Глава 6

Алена

С минуту Рун просто смотрел на меня так, будто уже не надеялся встретиться. Нет, правда! В его глазах плескалось такое бешеное комбо страха, облегчения и растерянности, что я просто на секунду потерялась. Тоже воззрилась на вельмера и не знала, что и сказать.

Так смотрит мать на ребенка, что угодил в автомобильную аварию. Полиция сообщила бедняжке, что ее отпрыска отвезли в больницу и больше никаких подробностей. И вот она несется через весь город, забыв даже о собственной безопасности. Не может дышать, не может думать, не может остановиться… Врывается в больницу и… видит на стуле своего ребенка. Он цел и практически невредим. Пара царапин и следы пережитого шока. И вот она смотрит, сглатывает и не знает – то ли заплакать, то ли расхохотаться…

Внезапно все вокруг показалось неважным, ненастоящим и несущественным. Стелла, которая то подмигивала, а то строила рожицы, красноречиво кивая на всклокоченного Руна. Альва, что сидела почти неподвижно и следила за нами, не смаргивая, будто боялась пропустить интересное. Она даже рот чуть приоткрыла. Окружающие, которые нет-нет, да и косились на нас. Хотя многие явно старались не фокусировать внимание на нашем необычном квартете. Думаю, что пялиться на ректора не самое благодарное занятие. Особенно, когда этот ректор – огненный дракон. В этом случае подобное ротозейство может быть не совсем безопасным, хотя и порой увлекательным развлечением… Чем-то вроде полета в причудливо изогнутой трубе аквапарка с двумя выходами: в бассейн и на бетонную стену… Так сказать, для тех, кто любит поострее.

Но все это вдруг отошло на задний план, став лишь фоном на картине нашей с Руном знаменательной встречи. Он продолжал тяжело дышать и смотреть. Причем, дыхание вырывалось из легких вельмера с таким присвистом, что чудилось – еще немного, и драконье пламя полетит через всю столовую.

В воздухе повисло странное напряжение. Оно не нервировало меня, не тревожило, но волновало до вспотевших ладоней и прыгающего, словно маленький зверек в клетке, сердца. Бух-бух-бух… Гудело в ушах.

Стелла все сильнее гримасничала, явно намекая на необычное отношение ко мне Руна. Альва хихикала, прикрыв рот руками. И я уже немного отвисла, собираясь дать спутницам как-то понять, что это явный перебор, откровенная провокация. Однако вельмер вдруг тоже отмер. Подскочил, поднял меня из кресла легким движением рук, будто я вообще ничего не вешу, поставил на ноги и начал осматривать.

Это было довольно странно и непривычно. Рун касался моего тела в самых разных местах, но не щупал, нет. Это не выглядело мужской хитростью, чтобы облапать симпатичную женщину. Не-ет. Он касался едва уловимо, только пальцами. Причем, ощущала я все так, словно некие теплые волны непрерывно струились вокруг тела. Не внутри, а именно вокруг. Почему-то подумалось, Рун исследует мою ауру. Я понятия не имела, возможно ли это. Но казалось, что именно так и происходит.

Какое-то время вельмер не останавливался. И меня временами словно окатывало теплой, чуть щекочущей влагой… Надо признать, ощущения были довольно приятными… А когда я совсем было привыкла, можно даже сказать, начала получать удовольствие, Рун вдруг обхватил руками и крепко прижал. На секунду, на какое-то мгновение, но мне хватило, чтобы почувствовать, какой он горячий, как быстро колышется его грудь, и как часто жаркое дыхание вырывается изо рта.

Рун отстранился рывком, с явным усилием, словно отрывал меня от себя. Выдохнул, посмотрел в упор, помедлил и вдруг снова обнял. Крепко-крепко, и опять отпустил с явной неохотой и через силу. Контраст между жаркими объятиями оборотня и прохладой воздуха Академии ощущался мной почему-то особенно остро. Умом я понимала, что в АО довольно комфортная температура. И, конечно же, Рун вовсе не печка, чтобы, прижавшись к нему, потом испытать озноб даже при банальных двадцати градусах. Но ничего не могла поделать. Ощущения пробивали.

Вельмер выдохнул еще раз, покачал головой, усмехнулся, будто сам с собой вел какой-то внутренний диалог и удивлялся собственной же реакции.

Наконец он прокашлялся и хрипло спросил:

– Ты в порядке?

– Д-да… – немного ошарашенно ответила я.

Но Руну этого не хватило.

– Ты уверена? – он нахмурился и пытливо вгляделся в мое лицо.

Я кивнула.

– Я прощупал ауру, и вроде бы физически и энергетически все нормально… – казалось, он сам себя успокаивает. Но и этого вельмеру было мало.

– Ты, правда, ничего не скрываешь? Они не тронули тебя? Ты не пострадала? – спросил он еще раз уже гораздо более настойчиво.

– Все нормально. Правда. Со мной все в порядке.

Мы стали перекрестьем косых, донельзя удивленных взглядов окружающих, несмотря на то, что еще недавно они не рисковали пялиться на ректора. Видимо, теперь он вел себя уже совсем аномально, и народ не мог пропустить подобное. Так некоторые безумцы смотрят на затмение Солнца, прекрасно зная, что это может плохо закончиться для зрения. Как говорится, охота пуще неволи.

Рун что-то такое почувствовал. Окинул столовую суровым взглядом из-под нахмуренных рыжих бровей. Присутствующие поняли ректора правильно, так сказать, осознали всю глубину своих заблуждений. Немедленно вернулись к своим делам: еде, беседе, напиткам. И сделали вид, что даже ни секунды не интересовались тем, что случилось между мной и вельмером.

Апчхи…

Кто бы мог подумать, даже предположить, что этот легкий и самый обычный звук неожиданно так меня напугает. Видимо, нервная система все же решила слегка отдохнуть от постоянного напряжения и собранности. Расслабилась, дала себе волю. Стальные нервы-канаты отправила на починку… А тут этот звук неподалеку…

Я аж подскочила на месте, и Рун де Ворл крутанулся на пятках.

