Глава 9

Утро следующего дня наступило как-то уж очень быстро. Казалось, я только-только легла, едва прикрыла глаза, как сразу наступил другой день.

Кажется, за последние пару недель я устала больше, чем за весь предыдущий год. Я думала, что мне тяжело живется без мужа, брака и семьи, но лучше бы мне больше никогда не встречать на своем пути бывшего. Без него было всяко легче.

– Как ты думаешь, что нас ждет?

– Ты про вчерашние слова Миши?

– Да.

– Не знаю. Вполне возможно, что он блефовал. Хотел потрепать нам нервы.

– Что-то не похоже…

На часах не было еще и семи утра, а мы с Максимом были уже готовы. Проснулись, приняли душ, выпили по чашке кофе, заботливо принесенного нам Лидией Викторовной, разбудили Матвея и одели его. Домработница Максима обещала помочь ему собрать рюкзак и накормить вкусным завтраком. Нам же нужно было явиться в обеденный зал.

– Мне кажется, он замышляет что-то плохое. Ну, то есть, ты и сам должен понимать, что добра от него и от его мамочки можно не ждать. Ольга не из тех, кто отступится от таких денег.

– Не отступится, конечно. Я боюсь того, что он исключит из игры Мира.

– В каком смысле? – испуганно протянула, подумав о самом плохом.

– Да нет, не таким образом. Уговорит не участвовать в гонке. Наобещает с три короба. Мол, если победит он, Мир продолжит прежнюю жизнь и никогда ни в чем не будет нуждаться. Ему много и не надо. Карта и свобода творить глупость на глупости. В младшем никогда не чувствовалось ни амбиций, ни желания самореализоваться, ни, тем более, работать в семейном деле. Мирослава всегда устраивала его ничем не обремененная жизнь. Иного ему не надо.

– Почему же ты не попробовал сделать тоже самое? Почему не переманил брата на свою сторону?

– Потому что не собираюсь врать. Я не буду всю жизнь потакать его идиотским выходкам и, тем более, содержать. Если хочет жить на широкую ногу, нужно это заслужить. У него даже образования нет!

– Ты серьезно?

– Нет, ну, конечно, Ольга купила ему корочку, но я-то знаю, что он не посетил ни одного занятия. Он даже не знал, в какой стороне находится университет, в котором он якобы учился! Я никогда не дал бы слова, которого не сдержу. Содержать взрослого мужика, у которого на уме только гулянки? Увольте. Я подобное не поощряю.

Я покивала головой в ответ на речь супруга. Он уже был одет, но не с иголочки, как обычно, а в спортивные штаны и толстовку. Впереди были несколько месяцев работы на стройке, а офис должен был подождать в стороне.

– Готов к тяжелой работе? – Я улыбнулась, оглядев Орлова. Такая одежда ему даже больше шла. Он в ней смотрелся более домашним, пропадала излишняя строгость, добавляемая костюмами, да галстуками.

– Всегда готов, – улыбнулся он в ответ.

– Ну, что, пора идти?

– Да, идем. Ненавижу эти семейные завтраки, ужины. Играем в ерунду, как малые дети. Никогда не было нормальной семьи, никогда не будем, но показательные выступления входят в обязаловку. И я бы рад их нарушить, но злить деда сейчас нет никакого смысла.

– Конечно, – поддержала я Макса, выходя вслед за ним из комнаты. – Ничего, потерпим. Как там говорится? Все проходит?

– И это пройдет, – улыбнулся Орлов.

Я увидела ее сразу. Взгляд почти моментально метнулся к незнакомке, стоило нам с Максимом зайти в зал.

Собрались все. Дед со своей пассией Светланой, Ольга с Евгением, Мирослав, мы с Максом и Миша. С какой-то брюнеткой, которая сидела по правую руку от него.

