Простите, что потревожила. На самом деле, только сейчас поняла, что могла попросить тех девочек вызвать мне такси, а не дергать вас.

Я сажусь на лавочку, вытянув вперед ноги и скрестив их в лодыжках. Погода прекрасная. Тепло, чуть прохладный ветер треплет волосы, но никакого ощущения зябкости.

– Как вы здесь оказались? – спокойно интересуюсь я, показывая, что не сержусь на нее за свою побудку.

– Заблудилась. Вроде пошла в сторону своего отеля, но, кажется, свернула не туда. Телефон сел. Думала, что он заряжается от «банки», а там тоже нулевой заряд, – виновато поджимает она губы. – В итоге я оказалась здесь. Чудом в кармане завалялся ваш номер, и я попросила проходящих мимо девчонок дать мне позвонить.

Прищурившись, смотрю на девушку. Она выглядит расстроенной, но старательно храбрится, не желая показывать мне своего истинного состояния. Натягивает на лицо улыбку, нервно покачивается на качелях, отталкиваясь ногами от площадки, засыпанной песком.

– У вас что-то случилось?

Она неопределенно дергает плечом и опускает голову, но я, даже учитывая плохенькое освещение, вижу, что в ее глазах блестят слезы.

– Сначала поругалась с подругой, – глухо отвечает девушка через минуту. Я молчу, понимая, что это еще не все. Спустя длинную паузу добавляет: – А потом столкнулась с тем, что мое прошлое ничего не стоит.

Пожалуй, я догадываюсь, что она имеет в виду, но не спешу делиться с ней своей догадкой. Даю пару минут собраться с мыслями.

Девушка запрокидывает голову и рассматривает ночное небо. Сейчас, когда поблизости нет огней крупных зданий, клубов и магазинов, можно даже различить небольшую россыпь самых ярких звезд. Ксюша вздыхает, а потом начинает тихонько смеяться. Лишь спустя какое-то время я улавливаю, что смех ее перемешивается с короткими всхлипами, которые она старается подавить.

Вздыхаю.

Видимо, у меня карма такая – успокаивать девушек, которым разбили сердце.

Отрываю свой зад от скамьи и подхожу к качелям. Молча протягиваю Ксении руку. Она сначала смотрит на нее растерянно, а потом вкладывает свою ладошку и встает.

Спустя миг – прячет лицо у меня на груди. Вздрагивает и срывается. Ткань футболки тут же промокает от ее слез.

Я осторожно обнимаю хрупкую фигурку, прижимаю к себе, поглаживаю по спине. Позволяю расслабиться и отпустить себя, прожить эти эмоции. Не знаю, сколько мы так стоим. Просто в какой-то момент улавливаю, как Ксения напрягается и отстраняется от меня, вытирая глаза тыльной стороной ладони.

– Простите, – запальчиво выдыхает, глядя на меня снизу вверх. – Наверное, это нервы.

– Ничего, – слегка улыбаюсь я. – У меня есть опыт и я довольно эмпатичный человек, женских слез не боюсь.

Ксения тихонько смеется, но я понимаю, что она чувствует себя максимально неловко. Чтобы хотя бы немного сгладить эту неловкость, предлагаю раньше, чем успеваю подумать:

– Давайте выбираться отсюда. Найдем небольшое кафе и выпьем чего-нибудь горячего. Кофе или чай здорово помогают собраться с мыслями.

Меня удивляет даже не то, что я добровольно продлеваю наше общение, а то, что Ксения соглашается. Мы садимся в машину, я быстро нахожу адрес ближайшего круглосуточного кафе, и через некоторое время мы подъезжаем к невысокому зданию с яркой вывеской.

– Внутрь пойдем или на улице останемся? – спрашиваю я, кивнув на аккуратный ряд столиков, занимающих всю площадь крытой террасы, утопающей в зелени.

– Давайте на улице, – пожимает плечами Ксения.

Мы находим свободные места в углу террасы и делаем заказ. Молчим, пока ждем заказ. При этом молчание не раздражает, просто девушка погрузилась в свои мысли и рассеянным взглядом рассматривает поздних посетителей кафе, а я, не скрываясь, наблюдаю за ней.

Дружелюбная официантка приносит наш заказ – два сэндвича и две порции латте, – и протягивает Ксении тонкий плед. Та накидывает его на плечи и осторожно отпивает из своей кружки.

– Еще раз простите, что выдернула вас из постели, – произносит она.

– Еще раз прощаю, – улыбаюсь, приступая к еде. Сэндвич радует хрустящим хлебом и большим количеством начинки из тонких слайсов ветчины и свежих овощей. – Ешьте, пока тосты не размякли от соуса.

С поздним ужином (или очень ранним завтраком?) мы расправляемся очень быстро. Вытерев губы салфеткой, откидываюсь назад, делаю глоток кофе и спокойно напоминаю:

– Если вам нужно выговориться, то я в вашем полном распоряжении.

Ксения задумчиво смотрит на меня какое-то время.

– Зачем вы делаете это? – наконец, спрашивает она.

– Что именно?

– Все это, – неопределенно пожимает плечами. – Успокаиваете, поддерживаете, кофе отпаиваете.

– Считаю, что вам не идет грустное выражение лица? – отшучиваюсь я.

– А если серьезно? – не принимает она такой ответ.

Я разглядываю кофейную пенку, чуть присыпанную корицей. Если честно, не знаю, как ответить на этот вопрос. Возможно, причин несколько?

Наблюдал за тем, как моя сестра переживала развод, и теперь имею представление, насколько больно бывает человеку. Не физически, а именно душевно.

Не могу игнорировать женские слезы.

