Глава 18

После отъезда Рустама и Карима осознаю, что теперь без своего мужчинки в моей жизни так скучно и уныло, что выть на луну хочется. Как влюблённый подросток названиваю ему почти каждые пять минут, чтобы просто услышать его голос.

Всё вокруг словно утратило краски в тот момент, когда мы попрощались в аэропорту.

Непривычное и ужасное состояние, по сути. Но мне нравится. В очередной раз доказывает, что я именно люблю свою вредину. Так хочется с кем-то поворчать, помучить, покапризничать.

И ведь Рустам мне позволяет это делать. Только сейчас понимаю, что он идеален. Терпеть мои фокусы и выходки это… это дорогого стоит. И точно сумеет это сделать только искренне влюблённый мужчина.

Сейчас я особо понимаю, каково Насте без своей второй половинки… Но Рустам ещё вернётся, а вот её Назар — нет.

Теперь уж точно Садовскую не брошу. Особенно после знакомства с её семьёй! Присоски, ей-богу! Так издеваться над своим ребёнком! Ей помощь и любовь их нужна, а они… только силы из неё сосут.

Я считаю, что у каждого человека в жизни должен быть друг и тот, кто не бросит в беде. С кем можно поделиться всем на свете и знать, что всё будет хорошо. Что ты не одна в своей беде.

Не хочу хвастаться, но я именно то, что нужно мисс «Идеальности» в данный момент! Мне нравится поддерживать и помогать тем, кто в этом нуждается. Я ангел! Душенька! Думаю, именно за это в меня Рустам и влюбился. В мою ангельскую сущность без намёка на чертёнка (если бы…)

Все дни провожу рядом с Настей, боясь того, что она очнётся, вспомнит о смерти Назара, и у неё может случиться выкидыш. Но иногда меня подменивают Дана или Катя.

Сегодня с Садовской осталась мачеха. Матвей с моим отцом, который рассказывает ребёнку об инвестициях, об удачном вложении и ещё о каких-то финансовых делах. Да, это самое то, что нужно малоговорящему и понимающему ребёнку.

М-да уж… «Весело» нашему с Рустамом сыну.

До сих пор не могу прийти в себя после известия о том, что в моей жизни был всего один мужчина, и это тот, кого я раньше ненавидела. Мысли о котором выводили меня из себя.

И ведь был намёк! Запах, как у него, но нет! Решила, что у кого-то такой же парфюм! Я наивная глупышка, но я так счастлива, что всё сложилось именно так. Рустам хороший отец, мужчина и глава семейства. От такого, как он, и родить не страшно. Знаешь, что поддержит и материально, и морально.

Не жалею ни о чём сейчас! Папа смирился с тем, что у нас с Рустамом семья. Как и мачеха. Я люблю своего вреднулю! Он любит меня! У нас общий сын! Скоро ещё будет ребёнок. У нас всё прекрасно!

Кстати, насчёт второго ребёнка. Именно из-за него сегодня моя будущая свекровь сидит с Садовской.

Вчера записалась к своему гинекологу, чтобы встать на учёт и начать обследование, связанное с беременностью. Первая у меня не очень гладко протекала. Поэтому за второй надо тоже следить.

Но на приёме врач говорит, что у меня всё нормально, и нет тех осложнений, что были в первую беременность. Назначает, конечно, анализы, но это понятное дело.

— Алло, — отвечаю на незнакомый номер, спускаясь с крыльца клиники.

Вероятнее всего, опять поставщики насчёт партии бракованного товара. Они меня уже достали, честно говоря. Я им говорю, что возврат оформить хочу, а они мне скидки предлагают на следующий заказ.

— Алиса, — звучит голос на том конце, и я застываю, останавливаясь. — Доченька?

— Откуда у тебя мой номер? — зло произношу вместо приветствия. — Я не хочу тебя слышать. Не звони мне!

— Алиса! — кричит она. — Я просто хочу поговорить!

— Нам не о чем говорить, Стефа! — рычу в телефон.

— Есть! Я жду тебя в кафе, куда в детстве тебя приводила, — говорит как ни в чём не бывало. Словно я и правда туда приду. — Ты же помнишь его?

— Помню, но не приду.

— Тогда я приду к вам домой, и ты там со мной поговоришь, — скрытно угрожает. — Думаю, твоей новой мамочке это не очень понравится.

— Ты не посмеешь!

— Я жду тебя, — и она отключается, не оставляя мне выбора.

Хорошо! Я пойду к ней, но выскажу всё, что я о ней думаю! Я ей такое скажу, что у неё уши завянут! В трубочку свернутся и больше не придут в изначальное положение от стыда и грязи, которой я её окачу.