– Что происходит? – тихо шепнула я старшему Орлову, но вопрос остался без ответа. Взгляд у Максима был еще более растерянным, чем у меня. Он явно не ожидал ничего подобного. Мы удивленно переглянулись и после этого молча прошествовали к своим местам. Какое-то время все сидели в тишине, пока прислуга расставляла перед нами вкусно пахнущую, горячую еду. А затем, когда она удалилась, кое-кто все же решился заговорить первым.

– Дорогая, любимая семья, позвольте рассказать мне о своих новостях, – Михаил обвел всех взглядом, на доли секунды задержав его на мне.

– Шут гороховый, – пробубнил Макс, но родственник сделал вид, что не заметил сказанного в его адрес.

– Я хочу представить вам свою супругу, Марину.

– Что?! – Это были наши с Максимом слова. Одновременные. И они подействовали на Мишу, как красная тряпка на быка. Хотя, нет, не так. Скорее, он был похож на хищника, который учуял кровь своей будущей жертвы.

– Вчера мы провели скромную церемонию и зарегистрировали наши отношения. А еще Марина ждет моего ребенка. Детка, привстань, пожалуйста, – обратился к своей избраннице бывший муж. Худощавая блондинка с обычной, совершенно не запоминающейся внешностью, встала, как и попросил ее Орлов. Чтобы продемонстрировать нам очень большой живот. Девушка ласково провела по нему рукой и села обратно.

– Серьезно? – протянул Макс. – Ты пал так низко? Что за дешевая игра?

– Какая же это игра? Ребенок мой. И это можно легко доказать. Некоторое время назад была взята околоплодная жидкость, проведен специальный анализ. Марина ждет от меня дочь. Но если ты не веришь, малышка должна родиться уже через пару недель, сможешь сам взять у нее генетический материал и сравнить с моим.

Сказать, что мне вонзили нож в спину, значит, ничего не сказать. Я сидела, замерев и смотрела перед собой, но уже ничего не видела и ничего не слышала. В голове остался какой-то монотонный гул, а взгляд ни на чем не смог сосредоточиться, поэтому я прикрыла глаза. Сердце пропустило несколько ударов, а затем забилось с новой силой.

Предатель. Последний человек. И в него я была влюблена? Ему я родила сына? Ему отдала свое сердце, свое тело, свою любовь и ласку?

Как жаль… как жаль, что нельзя было все поменять. Единственное, что я оставила бы без изменений – это Матвея. А все остальное стерла бы. Сжала бы в руках и обратила в прах.

– Но это не все, мои дорогие домочадцы, – продолжил Михаил, упиваясь своей победой. – Все остальное у меня тоже готово.

– Что ты несешь? – грубо оборвал его Максим.

– А то, что свой первый миллион я, как и ты, мой дорогой брат, заработал давным-давно, еще во времена своей поездки за границу. Как ты помнишь, я стажировался в Англии, там я заработал свои первые деньги. По возвращению домой вложил их в свое небольшое дело. На данный момент у меня заработан уже далеко не один миллион. Но самое замечательно, вот, смотрите, – Михаил достал телефон, что-то в нем полистал, а затем продемонстрировал нам.

– Чушь! Ты не мог построить такой дом в одиночку!

– Еще как мог! Пока ты гонялся за моей женой, я трудился, не покладая рук, и вот, дом готов, заходи и живи! – отпарировал Миша.

– Дед, неужели ты поверишь всему этому бреду? Является с какой-то девицей, утверждает, что она ему вот-вот родит, а почему же сразу не сказал о ней, чего ждал? И как удобно, все-то у него уже есть, и дом, и миллион, сказал бы звезду с неба достать, и та бы уже была в кармане, не так ли? И все наверняка не без помощи мамочки! – прокричал Макс.

Павел Лаврентьевич вздохнул и открыл было рот, чтобы ответить, но его перебили. Кто-то из обслуживающего персонала поднес ему папку со словами о том, что там все, о чем старший Орлов якобы просил. Под молчаливые взгляды всех членов семьи, старик открыл ее, пробежался глазами по какой-то бумажке, а затем поднял на нас глаза.

