Глава девятая
Нерисса открыла глаза, покосилась на висевшие напротив кровати часы и довольно улыбнулась. Как раз вовремя, ещё целых десять минут до представления.
Вставать так рано стало приятной традицией. Подходили к концу короткие студенческие каникулы, ничего интересного в Змеином Замке не происходило, за исключением того, что одна из башен пыталась рассыпаться окончательно, и каждый искал себе развлечение. Нериссе удалось найти его очень просто; даже до её комнаты доносились громкие вопли, а стоило оказаться под дверью у проректоров, так и вовсе можно было услышать всё в подробностях.
Что б там ни сделал Альберто, он был удивительно пунктуальным. Ровно в шесть утра, когда Нерисса как раз проходила мимо проректорских спален — комнаты соседствовали друг с другом, — из-за дверей донёсся синхронный вопль.
— Скотина! — кричал профессор Биурман. — Чтоб тебе пусто было! Чтоб тебя скрутило в рог бараний, а потом единорог тебя…
— Чтоб эта холодная вода тебе поперёк горла встала! — вторил ему профессор Ларстайн. — Шесть утра! Это что за безумие!
— Повторяются, — грустно отметил некто, и Нерисса аж подпрыгнула на месте от неожиданности. — Вчера говорили точно тоже-с… Как могу величать вас, сударыня?
— Нерисса, сударь, — уловив знакомую манеру речи, представилась девушка и опустилась в быстром реверансе. — А вы, простите?
— Покойный ректор, Кристофер ди Тэ-Луа. Вы здесь?..
— Секретарь действующего ректора.
— А! — заулыбался призрак. — Этого милого юноши, маркиза Альберто? Он о вас упоминал! Что ж, вы действительно очень… Ох, наверное, я не имею права об этом говорить, — мужчина вышел из тени. — Мне кажется, или это вы были той самой студенткой, заупрямившейся и не надевшей форму, защищающую от меня и нескольких моих предшественников? Насколько мне известно, студенчество ими пугают… Прогуляемся?
Ди Тэ-Луа предложил ей руку, и Нерисса охотно оперлась на неё. Удивительно, насколько был силён этот призрак, но его тело казалось практически материальным. Её пальцы если и проваливались в чужую ладонь, то всего на несколько миллиметров.
— Именно я, — подтвердила Нерисса. — Но мне не страшны привидения, уж простите.
— Вы столь смелы? — тут же заинтересовался покойный ректор.
— На самом деле, я во многом — та ещё трусиха, — созналась Крессман. — Но я закончила университет и несколько лет проработала боевым магом… Потому не уверена, что имею хотя бы моральное право пугаться призраков. Даже таких достойных, как бывшие ректоры этого места.
— Как это мило! — заохал ди Тэ-Луа. — Что за удивительные люди в последнее время трудятся на благо Змеиного Замка! После того, как эта несносная женщина-с всё здесь развалила…
— Простите, вы о?..
— О Тильде Фиэл, о ком же ещё-с, — вздохнул Кристофер. — Ведь вы застали её, верно?
— Только в качестве студентки.
Нерисса вдруг подумала: а что, если призраку известны какие-то секреты Марты Моулс? Ведь он умеет проходить сквозь стены, а за нечистой на руку Тильдой уж точно следил. И должен был знать, существовала ли такая особа на самом деле! К тому же, глядя на ди Тэ-Луа, Нерисса вдруг подумала, что госпожа Моулс могла быть и обыкновенным привидением. Умереть, а потом, напитавшись энергией смерти, остаться такой вот тенью?
Обычно Крессман сталкивалась с призраками довольно слабыми для такого рода манипуляций. Вряд ли им хватило бы сил, чтобы оставить отпечаток ауры. Но ди Тэ-Луа, вероятно, был могущественным магом и оставил где-нибудь волшебную закладку…
— Скажите, — вкрадчиво поинтересовалась она, — только не обижайтесь, пожалуйста… Вы так хорошо выглядите! Совсем не светитесь… Все призраки, с которыми я имела честь сталкиваться, обычно имели куда менее плотную структуру. Как вам это удалось?
А ещё все призраки, с которыми она сталкивалась, терпеть не могли обсуждать свою степень прозрачности. Но ди Тэ-Луа, напротив, буквально расцвёл от этого вопроса и заулыбался так, что Нериссе стало не по себе.
— Благодарю-с за комплимент, сударыня! — гордо вскинул голову он. — Как видите, я могу менять собственную прозрачность, когда мне надобно выполнять прямые функции призрака, — в один миг он стал практически невидимым, а после вернулся в своё обыкновенное состояние. — Я действительно силён. Но за это стоит благодарить не только мою внутреннюю силу, а и силу этого места! — он раскинул руки в стороны, явно имея в виду Змеиный Замок.
