ГЛАВА 34

Отложив расчёску в сторону, я приподняла руками волосы возле самых корней, обдумывая, стоит ли заколоть непослушные тяжёлые пряди у висков, чтобы они не мешались или оставить их так, как есть. Но вспомнив, что у меня нет ни крабиков, ни шпилек, расстроенно опустила руки вдоль тела. – Ладно. И так сойдёт, – прошептала отражению, ущипнув себя за бледные щеки, чтобы хоть какие-то краски заиграли на моем бескровном лице. – Краше только в гроб кладут, – проворчала я, отворачиваясь от зеркала и бросая взгляд в окно. Первое на что бросилось мне в глаза – это папин чёрный джип. Боже! Они уже здесь. Все внутри перевернулось, вырывая из моей груди мучительный стон. Мурашки забегали вниз-вверх по позвоночнику. В голове словно наяву послышался голос отца, который произносит клятву о том, что если ему когда-нибудь попадается на глаза Хейз, он ему покажет, где раки зимуют… А вот мама всегда держала нейтралитет. Правда пару раз в прошлом она была свидетельницей того, как я тонко играла на нервах Дастина, ещё в те времена, когда мы только начинали встречаться. Тогда, качая головой, она заявила «бедный мальчик» и неодобрительно бросила косой взгляд в мою сторону. Но все это было в прошлом – до того, как он исчез, оставив их совсем молоденькую дочку беременной и с кучей приобретённых от разрыва отношений психологических проблем. «Одно только мое ОКР чего стоит», – горько усмехнулась я, проводя пальцами по прозрачному стеклу идеально чистого панорамного окна. Порывисто развернувшись, я направилась на выход, думая о том, как давно приехали родители и на месте ли ноги Дастина… ведь отец обещал их вырвать. После этих мыслей я инстинктивно прибавила шаг, надеясь все же на то, что присутствие маленькой внучки остановит отца от поступков, о которых он может пожалеть в будущем. Стараясь собраться с мыслями, я на ходу вытерла влажные холодные ладони о бёдра. Вот это понимаю шумоизоляция! Из чего только сделаны стены этого дома? Ведь в своём тан-хаусе, я слышала даже, как чихает проходящий по улице человек. Нет, я конечно утрирую, но, тем не менее, дом сгорел как спичка, а это говорит о качестве постройки. Почему у меня было стойкое ощущение, что с домом Дастина такого бы просто не произошло? Стены здесь возведены на совесть. Я даже несколько раз обращала внимание на то, что вижу почти незаметные глазу приборчики, которые, как пояснил Дастин, являются пожарной сигнализацией со встроенными датчиками. В общем, не дом, а крепость. «Если злоумышленники что-то задумают, то просто-напросто потерпят фиаско», – рассуждала я, проходя мимо комнаты, которая была заперта на ключ. Вчера я поинтересовалась у Дастина, что там? Но парень, нервно проведя ладонью по шее, пробурчала что-то невразумительное на счёт своего кабинета и беспорядка. Он явно не хотел поднимать эту тему, а я не стала настаивать. Пока не стала… «Ну, а что? Вдруг это комната, как в сказке про синюю бороду?» – нервно хмыкнула я, думая о том, что из-за расшатавшихся нервов думаю о всякой непонятной чепухе. Это дом Дастина. Он, в конце концов, имеет право на свою личную территорию. Но рука, словно живя своей жизнью, все же дотронулась до дверной ручки, дёрнув ее на себя. Яс разочарованием поняла, что ничего не изменилось. Дверь заперта. – Эйми, дочка? Это ты? – услышала я смущенный голос мамы откуда-то со стороны кухни-гостиной. Словно вор, застигнутый на месте преступления, я отдернула пальцы от дверной ручки. Я почти влетела на кухню, блестя глазами переруганного оленёнка Бемби. Но, к своему облегчению, я увидела