– Гонка окончена.

– Что? – хором пропели все.

– Завершена, – уточнил он. – Я узнал все, что было важно. Благодаря моей милой Светочке, – он бросил на женщину взгляд, полный любви, – я узнал абсолютно все. Решение принято. Наследство получает…

– Мирослав.

Мне показалось, или тишина, резко воцарившаяся вокруг, буквально разрешала пространство на несколько частей. Последнее имя в списке. Имя, которое никто не ожидал услышать. Имя, которое не могло быть произнесено.

– Внук, поздравляю тебя, распорядись семейным имуществом с умом, – произнес Павел Лаврентьевич, переведя взгляд на самого младшего Орлова.

Какое-то время все еще царила полная тишина. Сидевшие за столом несколько раз переглянулись друг с другом, словно проверяя, правильно ли все услышали, не обманул ли их слух.

Я была в числе этих самых людей.

Неужели старший Орлов сказал именно то, что сказал? Выбрал Мирослава? Может быть, это была какая-то изощренная шутка?

– Это такая шутка, дед? – Первым очухался Максим. И он буквально один в один повторил мои мысли. Он произнес свой вопрос твердо, заглядывая родственнику прямо в глаза, стараясь держаться, но я-то понимала, что сейчас у него творится на душе.

Максим был почти уверен, что все в его руках, что он уже победитель. Ему было так важно получить в свое руки семейное дело, он всем сердцем за него болел. Больше всех остальных братьев, наследства заслуживал Макс. И тут такой удар…

– Почему же, шутка? – будто издеваясь, протянул дед.

– Но… а как же то, что ты нам поручил? – непонимающе протянул Миша, так же, как и брат, обращаясь к старшему родственнику. – Как же семья, жена, ребенок? Для чего все это было? Я не понимаю!

– Да, дед, я тоже. Зачем было строить дом, зарабатывать миллион? – продолжил за него Макс.

– То, что в здесь написано, меняет все, – Павел Лаврентьевич с какой-то тихой грустью посмотрел на лежавшую перед ним папку.

– Что это может менять, дедушка? – начал Михаил, явно заводясь не на шутку. – Мы тут жилы рвем, чтобы сделать то, что ты велел, а ты вдруг берешь и все резко отменяешь? Ссылаешься на какую-то таинственную папку? Как мы должны это воспринимать?

– Да, дед, тебе не кажется, что ты стравил нас, если не сказать больше – пропустил через мясорубку? И все ради чего – потешить свое самолюбие? Поиздеваться над нами? Какие цели ты преследовал на самом деле? И как давно ты решил, что все достанется Мирославу?! —поддержал младшего Максим.

– Что там за информация? – потребовал Миша.

– Я узнал об этом только сейчас. Когда затевалось ваше небольшое соревнование, ее не было. – Орлов замолчал, о чем-то поразмыслил, потирая подбородок, а затем кивнул самому себе. – Но объяснять я ничего не намерен! Да и не обязан, – сухо выдал Павел Лаврентьевич, демонстрируя свой упрямый, если не сказать упертый характер и железную волю. – Я свое слово сказал. Кому не нравится, может попробовать его оспорить. Я посмотрю, кто из вас сможет это сделать.

С этими словами глава семьи поднялся, позволив возлюбленной ему помочь, и медленными, аккуратными шагами покинул обеденный зал, оставив всех в полной растерянности.

Кажется, никто из нас так и не смог осознать того, что только что произошло. Всем нам требовалось время.

– Как это возможно? – подал голос Евгений. – Как вообще его понимать? – растерянно протянул отец братьев.

– Даю руку на отсечение, что он планировал все это с самого начала! – зло выдал Михаил, резко ударяя рукой по столу. Сидевшая рядом «жена» подпрыгнула от испуга, когда вниз покатились ножи и вилки.

