Глава 17

Прошло несколько мучительных дней, в течение которых я чувствовала, как медленно схожу с ума по Артуру, по желанию повторить нашу жаркую ночь, но до секса дело так и не доходило.

Иногда мне казалось, что я навязываюсь, что ему не понравилось, что он просто поимел меня и остыл.

Каждый раз, когда пыталась намекнуть, он мягко тормозил и кидал бескомпромиссное: "Рано. Не стоит рисковать", — не отзываясь даже на легкие ласки. Сторонился, хотя и не отталкивал.

Я вообще перестала понимать его цели и поведение. С одной стороны, Артур напоминал ледяного бездушного короля, айсберг, неспособный на ответные чувства, и, несмотря на то, что я помнила, каким он может быть в определенные моменты, все равно начала сомневаться в их искренности.

С другой стороны, ночью, стоило мне уложить брата спать, как он бесцеремонно выдергивал меня из кровати и утаскивал в свою кровать, под бочок, в крепкие собственнические объятия.

Я извелась, не зная, что думать, потому как такое подвешенное состояние убивало больше, чем если бы он по-настоящему меня оттолкнул.

Я бы поняла.

И приняла.

А сейчас это больше походило на моральное издевательство.

В итоге, так и не получив внятного ответа, психанула, закрыв этот вопрос для себя, и поставила жирную точку.

В конце концов, быть игрушкой Артура я не подписывалась.

К обеду, бросив все дела, я отвела брата на день рождения соседского мальчишки в детское кафе, куда нас приглашали за месяц до праздника. Договорилась с мамой именинника, что заберу Сережу через три часа, и поспешила домой.

Плечо у Артура постепенно заживало. Полноценно нагружать его еще нельзя было, но по мелочам он часто помогал.

Вот и сейчас, убегая из дома, я оставила на Артура готовящийся обед.

— Злата? — окликнул смутно знакомый голос уже во дворе. — Златка, это ты!? Золотко мое!

Я неверяще остановилась, среагировав на обращение. Так звал меня только один человек. И то слишком давно.

Не может быть!

Обернулась на парня.

В паре метров от меня стоял, широко улыбаясь во все тридцать два зуба и щурясь от солнца, здоровый загорелый красавец под два метра ростом. В футболке, провокационно обтягивающей его рельефное спортивное тело, светлых джинсах и бейсболке.

Я даже не сразу признала в нем того пухляша, который жил до определенного времени в нашем поселке. В доме напротив.

Олежка — мой старый друг и бывший сосед, с которым связаны самые яркие воспоминания нашего детства.

Соратник, фантазер и первый хулиган на деревне, участвовавший во всех наших самых скандальных проделках и затеях. Главная заноза в заднице моего родного края.

— Узнала, радость моя? Что, сильно изменился? Иди, хоть обниму тебя, что ли! Столько лет не видел.

— Олежик! — с радостным визгом кинулась ему на шею, убедившись, что не ошиблась. — Олежка, тебя не узнать, правда!

Друг обнял меня за талию и приподнял над землей, совсем как ребенка.

На душе посветлело, стоило взглянуть в до боли знакомые глаза, где уже плясали озорные чертики.

— Вот так встреча! Я сам не поверил, когда заметил тебя. Охренел сначала. Подумал: вау, какая куколка — и без охраны! А потом пригляделся, смотрю: что-то знакомое. А это золотко мое!

— Так уже не твое.

— Как так? Опоздал? Упустил? Так я верну. Я настойчивый, ты помнишь, — довольно заулыбался Олег, ставя меня на ноги.

— Помню. Все помню. Скучно стало с тех пор, как вы переехали.

— А ты здесь живешь теперь? — кивнул он в сторону многоэтажек.

— Не совсем.

— Значит, там же? Надо будет заглянуть к будущей теще, поздороваться. Напомнить о себе.

— Лучше не надо, — нахмурилась я.

Олег мог шутки ради и заглянуть в гости, а мне совсем не хотелось, чтобы он узнал, как сейчас обстоят дела у нас в семье. И до какого уровня скатилась мама.

Я чувствовала и свою вину в этом. Не смогла вовремя разглядеть, поддержать родного человека. Не увидела первых звоночков.

А Олег знал моих родителей в те времена, когда наша семья процветала и еще был жив отец.

— Что-то не так? — Друг мгновенно почувствовал перемену в моем настроении.

— Все в порядке, — покачала головой. — Ну, а ты как? Учишься, работаешь, женат?