лишь маму, что сидела на огромном бархатном диване, показывая Эмили новенькую книжку с музыкальными вставками. Дочка выглядела вполне довольной жизнью и то и дело норовила вырвать картонные изображения животных из подарка своей обожаемой Ба. Мама поднялась с дивана, быстро сокращая расстояние между нами. – Эйми… – ее голос дрогнул. Добрые лучистые глаза наполнилось влагой, мягкие материнские руки потянулись ко мне. «О нет, это из-за пожара!» – мелькнула паническая мысль. С самого детства я всегда боялась маминых слез. Казалось, я сразу теряю почву под ногами, ведь как бы не было плохо, родители всегда остаются для нас каким-то несокрушимым фундаментом. Приложив палец к губам, я показала глазами на Эмили, упоённо грызущую уголок книги. – Не надо, мам, не при Эмили. Все хорошо, – я попыталась улыбнуться сквозь предательскую пелену слез, что сразу же заволокли глаза. Мы обменялись понимающими взглядами, у обоих в глазах дрожали слёзы. Но мы сильные… будем сильными, ради этого маленького ангелочка, сидящего на диване. Хватит с неё нервной обстановки! Не выдержав, мама порывисто обняла меня, крепко сжимая пальцами плечи. – Доченька, как же так? Проведя по ладонью по спине мамы, я слегка похлопала ее по лопаткам, пытаясь успокоить. – Все обошлось. Дастин оказался рядом очень вовремя. – Да, папа рассказал. Хоть у меня и подозрения, что твой отец половину от меня утаил. Я надеюсь, что причину возгорания сегодня же обнаружат! – взволнованно воскликнула мама, незаметно для себя повышая голос. – Мууу… – неожиданно сказала Эмили, вызывая наш с мамой неподдельный восторг. Словно не зная, куда себя деть, родительница вновь оказалась возле Эмили и поцеловав золотистые кудряшки внучки, умиленно утёрла кончик глаза. – Какая она у нас умничка! Я согласно кивнула, неловко замерев посреди кухни. Мама, покопавшись в сумке извлекла наружу, какую-то мягкую погремушку, чем вызвала неописуемый восторг у крохи. Мои губы помимо воли растянулись в улыбке. Что не говори, а моя жизнь и жизнь родителей стала крутиться вокруг этого беззащитного существа, покорившего наши сердца. Я видела, как мама закинула в рот белую пилюлю и сделала быстрый глоток воды из стакана, что стоял на кофейном столике возле дивана. – Дочка! – неожиданно возбуждённо воскликнула она, словно спохватившись, встала со своего места, сверкая глазами. Я облегченно вздохнула, понимая, что мама взяла себя в руки и пытается отвлечься от ужасных мыслей. Она словно закрыла все плохое за дверью, переключаясь на другую тему. Всегда хотела научиться у неё этому качеству, но, кажется, мне это не под силу. – Какой дом и район, – продолжила мама, чуть понизив тон. – Это просто мечта! – указав пальцем на кофе машину, что была размерном почти с мой холодильник в прошлом доме, мама показала пальцем знак «класс». – Да, – кивнула я в ответ. – Здесь просто обалденно. – Я когда увидела дом, глазам не поверила, такой стильный, большой… Увидев какое восхищение выражали мамины глаза, я даже почувствовала гордость за Дастина. Ну, да! Это же его дом. – Ты умница. Все верно делаешь, – неожиданно завила она, сбивая меня с толку. Приподняв бровь, я решила уточнить: – О чем ты, мам? Мама обвела внимательным взглядом помещение. – О том, что не пошла на поводу у гордости, а приняла Дастина в семью. Ну, совершил мальчик ошибку, с кем не бывает? – мама махнула беспечно рукой, словно перечёркивая два года моих страданий. – Надо думать об Эмили. Не о прошлом, а настоящем. Ей нужен отец, тебе нужен муж. Думаешь, твой отец не косячил? Я раскрыла