– Ты… – Макс пропустил мимо ушей слова Михаила и бросил просто уничтожающий взгляд на Мирослава. На удивление, тот все еще сидел молча. Кажется, он и сам не мог поверить в то, что только что выдал глава семейства.

На самом деле, Макс был прав в своей недавней речи и заявлении о том, что ставку на Мира никто не делает. Миша и Макс сцепились в кровавой схватке, как бешенные псы за кусок мяса и не заметили того, что есть и третий претендент.

– Я ничего не знал! – тут же громко выдал Мирослав. – Я вообще… мне кажется дед пошутил! – Младший пожал плечами. – Я же даже не знаю, где находится головной офис нашей компании, – резонно заключил он, разводя руками в стороны.

– Вот, дамы и господа! – Макс махнул в его сторону рукой. – Вот, кому достанутся миллиарды и наследие нашей семьи! Человеку, который ни дня не проучился после средней школы. Человеку без высшего образования, воспитания и хоть какого-то желания работать на благо бизнеса! Ты хоть читать-то нормально умеешь?

– Здесь я с ним согласен, – неохотно произнес Михаил. – Папа, – он повернулся к Евгению, – нужно что-то делать. Мирослав на это место не годится, мы все это знаем! Как дедушка мог решить так поступить?

– Да… нужно.

– Может быть, это работа его новой пассии? – продолжил бывший.

– Женечка, не переживай, все ведь хорошо, – протянула Ольга.

– Оля, ты знаешь отца, он никогда и ничего не делает просто так. Я не понимаю того, что сейчас произошло… – Только сейчас я заметила, как тяжело давались все слова Евгению. Он выглядел так, будто какой-то невидимый, но очень большой груз опустился на его плечи. Будто он не давал ему выпрямиться и вдохнуть полной грудью. Кажется, отец Миши был в полном отчаянии и, возможно, впервые за долгие годы, совершенно не знал, что делать.

А я? А что я… я сидела на своем месте и пыталась переварить все то, что свалилось на нас за одно утро.

Миша с его «женой» и ребенком, дед с его решением, и свобода… ведь свобода же? Если гонка была завершена, и, пусть и к моему великому сожалению, Макс проиграл, то в моем нахождении в доме Орловых больше не было надобности?

– Проклятье, – неожиданно прорычал сидевший рядом Макс. – Отец! У тебя есть хоть какое-то понимание того, что происходит?! Ты знал о решении деда?

– Нет, не знал, – холодно ответил Евгений.

– Ну, конечно, я должен в это поверить! А ведь для вас все здорово складывается, не так ли?! – Он махнул рукой в сторону мачехи и отца. – Теперь у вас Мир на коротком поводке, будете шпынять его, куда вам нужно, управлять всем, как хочется! Он станет очень удобной марионеткой в ваших руках! Это даже лучше, чем если бы выиграл Миша!

– Я не думаю, что все будет так просто и радужно, как ты мелишь! Ты понятия не имеешь, чем это все для нас может обернуться, – процедил Евгений, резко поднимаясь со своего места.

Он ушел первым, Ольга понеслась следом за мужем. Чуть погодя молча удалился и Миша, даже не взглянув на свою якобы супругу. Остались только мы и Мирослав.

– Что ж, брат, – Макс тоже, наконец, поднялся на ноги. – Поздравляю. Теперь ты тут полноправный хозяин.

– Все. Игра закончена.

Мы вернулись в комнату, потому как ни о каком прежнем расписании дня речи уже идти не могло. Сломленные, потерянные, мы добрели до восточного крыла и прошли в свою комнату.

– Мы можем тут спокойно говорить?

– Ты слышала деда? Можешь хоть на весь мир кричать, что брак фиктивный! – Макс плюхнулся на уже заправленную кровать и схватился за голову. Кажется, он был в отчаянии. Или в шоке. Или пребывал в обоих состояниях одновременно. Сложно было сказать наверняка.

