Глава двенадцатая

Утром следующего дня, когда Нерисса зашла к Альберто, чтобы забрать очередные задания и гордо удалиться, он молча протянул ей ответ на запрос. Девушка не хотела выдавать собственное беспокойство, потому взяла лист бумаги в руки совершенно спокойно, взглянула на текст и, наверное, позеленела, потому что во взгляде ди Руаза, этом наглом взгляде, из-за которого ей порой хотелось впиться ногтями в его глаза, мелькнуло сочувствие.

— Мертва, значит, — протянула Крессман. — Неожиданно. Ты уверен, что это не подделка? Тебе пришло защищённой почтой?

— Отобрал у вампира, который явился подписывать договор о системе донорства, — ответил Альберто. — Но я провёл над этой бумажкой по меньшей мере пять магических тестов, она подлинная.

— Ха, стоило ли так напрягаться! — Нерисса едва сдержалась, чтобы не порвать тонкий листик на мелкие кусочки. — Теперь можешь радоваться: я, как всегда, ошиблась. Что? Ты не слишком доволен? — она смерила Альберто раздражённым взглядом. — Может быть, ты даже считал мою идею пригодной? Ни за что не поверю, сам маркиз ди Руаз!

— Прекрати, — раздражённо прервал её Альберто. — У меня нет никаких причин относиться к тебе предвзято. Останешься здесь или заберёшь к себе работу?

— Заберу к себе, — зло отозвалась Нерисса, схватила стопку бумаг, даже не уточнив, ей ли они предназначались, и выскочила из кабинета прежде, чем ди Руаз хотя бы мяукнуть в её направлении успел.

Ещё не хватало, чтобы он потешался над её глупостью. Этого Нерисса точно не стерпела бы! Она и так без особой радости принимала его не слишком-то и преисполненные спокойствия взгляды. Вёл себя, как…

Комментировать поведение Альберто было приятно только про себя. Всуе Нерисса предпочитала лексику троллей не использовать, слишком уж та была грубой. Но она просто не понимала, почему ди Руаз не хотел принять очевидное: Марта Моулс была слишком подозрительной личностью и слишком часто оставляла отпечатки ауры всюду по академии, чтобы оказаться покойницей, чьим именем так нагло воспользовались аферисты — точнее, одна конкретно взятая аферистка, Тильда.

Нет, слишком много было нестыковок. И Нерисса видела их невооружённым взглядом, а Альберто не хотел замечать.

Она разложила бумаги на столе, за которым когда-то восседала бывшая ректор, принялась перебирать их, но особого удовольствия, разумеется, не получала.

Марта Моулс, Марта Моулс… схваченная наугад стопка была полностью посвящена этой даме. И Нериссе казалось, что часть документов она в глаза не видела. Может быть, это Альберто их подобрал?

Нет, даже звучало смешно. Стал бы ди Руаз разбираться в этом деле самостоятельно, как же, бежит и падает! Нерисса не верила в его благородные порывы.

Впрочем, довольно на него обижаться. Вполне возможно, что после такого однозначного ответа о смерти Марты Моулс Альберто и сам заинтересовался её делом. Нерисса, правда, не понимала, зачем тогда было столь активно противиться её идеям, но, может, зря придирается к ректору? Просто раздражается, что какой-то лёгкий интерес приняла за неподдельную любовь, а сама только хуже делает. Давно пора было выбросить Альберто из головы и найти себе кого-нибудь другого. Она ведь может. Почему нет? Красивая, молодая, из хорошей семьи, и репутация у неё не настолько уж и испорченная. А те отношения, точнее, их попытку, можно просто забыть. Они с Альберто и целовались-то всего пару раз, а ничего предосудительного и вовсе не делали.

Смирившись с мыслью о том, что о ди Руазе лучше забыть, а посему ни проклинать его не стоит, ни мечтать не нужно, Нерисса вернулась за стол, попыталась разобраться в полученных бумагах, но не успела. Зашелестело в камине уже почти погасшее пламя, и она, вскинув голову, увидела, как языки упорно лижут какой-то конверт.