рот, не зная, что и сказать. Мама же, всплеснув руками, вдруг возбуждённо проговорила, глядя мне в глаза: – Когда у вас свадьба? – Маааам, – застонала я, чувствуя, что началось самое страшное. Я прекрасно знала свою маму. Если она что-то задумала – не остановится. Кажется, у неё появилась новая идея и цель – мое замужество. – Мам, папа – святой. Ну, какие ещё ошибки? Он с тебя пылинки сдувает, разве он сбегал от тебя бросив и ничего не объяснив? – вырвалась у меня неожиданно затаившаяся давняя обида. – Вы словно два попугайчика неразлучника – всегда вместе. На лице мамы мгновенно мелькнуло смущение. Она нервно схватила с дивана игрушку – что-то похожее на текстильный цветок с шуршащими листьями. – Доченька, такой, как твой отец – большая редкость. Да, ты права, мы с ним с самой школы. Я знала, что мы поженимся ещё во втором классе,– хмыкнула мама, сжимая шуршащий стебель. – Но пойми, не все такие. Кому то нужно сначала пройти испытания, чтобы понять, как ему дорог человек, переосмыслить все, – мама тяжело вздохнула. – Перед твоими глазами всегда был идеальный пример, поэтому твоя планка была столь высока. Но, дорогая, не смотря на все это, ты полюбила Дастина. А ведь он всегда был сложным мальчиком. Я вспыхнула, думая о том, что мама права. Но от этого не было легче. – Когда Дастин говорит о тебе, я вижу… вижу, как ты ему дорога, милая. И поверь, я не молоденькая девушка, которая будет слушать, развесив уши. Я же вижу все поступки, которые он совершает ради тебя, – запнувшись, мама проникновенно продолжила. – Этот дом… Он словно создан для тебя – этим все сказано, больше чем тысяча слов, – мама раскинула руки, показывая на все, что находится в помещении. Неловко переступив с ноги на ногу, я подошла к дивану и взяла на руки Эмили. Мое сердце мгновенно растаяло, когда малышка положила кудрявую головку мне на грудь. Входная дверь хлопнула, и послышались голоса отца и Дастина. – Я думаю, это подвеска. – Да, черт его знает! Думаешь, стоит отвезти моего «бизона» к Мэйсону? – взволнованно спросил отец. – Думаю, да. Не нужно рисковать, – тут же откликнулся хозяин дома. Мама подошла ко мне ближе и почти прошептала, взволнованно глядя в глаза: – Не руби, дочка, с плеча, ведь Дастин отец Эмили. Эмили завертелась на моих руках и вдруг громко и четко сказала: – Папа. Как раз в этот момент на кухню зашли отец и Дастин. Я никогда не видела такого восторга в глазах Дастина Хейза. Он буквально захлебнулся от эмоций. Его синие глаза устремились на Эмилии, которая совершенно ничего не подозревая, как маленькая заводная куколка повторила вновь: – Папа. Дастин дёрнулся, ещё одно мгновение и – Эмили оказалась у него на руках. Полным восторга голосом, сбиваясь с дыхания, Дастин с нервной дрожью в голосе проговорил: – Эйми, ты слышала?!! Эмили назвала меня папой! Сейчас Дастин был похож на радостного подростка, получившего свои первые ключи от собственного автомобиля; или на человека, неожиданно выигравшего в лотерею. Эмили, радостно вторя его смеху, неожиданно вцепилась в средней длины волосы Дастина, с силой дёрнув светлые пряди своими пухлыми ручками. – Ауч! – сорвалось болезненно с его губ. Хейз попытался расцепить пальчики малышки, но по своему опыту я знала, что это не так-то просто. Но прежде, чем я успела помочь, мама, словно заправский фокусник отвлекла внучку. Несомненно, она этим заслужила огромную благодарность Дастина. А я вдруг с какой-то щемящей грустью в сердце подумала о том, что Дастин незаметно смог завоевать расположение не только Эмилии, но и моих родителей.