Глава 21

Наша свадьба гремела на всю округу целую неделю!

Целых семь дней наша деревня гуляла – пела, танцевала, угощалась роскошными яствами и желала нам долгой и счастливой совместной жизни.

И, вот она, наконец, настала.

Мы вернулись в столицу к середине августа и впереди замаячила осень, а вместе с ней и моя учеба в элитном московском ВУЗе.

Кто бы только мог подумать, что он станет первым камнем преткновения в нашем только-только начавшемся браке.

— Послушай, я тебя не понимаю! — в очередной раз воскликнула я, разводя руками в стороны. Мы уже битый час спорили с Максом, находясь на кухне.

Я по привычке готовила вкусняшки, а Макс, вернувшийся с работы, считал своей обязанностью меня подоставать. Мила, тем временем, устроилась у него на руках и с удивлением наблюдала за спором родителей.

— А что тут непонятного? — недовольно протянул Орлов, пожимая плечами.

— Но ты же сам говорил, что чуть ли не стыдишься меня, что я необразованная и бестолковая бездельница! И вот, наконец-то, я собираюсь учиться, стать кем-то, как ты хочешь мне все это обрубить?

— Аня, ты все утрируешь…

— Нет, не утрирую, ты, считай, запрещаешь мне учиться! Почему? Почему, я не понимаю?! Что плохого в том, что у меня будет диплом? У тебя их два или три! То есть, тебе можно, а мне нельзя?

— Нет, не в этом дело. Просто ты сейчас втянешься в это, полностью уйдешь в новое дело с головой. А как же я? Как же Мила? Как же наша семья?

— То есть… подожди, — я встряхнула головой, откладывая в сторону деревянную лопатку, которой помешивала овощное рагу. — Вот, значит, как? Я нужна только в качестве обслуги? Приготовь, постирай, убери, роди?! Мне нельзя иметь диплом, нельзя иметь дело своей жизни?

— Ну почему она опять все переворачивает? — спросил Максим, обращаясь к Миле. Та лишь угукнула в ответ.

— Не втягивай в это ребенка, бестолочь! Я только для создания уюта, да? Завел себе настоящего раба, который будет тебя во всем удовлетворять, не так ли?! А как же я? Мои желания? Мои хотения? Или важен только ты?

— Ань, ты просто не знаешь, что это такое! Пойдут семинары, вебинары, сессии, зачеты, экзамены, курсовые, дипломные! Учеба поглощает с головой. У нас с тобой семья. Маленький ребенок. И, по-хорошему, в скором времени, по крайней мере, я надеялся, появится еще. Как ты собираешься все успевать? И рожать, и за детьми смотреть, и мне время уделять плюс учиться и работать?

— Ах, вот, значит, как? Рожать я тебе должна и время уделять? Орлов, ты вообще с головой дружишь?! — Я ударила лопаткой о стол, заставляя их с Милой одновременно вздрогнуть и подпрыгнуть. Благо, что дочь не расплакалась. — А у меня спросить ты не забыл? Все расписал, распланировал? Вообще-то, речь идет не только о твоей жизни!

— Что-то я раньше в тебе амбициозности не замечал…

Зря он это сказал.

— Ах, ты… гад! — Я собиралась было запустить в него лопаткой, но эта свинья быстро сориентировалась, у Макса была отменная реакция. Он поднял Милу и выставил ее, как щит. — Сволочь! Ты – сволочь, Каланча! Отдай ребенка! — Я подлетела к нему, подобно фурии, и забрала Милу к себе на руки, не забыв при этом отвесить мужу подзатыльник.

— Ау, больно, — шикнул он.

— Значит, так, слушай меня внимательно. Если хочешь видеть каждый день ту жену, на которую рассчитываешь, ты дашь мне возможность учиться. Расти. Стать кем-то. Я не буду всю жизнь прозябать у плиты и строгать тебе детей. Мы так не договаривалась, ясно? Я не хочу в сорок лет оглянуться назад и понять, что делом моей жизни было наведение порядка в этом огромном доме. Ничья жизнь не должна вертеться только возле детей или семьи. Есть и другие сферы жизни. И человек должен представлять что-то из себя в каждой из них. У меня будет учеба, будет работа и будут друзья. Будет жизнь вне этого дома, тебя и детей. Хочешь ты этого или нет. Ты меня понял?

— Ужас, — только и выдал Максим, поднимаясь на ноги. — Ты всегда была Кикиморой, но последние дни как-то уж совсем слетела с катушек.

— Да ты что, да я тебе сейчас как дам! — Макс увернулся от моего замаха и двинулся прочь.

— Я лучше пережду у себя в кабинете. Позови, когда ужин будет готов.

С этими словами Каланча исчезла из виду, оставив меня с ребенком на руках.

— Ну, что это такое, а? — обратилась я к дочери. — Что у нас с тобой за папочка такой? Все ему вечно не так! Запрещает он мне учиться! Я ему запрещу! Я ему такого запрещу, что мало не покажется, да, детка? — обратилась я к Миле, на что она, по обыкновению, угукнула. — Эх…

В общем-то, спустя время, я поняла, что в одном Макс был прав.