– Послушай, не хочу такое произносить вслух, но Миша прав. Нужно поговорить с вашим дедом. Ты уверен, что все по-настоящему, что это не провокация с его стороны? Может быть, он проверяет вас? И вообще, что в той папке, на которую он так упорно ссылался?

– Ты думаешь… – Макс поднял голову и посмотрел на меня. – Думаешь, это может быть частью испытания? – с надеждой протянул супруг.

– Не знаю. Но кое-что поняла. Дед у вас непростой. Сначала он устроил гонку, где все должны пережениться и родить детей. Кто первый, тот и выиграет. Затем резко плюет на собственные правила и отдает все Мирославу. При этом вам ничего не объясняет. Может быть, у него не те цели, о которых он вам говорит?

– Например?

– Ну, например, если я стареющий богач, то хочу, чтобы моя семья была вместе. Вся моя семья. В том числе и возможные нагулянные вне брака правнуки. Вдруг Павел Лаврентьевич просто хотел, чтобы его дети привели свое потомство в дом, признали его?

– Он мог знать, что у Миши есть один ребенок, вот-вот родится второй… думаешь, хочет собрать свою кровь?

– Возможно. Все остальное может быть мишурой, отвлекающим маневром или сопутствующими факторами. – Я медленными шагами подошла к большому окну, из которого уже лился яркий, солнечный свет. Взглянула на внутренний двор, в котором уже потихоньку расставляли игрушки для Матвея.

Да, вполне возможно, что старший Орлов хотел простых вещей. Например, научить своих детей и внуков брать ответственность за тех, кого они сами породили.

– Нужно узнать, что в той папке. Кровь из носа. Возможно, там что-то, чего ваш дед и впрямь не ожидал. Или это очередной каверзный ход. В любом случае, мы должны знать.

– Мы? – удивленно протянул Максим, поднимаясь на ноги.

– Да, мы, – я утвердительно кивнула.

– Я думал, ты не захочешь больше оставаться здесь… Ты не хотела этого с первых минут.

– Да, я не хотела. И когда ваш дедушка сегодня объявил о том, что все уходит Миру, я тоже подумала, что пора сматывать удочки. А потом я поняла кое-какие важные вещи. Во-первых, ваш дед может легко передумать. И тогда мы спалимся и спалим наш фиктивный брак. Разумеется, в том случае, если это провокация. Во-вторых, угроза в виде Миши для меня и сына никуда не девается. Конечно, если у него не будет прежних денег, для меня все станет намного проще, но никто не сможет мне дать стопроцентной гарантии безопасности, что он оставит нас в покое и не выкинет какую-нибудь дичь. В-третьих, я давала тебе слово. Я обещала, что буду с тобой до конца этой игры. Что-то мне подсказывает, что она еще далеко не закончена. Если не сказать, что наоборот, только начинается.

– Ты правда останешься со мной? Поддержишь? Даже зная, что, вполне возможно, нам не достанется ни рубля? – Максим сделал несколько осторожных шагов ко мне.

– Меня никогда не интересовали деньги вашей семьи. Я вполне достаточно зарабатываю сама. У меня все есть. Я хочу, чтобы Матвей был в безопасности, я хочу в этом убедиться. И мне хочется помочь тебе.

Орлов посмотрел на меня, будто я была каким-то видением, в которое он не до конца верил. Наверное, он полагал, что как только мы переступим порог нашей комнаты, я тут же брошусь собирать вещи.

– Я не знаю, что сказать…

– И не надо, – я улыбнулась. – Но ты должен мне помочь.

– В чем?

– Проведи в кабинет к деду. У него же есть свой кабинет?

– Да, конечно… но зачем тебе?

– Я хочу подсмотреть, что в той папке.

– Серьезно?!

– Да. Веди. А повод я придумаю. Положись на меня.