Волк, который чихнул возле шведского стола, аж попятился и тут же начал оправдываться:

– Э-э-э… я просто попробовал салат, а там много коргоя…

Коргой, насколько я успела усвоить, был чем-то вроде нашего чеснока, смешанного с красным жгучим перцем. Та еще приправка, надо заметить. Землянин бы одним чихом не отделался. Наверное, часа три отпивался бы и чистил язык.

Я облегченно выдохнула и осторожно коснулась руки Руна пальцами. Тот озадаченно повернулся ко мне и воззрился так, словно спрашивал: «Чего тебе хочется, попаданка?»

Я не нашла ничего лучше, чем сказать:

– Все хорошо. Правда. Я просто перенервничала.

На заднем плане Стелла разыгрывала спектакль одного актера, достойный «Золотой маски». Она подражала жестам и поведению Руна, подмигивала и прикладывала руки к груди в форме сердца, изображая пульсацию. Альва уже сжимала рот обеими руками, но легкие хрюкающие звуки не оставляли сомнений в том, что ее разбирал смех.

Я ощутила, как к щекам приливает кровь, затем растекается по ушам и шее. Рун оглянулся на притихшего волка. И я поняла, что парня надо спасать. Складывалось ощущение, что вельмер просто испепелит студента взглядом. Вроде бы весьма странно для ректора, тем более, такой огромной Академии. У ректора любого крупного ВУЗа не нервы – титановые канаты, залитые, к тому же, качественным бетоном. Никакой другой, более чувствительный субъект, на такой должности просто не выдержит. Уже спустя несколько месяцев попросится «на волю». И хорошо еще, если не в психушку, а только лишь на лечение к психологу. Но именно так все и выглядело.

– Рун. Спасибо за заботу…

Я сказала тихо, почти шепотом, но вельмера отвлекло почище пушечного выстрела. Он забыл о волке, и еще пару секунд я просто не знала, куда деваться от пристального, немигающего взгляда оборотня. Казалось, он проникает в самую душу, теребит там давно забытые ощущения, будит давно дремавшие чувства…

Пару раз Рун порывался что-то сказать: подавался вперед и приоткрывал рот, но почему-то передумывал.

– Ладно… – заметив мое замешательство, выдохнул он и впервые с момента своего фееричного появления мазнул взглядом по Стелле и Альве. – Я отпускаю всех трех с работы. Отдохните, придите в себя…

Он определенно собирался еще что-то сказать, когда по телепатической связи пронесся голос Ненталя. Да, вот так. В этом измерении про интимность мыслей стоило забыть напрочь. Думаю, термин «личное пространство» тут вполне можно заменить «лишним пространством». Тем, которым следует пренебречь.

«Канор ждет нас на срочное совещание на старом месте», – сообщил нам Ненталь.

Рун посмотрел на меня и протянул руку. Я машинально подала вельмеру ладонь. Стелла аж подпрыгнула и подмигнула. Альва многозначительно кивнула. Девушки поднялись со своих мест, и мы дружно шагнули в зеввы.

…В холле замка дель Марх Рун притормозил и нехотя выпустил мою ладонь.

– Стелла, я пойду узнаю, что там и как. А вы проходите в голубой зал.

Он говорил со Стеллой, но смотрел на меня. Вообще не сводил с меня глаз. Стелла, между тем, бодро кивнула и потянула меня в сторону наших комнат. Альва отправилась следом.

И – клянусь – до самых дверей покоев, вельмер все еще следил за мной, словно боялся, что я все-таки ранена, но пока этого не почувствовала. А, может, резко впаду в истерику или начну рыдать…

Честное слово, обо мне никто и никогда так не заботился. Я торопливо скрылась за дверью, чтобы нормально перевести дух. Было так… Мне сложно даже рассказать, как же именно. Только неожиданно словно Цунами накрыло ощущением «Боже! Как же здорово, когда тобой так дорожат!»

В последний раз мама так меня расспрашивала, как дела и как самочувствие. Ушла мама… и не стало этого маленького светлого уголка во Вселенной, где меня принимали всякую. Где тихо, на мягких кошачьих лапках подкрадывалось умиротворение и заполняло так, что дальше уже некуда. Место, где вопрос «ну как живешь?» всегда предшествовал любому другому. Где малейшую мою проблему выслушивали и рассматривали под лупой. Давали совет. Возможно, порой наивный, возможно, порой устаревший и даже где-то со своей колокольни. Но это желание решить твою проблему, помочь, обязательно разрулить непростую ситуацию, я оценила по достоинству лишь потом. Потом, когда мамы не стало…

И больше этого чувства «я в коконе защиты и тепла» не испытывала ни разу…

Только сейчас, с Руном. И это так меня напугало, обескуражило, сбило с панталыки, что я едва дышала несколько минут, прислонившись спиной к стене. «Приход» потихоньку завершился. Я отлипла от своей «подпорки» и двинулась в ванную. Ополоснула лицо прохладной водой и посмотрела на себя в зеркало. Лицо раскраснелось, в глазах стоят слезы… Да что такое со мной? Почему, почему я так остро, так ярко, так критически мощно все это воспринимаю?

Рун ведь не просто оборотень или вождь и ректор. Он еще и благодарное существо. Конечно же, он ощущает ответственность за меня в новом мире. Это из-за него мне пришлось переехать, из-за него моя жизнь изменилась так круто, что стала чьей-то другой жизнью. Это из-за него мне пришлось покинуть родной дом. Пусть менее роскошный, пусть более проблемный, нежели великолепный замок императора нагов. Но мой! Личный! Мою крепость!

Именно из-за Руна я была вынуждена искать в АО зараженных и столкнулась с ними в столовой… Бррр… От одного воспоминания снова захотелось спрятаться и холодок пробежался по спине.

Я еще раз ополоснула лицо и улыбнулась своему отражению.

Так. Все. Баста! Успокойся, Алена.

Да, Рун де Ворл роскошный мужчина. Кто бы спорил? Да, он до скрипа порядочный, раз так заботится о женщине, что угодила из-за него в передрягу. Другой бы поселил в замке, устроил на работу, привел ребенка и посчитал, что больше мне ничего не должен. А этот – нет! Продолжает опекать.