Пусть знает, какая она дрянь и где я её желаю видеть!

Вызвав такси, еду по адресу кафе, в котором не была лет пятнадцать, точно. Были плохие воспоминания из-за той, кто меня родила. Даже от вкуснейшего мороженого отказалась.

Кафе за эти годы поменялось. Стало современным, мебель обновилась, но всё же сохранился прежний шарм и волшебство. Атмосфера детства и любви матери и дочери… в которую я тогда верила.

— Чего тебе? — подхожу к столу Стефы и сажусь за него. — Быстро! У меня есть буквально пару минут, потом мне нужно ехать к сестре.

Вижу, как она хмурится от слова «сестра». Явно не ожидала этого, как и я, собственно. Но это обращение в сторону Насти вырвалось само по себе.

— Я хотела поговорить с тобой, спросить, как ты…

— Красивая и приятная ложь, но давай пропустим, — кривлюсь в улыбке. — Чего тебе надо? Зачем вернулась в Россию? Коротко или я ухожу.

— Хм-м… поумнела. Мне нужны деньги на новый бизнес.

— Извини. Денег нет. Что ещё?

— Достань.

— Пффф! А звёздочку с неба не достать? — кидаю вопрос, хохотнув над её требованиями.

— Твой отец отказал мне после истерики его новой дуры. Поэтому деньги мне достанешь ты.

— С чего это, Стефа? — тянусь к ней. — Думаешь, что из любви дочери к матери? Так нет её! Извини! Не в твою сторону моё сердце открыто.

— Из любви к дяде, Алисочка, — на её лице возникает мерзкая улыбочка. — Исключительно из любви к нему ты сделаешь то, что я хочу. Если нет, то мне придётся рассказать твоему папочке, что его предали собственный брат и дочь. Сильный удар будет! Как думаешь, обойдёмся инфарктом или сразу инсультом?

— Ты…

— Я!

— Я убью тебя! Найму киллера! Возьму деньги и вместо того, чтобы платить тебе, заплачу ему. Отличная идея. Не считаешь?

— Не сможешь, — тянет, не убирая с лица пафос. — Олег явно воспитал тебя тряпкой.

— Меня? Тряпкой? А ты кем выросла, Стефа? — хохоча спрашиваю, глазами уничтожая её. — Пожалуй, промолчу, чтобы не пугать людей вокруг. Сбегут ещё от такой мерзости, как ты. Заразится побояться. Прощай!

— Даю тебе сутки. Номер мой знаешь. Потом явлюсь в твой дом и расскажу всё Олегу.

— Отец простит меня и дядю. И никакого инсульта и инфаркта не будет. Может быть, маленький приступ, но не больше. А ты потеряешь объект шантажа. Один раз перетерпеть и всё.

— Нет, девочка моя! — хватает меня за руку и останавливает. — Я звонила Розали. Слышала, твой дядя женится и, кажется, на твоей подруге.

Мириам.

Чёрт!

Почему мне не сказали?

Я что? Последний человек в её жизни, раз она решила мне не говорить о самом важном событии в её жизни?

— Как она отнесётся к тому, что её будущий муж спал с женой его брата? Мерзко как-то… Бросит его…

— Ей будет плевать, — отвечаю и ухожу.

Дядя и Мириам женятся? Что вообще происходит? Почему они мне не сказали? Или… Розали наврала? М-да уж… Тётя может…

И что теперь делать?

Не буду ничего делать! Пусть катится к чертям. Все её угрозы не стоят и рубля.

Папа сильный и справится с правдой, если всплывёт, а Мириам… пусть дядя её сам оберегает от этой ситуации.

Я, правда, не собиралась платить Стефе. Считала её угрозы пустотой, но когда через день увидела её на пороге нашего дома, то меня захлестнула паника.

Мне стыдно перед папой, что я столько времени ему врала. Что столько лет предавала своим молчанием, спасая другого родного человечка. Надо было раньше ему сказать. Но… тогда бы Алим пропал из нашей жизни.

Но могла я тогда иначе поступить? Могла? Нет…

Я обещала молчать, если дядя уедет. Слово ему давала. И намерена была его держать и дальше. Не вспоминала бы об этой ситуации, если бы не приезд кукушки, которая родила меня.

— Не смей! — рычу, подходя к ней. Благо успеваю перехватить её у входа в дом. — Я тебя прямо сейчас убью и закопаю в нашем саду! Тебя никто не найдёт и всё! Уходи!