– Что там? Ну что там? Что ты узнала? Ты смогла что-нибудь узнать?

Я действительно проникла к дедушке Павлу, чтобы разнюхать, как можно больше информации. Поводом сделала Матвея. Мол, зашла договориться, когда дед сможет провести время с внуком, и я смогу привести его к родне.

– Я… – Я только покачала головой. Честно говоря, я была настроена на то, что увижу тест или тесты ДНК. После того, как Павел Лаврентьевич резко изменил свое решение и, поглядев в бумажки, решил, что все будет принадлежать самому неподходящему внуку, я резонно предположила, что Миша и Макс могут оказаться ему не родными. По крови. Конечно, в этом мало верилось, наверняка Евгений за столько лет понял или хотя бы усомнился в своих женщинах и проверил эту информацию, но мало ли?

Однако, нет. В папке оказались пустые листы бумаги. Я смогла мимолетно заглянуть в них, пока старший Орлов задумчиво смотрел куда-то в окно.

Увиденное в очередной раз натолкнуло меня на определенные мысли.

– Макс, он ведет какую-то свою игру. Бумаги, которые якобы лежали в папке, чистые.

– Как чистые? В смысле чистые? – Орлов расхаживал по нашей спальне взад-вперед, было видно, что он нервничает. – Уверена, у него не те цели, о которых он вам сообщил. Что, если он вообще не собирается оставлять все кому-то одному из вас? Может быть, Павел Лаврентьевич просто вами манипулирует? Тебе такая мысль в голову не приходила?

– Приходила, конечно, но раньше за дедом таких интриг не водилось. Не похоже это на него. Он всегда был твердым, решительным и прямолинейным. Строгим, но справедливым. Если что-то говорил, то делал.

– Да, но не забывай, что сейчас речь идет не о бизнесе, а о семье. Тут все тоньше и некоторые подходы требуют изменений. Возможно, ему пришлось пересмотреть свои приоритеты, чтобы сплотить семью. В таком возрасте, в котором он сейчас находится, мир уже кажется другим, мне когда-то рассказывала об этом покойная бабушка. Жизнь пересматривается, хочется совсем других вещей, чем еще десять или двадцать лет назад. Ценности меняются.

– Думаешь, он хочет сделать нас настоящей семьей?

– Возможно. Возможно именно таким его план и был изначально. Заставить вас выплеснуть злость. Собрать своих детей. Сплотиться друг с другом. Пусть и против него.

– Это лишь твои предположения, – покачал головой Максим.

– Конечно, я могу ошибаться. Но если я права, то нам нельзя раскалываться.

– Ты правда останешься со мной?

– Да, останусь. – Я подошла к Максу, кивнула, положив руку на плечо. – Ты помог мне, защитил от Миши. Матвею здесь… довольно неплохо. Он очень ждет свою площадку. И рвется к деду. Пусть общаются. Кажется, помимо ужасов, в этом доме есть и плюсы, – я улыбнулась.

– Спасибо тебе. Не знаю, как бы сейчас чувствовал себя, если бы тебя рядом не было, – Орлов положил свою ладонь поверх моей, благодарно взглянул в глаза. Мне приятно было услышать эти слова из его уст. Приятно было знать и ощущать, что тебя ценят. Что тебя воспринимают, как личность. Что тебя уважают. С Мишей такого не было. Была только слепая страсть и глупые, розовые мечты, к сожалению, не подкрепленные реальностью.

– Давай, собирайся с духом и тебе пора.

– В смысле? – удивленно протянул Макс.

– Езжай и достраивай дом.

– Но… зачем?

– Покажи деду, что можешь. Покажи, что уважаешь его просьбы и желания. Покажи, что не бросаешь дело на полпути. А вечером, когда вернешься, я приготовлю тебе ужин своими руками, и мы посидим на террасе. Матвей поиграет в саду. Все, как у настоящей семьи. Не сдавайся.