Хороший мужик, нет слов! Но не следует забывать, что он правитель и мой начальник. Так что пускать на него слюни и растекаться розовой лужицей как-то совершенно неуместно.

Улыбка в зеркале стала какой-то натянутой. Словно всё во мне протестовало против этого вывода. Вспомнилось, как подмигивала мне Стелла, пока Рун расспрашивал и осматривал. Пфф… Ей бы только о любви посудачить… Оно и понятно. Возраст, положение счастливой жены и мамочки сразу делает тебя конструктором чужого счастья. Всех хочется переженить. По себе помню…

Отражение в зеркале стало более унылым, уголки губ опустились, а в глазах поселились грустинки. Я снова усилием воли растянула губы в улыбке.

Так! Если улыбаешься даже через силу, все равно становится легче.

Стало. Я выдохнула и отправилась переодеваться.

* * *

Рун

Глупо ли он вел себя, пока осматривал и расспрашивал Алену? Суматошно, испуганно, нервно… Даже не скрывая бурных эмоций.

Вполне возможно. Рун отлично осознавал, что на него глазели и недоумевали. Но вельмеру было плевать. Он должен был убедиться, что с ней все в порядке. Остальное… Это уже не так важно.

Рун усмехнулся, снова взглянув на дверь, за которой только что скрылась истинная.

Да уж, не так важно… Всё то, чем он жил и дышал много столетий. Всё то, что он строил с нуля в Академии и в своем государстве. Всё то, за что проливал свою кровь… Впрочем… Ничего не изменишь. А значит рефлексировать – лишняя трата времени и сил.

С этими мыслями, вельмер отправился в голубой зал, где уже начиналось второе собрание правителей измерения за последние дни. Те, кому сложно путешествовать зеввами, присутствовали «виртуально» – на экранах тэнноров. Каадру Таш прибыл лично, как обычно, когда дело касалось его подданных. Даже если речь заходила о самом простом трегорне. Рербис – вождь племени черных верберов, к которому принадлежали двое других зараженных, не доехал, связался по тэннору. Но Рун не осуждал Рера. Верберам тяжело давались путешествия зеввами. Их потом мутило, мотало, ломало. Медведи долго приходили в себя. Там какое-то время точно не до заседаний. А сейчас всем требовались свежие головы и немедленно.

Рун остановился возле дверей в ожидании Алены. Ненталь заметил его, кивнул, мол, все с тобой ясно. Ада тоже присутствовала на собрании. Хотя в прошлый раз жен правителей не приглашали. Эманор и Рельгор косились на двери – тоже ожидали своих попаданок.

Канор обсуждал что-то со своей большой командой исследователей, то и дело поглядывая на собрание. Складывалось впечатление, что императорский медик задумал нечто такое, что далеко не все правители одобрят…

Рун ощутил присутствие Алены сразу же. Хотя и отвлекся, наблюдая, как Селгор что-то горячо доказывает Канору. Медики разных стран взирали на эту спорящую парочку с удивлением и вниманием. Вельмер почему-то подумал – речь о чем-то очень для него важном. Не для измерения – для него лично. И потом, уже значительно позже, мысли Руна подтвердились полностью.

Однако в эту минуту он ощутил, что Алена вошла в зал. Он еще не видел ее, но горячая волна накрыла, пронзила, огорошила, охватило странное, волнительное томление. Рун повернулся и… залип. На несколько мгновений потерял и нить мысли, и вообще любые связи с реальностью.

Она скромно стояла неподалеку и удивленно рассматривала собрание: оборотней, магов, смертных. Ну да, для попаданки с Земли, даже в человеческом обличье, многие выглядели весьма необычно. Слишком массивные, просто горы мяса – медведи. Узколицые, с хищными чертами волки. Лисы: маленькие, рыжие и блондины, с особенным разрезом глаз. Верхние уголки глаз у них очень высоко поднимались к виску. Отчего лица казались какими-то непривычными.

Каадру Таш вообще, наверное, для землянки представлялся каким-то инопланетянином. Резко очерченные скулы, удлиненное лицо и глаза, которые меняли цвет. От ярко-голубого до черного, в зависимости от эмоций и применения магии. Плюс к тому – бледная, почти белая кожа, глянцевая и какая-то слишком уж гладкая и толстая белоснежная коса… Туловище Каадру тоже было немного длиннее человеческого. Отчего он, несмотря на мускулистость, казался долговязым и нескладным.

Алена смущенно опустила взгляд, заметив, что ее интерес к правителям измерения не прошел незамеченным у собрания. Многие посмотрели в ее сторону. В эту минуту на пороге появились Стелла и Альва. Эманор и Рельгор сразу же среагировали. Встали и повели жен, чтобы усадить их рядом с собой. Оборотни – те еще собственники. Рун это ощущал на себе. Так и хотелось заграбастать истинную и сделать своей по всем правилам.

А чего он сейчас-то собственно медлит? Вельмер подумал, что самое время показать свое отношение к землянке. Он подошел, взял ее за руку и подвел к креслу, расположенному между Каадру Ташем и креслом самого Руна. Алена послушно села, слабо улыбнулась и воззрилась на Канора. Тот как раз перестал спорить с Селгором и как-то странно посмотрел на попаданку. Рун заметил, что королевский медик Гардавии едва уловимо мотнул головой, будто подавал Алене какой-то знак. Она переглянулась со Стеллой, Альвой и Адой.

Да что задумали эти неместные женщины? Рун беспокойно поерзал на стуле. С попаданок станется! Им бы только геройствовать. Альва, помнится, рванула прямиком в бой и вытащила Эманора с Рельгором из расщелины, где оба могли запросто погибнуть. А потом, в последней войне с сельвентами, все три попаданки появились прямо на месте сражения.

Да, за ними нужен глаз да глаз! Особенно, если еще и Канор вступил в заговор с землянками.

Докрутить мысль Рун не успел, сообщение королевского медика Гардавии на несколько секунд выбило всех из колеи.