— Значит, вы не оставляли никаких закладок для жизни призраком?
— Отнюдь! — возмущённо воскликнул ди Тэ-Луа. — Простите, моя дорогая, но да ведь это противоестественно! Змеиный Замок, точнее, его магия, посчитала меня одним из лучших ректоров и предложила возможность остаться призраком. Я согласился не потому, что очень хотел пожить ещё немного. Только ради того, чтобы хранить студентов от таких бестолковых существ, как эти проректоры! Но, разумеется, я могу уволиться… То есть, уйти в смерть, когда пожелаю. Это сугубо добровольное дело. По замку ходят и преподаватели-привидения, но они несколько слабее, чем я.
— Я не хотела вас обидеть! — поспешила убедить его Нерисса — Просто мне интересно… И это очень важно для дальнейшей судьбы Змеиного Замка. А нет ли среди призраков некой Марты Моулс?
Кажется, произнесённое имя крайне удивило мужчину. Ди Тэ-Луа почесал подбородок, как-то опасливо оглянулся, как будто пытаясь отыскать упомянутую вокруг себя, потом крепко задумался и взглянул на Нериссу лишь после долгой паузы.
Девушка же заметила, что, волнуясь и отвечая более пылко, он даже забыл о своей манере речи, но теперь, успокоившись, вновь вернулся к ней.
— Нет-с, моя дорогая, — твёрдо ответил призрак. — Никакой Марты Моулс здесь не было-с, хотя имя кажется мне знакомым. Но я не видел-с её ни живой, ни мёртвой!
Что и требовалось доказать. Нерисса была уверена, что такое простое объяснение — энергетически сильный призрак, — отнюдь не для их отвратительной ситуации. Тем не менее, было ещё много вариантов, которые она могла перечислить привидению, и вряд ли одно из них соответствовало действительности.
— Что ж, благодарю за информацию, — она склонила голову в благодарственном кивке. — В таком случае, мне пора.
— Стойте, сударыня! — вспомнил вдруг о чём-то ди Тэ-Луа. — Я вынужден вас предупредить-с!
Нерисса покорно остановилась, хотя ей на самом деле уже хотелось уйти — и выбраться на новый виток расследования, разведать, кто же такая Марта Моулс. Она как раз рассчитывала на библиотеку, ведь там рано утром вряд ли можно будет встретить большое количество студентов. Тем более, во время каникул!
— О чём? — мягко поинтересовалась она, взглянув на мужчину.
— Маркиз ди Руаз — очень милый молодой человек, — издалека начал призрак. — И уважительно относится к своим обязанностям. Разумеется, иногда любовь к женщине может затмить разум, к тому же, к такой красивой и образованной…
— К какой женщине? — тут же взвилась Нерисса.
Неужели уже успел кого-то себе здесь найти? Ну, конечно же! Вокруг масса студенток, все как на подбор — привлекательные, юные. Зачем ему какая-то бывшая боевая пара с дурным характером, да ещё и умением найти проблемы на одно место?
— Так он вам не говорил? — расстроился ди Тэ-Луа. — Простите-с тогда уж, что проговорился… До встречи!
И заспешил прочь с такой скоростью, словно был спринтером, а не обыкновенным привидением.
— Твою ж!.. — забыв о том, что она — милая леди, сударыня, да и вообще положительный человек, выругалась Нерисса. — И где он успел найти себе женщину?!
Может быть, она ошиблась? И никогда Альберто ди Руаз не был в неё влюблён, как раз наоборот, она придумала себе повод для ревности? Предположим, интересовала его, потому что, как ни отрицай, была всё-таки довольно привлекательной, но не более того. Он, наверное, и не задумывался над тем, чтобы на ней жениться. И уж точно не собирался ухаживать за нею сейчас! Конечно, теперь, когда под носом крутится масса полукровок…
Но Альберто не любил полукровок и всегда утверждал, что женится на человечке, если женится вообще! Изменил своё мнение? Да никогда. И ди Руаз всегда был у неё на глазах, контактировал из представительниц женского пола с Тильдой в тюремных камерах — это Нериссу точно не пугало, — с Эльей, которую явно порывался придушить при первом же столкновении…
И с Брианой. От мысли, что её подруга могла приглянуться Альберто, Нериссе аж плохо стало. Но ведь Бри — замужняя женщина, и с Тарлайном у них всё в порядке. И с чего б то ди Руаз положил глаз на Бриану? Нет, что-то не складывается…
И почему ди Тэ-Луа так заспешил прочь? Неужели Альберто предупреждал, что Нериссе не стоит ничего знать? Боялся ревности?