Нерисса, не задумываясь, вскинула руку, посылая лёгкий воздушный импульс в камин, и огонь угас окончательно. Конверт, немного повреждённый, должен был вот-вот вспыхнуть на углях, и Нерисса выхватила его в последнее мгновение, стряхивая пепел и быстрыми взмахами руки гася маленькие язычки пламени, пытающиеся добраться до текста. Огонь в камине вновь вспыхнул, подогреваемый её магией — это был единственный шанс согреться. В Змеином Замке не хватало чар для того, чтобы обеспечить отопление во всех корпусах. Разумеется, в некоторых точках, например, в студенческих спальнях, оно работало просто прекрасно. К сожалению, в этот список ректорские покои не входили, как и прочие преподавательские комнаты. А ведь на улице бушевала холодная осень!

— Папа-папа! — вскрывая конверт, проворчала Крессман. — Вот хоть бы раз ты использовал нормальное защитное заклинание! Почему каждое твоё письмо по экспресс-почте должно сгореть?

"Зато быстро долетело", — появилось на печати папино раздражённое сообщение, но Нерисса без жалости сломала её, добывая листок.

Папа, как всегда, писал обо всём, кроме того, что действительно интересовало Нериссу. Она с неподдельным раздражением скользила взглядом по строкам, опасаясь, что прожжённые слова — это именно то, что она так хотела узнать.

— И, несомненно… — добралась она до интересующей темы, которой отец решил завершить письмо, — я рад сообщить тебе… Так поздно, чтобы ты прочла… ну зачем столько условностей! Разумеется, твой жених…

Нерисса запнулась. Поднесла лист бумаги ближе к глазам, словно плохо видела, прищурилась, осмотрела отцовское письмо на предмет шифра. Это ничего не изменило. Имя человека, летом так назойливо набивавшегося ей в супруги, не изменилось, не выцвело, не слетело со страниц бабочкой, а всё так же красовалось, написанное чёрным по песочному — папа терпеть не мог белую бумагу.

— Разумеется, — повторила она, сглотнув, — твой жених — маркиз Альберто ди Руаз.

Крессман зажмурилась. Перед глазами моментально промелькнули не самые приятные сцены. Альберто говорил, что ни за что не женился бы на ней. Повторял, что он никогда не был её женихом. Утверждал, что не испытывает никакого интереса.

— Ах вот как ты не испытываешь никакого интереса! — воскликнула Нерисса. — Да ты трус! Ты просто боишься признаться, что до сих пор…

До сих пор что? Любит? А может, просто не хотел разочаровывать её. Прошла любовь, пропали чувства, а она будет сидеть, ждать его у разбитого корыта на розовом с кружавчиками покрывале Тильды!

Нет, на Альберто это было не похоже. Во-первых, Нерисса была уверена, что он не склонен так быстро менять принятые решения. А во-вторых, ну, не он ли разве пользовался каждым удобным моментом, чтобы лишний раз прижать к себе, прикоснуться? Не он ли отказал ей, когда Крессман пыталась уволиться? Нет, Альберто всё ещё испытывал к ней определённые чувства, но старательно скрывал их с одной единственной целью: остаться всё такой же гордой независимой скотиной. За это Нериссе, если честно, хотелось его убить.

— Ненавижу, — призналась она письму. — Ты не мог сказать прямо? Поймать меня в коридоре, надеть кольцо на палец и затащить под венец? Можно подумать, я бы сильно сопротивлялась! Так нет же, решил всё сделать руками моих родителей, не представился, а теперь сидит и дуется. Да я тебя!.. — она выразительно погрозила кулаком Альберто, скрывавшемуся за стеной, а потом зло швырнула письмо в пламя.

Отвечать Нерисса не собиралась. Теперь у неё был совершенно другой план действий. Если Альберто так старательно отрицает факт присутствия в академии Марты Моулс, она сама найдёт способ доказать, что женщина была здесь, а самое главное, объяснит Альберто, что именно произошло. И покажет ему, что она — не просто взбалмошная девчонка.

