ГЛАВА 25

Словно птица, я раскинула руки-крылья в стороны, стараясь сразу удобно подхватить обоих малышей. Охнув, я сжала зубы, ощущая мгновенную резкую боль внизу живота – прямо там, где была татуировка, которая скрывала шов после кесарево сечения. Но мне было не до этого. Вся моя сущность кричала о том, что я должна спасти детей. Как же крепко я спала, что совершено ничего не заметила! Жёлтые тяжёлые портьеры уже во всю полыхали огнём. Чёрная копоть мешала нормально дышать, заставляя делать рваные глубокие вдохи. Прижав детей крепко к себе, я, кашляя, бросилась на выход из спальни. Пробегая мимо дивана в гостиной, чуть не споткнулась о разбросанные крышки от кастрюль, которыми игрались Эмилии и Нейт вечером перед телевизором. Тяжело дыша, я часто заморгала, пытаясь хоть что-то разглядеть. Слизистую глаз нещадно жгло из-за едкого сизого дыма. Где-то за спиной послышался странный хлопок и звон стекла. Вскрикнув, я еще сильнее прижала к себе малышей, впиваясь пальцами в их мягкие податливые тельца. Вероятно, загорелись деревянные рамы и лопнули окна. А это значит, что из-за сквозняка процесс возгорания лишь наберёт свои обороты. – Всё будет хорошо… Всё будет хорошо… – бормотала я, пытаясь успокоить плачущих Эмили и Нейта. Пробравшись в узкий коридор, дотянулась до ручки входной двери, но к своему ужасу поняла, что не могу её повернуть. Дверь заперта! Я сама лично перед сном её запирала. Боже! Чувствуя, как накатывают паника и отчаяние, что накрыли меня с головой, словно цунами, я громко и отчаянно закричала: – Помогите! Конечно, я понимала, что своей истерикой напугаю детей, но ничего не могла с собой поделать. Отыскать ключи от дома в таком состоянии, да еще и с двумя детьми на руках – просто не реально! – Помогите! Кто-нибудь… – я ударила ногой по двери, вкладывая в этот удар все оставшиеся силы. Еле передвигая ногами, я смогла приблизиться к широкой тумбе, где держала запасную связку ключей в самом верхнем ящике. – Сейчас, сейчас… – прижав детей одной рукой к себе, я неловкими движениями пальцев попыталась отыскать ключи. В чёртовой связке их было не менее шести штук. Проклятие! Плачущие малыши на руках не давали возможности отыскать нужный ключ. Но я упрямо перебирала их трясущимися пальцами, стараясь найти необходимый. Меня изнутри уничтожала мысль о том, что мы все погибнем от нехватки кислорода… – Да где же ты?! – выкрикнула я в сердцах, будто бы ключ от входной двери был живым существом, повинным в том, что случилось. И вдруг… Словно через плотную вату в ушах послышался голос, повторяющий моё имя. Тряхнув головой, я попыталась прогнать наваждение. – Эйми… Эйми?! Нет, мне не показалось! Это же Дастин! Прижимая Эмили и Нейта к груди, забарабанила вновь ногой в дверь, даже не ощущая боли от сильных ударов. – Я здесь! – прокричали я, тут же добавив: – Мы здесь! – Эйми, отойди от двери! – громкий приказ Дастина заставил меня попятиться назад и больно удариться бедром об острый угол тумбы. – Я сейчас выбью дверь! Несколько мощных ударов вынудили меня инстинктивно прикрыть детей собой, прижав их к стене, чтобы, не дай Бог, они не пострадали. Ещё минута – и послышался треск дерева и громкая ругань Дастина. В другой ситуации я бы придушила его за такое сквернословие при детях, но сейчас я была сосредоточена на том, чтобы выбраться поскорее из этой смертельной ловушки. Грохот сорванной с петель двери напугал малышей еще сильнее. Я ощутила, как маленькие пальчики впились в меня, ища защиты. В это мгновение я осознала, что готова отдать жизнь за них. Всё, что было «до» в моей жизни, теперь казалось ерундой. Главное – Эмили и Нейт. Их жизнь и здоровье. «Господи! Мэдисон будет в шоке, а Дэйм просто сойдёт с ума», – подумала я, ощущая, как щупальца истерики сжимаются холодными железными обручами вокруг моего сердца. В эти мгновения горячие мужские руки подхватили меня, уверенно направляя в сторону выхода, который я не видела, находясь в полной дезориентации из-за плотной завесы дыма. Я – словно беспомощная песчинка, подхваченная сильным руслом реки, безропотно подчинилась Дастину. Выскочив наружу, мы пробежали еще несколько метров вперёд. Оглянувшись, я с ужасом увидела, как шторы в гостиной и детской заменил яркий огонь. Языки пламени, словно лаская, уже затронули крышу. Из окон валил страшный чёрным дым, оглушительно щелкал профлист, которым была покрыта крыша… Взъерошенный Дастин с пятнами от сажи на белой рубашке выглядел, мягко говоря, мрачным. Заметив, как мое полуобморочное состояние, он бросился к нам и в последний момент подхватил меня, готовую упасть. Дастин взял из моих рук сначала Эмили, а потом и Нейта. Зажав рот рукой, я опустилась на колени прямо на землю, наблюдая сквозь слёзы, как горит мой дом. Он уже почти полностью исчез в высоком столбе огня. Деревянные брусья податливо таяли под горячими языками оранжево-красного пламени…