— Хронический холостяк. Я честно и верно хранил себя для тебя! — положа руку на сердце, клятвенно заверил Олежка и закатил глаза. — Слушай, давай действительно как-нибудь увидимся? Я сейчас по делам тороплюсь. А вот вечерком можно. Есть номер телефона? Я позвоню.

— Я телефон потеряла, — не моргнув глазом, соврала, — временно без связи. Увы.

— Не, так не годится! Подожди! — Он достал из кармана мобилу, выковырял оттуда симку и протянул мне. — Держи.

— Э-э-м… это зачем? — даже растерялась в первое мгновение.

— Я все равно планировал новый купить. Тормозил только из-за того, что не знал, куда старый пристроить. А тут такое дело! Не, он нормальный. Пашет. Правда. Пока не купишь — вот, временно им попользуешься. Ах да! И мой номер. Первый — рабочий, второй — личный. Звони в любое время. Лучше на

личный, — всунул вместе с мобильником визитку. — Короче, золотко, я буду ждать. Очень-очень! А сейчас мне пора бежать. Черт, уже опаздываю!

Олег снова наглым движением руки притянул меня к себе. Чмокнул в щеку, царапнув щетиной, и как бы невзначай мазнул по губам.

— Олежка, подожди! — спохватилась я, но друг лишь помахал рукой и широким шагом заспешил в сторону центральной дороги.

А я так и осталась стоять, растерявшись от неожиданности и пялясь на его зад. Парень уже скрылся за поворотом, когда я, наконец, очухалась. Сунула мобильник с визиткой в карман, потерла рукой щеку и направилась к подъезду.

Квартира встретила меня несвойственной тишиной. И Артур почему-то не вышел встречать.

Скинула босоножки, вымыла в ванной руки и прошлепала на кухню, заглядывая в кастрюли.

Все было готово.

— Вкусно? — Вздрогнула от неожиданности, не заметив Артура.

Он стоял у окна, разглядывая двор. Спиной ко мне.

Напряженный.

Мрачный.

Злой.

Это чувствовалось даже на расстоянии.

— Наверно. Я еще не успела попробовать, — накрывая кастрюлю крышкой, отозвалась в ответ.

— Я спрашиваю, вкусно было сосаться с этим щенком, который лапал тебя за задницу у подъезда? Тебе понравилось? — ледяным тоном припечатал Артур, и только сейчас я поняла его интерес к происходящему на улице.

Из окна площадка у дома как на ладони. А это означало одно: он все видел. И, судя по тону, понял по-своему.

— Не понимаю твоей претензии?! — вскинула подбородок. — Это мой друг, которого я не видела больше шести лет. И вообще, почему я должна отчитываться перед тобой?

Артур развернулся ко мне лицом. Ни единой эмоции на лице. Как застывшая маска. Только в глубине зрачков плещется обжигающая ярость вкупе с ядовитой ревностью, темной воронкой просачиваясь наружу.

Где-то под ребрами сердце трусливо сжалось и заколотилось в разы сильнее. Ладони вспотели, и во рту мгновенно пересохло.

Я думала, что видела Артура в бешенстве. Там, на дороге, во время пожара. Что более мне не придется столкнуться с его темной стороной характера. Но градус его злости тогда даже близко не был равен тому, что я видела сейчас. Ему не нужно было даже повышать тон, чтобы стало ясно, в каком он сейчас состоянии. И что мечтает сделать со мной в эту минуту.

Предательский страх подкосил ноги.

Я до боли вцепилась в столешницу кухонного гарнитура, пытаясь справиться с волной негативных ощущений.

— Так это называется "дружба"? — тихим угрожающим голосом с издевательскими нотками спросил Артур. — А как ты "дружила" с ним раньше? Я, например, если могу позволить себе так откровенно хватать женщину за задницу, значит, поимел ее во все щели в прошлом.

— Прекрати! — прошептала, понимая, куда он клонит.

— Так как вы с ним дружили? В ротик? Или все-таки все заходило еще… глубже?

Артур, оттолкнувшись от подоконника, шагом хищника мгновенно преодолел разделяющие нас метры. Прижал бедрами к столу.

Я не успела даже дернуться, как он резко развернул меня к себе спиной, обхватив ладонью горло, и прижался возбужденным пахом к моей попе. Сжал руку, слегка перекрывая дыхание, и прошептал на ухо:

— Я же выебу тебя как сучку за то, что позволяла ему дотрагиваться до себя! А его порву за один только взгляд на тебя! Вы трахались? По-настоящему? Или ты ему просто дрочила? Признайся?