И отомстит.

Вот только…

Нерисса вновь покосилась на официальный ответ. Мёртвая Марта Моулс нисколечко не вписывалась в её гениальный план. В Змеином Замке всё очень стремительно менялось к худшему, а ведь говорили, что он прежде веками оставался одним и тем же. Почему-то она связывала эти перемены именно с таинственной Мартой, с происками Тильды… Да много с чем. И найти ключик к этой тайне было делом чести.

Альберто упомянул, что письмо притащили вампиры. Донорство учредить хотели — логично, что ди Руаз указал им на дверь. Но, если они заглядывали в это письмо, значит, могли что-то знать и каким-то образом были заинтересованы в ответе.

Нерисса недолюбливала вампиров. Впрочем, их многие не любили. Она даже на собрание Антивампира ходила, притворяясь испуганной девочкой, потому что надо было выяснить, всё ли в порядке, или их нагло обманывают. Жаль, что и там не успела справиться самостоятельно…

Личных связей у Крессман не было. Зато она точно знала человека, который мог с этим помочь.

…Расстояние, разделяющее бывшие покои Тильды и преподавательские спальни, было небольшим, Нерисса преодолела его за считанные минуты. Чтобы отыскать дверь в комнату Тарлайна, пришлось постараться, потому что таблички были тут далеко не везде, но Нерисса справилась и с этим, не без помощи магии.

Бри открыла почти сразу.

— Нерисса? — удивилась она, тут же посторонившись. — Не ожидала тебя увидеть. Как дела?

— Всё хорошо, — отрывисто ответила Крессман. — Я к тебе по делу. Ты поддерживаешь связь с вампирами?

Бриана вскинула брови.

— С вампирами? Разве что только с Вулфриком, — подтвердила она. — Мы ж сотрудничаем. Пока что в пределах моей комнаты. Тар меня скоро пошлёт с этой кровью… Экспериментирую, пока он сидит в преподавательской, а то помещение, которое нам выделили, сейчас в аварийном состоянии.

В аварийном состоянии сейчас пребывали многие помещения Змеиного Замка, так что Нериссу это совсем не удивляло. И то, как оборотни реагируют на кровь, она тоже знала, потому не удивлялась словам Брианы. Наверное, Тарлайн действительно сильно любил её, раз позволял проводить эксперименты прямо у себя в доме. Ну, или Бри очень хорошо проветривала комнату.

— Так ты мне поможешь? — взмолилась Нерисса. — Очень нужно, правда!

Бри согласно кивнула, тряхнув светлыми кудрями, и без лишних вопросов потянулась к кристаллу, стоявшему на рабочем столе среди множества пробирок и колб. Она сжала его в руке, вероятно, активируя что-то, а потом протянула Нериссе.

— Общайся. Я тебе ещё буду нужна? А то там кровь сохнет в спальне, мне забрать надо…

— Да-да, иди, конечно, — кивнула девушка. — Я позову, если что.

На самом деле, Бри вряд ли надо было куда-то идти, но она не хотела слушать чужие разговоры, и Нерисса это желание отлично понимала. Она и сама не хотела бы стать свидетельницей чужой важной беседы, слишком большая ответственность потом падает на плечи — а всё из-за маленькой тайны!

Бриана убежала как раз вовремя. Стоило только за её спиной закрыться двери спальни, как из кристалла вылетела струйка дыма, а потом материализовался вполне живой вампир.

— Что-нибудь нужно? А-а-апчхи! — вампир дёрнул головой и наконец-то понял, что перед ним находится не Бриана. — Простите, а вы…

— Я — подруга Бри, Нерисса, — поспешила представиться Крессман. — А вас я помню, вы — Вулфрик Барко. У меня к вам серьёзный разговор. И одно деловое предложение.

