Глава 17

Мэйлисса

Я зашла в кабинет, когда услышала приближающиеся шаги в коридоре. Точнее, забежала. Не знаю, что меня напугало, может, сильное шарканье, может, удвоенная ритмика, но встречаться с человеком, что шёл в мою сторону, хотелось меньше, чем смотреть на перекошенные лица старост. Они, заметив меня, тут же умолкли и таинственно заулыбались. Даже смешно стало. Хотите мне что-то сказать – в глаза скажите, так нет же, за спиной судачат. Придурки. Так и хотелось огрызнуться, послать всех во тьму, но я гордо прошла по проходу и заняла одно из свободных мест вдали от остальных.

– Неужели нас посетила знаменитая артефакторша ис-тэ Согу? – послышался едкий голос рыжего ненавистника оборотней. – На твои услуги поступило так много заказов, что ты задержалась? – Бойзиш до скрипа отклонился на стуле, выставил перед собой ноги и вперился в меня, будто я ему тысячу нитов должна.

Тран, что сидел по его правую руку, вдруг пнул напарника, отчего стихийник чуть не свалился головой вперёд, а рдяная копна, как мочалка, рухнула ему на глаза.

– Закройся, Бой, – шикнул боевик.

– Или что? – выпрямился маг и попытался пальцами распутать тёмно-золотые кудри.

Тран зыркнул на меня и быстрым движением ладони вытер выстриженный висок. Глядя другу в глаза, сказал угрожающим тоном:

– Или я тебя сам закрою.

– Понял. – Рыжий примирительно поднял руки, оставив в покое волосы, но ещё долго морщил нос и смотрел на меня исподлобья, обещая, что не отстанет просто так.

Алисия, что сидела рядом с ребятами, ехидно скалилась и не сводила глаз с боевика. Неужели он и правда заплатил, чтобы она нас свела?

Совсем страх потеряли. Хотя мысль отомстить Нариэну за предательство терзала меня уже не первый час, разогревала грудь и заставляла сжимать кулаки от ярости и ревности. Может, сходить с боевиком на свидание, чтобы позлить ректора? Бессмысленно, ведь ему, ненавистному бывшему жениху, будет всё равно.

Близился вечер. По гуляющим карамельным лучам лотта на паркете, что падали из стрельчатого высокого окна, можно было прикинуть, сколько часов осталось до заката. Эссаха уже переполнилась, чувствуя приближение мауриса, кулон не забирал лишнее, и мне вдруг стало не по себе, вспомнились первые дни учёбы в академии, когда я потеряла артефакт. После полного иссушения теперь к ночи меня ждёт перегруз. Я боялась этого больше, чем обмороков от слабости и тихой смерти из-за пустого средоточия.

Почему кулон перестал работать? Даже если ректор не нуждается сейчас в моей силе, камень всё равно должен забирать лишнюю магию, накапливать мощь. Именно так он настроен.

Но артефакт лишь нагревал кожу на груди, а сила оставалась во мне, распирая, бросая в жар.

У меня есть несколько часов выяснить, в чём причина, но для этого нужно уйти с собрания. Я даже дёрнулась, чтобы это сделать, но была остановлена острым взглядом ведьмочки. Алисия даже рот открыла, чтобы что-то сказать, но не успела.

Дверь в аудиторию плавно открылась, и к нам, смешно перебирая короткими толстыми ножками, вышла смотрительница в длинной чёрной юбке и мятой блузке непонятного оттенка коричневого. За ли-тэй Рииз, смущаясь и краснея, ступала Эрика, как обычно в светло-кремовом нежном наряде.

– Доброго вечера, дорогульки-старосты, – тепло начала Лора. – Садись, Эри, – и показала рыжей на свободное место рядом со мной.

Подруга слабо заулыбалась. Напряжение, исходившее от присутствующих, можно было резать ножом. Что происходит? Почему Эрика здесь?

Смотрительница вышла вперёд, долго рассматривала раскрашенную диковинными узорами стену аудитории, потом провела пухлой ладонью по доске около стола, стирая пыль и каракули, и взяла мел.

– Сегодня собрание проведу я. – Женщина повернулась к нам и медленно обвела взглядом собравшихся. Задержала его на мне, кивнула почему-то и снова вернулась к доске. – Инсель, к сожалению, не сможет больше быть старостой, мы её понизили до обычной студентки. Теперь вашей напарницей по лекарскому направлению будет Эрика ли-тэ Линс, способная и очень сильная врачевательница Имана. – Смотрительница снова повернулась к нам лицом и перевела взгляд на рыжую. Девушка слабо дёрнула уголками губ, пытаясь улыбнуться.

– Так пышечку не выгнали? – поинтересовался Тран, глядя почему-то на меня, подмигнул игриво.

– Нет, не выгнали. – Смотрительница развернулась, юбка смешно обняла её крупные бёдра и расправилась по полу крупными воланами. – Из-за недостатка магических сил изменились учебные правила. Теперь никого не выгоняют, а вы будете следить, чтобы студенты прилежно учились и проявляли себя.