— Алиса, деньги! И я молчу, — произносит с ухмылкой. — Посмотри, в каком огромном доме ты живёшь. Разве пять тысяч евро будет жалко? Ради спокойствия и мира в этом доме жалко? Ну ты же нежадная, доченька…

— Для тебя жалко!

— А для счастья отца и дяди с подругой? — бьёт по больному и разворачивает ко мне экран своего смартфона, где на фотографии они с Алимом. Он спит, а она улыбается.

Ненавижу эту гадину!

Папа будет в бешенстве!

А нам и так хватает того, что в доме напряжённая обстановка из-за ссоры Даны и папы.

— Хорошо! — соглашаюсь, чётко осознавая, что совершаю ошибку. — Уходи! Я буду в кафе с пятью тысячами евро через часа два. Они в сейфе. И мне нужно время, чтобы их взять. А тебе в этом доме не место. Поэтому уходи! Мне противно находится к тебе так близко!

— Отлично! — довольно улыбается и, развернувшись, уходит, кинув на прощание. — И не смей меня обманывать. Иначе пожалеешь.

Смотрю ей вслед и мечтаю о том, чтобы под рукой оказался нож или пушка. Я бы с огромным удовольствием выполнила свою угрозу, закопав труп Стефы в саду.

— Ты уволен, — говорю охраннику, который впустил ту, что меня родила в наш дом. — Я просила её не пускать!

— Я… Я не знал! — кричит он, но меня это уже не остановит.

Поднимаюсь в бывшую комнату Рустама и иду прямиком к его сейфу. Я знаю, что у него там есть деньги. Бумажки, которые мне сейчас очень нужны, чтобы купить нам спокойствие. Хотя бы на время.

Но… я не знаю пароль. У меня есть деньги на счету. Как-никак мне принадлежат активы компании отца, и я получаю часть дохода. Но сумма там недостаточная.

Покрутив телефон в руках, понимаю, что лучше брать деньги с ведома хозяина сейфа. Он не откажет, но придётся объясняться, и он скажет, что я дура, раз повелась на провокации. И будет прав! Но… я слабая! Беременная женщина! И вся проблема упала на мои хрупкие плечи.

Набираю любимого и вздыхаю.

— Да, Алис, — устало отвечает на звонок. — Я устал, как не знаю кто…

— Понимаю, — тяну, не зная, как попросить денег. Я никогда их не просила. И сейчас мне стыдно. Я чувствую себя попрошайкой в метро. — Рустам, мне деньги нужны! — решительно выпаливаю.

— Иди в мою комнату, — безразлично даёт инструкции, немного меня обескуражив. — Там сейф есть. Пароль — дата рождения моей матери. Возьми, сколько тебе нужно.

— Мне много нужно, — закусываю губу.

— Там много.

— Не спросишь, зачем мне много денег?

— Если надо — бери, — отвечает, заставляя меня засомневаться в том, что я говорю с Рустамом. Где вопросы? Допросы? Подколки? Издевательские намёки в мою сторону? — Если подождёт, пока я не приеду, и мы обсудим, то не бери. В любом случае тебе решать, как и на что тратить наш семейный бюджет. Пароль знаешь.

— Ты самый лучший, — шепчу, когда на лице появляется улыбка от его слов. Наш семейный бюджет. — И я тебя люблю! Ты знаешь об этом?

— По возвращению потребую доказательства твоей любви, Алиса, — мурлычет. — А пока сомневаюсь. Нужны неоспоримые доказательства.

— Доказательства в моём животе, Лапин, — шутливо напоминаю.

— Мне нужны все доказательства, Лапина! Те, что в кроватке, те, что в животе, и те, которые ещё даже не запланированы!

До чего же он чудный! Я влюбилась по уши! Раньше я в мыслях ворчала на себя на то, что именно Рустама выбрала себе в спутники жизни. Ругала, что могла бы кого-то получше найти. Такого мужчину, как в турецких сериалах. Но… мой мужчинка в тысячу раз круче и лучше их! Потому что он реален. Он мой и он никогда не откажет, если потребуется помощь мне или кому-либо.

Ещё немного помурлыкав со своим, дай бог в скором времени, будущим мужем, отключаюсь.

Злюсь на себя, но всё же беру деньги из его сейфа. Долго мне придётся расплачиваться за эту сумму… долго…

— Вот, — кидаю перед Стефой поясную сумку с деньгами. — Надеюсь, мы больше не встретимся!

Даже не сажусь, чтобы лишний раз не вдыхать воздух, которым она дышит.

— Каждый месяц будешь мне присылать такие суммы, Алиса. Плата за молчание.