Вампир, кажется, заинтересовался. По крайней мере, глаза у него засверкали от любопытства, и мужчина даже придвинулся к Нериссе.

— Какое у такой хорошенькой девушки может быть деловое предложение? — ласково уточнил он.

Крессман позволила взять себя на руку — вампир весьма трепетно сжал её запястье, кажется, прощупывая пульс и пытаясь определить, насколько хорошим она будет донором. Насчёт собственных способностей искусительницы Нерисса не обольщалась. Вулфрик меньше всего на свете напоминал вампира, который позабудет о делах ради хорошенькой девчонки.

— Насколько я понимаю, — протянула она, — ваши представители прибыли к моему начальнику, ректору ди Руазу, с предложением открыть донорскую программу на территории академии. Чтобы студенты, если у них будет желание подзаработать и заодно сделать доброе дело, могли ею воспользоваться?

Вулфрик кивнул.

— Да, — подтвердил он. — Но мой коллега сделал это не слишком культурно. Возможно, то давление, которое он попытался оказать на маркиза ди Руаза, оказалось слишком сильным, и это стало причиной отказа. Знаете, полувампиры-полуорки славятся своей несдержанностью… — Барко выразительно взглянул на Нериссу.

Её едва не перекосило от раздражения. Такое смешение кровей несколько сотен лет назад было под строжайшим запретом, да и желающих произвести на свет таких детей не встречалось. Теперь же — рожали кто кого хотел! А потом носись, секретная служба, отлавливай бесконтрольных полукровок, регистрируй, отправляй в соответствующие медицинские учреждения… Или учебные, если то, что натворили сумасшедшие дети, ещё можно как-нибудь исправить. Вот только глупой была затея запугивания Альберто. С его-то опытом на посту боевого мага! Неужели и вправду верили, что смогут запугать мужчину до полусмерти и заставить поддаться на провокацию?! Нерисса не понимала, на что они рассчитывали, если честно.

К тому же, то, как Вулфрик на неё смотрел, тоже не внушало доверия. Бри рассказывала о том, что сын господина Барко, тоже полукровка, ещё и весьма опасный, был её женихом ровно на одни сутки. За это время он едва не загрыз саму Бриану, тогдашнего ректора — Тильду, порывался разрушить Змеиный Замок, а ещё оказался виновным в нападении на студенток. Живую кровь искал!..

— В ответ на одну маленькую услугу, — протянула Нерисса, — я могла бы попытаться уговорить господина ди Руаза мягче реагировать на предложения относительно донорской системы. У меня есть определённые идеи, как заставить его поставить нужную вам подпись.

— Да? — Вулфрик придвинулся ещё ближе. — Удивительное предложение! Ума не приложу, что же юной прелестнице понадобилось такого от вампиров, чтобы так рисковать своим рабочим местом, возможно, своим благополучием ради донорского договора…

Ещё вчера Нерисса и пальцем бы не пошевелила ради того, чтобы помочь вампирам. Её отец, хоть и могущественный маг, до сих пор вещал у двери чеснок, иллюзией замаскированный под колокольчик. От вампиров это суеверие спасало мало, скорее от упырей, но зато он мог спать спокойно.

— Насколько мне известно, некромантия довольно близка вампирам, — вкрадчиво произнесла она. — Я знаю, что вы не пользуетесь ею сами в силу определённых особенностей, но, в целом, хорошо знаете теорию и имеете необходимые связи… А мне нужно разобраться с одним мертвецом.

— Вы хотите кого-нибудь оживить?! — поразился Вулфрик.

— Нет, — прервала его Нерисса. — Ничего такого. Я просто хочу выяснить, жива ли одна женщина. И не могла ли она, к примеру, ожить после своей смерти по каким-нибудь причинам. Ну, как плод деятельности некроманта или что-нибудь вроде этого. Может быть, имитация акта смерти? В любом случае, меня интересует всё, что вы сможете о ней узнать. Не сомневаюсь, что вы и сами каким-то образом заинтересованы в личности этой дамы.

Вулфрик деловито почесал затылок.

