9

София

Смотрю на Марка и не могу понять: он сейчас говорит серьезно или нет? О чем просит рассказать? Для чего строит из себя непонятно кого? Неужели он считает, что я должна ему что-то рассказывать? Шаховский ясно дал понять, что ни я, ни ребенок ему совершенно не нужны.

Меня трясти начинает от эмоций.

– Марк, я не хочу ничего тебе рассказывать и тем более объяснять, я тебя прошу – уйди. Маша – моя дочь и только моя. А если ты еще раз посмеешь мне угрожать, что отберешь ее, я перегрызу тебе горло, понятно?

– Я имею право знать правду! Почему я только сейчас узнал, что у меня есть дочь? А если бы мы не встретились вновь? Ты бы продолжала ее скрывать. Это ненормально, Соня.

– Ненормально? – рычу я. Боже, дай мне сил, чтобы я не прибила его. – Ненормально давать деньги на…

Я не договорила. Резко отвернулась от него, чтобы не видел моих слез. Он недостоин их.

– Что ты хотела сказать? Ненормально давать деньги на что?

Он хочет, чтобы я это сказала? Зачем строит из себя непонятно кого?!

Перед глазами прошлое. Тот вечер, когда я пришла все же к нему на ужин, как у нас все завертелось. А я ведь сама себе говорила, что все несерьезно, так... веселая история для девчонок перед универом.

Но… Марк зацепил меня. Он оказался совсем не таким, каким мне представлялся. Он очень глубокий и начитанный молодой человек. Мы часами обсуждали любимые книги. Спорили до хрипоты, доказывая свою точку зрения. Он рассказывал о себе и своей семье, я о своей. Делились мечтами и планами на будущее… Было так легко, словно мы сто лет друг друга знаем. Нам было действительно хорошо в обществе друг друга…

И тогда, в последнюю нашу ночь вместе, все и произошло… Марк стал моим первым. Мне было совсем не страшно. Он был таким чутким, осторожным. В каждом прикосновении нежность, в каждом взгляде любовь. Я чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Мне хотелось кричать от радости и эйфории… Я чувствовала, что влюбляюсь… Мне казалось, что это состояние продлится всю жизнь. Как же сильно я ошибалась!

Уже утром мне пришлось срочно поехать домой. Я даже не успела предупредить Марка. Как услышала, что маме стало плохо и она попала в больницу, Ваня опять что-то натворил… Сразу собралась и уехала.

Домой приехала и узнала, что брат взял займ в микрофинансах, накапали огромные проценты! Когда я услышала сумму, чуть в обморок не упала. Какой идиот! Вечно во что-то вляпается, а мы потом страдаем. Мама в больнице, папе тоже плохо, братец – придурок.

Я тогда в таком стрессе была. Нам пришлось в срочном порядке менять номера телефонов, решать вопрос, как бы не остаться на улице… Три месяца просто выпали из жизни, началась учеба. А потом…

Потом я узнала, что беременна. В один день мне стало так плохо, что меня сразу увезли на скорой, давление упало. Тогда-то я и узнала, что ношу под сердцем ребенка, а срок уже приличный.

Что дома началось… Мама в истерике, отец ругался и грозил всеми карами. А я … Я так испугалась! Мне едва исполнилось восемнадцать, я только поступила на первый курс и у меня будет ребенок…

Я сразу решила разыскать Марка и рассказать о том, что он станет отцом. Даже не сомневалась в этом. Он должен обо всем узнать! При смене сим-карт я потеряла все номера, никак не могла связаться с Шаховским. Хотела поискать в интернете информацию о нем, но почувствовала, что мне стало плохо…

У меня началось кровотечение, и я снова попала в больницу. Я так переживала, чтобы с ребенком все было хорошо! Только и молилась об этом! Только это сейчас имело значение.

В больнице меня продержали около месяца. Когда выписалась, сразу начала искать информацию о Марке. Я, конечно, не строила иллюзий о нашем совместном будущем… Но знать о том, что у нас будет ребенок, он должен. Я считаю, что у малыша должна быть полноценная семья.

Но беременность была настолько тяжелой, что я снова попала в больницу. И тогда я попросила Ваню разыскать Шаховского. Брат выполнил мою просьбу. Я тогда такой окрыленной была! А потом Иван положил передо мной десять тысяч на… аборт.