– В общем, не буду ходить вокруг да около, как выражаются наши попаданки. Сегодня обнаружены почти триста зараженных…

По залу поплыла гнетущая тишина. Многие замерли, будто их резко поставили на кнопку стоп. Эманор аж скрипнул зубами. Каадру сжал кулаки, а Сах Таас шепотом выругался. На мониторах тэнноров многие не стеснялись – ругались на чем свет стоит, выключив звук. Один из вождей черных лис вообще молотил кулаком по столу. Проняло мужика, сразу видно. Гартан так посерел и осунулся, что походил на мумию самого себя.

Канор дал всем время переварить услышанное, немного успокоиться и продолжил:

– Как многие знают, часть зараженных обнаружилась в Академии Оборотней. И, надо сказать, меньшая их часть. Буквально меньше десятка. Многие были выявлены просто в многолюдных местах. В магазинах, в парках развлечений и прочих местах общего пользования. В основном, это низшие оборотни… Но есть и несколько десятков высших. Что подтверждает мою гипотезу. Энергопаразиты наращивают мощь и стараются захватить более одаренных магически носителей. Их цель не люди и не низшие оборотни. Их цель – равные нам. Теперь это уже очевидно…

– Какие высшие оборотни максимально подвержены заражению? – деловито уточнил Ненталь. Хотя Рун видел, что наг на грани. Спина выпрямлена, словно шест проглотил, губы искусаны, руки сжаты в кулаки. Наг просто не позволял себе показать панику. Кто, если не негласные правители измерения должны сохранять спокойствие и хладнокровие? Кто, если не они, просто обязаны в общем нарастающем хаосе стать голосами порядка и разумности?

– Больше всего заражены среди высших оборотней сельвенты. У нас есть один зомбированный трегорн, десять верберов и все остальные – каменные драконы. И мы вроде бы выяснили причину. Магия сельвентов, их аура и энергия отчасти родственны низшим оборотням. С одной стороны, значительно мощнее. Но по своему составу, по своему особенному рисунку их энергополе максимально похоже на энергополя более слабых магически рас. Поэтому заклятью подчинения проще всего перекинуться именно на сельвента. Зараженный трегорн только недавно перенес поражение в магической схватке и был здорово ослаблен энергетически. Верберы участвовали в боях за место беты племени и, соответственно, тоже находились не в лучшей форме. Еще только начали восстанавливаться. Зараженные же сельвенты, практически все – здоровы и магически не ослаблены. Это подтверждает мою гипотезу, – слова Канора произвели эффект взрыва. Все взгляды махом сошлись на Гартане, словно дула мощных орудий. Сельвентов многие здесь не любили. Эта раса каменных драконов поссорилась почти со всеми соседями, пытаясь совершить там переворот, ставя подножки развитию технологий и прочее, прочее, прочее. Сложнее было сказать, кто в измерении еще относится к сельвентам нейтрально. Друзей у них точно не было. Разве что стратегические союзники. Вроде тех же рыжих степных волков, чье государство граничило с Вальририей – страной каменных драконов. Однако и их правитель воззрился на Гартана с нескрываемым раздражением и злостью.

В зале послышались возгласы и зазвучали идеи, которые многие лелеяли столетьями.

– Надо закрыть их страну куполом, отрезать от остальных государств. Раз уж там зараженных больше всего!

– А может их просто временно лишить магии? Там этот минерал, забыл, как его… еще есть где-то в измерении? Или его полностью уничтожили? Ну тот, которым сами сельвенты пытались забрать магию у нагов? Возможно, тогда и энергопаразиты в их аурах долго не выдержат!

– А может Каадру даст разрешение организовать на полюсе резервацию для сельвентов? Все-таки высшие маги с энергопаразитами внутри – это уже намного серьезней, чем обычные оборотни и люди… Стоит подумать над подобным решением.

Предложения сыпались и сыпались. Правители разных стран высказывались с изрядной толикой агрессии и яда. Многие не стеснялись в выражениях. Градус злости нарастал со скоростью лавины. Рун прямо ощущал, как воздух вибрирует. Многие жаждали наказать сельвентов не за то, что среди них больше всего зараженных из числа высших оборотней измерения, а за все, что те им сделали, но под видом защиты от вражеских заклятий.

– Раз сельвенты настолько подвержены заражению, может их стоит вообще истребить? Так же, как на Земле когда-то сжигали чумные города?

Последняя фраза Каттаха – предводителя белых драконов севера – стала последней каплей в бочке общей агрессии. Гартан втянул голову в плечи и только мотал головой, когда соседи выдвигали одно ужасное предложение за другим. Теперь же он вжался в кресло, не шевелился и лишь нервно смаргивал.

Каттах собирался продолжить, когда Ненталь встал и резко рубанул ладонью по воздуху. Так наги Гардавии привлекали всеобщее внимание. Зал резко затих. Ненталя уважали, пожалуй, больше всех в измерении. Хотя и его соимператоров тоже почитали и слушали.

– А, ну, прекратили! – Ненталь говорил резко, жестко и почти яростно. – Как вам не стыдно? Вы правители! Те, на кого должны равняться ваши народы! Я тоже имею что предъявить сельвентам! Да, думаю, многие в этом зале хотели бы выставить им претензии. Но это не значит, что мы имеем право истреблять целые народы. А если бы в ваш дом также пришла беда? Кто знает, на какую именно расу начнет больше всех действовать очередная убийственная магия или новая смертоносная инфекция? Что, будем истреблять всех по очереди?! Или только тех, кто нам не угоден?

Рун встал и молчаливо поддержал Ненталя. Следом поднялись Эманор, Рельгор и Каадру Таш. Последним встал в знак поддержки и Сах Таас.

Канор кивнул и жестом попросил правителей сесть на места. Вельмер, змеи, ледяной дракон и маг тотчас вняли его просьбе.

Зал притих. Ватное беззвучие окутало присутствующих, и после предыдущих громогласных выкриков Руну казалось будто уши просто заткнули.

– Я тоже думаю, что подобные меры абсолютно неэффективны. Тем более, что заражены низшие, и нет никакой гарантии, что мы поймали всех до единого. Поэтому давайте сосредоточимся все же на выявлении хозяев энергопаразитов. А расовые войны отложим пока в долгий ящик.

Императорский медик Гардавии часто говорил то, что думает.