– Но исключение было лучшей мотивацией учиться, – неприятно заржал Бойзиш.

– Это только для тебя оно было мотивацией, – огрызнулась Алисия. – Некоторые и так учились… – Ведьма перевела взгляд на меня. – И учились неплохо. Кому повезло с талантом, конечно, а вот лентяи вроде тебя, – она снова глянула на стихийника, – не отличались успеваемостью.

– Я хорошо учусь, ведьма, – гаркнул Бой. – Не зарывайся, красотка, а то укорочу твои шикарные патлы за ложь. – Щёлкнув пальцами, стихийник вызвал небольшой фитилёк пламени и закачал рукой, будто угрожая швырнуть его в Алисию, отчего языки огня затрепетали в воздухе. Ведьма на это лишь фыркнула и сложила руки на груди. Мол, не сильно я тебя и боюсь.

– Бой прав, – встрял Тран, прерывая перепалку старост. Фитиль в руке огневика тут же погас. – Стоит только сказать студентам, что за прогулы и плохие оценки никого не выгонят, начнётся хаос.

Лора вдруг хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание и останавливая спор.

– Я понимаю, что это звучит странно и непривычно, но этого требуют обстоятельства. – Её взгляд ушёл вниз, будто она чувствовала себя виноватой.

– Значит, нас готовят к войне, – догадалась я. Откровенно злясь, сжала пальцами край стола и почувствовала, что волокна дерева вот-вот разойдутся от моей силы. Пришлось приподнять руки, расправить ладони на полированной поверхности и медленно выдохнуть.

Глупость и несправедливость всегда вызывала во мне бурные эмоции. Когда отец шёл с отрядом на защиту земель от Хоруша, альфы Восточного клана и отца Эсмиона, за которого папа планировал выдать меня замуж, я каждый раз порывалась в бой. Потому что видеть, как год за годом не все соклановцы возвращаются домой, а многие остаются калеками на всю жизнь – это больно. Ис-тэйс был жестоким, как белый медведь, кровавым убийцей, и его наследник не лучше – сколько он наших оборотней убил, не счесть. Я не позволю сестре выйти за него, должна её спасти, а пока даже себе помочь не могу. Никогда не понимала, почему мужчины такие жестокие. Ведь можно же жить мирно, дружить народами и кланами, но великим всегда мало крови, мало власти. Каждый год где-то да вспыхивали недовольства, восстания, кто-то да покушался на наши плодородные поля Восточного района и кристально-чистые воды Оливии, реки жизни, как называла её Эми. Чего стоила многолетняя вражда со Свирепыми, от которых нас удачно защищала пустыня Забвения. Через неё переходили лишь небольшие отряды отшельников и зверья, но и они доставляли отцу множество хлопот и уносили жизни наших соплеменников. А королю и Квинте Имана будто было плевать на нас, они занимались обустройством столицы, закупали тоннами золото и серебро с наших рудников, и, поговаривали, что жизнь во дворце полнилась развратом и похотью. Поэтому отец никогда и не прислушивался к настоящей власти, сам отстаивал свои территории. Но всё это конфетки в сравнении с надвигающейся опасностью – нечистью Полога. Нам придётся объединить силы, иначе погибнет всё.

Я отмахнулась от прямого взгляда смотрительницы и продолжила возмущаться:

– Молодняк без опыта на поле боя – это безрассудно. Нас, первокурсников, бросят на передовую? Чем думает ваша Квинта и ли-тэ ректор? Да многие из пятисот поступивших и факел нормально не зажгут, не говоря уж о том, чтобы дать отпор смертельной опасности. Как они выступят против кришей и раклей, если ничего не умеют? А что будет, если жигусы и азохусы переплывут Мортем и нападут на южные земли? Там ведь и до столицы рукой подать, а курортная зона и побережье Левия не сильны в защите. Не так ли?

– Мэй, я понимаю твоё волнение, – мягко начала Лора. – Но Энтар не выстоит, если мы все не объединим сейчас силы. Нужно собраться с духом и слушать указания свыше, им оттуда виднее, что нужно делать. А мы должны исполнять волю.

– Чью? Квинты? Безликих магов, которые бросают нас в лапы нечисти, лишь бы сохранить свою власть?

– Мэй, – покачала головой смотрительница.

– Или его величеству Дэрию, беспомощному правителю, что своими приказами загубил тысячи сильных магов? Ведь можно было подготовиться ко всему этому! Полог трещал уже много лет, были предпосылки, и архимаги давно трубили об опасности. Видимо, ваш король не справляется с обязанностями, не пора ли его менять…

– Побойся богини, Мэй, – буркнула Лора.

– Я молюсь не вашей богине! – взвизгнула я раздражённо. – А Шэйс давно оставил нас, в него никто не верит!