Брат сказал, что это передал Марк. Сказал, что он не хочет меня знать и ублюдок от обслуги ему совершенно не нужен. У меня тогда такая истерика началась, я не верила в это! Марк не мог так поступить со мной и с малышом!

А потом я сбежала из больницы и узнала, что Марк женился на другой… Я, как маньяк, просматривала фотографии в интернете и читала интервью. В крайнем из них Марк сказал, что ждет не дождется, когда они с супругой заведут ребенка. Внутри такая тупая боль зародилась…

И в тот самый момент малышка начала активно пинаться в животе. Я накрыла ладонью живот и пообещала, что никому не дам ее в обиду, всегда буду защищать и никто нам больше и не нужен…

– София! – повысил голос Шаховский, и я вынырнула из воспоминаний.

– Дай мне время, – хрипло сказала.

– У тебя было пять лет.

– Не напирай на меня, Марк. Мне нужно все обдумать и решить, как будет лучше для моей дочери.

– Нашей.

– Нет, моей. Ты ей пока никто, лишь донор биоматериала, – отрезала я. – А теперь уходи.

Видимо, Марк понял, что со мной лучше не спорить сейчас, мужчина грубо выругался и покинул квартиру. Трясущимися руками я закрыла за ним дверь и прислонилась спиной к двери, съехала вниз.

В душе такой раздрай. Я не могла понять его реакцию. Почему он так себя ведет, если сам же отказался от нас… Не вспоминал, не искал… Я ничего не понимаю. Мне нужно еще раз поговорить с братом! Пусть снова все расскажет в мельчайших подробностях…

***

Марк

Выскочил из подъезда и быстрым шагом направился к машине. Я ни хрена не понимал. Какого черта? София несёт какой-то бред. И главное свято верит в него. Верит в то, что я все знал.

И у меня есть только два объяснения этому. Либо тогда, шесть лет назад, случилось то, чего я не знаю. Либо она шикарная актриса и все было хорошо отыгранной сценой для меня. Но, как ни странно, я не хотел верить в это. Слишком искренние эмоции были в ее глазах.

Решил, что дам ей время. До завтра. Не собираюсь ждать еще больше, я итак потерял слишком много. Теперь София знает, что я не исчезну из жизни своей дочери. Эта малышка нужна мне. И, черт возьми, я ей нужен. Не тот блондинистый идиот, который готов продать свою семью. Одна лишь мысль о том, что этот хмырь живёт с моей дочерью под одной крышей, приводит в слепую ярость...

Добрался до дома, который встретил меня мрачными окнами. Жена ещё не вернулась. Все это время я даже не вспоминал о ней, все отошло на задний план. А сейчас накрыло осознанием, что она тоже должна знать правду. И я не уверен, что Сашка отреагирует на это спокойно. Да и плевать.

На часах было далеко за полночь, я же не мог спать. Сел в кабинете, гоняя мысли в голове одну за другой. Теперь у меня был четкий план. Сделать экспертизу, признать дочь, выяснить, что за хрень творилась в прошлом. Рассказать все жене и самое главное – стать хорошим отцом.

***

С самого утра караулил Дееву около их дома. После бессонной ночи в компании с коньяком, голова раскалывалась на части. Едва не заснул прямо в машине.

Смотрел на этот задрипанный подъезд и унылый двор с покосившейся горкой. До чего же хреновый район! Моя бы воля – прямо сейчас перевез Машу к себе. Уже и ремонт продумал, переделаем одну из гостевых в детскую. Лес рядом. Природа. Все, что нужно ребенку. Но я понимал, что пока что не могу ничего сделать. Отрывать ее от матери – не вариант.

Наконец из подъезда появилась Деева, держа малышку за руку. Мою машину девушка не заметила, и я поспешил выбраться. Пора претворять свой план в жизнь.

– София! – окликнул ее, пока они не скрылись за углом.

Деева заметно вздрогнула и резко обернулась. Но все мое внимание было приковано к девочке. Та смотрела на меня округлившимися глазами и жалась к матери.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Деева удивленно и обняла дочь за плечи.

– Мимо проезжал, – ответил и подошел к ним ближе.

София, как ни странно, не шелохнулась. Только изогнула бровь, в глазах предостережение.

– Привет, – осторожно присел на корточки перед девчушкой. – Помнишь меня? Я Марк.