– Но мы выявили и поймали хотя бы большинство зараженных? – тихо спросил Эманор.

– Я не могу за это ручаться, – покачал головой Канор, а Селгор согласно кивнул. – Однако, следует отметить, что наши заклятия действуют эффективно. Вопросов к их работе уже не осталось. Поэтому всего через пару дней мы готовы представить новую форму, так называемых, заклятий обнаружения. Эти заклятия будут размещаться в разных местах измерения и объединяться в общую сеть. Так мы сможем выявить уже всех зараженных до единого. Ну, а поймать их уже дело техники. Сейчас идет массовое снабжение всех полицейских участков необходимыми магическими куполами. Они уже сегодня доказали свою эффективность.

Эманор едва слышно выдохнул, Гартан сгорбился, а Каадру, напротив, предельно выпрямился.

Канор же продолжил свою речь.

– Как я только что отметил, хорошая новость заключается в том, что наши куполы-ловушки для зараженных более чем эффективны. И энергопаразиты из них не выберутся. Однако, пока мы не нашли способа извлечь заклятие подчинения и не убить при этом носителя.

– Но есть надежда на магию Алены? – вскинул бровь Сах Таас, кивнув в сторону истинной Руна. Та как-то неловко поежилась и посмотрела на Канора, словно искала у него защиты. Рун скрипнул зубами. Почему не у него-то? Он же…

– Да. Мы тренируемся, – коротко произнес Канор и подмигнул Алене. Та расслабилась, а Рун поневоле стиснул кулаки. Зедово пламя! Он, что, ревнует ее к королевскому медику Гардавии? Идиотизм же! Но как победить эмоции, особенно когда они льют через край? И когда инстинкт захватить пару все больше преобладает над разумом?

– Но вы работаете над возможностью лечить зараженных? Я имею в виду, помимо развития магии Алены? К вам ведь уже прибыли мои лучшие специалисты, – подал голос Каадру Таш.

– Да. Мы проводим эксперименты по заморозке зараженных при помощи вашей магии.

– И как?

– Пока результаты не радуют. Мы не успеваем извлечь паразита за то время, пока заморозка действует.

– Как это? – поразился Таш. – Магия лучших трегорнов способна держаться месяцы и даже годы!

– Но не на энергопаразитах. Приходится признать, что они умеют неплохо разрушать многие виды чар.

– Паразиты или их носители?

– У многих носителей совершенно нет магии. Энергопаразиты используют ауру владельцев, чтобы разрушить наложенные чары. Вплоть до полного ее истощения. Фактически – до последней капли… После чего…

– Лечить уже некого и незачем… – закончил фразу Канора Таш и тяжело, разочарованно вздохнул.

Видимо, трегорн все же надеялся, что магия его расы станет решением проблемы с извлечением заклятия подчинения. И Рун прекрасно понимал почему. Магия Алены еще не изучена. Когда еще она научится контролировать дар? Когда овладеет всеми тонкостями? Об этом оставалось только догадываться.

Кроме того, одна попаданка будет очень долго лечить всех зараженных. У трегорнов же мощных магов немало, и с их помощью процесс легко было бы поставить на поток. Но все оказалось гораздо сложнее.

Гартан нервно дернулся в кресле. Многие из присутствующих выглядели обескураженными и не на шутку встревоженными последними новостями. Другие же просто казались испуганными.

Да. С таким вызовом измерение не сталкивалось за все время своего существования. И определенно оно было не готово к подобному. Несмотря на все техномагические разработки, алхимические штуки и научные достижения.

– А что с допросом излеченных пострадавших? – напомнил Канору Ненталь.

Императорский медик слегка улыбнулся. И это давало надежду, что на сей раз результаты более-менее обнадеживающие.

– Есть зацепки. Они вспоминают здание, которое посещали ради исследований. Мы хотим попробовать отправиться на Землю и на месте поискать ту самую фирму.

В эту минуту что-то внутри Руна дернулось, больно кольнуло в области сердца. И следующие слова Канора прояснили реакцию вельмера:

– Однако мы планируем взять попаданок с собой. Они лучше ориентируются на местности. Они хорошо знают правила, законы, язык. С ними нам легче мимикрировать и не вызывать ни у кого подозрений.

Рун поспешно повернулся к Алене, но она уже радостно кивала. Эта чертовка явно сговорилась с Канором заранее! Вот что значит отпускать истинную на тренировки магии без личного присутствия! Зедово пламя! Уже ничего не попишешь.

Многие правители измерения согласно кивали в унисон с истинной Руна.

Ох, уж этот коварный Канор! Настоящий змей, как ни крути! Умный, хитрый и изворотливый! Наверняка, эта его идея родилась значительно раньше! Но он намеренно ждал случая, чтобы общественность измерения поддержала рискованную инициативу. И оборотням попаданок ничего больше не оставалось, как только согласиться на предложение.

Альва и Ада выглядели так, что их мужья спали с лица следующими. И Канор их совершенно не утешил.

– Мы с девушками решили, что десант за Землю будет состоять из нескольких лучших воинов, пленников и трех попаданок: Алены, Альвы и Ады…

* * *

Алена

Мужчины провожали нас как на войну. Ну, серьезно! Сто раз проверили, правильно ли мы экипированы. Ада и Альва должны были совместить магию и обеспечивать нам чары на Земле, где своей магии не существовало. Поэтому нас снабдили шарами с магическим пламенем, плазменными пистолетами и какими-то особенными бомбами. Они не разрывали пространство, а втягивали его в себя. Отчего окружение не ломалось и не рушилось, сама материя измерения трескалась, превращаясь в обломки. Если честно, я не совсем понимала, как эти бомбы, на самом деле, работают. Но Канор заявил, что подобные штуки не наносят ущерба ничему, кроме того, на что их действие направлено. А вот его разрушают до самого основания. Точнее втягивают, не оставляя камня на камне.

Рун, Ненталь и Рельгор проверяли нас, наверное, раз сто. Казалось, мы на самом деле проходим учения перед переброской в горячую точку. Причем в ту, где уже до этого сгинули без вести множество десантов.