Она остановилась. Представить себе Альберто, который рассказывает о своих бывших, Крессман не могла. Даже если б он и поведал по секрету о своей большой любви, то зачем просил бы ди Тэ-Луа не говорить о зазнобе обыкновенной секретарше?
— Нерисса? Ты долго тут ещё стоять будешь? Эй! — перед глазами у девушки помахали рукой, и она, ошеломлённо заморгав, взглянула на потревожившую её Бриану. — Вся академия на тебя смотрит!
— Да я задумалась что-то… — она вздохнула. — И не заметила тебя. А что, давно я так?
— Ну, лично я уже минуты три наблюдаю, — Бри совершенно искренне улыбнулась. — Да ты не переживай, бывает. Любовь ничего хорошего не делает.
Судя по тому, как радостно светились глаза Брианы, дело обстояло совсем иначе. По крайней мере, взаимные чувства и супружество пошли ей на пользу. Бри выглядела самой счастливой девушкой на свете.
Мужа её где-то не было, зато бывших однокурсниц оказалось множество. Те переговаривались, порой косились на Бри, причём с таким неподдельным любопытством, что Нерисса аж диву давалась. Ведь Бриана нормально вышла замуж, и все давно уяснили, что никакого отбора не было, а если и был, то не Тарлайн — его главный герой…
Нет, что-то здесь было не так. А взгляды становились всё настойчивее и настойчивее, и Нерисса сама уже не знала, куда деться.
— Как ты это терпишь? — удивилась Нерисса. — Ты ж никогда не любила повышенного внимания…
— Я? Что терплю? — вскинула голову Бри, а потом, заметив среди прибывших в столовую мужа, отстранилась от Нериссы. — Я сейчас вернусь, только спрошу, как там Пау, он должен был зайти…
Бри ушла.
Взгляды никуда не делись.
И тогда Нерисса с ужасом поняла, что пялились не на Бриану — на неё саму.
Терпеть такое необоснованное внимание девушка не собиралась, но и действовать напрямик было как-то не слишком приятно. Собравшись с силами, она стянула со стола стакан с компотом и бублик и гордо направилась к своим бывшим сокурсницам, с которыми прежде коротала дни на скучнейших лекциях.
— Здравствуйте, девочки, — елейным голосом произнесла Нерисса. — Как поживаете? Как каникулы?
Девушки, минуту назад весьма активно переговаривающиеся, вдруг умолкли. Если, поймав на себе несколько косых взглядов, Нерисса ещё могла в чём-то сомневаться, то теперь все её предположения подтвердились.
— Да вот, — решилась одна из них, Даниэла, с которой Нерисса разговаривала от силы три раза. — Скучаем… Это тебе, наверное, интересно. Такой мужчина! Конечно, роман на рабочем месте — это так романтично! Только профессор Биурман не очень доволен был, когда говорил об этом. Предупреждал, чтобы мы помнили, что ранние связи приводят к дурным последствиям…
— Бриана хоть замуж вышла сначала, а потом уже, — пробормотала себе под нос величавшая себя в первые недели совместного обучения подругой Кира. — А тут такая наглость…
— Ой, девочки! — жеманно отмахнулась от них Нерисса. — Он такой, такой… — а потом, поймав Киру и Даниэлу за руки, потянула их к себе и зашипела: — Всё совсем не так, как вы думаете. Но, если вы готовы обманываться на этот счёт и дальше, то я не стану мешать…
Уловка сработала замечательно. Глаза Киры удивительным образом засверкали, Даниэла завертелась вокруг своей оси, пытаясь понять, никто ли на них не смотрит. Остальные, конечно же, не отрывали внимательных взглядов от новоявленных подружек, но скрывали собственный повышенный интерес.
Нерисса же ощутила странного рода злость. Значит, ещё ничего даже близко не было, а вся академия болтает о её связи с Альберто? А потом что будет? Станут рассказывать о троих детях, которых она прячет в подвалах Академии? Или о том, что это они в порыве страсти половину Змеиного Замка разрушили? Да Альберто вообще нашёл себе какую-то женщину-мечту, и Нерисса здесь ни при чём!
Она, пока шла в столовую, старалась не ревновать и не думать о плохом, но сейчас почувствовала, как вновь вскипает в груди злость. А почему это не ревновать? Почему не злиться? Альберто её предал. Сколько раз он клялся в большой любви?..