Я стала более невыносимой, чем обычно.

И это имело под собой основания.

Знаете, какие?

Беременность.

Вот так вот.

Я, по обыкновению, ее не планировала. Просто примирение, свадьба и недельный медовый месяц на юге страны взяли свое и… подарили нам то, что мы сейчас имели.

— Близнецы, Макс, черт подери…

Мы только что вернулись от врача, который подтвердил то, что мы и так уже знали.

Беременность. Близнецы. Оба плода развиваются хорошо.

— Черт… — я тяжело вздохнула и опустилась на пуф, стоявший в холле. Пройти дальше у меня просто не хватило сил.

Я была морально не готова к такому повороту событий.

В университет я все-таки пошла после настоящей войны с Максом. Я отвоевала себе это право. Про себя радовалась, что Мила немного подросла и уже не нуждалась в постоянном уходе, как было еще год назад.

А теперь меня ожидали близнецы.

Сразу двое маленьких существ, которым я должна была уделить время.

Все свое время.

На дворе стоял октябрь и у меня были планы на то, чтобы сдать свою первую сессию на отлично. Сделать так, чтобы все гордились мной.

— Подгузники… ворох подгузников… — прошептала я, глядя в одну точку. — Присыпки, бутылочки, смеси. Крик двадцать четыре часа в сутки. Коляски, игрушки, развивающие игры. И диплом, которого у меня не будет… — в отчаянии прошептала я, прикрывая глаза.

— Детка, ну, ты чего в самом деле? — Макс опустился рядом со мной на корточки, взял меня за руки и попросил посмотреть на него.

— Нет, не хочу, — упрямо покачала я головой, крепко жмурясь.

Пока я жмурюсь, все неправда.

— Ну же, Аня… — снова попросил он и я вынужденно выполнила его просьбу.

— Ты не понимаешь. Это не твоя жизнь снова изменится. Не ты будешь полностью посвящен двум новым людям, не тебе девять месяцев их вынашивать, ни тебе приводить в этот мир.

— Я понимаю, что это сложно. И я понимаю то, что ты испытываешь сейчас. Разочарование. Все твои планы рухнули. Но. Да, я был против твоей учебы и мне не хотелось делить тебя с ней, но я вижу, как для тебя это важно. Со временем я понял даже больше – тебе это нужно. И тебе не понадобится ее бросать. Множество девушек совмещали рождение детей и учебу или же работу. Я поддержу тебя. Всем, чем смогу. У тебя будут няни, у тебя буду я.

— Ты вечно торчишь на работе… — попыталась возразить я.

— Я постараюсь свести ее к минимуму. Первое время, самое сложное время, обещаю, я буду рядом столько, сколько это будет возможным. И не забывай, что у тебя есть тетя Лида, моя мама, тебе помогут. Просто не отчаивайся. И, пожалуйста, порадуйся. Хотя бы немного, хотя бы совсем чуть-чуть, — взмолился Орлов, укладывая руку на мой еще плоский живот. — У нас будут дети. Маленькие ты и я. Сразу двое. Мальчики… подумай только, какое это счастье и как нам с тобой повезло. Годы быстро пролетят, в итоге у нас вырастут трое замечательных детей. Наше с тобой продолжение. Плоды нашей с тобой любви. Настоящей. Большой. Яркой. Я буду стараться быть для них самым лучшим отцом в мире, а ты, я уверен, станешь самой прекрасной матерью.

Эти слова сработали. Иногда Максим мог говорить так, будто бы учился этому всю жизнь. Он умел убеждать, уговаривать и склонять на свою сторону.

Я поверила в то, что он сказал.

Я увидела нашу семью через пять, десять, двадцать и пятьдесят лет.

Чудесную семью с детьми, позже – с внуками. Любящую, крепкую. Большую.

Я увидела, какое прекрасное наследие мы с Максом сможем оставить, если совсем немного потрудимся.

— Ты обещаешь всегда быть рядом?

— Обещаю, Анечка, — с этими словами супруг поцеловал мои ладони, каждую по очереди. — Моя любимая Кикимора, — продолжил он, поднимая ставший лукавым взгляд.

— Вот же ж Каланча! — не осталась я в долгу. — Я теперь с тебя не слезу, так и знай!

— Очень двусмысленно звучит, — улыбнулся Орлов, помогая мне подняться на ноги.

— Пошляк! — я бросила в него первое, что попалось под руку, а именно, висевшую неподалеку соломенную шляпу, которую частенько одевала, выезжай куда-нибудь по делам в центр города. Орлов ловко ее поймал и тут же водрузил на голову. А потом и вовсе начал исполнять танец, напевая «я стану отцом».

Наблюдая за этим, я невольно улыбнулась.

Может быть, вон оно какое счастье? Может быть, так оно выглядело? Тихо, по-домашнему и смешно?

Нагнав мужа, я подпрыгнула и попыталась забрать шляпу, но не тут-то было, Орлов увернулся и в первый, и во второй, и в третий раз. Заливаясь смехом и в шутку борясь за трофей, мы оббегали едва не половину поместья. Как большие дети.