— Чего?! А ты не обнаглела?

— Нет!

— Дулю с маком тебе, а не деньги! — ухожу, злясь на себя ещё сильнее.

Как так?

Почему я повелась? Почему решила, что она после одного раза перестанет просить денег.

Нельзя платить шантажистам, иначе больше, чем нужно, будут требовать!

Надо было папе сказать, а не дурью маяться! Только деньги потеряла! Будь она проклята!

Решительным шагом иду к машине и набираю дядю. Это не только моя проблема, но и его. Пусть сам деньги достаёт, где хочет или… папе говорит.

Или пусть грохнет её! Против не буду!

В голове возникает мысль позвонить Назару и попросить помощи. Но я тут же вспоминаю о том, что мужчина мёртв, и… отныне мы сами.

И лишь сейчас я осознаю, что Рахманов был очень важной частью нашей семьи. Он решал почти все мои проблемы. Даже из Венгрии порой.

Пристаёт препод? Один намёк Назару и… на следующий день мне на почту кидают любопытный компромат на профессора.

И тот случай, когда в клуб со мной пошёл…

Мне жаль, что его больше нет.

— Алим!

— Алиса… — сонно тянет дядя.

Он спит? А ничего, что день? И как бы… Он не спит днём.

А может, он не один и просто…

О нет! Не хочу об этом думать! Не сейчас!

Если личную жизнь Мириам я ещё готова обсудить, то личную жизнь Алима — нет. Он как бы мой дядя… и плевать, что я его видела со Стефой. Здесь другое.

— Ты женишься на Мириам? — спрашиваю в лоб.

— Мы… мы вчера поженились.

— И она мне не сказала?! — вскрикиваю. — Скажи ей, что я обиделась и не хочу с ней больше разговаривать! Ладно Кате не сказать, но мне! Я её… племянница теперь?

М-да… чёт я много себе тёть сделала. Из подруг…

— Ты чего такая злая? — ворчит, наверное, самый добрый человек на свете.

— Стефа объявилась! — рассказываю, решив пропустить момент того, что они с Мириам за моей спиной любовь крутили и поженились. Я же им не чужой человек! Можно было бы и сказать… — Требует денег за своё молчание о том, что переспала с тобой. Каждый месяц по пять тысяч евро!

— Чего?!

— Да. Я сейчас заплатила и понимаю, что сделала глупость. Но у меня гормоны, и… в общем, я не намерена ей платить больше. Поэтому предупреждаю о катастрофе.

— Не плати ей! — рычит Алим и полностью просыпается. — Я на днях прилечу, и мы обсудим это. С тобой и твоим отцом. Стоит ему уже рассказать, что я наделал. Будет жарко, но время пришло. К тому ему уже плевать на Стефу.

— Стоит, — соглашаюсь.

Повисает недолгая пауза.

— Дядя, ну как так? — не выдерживаю и решаю высказаться тому, кто меня точно поймёт. — Почему она пришла в мою жизнь, когда у меня всё так прекрасно? Скажи просто, чем я заслужила? Она ещё грозилась Мириам рассказать! Не хочу, чтобы она расстраивалась, поэтому огороди мою подругу от этого. Незачем ей знать об ошибках твоего прошлого. Она у меня девочка ранимая и нежная. Не позволю никому обижать моих девочек.

— Не переживай! Я со всем разберусь, — обещает Алим. — Надо было мне сказать сразу, как только она начала деньги выманивать.

— Нам нужен на неё компромат, чтобы прищучить! — решительно заявляю. — У тебя есть люди, которые могут это сделать? У нас… у нас Назар погиб.

— Я видел по новостям, — произносит, и я слышу в его голосе печаль. — И не верю я в то, что Назар мог невинного тронуть. Явно рыльце в пушку у его жертвы. А насчёт Стефы… надо признаться твоему отцу, и она исчезнет из твоей жизни. Но платить не смей!

— Не буду больше. Я и так у Рустама пять тысяч этих из сейфа взяла. Больше брать не намерена. И так стыдно.

— Я понял! — отвечает дядя. — Я прилечу на днях.

— Ага, — киваю и отключаюсь. Садясь в машину, получаю сообщение о пополнении счёта на пять тысяч.

Дядя…

Но я ведь не намекала, чтобы он вернул мне деньги, а просто сказала, что больше не намерена у Рустама брать. А он… вроде умный, а иногда тупит.

Хотя он благородный, и этим всё сказано…

Такие нравятся Мириам. Только такие заслуживают быть рядом с моими подругами!

А за молчание она ещё получит! Тоже её на свою свадьбу не приглашу!