Испытываю к этой девушке иррациональную симпатию, хотя ее моральный облик вызывает у меня вопросы, но… Кто я такой, чтобы судить ее?

Ксения хмурится в ответ на мое молчание. И тогда я задаю давно волнующий меня вопрос:

– Почему вы с Русланом расстались?

На лице девушки – удивление и растерянность. Я тут же жалею о том, что поддался импульсивному порыву и влез туда, куда не следовало. Меня не должны волновать подробности личной жизни почти незнакомой мне девушки.

– Я думала, что раз вы ищите Лиду, то в курсе случившегося с моим браком.

Теперь пришел черед удивляться мне.

– А как в этом замешана она?

С минуту мы смотрим друг на друга. Ксения прячет свое замешательство за глотком кофе, а затем отвечает на мой вопрос, жутко смущаясь:

– Руслан изменил мне с ней. Возможно, я бы никогда об этом не узнала, но Лида посчитала сообщить мне об этом романе, прислав стопку фотографий… интимного содержания.

– Как интересно… – тяну я. – Я этого не знал.

– Какой же тогда из вас сыщик? – усмехается девушка.

– Легко и просто найти любую информацию о человеке можно только в фильме или книге. Реальная жизнь сильно отличается от художественного вымысла. Я уже говорил, что просто помогаю близкому человеку. Сестре, если быть более точным. Наверное, следовало обратиться в какое-нибудь агентство, но все мои средства вложены в бизнес, а сестра только-только пережила болезненный развод, после которого осталась буквально с голым задом. Поэтому приходится решать все своими силами.

– Ваша сестра разошлась с мужем из-за Лиды? – оживляется Ксения.

– О, нет. Их брак и без того трещал по швам, они планировали развестись еще пару лет назад, но решили дать друг другу еще один шанс. Не вышло. – Морщусь, вспоминая тот период. Женька из кожи вон лезла, чтобы ее семья не превратилась в потонувший корабль. А этот ублюдок не только потоптался на ее чувствах, но и провернул невероятную аферу, последствия которой я и разгребаю теперь. – Но я все равно не понимаю, почему вы бросили…

Меня перебивает официантка, которая подходит к столику, чтобы забрать посуду и сообщить, что кафе скоро закрывается. Я прошу еще две порции латте с собой и счет. Ксения все это время нервно сминает салфетку, превращая ее в крошечный комочек. Забрав стаканчики, мы идем к машине.

– Может, – произносит Ксения неуверенно и замолкает, поджав губы. Я выжидающе смотрю на нее. – Не хотите спуститься к морю? – предлагает она и поднимает вверх стаканчик: – После такого количества кофе я теперь не усну до утра, а сидеть в номере не хочется.

– Из-за подруги?

– Что-то вроде того, – уклончиво отвечает она.

– Сильно поругались? – продолжаю я свои расспросы, заводя двигатель и развернувшись в сторону моря.

– Нет, – пожимает плечами девушка и защелкивает ремень безопасности. И начинает смеяться. Я удивленно смотрю на нее, не понимая причины такого веселья, а потом тоже срываюсь на смех. Плечи Ксении по-прежнему укрывает плед из кафе, мы утащили его незаметно для себя. – Стоит вернуть его в кафе, некрасиво получается.

– Лучше оставим, возле воды в такое время всегда прохладно. Я заеду к ним завтра и все объясню.

Навигатор помогает нам добраться до побережья. Припарковавшись, помогаю Ксении выйти из машины и оглядываюсь, чтобы понять, в какую сторону нам идти, чтобы спуститься к морю. Пляж почти безлюдный, не считая две молодежные компании. Их автомобили стоят с распахнутыми дверями и гремят клубной музыкой. Поэтому мы разворачиваемся в противоположную сторону и сбегаем от такого шумного соседства, разместившись на каком-то бревне, которое лежит почти рядом с водой.

Ксения скидывает обувь и, закутавшись в плед, зарывает пальцы в песок. Наш кофе уже остыл, но менее вкусным не стал, поэтому мы продолжаем пить из стаканчиков и болтать на отвлеченные темы, правда мне довольно трудно на них сосредоточиться.

Вместо этого я стараюсь разобраться в происходящем. Мне слишком комфортно и уютно рядом с этой девушкой. Мне нравится ее мелодичный голос и красивая улыбка, нравится, как Ксения реагирует на мои шутки – смущается, закрывает лицо ладошками или запрокидывает голову и тихонько смеется.

От ее подавленного настроения не остается и следа. Да, иногда во взгляде девушки мелькает что-то призрачно-грустное, но больше никаких истерик или грустных разговоров. Мы быстро находим общий язык и несколько часов болтаем о музыке и кино. В какой-то момент я даже ловлю себя на мысли, что эта уютная посиделка все больше смахивает на первое свидание.

В отель Ксении мы приезжаем только к восьми утра. Девушка просит на стойке регистрации бумагу с ручкой, пишет номер телефона и адрес своего бывшего мужа и отдает листок мне.

– Спасибо… за вечер? – улыбается она, теребя ремешок сумки.

– Было неплохо, – киваю я. – Надеюсь, вы больше не будете грустить?

– Постараюсь, – серьезно обещает она.

– И не ругайтесь с подругой. Особенно в отпуске, – подмигиваю, и немного помедлив, наклоняюсь и целую девушку в щеку. – До свидания, Ксения.

– И вам всего хорошего.

Явно смущенная девушка сбегает к лифту и заходит в него, не оборачиваясь, а я возвращаюсь на парковку и сажусь в автомобиль. Быстро набираю номер Ветрова, но слышу только механический голос автоответчика. Поэтому принимаю решение поехать к нему домой, желая как можно быстрее разобраться со всем этим делом.

Но Руслана по адресу, который мне написала Ксения, нет.