— И кто же это?

— Марта Моулс, — без обиняков выдала Нерисса.

Кажется, Барко это смутило. По крайней мере, он завертелся на месте, скромно опустил глаза, явно не спеша отвечать на такие подлые требования, как только что предъявила ему Нерисса, и взгляд так смешно забегал из стороны в сторону…

— К сожалению, не уверен, что смогу помочь… — протянул Вулфрик. — Эта женщина… Точнее, я бы сказал, эта особа…

— Программа донорства, — ледяным тоном напомнила Нерисса. — Неужели голод целого рода вампиров менее важен, чем какая-то подозрительная особа женского пола? Не разбивайте мне сердце, Вулфрик! — вздохнула она. — И не сердите меня. Мне казалось, мы договорились?

— Вы умеете быть настойчивой… Мне б такую невестку! — воскликнул Барко.

Нерисса едва сдержалась, чтобы не ударить его по голове чем-нибудь тяжёлым. Невестку! Мало ему было попытки с Брианой, так теперь решил позариться на другую одарённую девушку?

— Я полагаю, — вкрадчиво произнесла она, — что к этому вопросу мы вернёмся позже. После того, как выполним предыдущие обязательства.

— Да-да! — утвердительно закивал Барко. — С результатами исследований я пришлю к вам своего прекрасного сына! А вы постарайтесь за это время подготовить ректора ди Руаза, хорошо?

— Хорошо, — подтвердила Нерисса. — Буду ждать вас с результатом и пока что займусь нашей проблемой.

Вулфрик выразительно покосился на кристалл в её руках, и Нерисса чуть крепче сжала его. Вампир, как она и предполагала, вновь обратился в струйку дыма, спешно растаявшую в воздухе.

— Нерисса, ты уверена, что правильно поступаешь?

Крессман вскинула голову и увидела застывшую в дверном проёме Бриану. Та не выглядела особенно довольной услышанным разговором, а Нериссе практически сразу же захотелось обвинить её в том, что Бри лезет не в своё дело, да и вообще — подслушивает! Вот только она ж сама говорила, что подруге необязательно уходить, и та поднялась наверх исключительно чтобы не смущать. И кристалл свой отдала, хотя могла не делиться возможностью связи с вампирами.

— О чём ты? — сглотнув, переспросила Нерисса. — Мне кажется, я не сделала ничего такого… Ну, предосудительного.

— Я не хотела прислушиваться к вашему разговору, но вы не так уж тихо говорили, — отметила Бриана. — Ты уверена, что программа донорства в академии — это правильная затея? А уж тем более, если ди Руаз против.

— Он часто говорит совсем не то, что думает, — дёрнула плечом Крессман. — Потому… Я просто решила выяснить то, что меня волнует. Возможно, от этого зависит судьба всей академии! И твоего мужа, как её сотрудника, между прочим, тоже!

Она ожидала, если честно, что Бриана сейчас разозлится, обвинит её во всех смертных грехах, скажет, что Нерисса поступает неправильно, да и вообще, что она — средоточие зла. Но подруга вместо того, чтобы возмущаться, только улыбнулась.

— Надеюсь, оно того стоит, — протянула Бри. — Только как ты собираешься уговорить Альберто? У вас настолько хорошие отношения?

Это была больная тема. Бриана задела её, разумеется, ни о чём таком не подозревая, а теперь имела возможность наблюдать за стремительно мрачнеющей Нериссой.

Действительно, затея с разрешением на программу донорства была не лучшим, что приходило Нериссе в голову за долгие годы её знакомства с ди Руазом. По крайней мере, шанс, что он пойдёт на что-нибудь такое, был минимальным. Но всё равно, оно того стоило, а риск — благородное дело! Ведь если Марта Моулс замешана и в делах с вампирами, потом можно будет найти аргументы, из-за которых кровопийцы откажутся от своей затеи. Пусть ищут другое учебное заведение. Ну, а если обоснуются здесь, то донорство, в конце концов, исключительно добровольная затея, никто издеваться над несчастными студентами, заставляя их сдавать кровь, разумеется, не будет.