Протянул руку девочке, она робко посмотрела на меня, а потом на мать. Та сжала губы, ей явно не нравилось происходящее. Все же кивнула, но в ее взгляде было столько огня, что я едва не усмехнулся. Даже на мгновение отвлекся на девушку, но тут Маша вложила свою ладошку в мою руку.

– Вы мамин начальник. Вот! – выдала девочка.

А я открыл рот и понял, что не могу говорить. В горле образовался ком, в груди растеклось уже знакомое чувство. Благоволение перед этой девочкой. Желание защищать и укрыть от всего мира. Я осознал, что держу за руку СВОЮ дочь. Ощутил свою связь с ней. То самое первобытное чувство, которое накрыло меня с головой, выбивая почву из-под ног.

– Верно, принцесса, – мой голос был непривычно хриплым. Прокашлялся и подмигнул ей. – Вы с мамой, наверное, идете в садик?

– Да, а ты откуда знаешь? – прищурилась девочка, и я тихо засмеялся. В вопросах бдительности Маша явно не промах.

– Угадал. И могу вас подвезти, если мама не против.

Поднялся и взглянул на Соню. Девушка стояла, обхватив себя руками, и смотрела на меня так, будто видит впервые. В зеленых глазах стоят слезы, губы дрожат.

– Мамочка, поехали с Марком.

Малышка стала дергать ее за рукав. Я довольно улыбнулся. Принцесса на моей стороне. София зажмурилась и запрокинула голову вверх. Сделала глубокий вдох.

– Ладно. Только пойдем пешком. Сад рядом.

Маша запрыгала на месте и тут же кинулась вперед. Мы с Соней медленно двинулись за ней.

– Зачем все это? – громким шепотом обратилась ко мне Деева.

– Привыкай, – ответил ей, не сводя взгляда с дочери. – Маша должна ко мне привыкнуть, ты так не думаешь?

– Вчера ты говорил совсем другое. Собрался забрать ее у меня! Если из-за тебя с ее реснички упадет хоть одна слезинка, я…

Я поморщился, чувствуя, что начинаю заводиться.

– За кого ты меня принимаешь? Скажу в последний раз, я не знал! Черт знает, что ты там себе напридумывала. Но сейчас это не важно.

Видел, что Соня хочет ответить, но в этот момент к нам подбежала Маша.

– Вы как черепахи, – фыркнула девочка и стала нарезать вокруг нас круги.

Я засмеялся от ее непосредственности, даже Деева улыбнулась кончиком губ.

– А что, ты куда-то спешишь? – обратился к Маше.

– Вообще-то, – с умным видом ответила она. – Меня ждет Паша. У нас любовь!

Я даже с шага сбился от неожиданности.

– Прям любовь? Как у взрослых? – спросил Машу, уже думая, как бы познакомиться с этим Ромео.

– Неа, по-настоящему

Выдала это и снова убежала вперед, лишь косичками на голове махнула.

Я перевел ошарашенный взгляд на Софию, та же закатила глаза и прикусила губу. Понял, что она едва сдерживается от смеха.

– И давно это у них? Что за Паша?

С губ Софии все же сорвался смешок.

– Мальчик из ее группы. Отдает ей свою запеканку, – объяснила она. – Такой романтик.

Улыбнулся в ответ, но внутри разлилась горечь. От осознания того, как много я потерял. Я ничего не знаю о своей дочери. Дальше мы шли молча, каждый пребывая в своих мыслях.

Впереди показалось здание сада, Маша уже нетерпеливо стояла у резных ворот. Я взял Софию за локоть, вынуждая остановиться в нескольких шагах от дочери. Так, чтобы она не слышала нас.

– Я хочу сделать тест на отцовство, – видел по глазам Деевой, как она потрясена. – Завтра жду тебя в офисе, поговорим. И можешь даже не заливать говорить про больничный, хватит бегать от меня.

Соня резко выдернула руку, к ее щекам прилил румянец.

– Мой больничный никак с тобой не связан.

Развернулась и направилась к дочери. Та повернулась ко мне и махнула ладошкой. Помахал ей в ответ, и они скрылись за забором. А я, стиснув зубы, стоял как истукан и смотрел им вслед. На мгновение меня посетило такое чувство, будто такой и должна быть моя жизнь. Вот она, семья. Не тот суррогат, которым жил до этого. В сердце защемило от тоски. И тогда я дал себе обещание. Расшибусь, но сделаю все, чтобы эта малышка приняла меня.