– Ну хватит… – строго взглянула на меня женщина. – Мэй, я прекрасно понимаю, что ты злишься. И знаю почему, но сейчас это не решит наши проблемы. Король дал указание подготовить больше магов – мы выполняем. Школы магии тоже уже подключились. Я лично прошу вас ответственно подойти к этому…

– Я слышал, что вчера кришей видели на границе Агоса, – серьёзно и как-то глухо поведал Тран. Выбитый на его висках рисунок на мгновение подсветился кританской магией. Парень сжал кулак, синие искры и молнии оплели его руку до локтя, затрещали. – Стражи города отбили небольшую группу, но теперь весь город гудит и трясётся, что пришёл конец. Пророчество сбывае…

– Только давайте без этого! – встряла Алисия и нахмурилась. – Слова больного человека никак нельзя принимать за правду. Да и было это много лет назад. Тран, ты что, настолько глупец, что веришь в такое?

– Нет, но… криши в Агосе! Ты что, глухая? Или тупая? – Боевик стряхнул магию, рассыпав синюю пыльцу по аудитории, и сложил сильные руки на груди. – Если нечисть пройдёт ров с усиленной защитой, ей до нас медленным шагом минут пять добираться. А здесь, в академии, одни малолетки и истерички собрались. Лучше бы учились и тренировались, чем базары разливать. Если начнётся бойня, всем придётся брать вилы в руки и драться. Даже пустым анам, людям без магии.

Я невольно кивнула, соглашаясь с боевиком. Зачем тогда нас учат теории, устраивают какие-то собрания, если нужно срочно приступить к практике?

– Прорывы в сотне километров от нас, – выдохнула Эри. – Возле Полога всю ночь громыхало и сверкало… Я уснуть не смогла, – слабо пожала она плечом.

– Если не удержим защиту и здесь, – смотрительница присела на край стола и упёрлась ладонями в столешницу, – Энтар стремительно расколется. Нельзя подпустить врагов к Агосу, а тем более к столице, особенно к крупным порталам. Представьте, что будет, если эта гадость прорвётся в зеркальные миры. Наша задача подготовить новых боевиков, лекарей, стихийников, менталистов. Всех, кто сможет защищать Криту и Иман. Всех, кто способен высечь хоть искру магии и царапнуть монстра. Хоть что-то. Хоть как-то. И собирать силы придётся в короткие сроки, для этого я вас и собрала.

– А как же старшекурсники? Они опытные и сильные. – Кривясь, будто съела что-то горькое, Алисия договорила: – Почему мы?

– Да потому что! – Бойзиш раскраснелся, волосы беспорядочно торчали в разные стороны. – Мало кто из выпускников остался в живых после боя около Риуна. Забыли, что наши друзья там погибли?! Лауронский лес выжжен дотла, а озеро Влас, куда мы с мамой ездили лечить сестрёнку в прошлом году, высохло! Вы что, новости не читаете? Наш ректор один выжил тогда, чудом выжил! Его отбросило волной и накрыло трупами, иначе хоронили бы и его. Вы будто в другом измерении живёте, народ! Очнитесь, Крита давно горит и плавится, теперь не ругаться нужно, а собираться в кучу и делать всё возможное.

При упоминании Нариэна я дёрнулась, и Алисия это заметила – растянула губы, будто порадовалась моей боли.

– Всё верно, ли-тэ, – подняла руку смотрительница, поблагодарив стихийника за речь. – Чтобы не допустить кровопролития, подобного случившемуся под Риуном, мы должны собрать всех, кто способен биться. Король уже привлёк военных без магии. Пришлось поднять всех.

– Пф… – хлопнул ладонью по столу Тран, снова рассыпав перед собой искры магии – он явно, когда нервничал, не мог удержать её в себе. – Эти пустые людишки для кришей – как клопы для гориллы. Пусть они и самые способные военные на Энтаре.

– Есть старая мудрость, – спокойно парировала смотрительница. – Мураха может сдвинуть гору, если позовёт всех своих.

– Короче, – гневливо выплюнул Бойзиш и тут же изменился в лице, расплывшись в безумной улыбке. – Всем нам пришёл конец. Рыжая, не хочешь отпраздновать последние деньки в моих объятиях? А потом я и умереть не против, – подмигнул он Эрике. Девушка боязливо отодвинулась от парня и зацепила меня локтем.

– Спасибо, обойдусь.

– Что мы должны делать? – обратилась я к притихшей смотрительнице. Выровняла спину, вдохнула поглубже. – Мы готовы к переменам и сделаем всё, что от нас зависит. Так ведь? – обвела я взглядом студентов.

И старосты, все до одного, даже Алисия, закивали.

Лора показала на меня рукой, словно хотела что-то сказать, даже рот открыла, но тут же захлопнула его и, поднявшись на ноги, вернулась к доске.

Быстро начертила несколько линий, поставила цифру 1 и написала кривым почерком: «Введено военное положение на Крите и в Имане, поэтому студенты без разрешения администрации не имеют права покидать академию».

После бурного обсуждения в аудитории повисла могильная тишина. Никто не смел шевельнуться или переглянуться. Мы словно окаменели. Военное положение? Ещё час назад казалось, что война где-то там, за пределами наших судеб, где-то за горизонтом, на границе, не рядом с нами, но вот… Внезапно все осознали, что она уже дышит в затылок.