– Так, вы поняли? Если вдруг что, не забудьте вот такую подсечку и болевой прием! – вещал Рельгор, в который уже раз демонстрируя все на одном из своих стражников. Воины, которые должны были нас сопровождать, смотрели с искренним удивлением и непониманием. Вроде как: а что, попаданки будут и нашу работу теперь выполнять?

– Да не парься! – утешила мужа Альва. – Лучший прием на Земле – это удар рельсом по голове. На крайняк, удар сковородкой. После этого никакой магии не надо!

– Да будь же серьезней! – возмущался Рельгор. – Вы идете на вражескую территорию!

– Попросила бы! – подбоченилась Альва. – Мы отправляемся в родной мир! Хотелось бы побольше к нему уважения. Иначе мой коронный удар рельсом может оказаться уже для тебя не слишком приятной, но совершенно неотвратимой неожиданностью! Ну, а что? Попаданка я, или где? Там каждая вторая сначала мужика отмутузит, а потом любит его до опупения. Причем после второго, учитывая количество раз, мужик жалеет, что не оценил первый.

– Вы почему такие несерьезные? – возмутился Рун, сверкнув глазами, и почему-то именно в мою сторону. Хотя я даже не начала еще шутить и издеваться над тем, как мужчины нас собирали. В конце концов, мы реально направлялись в обычный мирный земной город!

– Потому что серьезно воспринимать ваши увещевания невозможно и для психики не полезно! – парировала я тотчас. – Приходим мы такие на Землю. Обычный город, середина дня. Кто-то спешит по делам, кто-то обедает в кафе. И мы такие, вооруженные до зубов, крадучись продираемся к нужному объекту. Через что продираемся? Через вражеские заслоны прохожих, которым до нас нет никакого дела. Через укрепления из воздуха, потому что их попросту никто не строил. Потом мы под прикрытием ваших стражников атакуем здание клиники. Где, судя по словам гардавийской разведки, которая просматривала сквозь зеввы нужное место, всего полтора охранника и вахтерша. Но надо же выработать стратегию и тактику этого рискованного и сложного наступления. Вдруг охранники сразу капитулируют! Это, прямо скажем, совсем непорядок! Вдруг вахтерша случайно заснула? Как же нам через нее пробиваться?

– Все сказала? – уточнил Рун, вскинув густую рыжую бровь.

– Не знаю! – выпалила я. – Я еще подумаю… Может дополню… У меня фантазия будь здоров!

– Так вот! – вельмер заговорил со мной как с дитем неразумным. – Мы имеем дело с неведомой расой! Они собираются нам навредить и строят какие-то коварные планы. Их магия нам абсолютно чужда и при этом способна на то, что мы ранее считали немыслимым! А вам бы только хиханьки да хаханьки.

– Дак фэнтези про драконов и попаданок практически всегда юмористическое! – продолжала хохмить я над Руном.

Ада и Альва дружно поддерживали: кивали и задорно хихикали.

Канор не выглядел сильно обеспокоенным. Так что мы не особенно нервничали. Понимали, если бы реально десант был столь опасен, как представляли себе мужчины, императорский медик тоже относился бы ко всему более серьезно и деловито.

Канор же не скрывал эмоций – похохатывал и улыбался.

– В общем так! – принял на себя «огонь» Ненталь. – Вы должны постоянно находиться на связи. Телепатический канал не закрывать! Никакой блокировки! Никакого отказа в вызовах!

– Э-э-э. А что, так можно было? Заблокировать телепатию? – искренне удивилась я.

Рун полыхнул взглядом в мою сторону.

– К тебе это тоже относится! Давай уже как-то посерьезней!

– Да, мой господин! – хихикнула я, и вельмер закатил глаза к небу.

– Не смешно! – сообщил нам Рельгор.

– Зато потешно! – отозвалась Альва.

Приходилось признать, что самые здоровые отношения у Ненталя и Ады. Они давно обо всем договорились. И хотя Ненталь тоже сто раз проверил экипировку жены, сто пятого напутствия от него к Аде не последовало. Старший дель Марх смотрел на соимператоров с толикой понимания и сочувствия. Мужчины реально из сил выбивались, чтобы объяснить нам, насколько же мы в опасности в родном мире, где прожили куда дольше самих мужчин.

Ну да! Они, видимо, Землю представляют, как некоторые иностранцы Россию. Бурьян по пояс вперемешку с березами. Вместо дорог – грязь по горло. Вместо асфальта – зыбучая глина. Кругом медведи, медведи, медведи… И балалайки. Причем, медведи слушаются этих балалаек, как кобры дудочек. Идут за инструментами на задних лапах, сложив передние перед собой… И по команде на всех кидаются.

Даже немного обидно стало за собственную планету. Пусть там и нет магии, чародеев, оборотней… Однако Земля еще очень даже ничего… Зато там нет никаких зловредных сельвентов. Вот!

– Девушки. Мы все здесь понимаем, что вы идете на родную планету, – демократично начал Ненталь, видя, что понимания между нами и мужчинами все меньше, а желания защитить свою родину у попаданок все больше. И мы даже готовы кое-кого остановить… Может, и не на скаку, но на полуслове – уж точно.

– Мы просто за вас очень волнуемся. Да. Вы идете на родную планету, которую знаете в сотни раз лучше нас…

– О, боже! Капитан очевидность! – усмехнулась Альва. Ада пригрозила ей кулаком.

– Поосторожней с моим мужем! Имей в виду! Я тоже попаданка! И тут еще неизвестно, кто кого! Будь ты местным чудо-оборотнем – шансов мало, но…

Альва кивнула и даже сложила руки в молитвенном жесте.

– В общем, поймите и нас тоже, – продолжил Ненталь без малейших признаков недовольства. Ну вот, мужчина же! Мужик! Всем иномирцам бруталам бы поучиться, как обходиться с настоящими женщинами… Или с настоящими попаданками… – Однако мы действительно имеем дело с неведомой и при этом враждебной к нам расой. Эти существа могут выкинуть что угодно. Поэтому просто держите ухо востро.