Мужчина резким движением вклинился между моих ног, отпустил шею и задрал вверх юбку.

Я похолодела, когда он дотянулся до лежащего на столе ножа. Покрутил, играясь, между пальцами, подцепил им край моих трусиков и разрезал напополам. Ставшая ненужной тряпочка тут же слетела на пол.

— Пробовал твою другую дырочку? Растягивал под себя? Вдалбливался по самые яйца? — продолжил издеваться, прикусив мочку уха, и отшвырнул в сторону нож.

Я замотала головой:

— Нет! Пожалуйста! Не надо! — выдохнула сдавленно.

Тело сковало непонятным страхом с примесью странного предвкушения. Низ живота потяжелел.

Я заскребла ногтями по гладкой столешнице, пытаясь вырваться, хоть и понимала, что силы неравны. Сжала колени. Артур в ответ только сильнее прижался сзади, блокируя мои попытки.

— Расслабься! — прошептал таким проникновенным тоном, что мурашки толпой ринулись по спине, и я на миг замерла, забыв о сопротивлении.

Он тут же воспользовался этой заминкой: задрал мою ногу на край мойки, открывая доступ как раз в то место, о котором сейчас грязно и пошло шептал на ухо. С моей растяжкой это было несложно. А вот откровенность позы смущала.

Нежной кожи между ног коснулся поток прохладного воздуха, и возбуждение ударило мощной атакой по нервным окончаниям.

— Невинная девочка оказалась не такой уж и невинной? — Его пальцы коснулись клитора, раскрыли нижние губки и нырнули глубже.

Я охнула, дернувшись в сторону. Вырваться и сбежать мне не дали. Его пальцы выписывали волшебные символы, безошибочно находя самые чувствительные точки, надавливая, лаская, заставляя самой тянуться к нему.

Меня прошило болезненной пульсацией, когда Артур усилил нажим и ускорил темп.

— И течешь, как опытная шлюха, — лизнул языком раковину уха.

Я даже не успела среагировать на его слова, как почувствовала головку члена аккурат у себя между ног, а следом — толчок внутрь. Проникновение. Настолько желанное в этот момент, что глаза закатились сами собой, ощутив долгожданную наполненность.

Его грубые фразы слишком сильно контрастировали на фоне нежной ласки, и я запуталась, чему и кому верить.

У меня язык не повернулся бы назвать это изнасилованием, хотя согласия я не давала.

Артур двинул бедрами вперед, войдя в меня полностью. Замер. То ли давая привыкнуть к ощущениям, то ли сам взял неожиданную паузу. А у меня внутри все запылало, требуя скорейшей разрядки, захлестывая новыми ощущениями.

Ягодицы обжег звонкий шлепок ладонью, и я ощутила первый толчок его члена. Яростный, наказывающий. Еще один, и еще.

Артур начал двигаться во мне, заставив запрокинуть голову назад и полностью довериться ему. В таком положении сама бы я не устояла. Поэтому его поддержка оказалась как раз кстати. Я всегда удивлялась, как ему удается так точно почувствовать, что именно мне необходимо в тот или иной момент. Как сейчас.

Он продолжал таранить меня, засунув пальцы в рот, выбивая громкие стоны и не насыщаясь.

Тяжело дыша мне в шею.

Прикусил кожу, проталкивая пальцы глубоко в рот и ожесточенно трахая, распластав на кухонном гарнитуре.

— Арту-у-р! — заскулила я, чувствуя, что не выдерживаю темп.

— Маленькая, но такая сладкая дрянь! Под ним ты так же стонала? Кончала? Кричала его имя?

— Нет! Нет! Не было ничего! Ни с кем! Кроме тебя… — чувствуя, что он дал мне маленькую передышку, выкрикнула в ответ.

Руки тряслись, ног я вообще не ощущала, а по телу проносились хаотичные спазмы. Я не понимала, больно мне или хорошо, хочу я прекратить или, наоборот, продолжить.

Ураган по имени Артур подмял под себя, обезоружил и теперь вытворял со мной что хотел.

— Не было, говоришь? И здесь никого? До меня?

Он вышел и головкой члена прижался к другой, запретной дырочке.

— Нет. Не надо, пожалуйста, Артур!

— Я хочу быть первым везде у тебя, — приказал совсем другим тоном. — Расслабься!

— Нет! — попыталась отпрянуть в сторону.