Ни разу. И от того ещё хуже. А жених её, наверное, какой-то совершенно посторонний человек, за которого Нерисса ни за что не согласилась бы выйти. Потому нечего стесняться.
— Вы не понимаете своего счастья! — зашипела Нерисса. — Мы с маркизом ди Руазом с детства знакомы. И вообще, почти родственники…
— Так это кровосмешение! — ужаснулась Кира.
— Да какое кровосмешение?! — возмутилась Крессман. — Между нами ничего нет. Это видимость, чтобы понять, кто из вас что собой представляет…
В ответ на эти слова насторожились уже обе девушки.
— А зачем, — полюбопытствовала Даниэла, — ему вообще знать, кто из нас кто? Он что, хочет отчислить студенток? В академии не хватает бюджетных мест?
Родители Даниэлы работали в системе образования, и мысли у неё, в целом, были правильными. По крайней мере, Нериссе понравился ход её размышлений, но от своего первоначального плана она уже отступать не собиралась.
— Помните, почему нас сюда вызвали? На отбор невест, — напомнила Нерисса.
— Так сказали же, что это ошибка, — фыркнула Кира. — К тому же, куратор наш на Бри женился.
— Он не был целью отбора, — отрезала Нерисса. — Это всего лишь подставное лицо! Он должен был всё проверить, определиться, кто из нас — хуже других, отбросить лишних. Помните, как выгнали нескольких студенток в начале учебного года? Вот вам и причина. А теперь, когда Тильду выгнали, Альберто под прикрытием сюда прибыл.
— Ты говоришь, вы родственники? Тогда зачем ты нам его сдаёшь? — заподозрила неладное Даниэла.
Губы Нериссы растянулись в вынужденной улыбке. На самом же деле ей хотелось закатить глаза и послать не слишком умных сокурсниц куда подальше, но портить хорошую игру не хотелось. Зачем?
— Вы ничего не понимаете! — возмутилась она. — Во-первых, мы не родственники, просто наши семьи достаточно близки. А во-вторых… Я вам хочу помочь, вам двоим! Разумеется, не нужно, чтобы об этом знали все остальные… Альберто хочет, чтобы девушка влюбилась в него по-настоящему, а не из-за отбора, потому никому ничего не говорит!
— Но если мы не влюбимся в него? — тут же засомневалась Кира.
Нерисса от злости едва не выплеснула на неё чай.
— Ты что, хочешь упустить такого жениха? Ты только посмотри! Во-первых, он маркиз, будущий герцог. Во-вторых, ему ещё нет тридцати. Где ты найдёшь почти герцога, которому нет тридцати и который до сих пор не женат?
— Для этого должны быть причины… Он вроде симпатичный…
— Да, — закивала Даниэла, вторя словам подруги. — Очень даже! Но, наверное, он тиран? Или очень злой? Ну, раз ему нужен отбор для того, чтобы отыскать себе невесту?
Крессман победно улыбнулась. Теперь она была уверена в том, что её слова нашли необходимых слушательниц.
— Нет, девочки. Он просто очень-очень занят, — протянула она. — Но это ещё ничего не значит. Сейчас у него появится немного времени для того, чтобы найти возлюбленную, и этой возлюбленной должны стать вы!
Кира и Даниэла переглянулись.
— А вы с ним не любовники?
— Говорю ж, нет, — ответила Нерисса. — Мы просто дружим. И это для прикрытия. Только я вам ничего не говорила!
Судя по тому, как девушки преданно на неё смотрели, к вечеру из-за их неосторожности об отборе будет знать вся академия. Так ему, ди Руазу, и надо! Поселил её невесть где, в каком-то отвратительном розовом помещении с кремовыми кружевами, голову морочил, нашёл себе другую, да ещё и не хочет слушать о Марте Моулс? Так дал хотя бы учиться — но нет же, ему хочется, чтобы Нерисса на него работала! Так забыл, наверное, что Крессман никогда не позволяла никому себя обидеть?
В глубине души она понимала, что, во-первых, зря обнадёжила подруг, а во-вторых, подставила Альберто, но с другой… Эта маленькая женская месть того стоила. К тому же, иначе Альберто вышвырнули бы с должности ректора за связь с бывшей студенткой и нынешней секретаршей. И Биурман с Ларстайном нашли бы за что зацепиться. А так — всё шло просто замечательно. И Нерисса подумала: так этим дурам, которые уже во второй раз в отбор поверили, и надо. А Альберто всё равно выберет себе самую лучшую девушку.
…Вот только чего ж так хотелось, чтобы это оказалась она сама?