– Да! Божечки! Аллилуйя! – не сдержалась Альва и после очередного кулака Ады, мелькнувшего возле нее в воздухе, добавила: – Ненталь, спасибо, что понимаете. Эти наши оборотни…

– Они просто за вас ужасно переживают.

– Ну ладно, вы, Ненталь. Ладно, Рельгор! Но Рун-то почему туда же? Мы ведь даже не родственники! – зачем-то вклинилась я. И тут вельмер странно вздохнул, отмахнулся, словно говорил «была ни была» и выпалил:

– Ты – моя пара!

Я как стояла, так чуть не упала. Хорошо, что Канор поддержал. Ненавязчиво подошел сзади и подставил мне дружеское плечо.

– Ты – моя пара, Алена, – уже тише и без прежнего вызова произнес Рун. – И я люблю тебя. Ты – моя единственная женщина. И я никогда не отпустил бы тебя, если бы не Канор и его эти хитрости-премудрости!

Он посмотрел на Канора взглядом «или убью, или покалечу, но только, когда вернешь мою попаданку в целости и сохранности».

Стелла покосилась на меня с выражением «ну я ж тебе говорила!».

Альва развела руками: мол, довела ты мужика, довела. Ада кивнула: дескать, поддерживаю тезис.

Я только сморгнула и не нашлась, что сказать. Рун явно ждал моего ответа. Какое-то время на полигоне, где мы готовились отправиться на Землю, воцарилась полная тишина. Такая, что казалось – еще немного – и воздух просто взорвется от силы наших эмоций, порывов и мыслей. Однако тишина звенела и плыла в воздухе, буквально искрила на пальцах током…

– Ладно, – наконец-то, выдохнул Рун. – Ты потом скажешь, что про все это думаешь. Удачи вам, девушки. И Канор! – он пригрозил императорскому врачу пальцем.

Тот развел руками:

– Я понял. Я крайний. Это не обсуждается. Я даже надел эти штаны, которые сжимают даже те мышцы, о существовании которых я не подозревал. И это при том, что я медик!

Канор указал на свои черные джинсы.

– А вообще-то это рабочая одежда! – выступила в защиту земных тканей Альва. – И потом, эти штаны придумали в Америке. А там все, кто традиционной ориентации, носят джинсы с ширинкой между колен…

– Как я их понимаю! – тут же откликнулся Канор. – А вы уверены, что либидо у людей ниже, чем у оборотней, не по причине носки подобной одежды? Я вообще удивлен, что земляне еще плодятся…

– Повторяюсь! Эти штаны придумали в США, а там многие чайлдфри, то есть детей не хотят.

– А-а-а… Я понял. Они носят эту одежду как превентивную меру против детей. Разумно! – хмыкнул Канор. – И кем же в ней работают? Живыми неподвижными колоссами? – вскинул он бровь.

Альва отмахнулась, а Ада хихикнула:

– Ничего-ничего! Привыкните! Это мы еще вам резиновые джинсы не предложили надеть…

– Вот спасибо! – Канор картинно поклонился. – Я хоть какие-то части тела сохраню здоровыми.

– Эту одежу явно придумали для настоящих мужиков! – усмехнулся Ненталь. – Я это давно понял. Только настоящий мужик может быть настолько терпелив, чтобы это носить.

– А нефиг ходить полуголыми! Тогда и тельце будет привычней к стесняющим тканям! – возразила Ада.

Мы действительно оделись так, чтобы «мимикрировать» к окружению. В джинсы, футболки, кроссовки. Благо, там, куда мы направлялись, как раз наступило лето.

– Это вы еще последней европейской моды не видели! Шорты-трусы для мужчин, всякие подтяжки вместо футболок… Брюки из стеклотары… – добавила я.

– Слава богу! Мне дороги мои нервы! – произнес Канор. – Лечить себя самого от психической травмы – дело непростое, можете мне поверить.

– Да чего вы жалуетесь? Мы ж не в русскую зиму идем! Вот где вы отморозили бы себе все на свете! А в российской глубинке по колено в снегу, с сосульками на носу и ресницах… Вот где вы познали бы все прелести жизни! – вклинилась я.

– Прелести чего? – уточнил Ненталь. – Вы точно уверены, что это жизнь?

– Еще какая! – поддержала меня Ада. – На санках, с ветерком, глотая сосульки… На коньках, с разгона, да в бортик катка…

– Я не удивлен, что земляне легко адаптируется в нашем измерении. К хорошему быстро привыкаешь. К тому же, судя по всему, их выживаемость сравнима разве что с выживаемостью наших пустынных животных, способных месяцами обходиться без еды, воды и бродить под палящим солнцем, – резюмировал Канор. – Что ж… Если мы уже выяснили насколько нам всем тут повезло… может, пора выдвигаться? Пока зима не настала? Мы еще не настолько ассимилировали с землянами, чтобы испытать и такое потрясение. Давайте пока отложим этот поучительный урок… Хотя бы до момента, когда я отойду от занятий магией с Аленой.

Ненталь, Рельгор и Рун подошли и обняли нас.

– Поосторожней, верзила! – возмутилась Альва. – Я не хочу, как йог, выплевывать изо рта внутренние органы! Я еще не настолько готова познакомить окружающих со своим богатым внутренним миром! Должна же быть в женщине какая-то загадка…

Я просто затихла на груди у Руна. Было так тепло, спокойно, уютно. Вспомнилось, как меня провожал сегодня Темка. Тоже прижался и тоже молчал. Это мужское, настоящее, искреннее переживание было куда дороже самых высокопарных слов и признаний.

Я прикрыла глаза и пару минут просто таяла в объятиях своего дракона. Ну да, куда ж теперь он от меня денется?

* * *

Обычный земной город после магического измерения казался мне каким-то не таким… Не знаю даже. Неправильным, что ли…

В мире Руна де Ворла я была только в Гардавии – королевстве нагов и на нейтральной земле Академии магии. Но этого хватало, чтобы впечатлиться.

Гардавия казалась государством контрастов. И хотя большинство ее жителей не бедствовали, кварталы низкородных и аристократов отличались так же, как отличались у нас десятиэтажные бетонные «коробки» для бедноты от роскошных коттеджей нуворишей.