— У нас с Альберто действительно очень хорошие отношения, — пытаясь отделаться от не слишком-то любопытной, но, тем не менее, проницательной Брианы, протянула Нерисса, а потом, не удержавшись, взорвалась. — Да просто замечательные! Как лапать меня — так он первый, а как признаваться в чувствах — так днём с огнём…

— Он тебя обидел? — мигом напряглась Бриана. — Может быть, тебе нужна помощь?

— Да ну, не обидел, — буркнула Крессман, позволяя подруге усадить себя на стул и впихнуть в руки воду. — Так, просто…

— Приставал к тебе? — продолжила настаивать на своём девушка, устроилась на соседнем табурете и взглянула на Нериссу так, словно одним только взглядом пыталась придать ей уверенности в завтрашнем дне. — Послушай, если у тебя возникли какие-нибудь проблемы, то… Всегда можно к кому-то обратиться. Тарлайн, конечно, не проректор и уж тем более не ректор, но если понадобится…

Крессман только отрицательно покачала головой.

— Не надо ничего, — уверенно промолвила она. — Альберто меня не обижал, а если и приставал, то только по обоюдному согласию. И вообще, я!.. — Нерисса не хотела делиться своими проблемами, честное слово, но сейчас всё как-то одновременно накатило, и она, не сдержавшись, выпалила: — Мы с ним работали вместе, были боевой парой. И я в него влюбилась, в эдакую заразу! Потом мы поругались, я отправилась домой, там папа какого-то жениха заочно мне представил, я разозлилась, своровала у соседки это приглашение, подделала документы о вступлении, потому что её зовут так же, как меня, и попала сюда на учёбу, на отбор этот дурацкий, при всём своём высшем образовании! А потом он приехал, и… и… — она шмыгнула носом, хотя точно не собиралась плакать. — И я спросила папу, а он сказал, что это Альберто просил моей руки. Это от него я на отбор сбежала! А он теперь ходит, весь такой надутый, как сыч, и когда я ему в лоб вопрос задала, не он ли это, ответил, что нет! Ему теперь, наверное, на меня плевать…

Она всхлипнула и послушно ткнулась носом в плечо Бри. Это выглядело совсем по-детски, да и вообще, нашла кому жаловаться, но… Но как же хотелось!

— Тише, тише… — Бриана погладила её по голове. — Плевать, говоришь? Неужели ты серьёзно так думаешь? Да стал бы он тебя держать в академии, если ему всё равно!

— Мстит! — взвилась Нерисса.

— Не мстит… Не знает, как подойти к тебе ещё раз. Ведь ты ж говорила, что не знала, кто твой жених? И он наверняка понимает, что сбежала ты не от него, а от какого-то абстрактного мужчины. Но это он умом понимает! А есть же ещё и отвратительный характер, и что ты с ним будешь делать? Ведь ты ж не полюбила идеального, правда?

Крессман покорно кивнула.

— Ну намекни ему как-то, что он тебе приятен, — вздохнула Бри. — Будь немного поласковей. И вы помиритесь. И будете вместе.

— Не хочу я быть с ним вместе! И вообще, единственное, чего я хочу — это ему отомстить!

— Ага, — кивнула Бриана. — Разумеется. А я замуж не хотела. Страх как не хотела! — и она выразительно покосилась на обручальное кольцо.

Но Нерисса не собиралась сдаваться так просто. Не будет она с Альберто. Сам виноват! Придирается к ней, не хочет разбираться в деле Марты Моулс — и зачем ей такой жених сдался? Лучшего себе найдёт. Хорошо, что никогда ни в чём ему не признавалась, теперь хотя бы не будет стыдно.

Преисполненная уверенности в том, что её следующий план точно-точно окажется успешным, Нерисса шепотом поблагодарила Бри, всучила ей кристалл и удалилась — приводить в реальность задуманное.