— Да-а, малышка! Ты очень сильно разозлила меня сегодня, и я вынужден тебя наказать. Так, чтобы ты запомнила! — он говорил тихим, медово-угрожающим

голосом, растягивая слова и вбивая под кожу каждый слог. Болезненно-сладко пульсируя внизу живота.

Теперь, когда Артур вышел из меня, я отчетливо поняла, что хочу продолжения, хочу его бешеного темпа и обжигающей страсти. Хочу ненасытных прикосновений и поцелуев. Хочу его всего, с грязно-извращенными фантазиями!

Настойчивые пальцы снова скользнули в лоно, имитируя движения члена и высекая яркие искры удовольствия. Покружив немного вокруг клитора, рука сменила направление, и вот уже мягким движением влажный от смазки палец без труда проник мне в попу.

Я задышала часто, закусив губу. Было неприятно, но ощущения мгновенно сменились, стоило члену вновь вернуться в меня.

К одному пальцу присоединился второй, растягивая запретную дырочку. Эмоции накладывались одна на другую. Грязно, пошло, дико и так… возбуждающе!

Я в жизни не могла подумать, что подобное может доставлять удовольствие, а сейчас откровенно текла, прижимаясь к нему попой и насаживаясь глубже.

Языком лаская мочку уха, он нашептывал, как собирается поиметь меня дальше, разрывая все мои шаблоны о том, что в такие минуты мужчины говорят женщинам.

Он довел меня до такого сексуального опьянения, что, когда головка члена коснулась ануса, я даже не подумала сопротивляться. Доверилась, стекая желейной массой в его руки и полностью раскрывшись. Обнажившись до последнего кусочка души.

И почти не среагировала на легкую боль, когда головка начала проникать глубже, все так же паря где-то в облаках.

— Моя сучка!

— Я не…

Давление усилилось, и вот только теперь я всхлипнула, вцепившись в его бедра и пытаясь оттолкнуть. Но именно в этот момент Артур плотно прижался ко мне сзади, войдя полностью.

Черт! Черт! Черт!

Что я творю?

Как я позволила?

Зачем?

Миллионы вопросов взрывались в голове, а он тем временем продолжал медленно протискиваться вперед.

Это были совсем иные ощущения. Другая, распирающая изнутри наполненность, и я пока не могла определиться, нравится она мне или нет.

Боль почти прошла. Мужчина, словно почувствовав это, начал аккуратно двигаться. Сначала осторожно, раскачиваясь взад-вперед, постепенно увеличивая ритм.

Мир перевернулся по-другому. Мне… нравилось?

Да, черт возьми, я реально начала получать удовольствие! Странное, извращенное, с примесью боли. Но это был кайф, хоть и чего-то явно не хватало.

— Поласкай сама себя, — подсказал он и направил мою руку между ног.

Положил пальцы на клитор, показывая, как надо надавливать, а сам, развернув мою голову к себе, впился горячим поцелуем, сплетаясь языками и с остервенением вбиваясь в мой зад.

Перед глазами вспыхнули первые вспышки накатывающего оргазма.

Мамочки!

Его член внутри меня, его язык внутри меня, его пальцы внутри меня! Я задрожала, откинув голову назад, забываясь в экстазе. Руки цеплялись за мощные мужские бедра, как утопающий за спасение.

Еще, господи, еще!

Еще-е-о-о-о!!!

Я не сразу поняла, что кричала во весь голос, пока Артур жестко насаживал меня на свой член со звонкими шлепками.

Трахая одновременно пальцами так, что хлюпало и текло по ноге.

Выкрикивала его имя и захлебывалась стонами.

Снова и снова, забывая, что за стенами соседи и нас могут услышать.

Он кончил резко. Замер вдруг, вдавив меня в столешницу, а после с шипением выпустил воздух сквозь зубы, содрогаясь всем телом. Передавая эту дрожь мне. Тяжело дыша и навалившись всем весом.

— Еще раз… увижу… с кем-нибудь… — убью!!! Так просто уже не отделаешься, — выдохнул он, отстранившись.

Я спустила, наконец, ногу на пол, почувствовав, как закололи мелкие иголочки, и медленно осела на пол.

О таких оргазмах мне точно никто не рассказывал. Как, впрочем, и о прелестях анального секса.

Артур, пошатываясь, ушел в ванную, а я так и сидела, пытаясь сфокусировать взгляд в одной точке и понять, во что, а главное, насколько сильно я влипла.