Плебеи государства змеев жили в округлых домах, похожих на шатры, только выдолбленные из сероватого камня с мелкими золотистыми прожилками. Специальные минералы – красные и оранжевые янры, вкрапленные в стены, помогали освещать помещения и одновременно прогревать их.

Дома аристократов походили на двухэтажные земные замки и дворцы всяких вельмож. Все они были будто выбиты в цельном монолите белого или желтоватого камня, и янры в таких постройках были фиолетовые.

Окна жилищ нагов делались из какого-то особенного стекла-пластика, непроницаемого для взглядов снаружи и полностью прозрачного для них изнутри.

Никто не мог без магических оптических приборов разглядеть, что происходит по ту сторону зеленоватого материала. А вот обитатели замков видели все, что творилось на улице.

Шатры-домики простолюдинов толпились довольно близко, и разделяли их не заборы – узкие брусчатые дорожки. Впрочем, так казалось лишь неискушенному зрителю. На самом деле каждый дом ограждала невидимая магическая завеса, пропускающая лишь тех, кого заложили в ее «память» как «своих».

Такие же купола оберегали все остальные жилища нагов, с той лишь разницей, что чем более выскородным был змей, тем более мощной оказывалась защита. К простолюдину, в принципе, мог пробиться магически одаренный высокородный. В замок знатного нага – почти никто.

Дворцы императора, его родственников и приближенных располагались на вершине огромного горного массива. Поселения вельмож и плебеев Гардавии выглядели островками цивилизации в безбрежном океане зелени. Неукротимая природа магического измерения цвела и росла почти без ограничений. Дорог здесь практически не было. Несколько крупных транспортных магистралей лучами солнца расходились от величественных императорских гор – их называли Адельтах лелькар – дословно скалы правителей. Однако трассами практически не пользовались. Лишь изредка наги ездили на калхах – трехрогих лошадях. Но чаще всего они и другие высшие оборотни путешествовали зеввами. Так что в дорогах особой потребности не возникало. Замки, дома и прочие здания в поселениях самых могущественных двусущих выглядели практически отрезанными друг от друга.

На нейтральном куске суши, где располагалась АО, все обстояло немного иначе. Здесь были дороги – гладкие, как стекло, покрытые тельмом – каким-то очень прочным натуральным материалом. Растворяясь, он напоминал жидкий асфальт, но застывал всегда ровнехонько, благодаря физике натяжения поверхности.

Заборы, парки, скверы, пешеходные брусчатки, хваллы – летающие машины, похожие на самолеты без шасси – делали территорию, где располагалась Академия, чем-то вроде фантастического города будущего, как их рисовали земные писатели.

Эльмерия, которую я видела пока только на трехмерных изображениях в сети, напоминала гибрид Гардавии и территории АО.

Кварталы простолюдинов там были почти копией академических. Территории же, заселенные знатью, походили на те, где жили высокородные наги. Дороги там также практически отсутствовали. Однако располагалась разветвленная сеть «благоустроенных» зеввов. Обычные пространственные туннели при путешествии отнимали массу энергии. Буквально высасывали ауру «прохожих». Укрепленные зеввы питались за счет каких-то магических внешних источников и почти «не трогали» путешественников. Однако, если наги могли прыгнуть в любую точку измерения, местные зеввы были ограничены конкретными проходами в конкретные места. Мы с попаданками сравнивали их с метро, только вместо электричек и эскалаторов здесь были порталы.

И вот после всего подобного многообразия диковинных построек, янров, «метро из порталов», очутиться в городе высоток, асфальта и автомобилей было для меня чем-то почти нереальным. Контраст казался настолько резким, что я какое-то время просто озиралась, не в силах поверить в происходящее.

Спустя пару секунд теплая рука Альвы легла на плечо:

– Поосторожней! А то тебя тут примут за попаданку из магического измерения, – шепнула она мне на ухо. Я немного отвисла и огляделась.

Дневная улица в оживленном районе города. Тысячеокие близнецы многоэтажки. Сутулые фонари с жемчужинами светильников на концах. Резкие запахи фастфуда, от которого я внезапно успела отвыкнуть. Жареной картошки, всяких там бургеров, сосисок в тесте и прочего… Деловитые люди. Не так много, потому что будни, рабочее время. Киоски и лотки с мороженом, разукрашенные изображениями сочных, аппетитных рожков.

Земное солнце. Вот не знаю уж чем оно отличалось от того, другого, что светило мне в последние дни, но я ощущала себя не дома. Ну, правда! Не дома! Не было этого чувства «очень нравится, когда мы возвращаемся домой».

– Так, если все поздоровались с родиной, нам пора бы двигаться вперед, – негромко напомнил Канор. Трое пленников уверенно показывали дорогу.

– Вон туда, пойдемте, тут недалеко, – сообщил один из жертв моей паутинной магии.

– Да-да! Нам именно в эту сторону! – вторил ему другой.

Третий решительно кивал.

На земле пленники выглядели так же, как и мы. Джинсы, футболки, кроссовки. Никаких признаков того, что они несвободны. Жертвы моей паутинной магии вписывались в нашу компанию как влитые… Однако, благодаря способностям Альвы и Ады, пленники были привязаны к нам особенными заклятиями. Они могли свободно передвигаться, пока не отдалялись от Канора и стражников больше, чем на три метра. Дальше натягивался магический ошейник, и пленники начинали задыхаться. Если бы они попытались уйти еще дальше – сработали бы заклятия «обезвреживания». Их действие напоминало удар электрошокером.

Впрочем, пленники не пытались от нас сбежать. Наоборот, они очень уверенно шли к своей цели. Показывали руками, сверялись друг с другом. В общем, бывшие зараженные оказались полны решимости распутать странный клубок интриг, приведший их в Гардавию.

Я так поняла, Канор уже успел выведать у пленников приблизительное местонахождение клиники. Помогали тэнноры с их трехмерными снимками, способными увеличиваться и уменьшаться почти как угодно. Можно было прямо окружить себя нужным пейзажем, чтобы окончательно сориентироваться на местности. Так что мы прыгнули зеввом неподалеку. Чтобы никого не удивило появление честной компании прямо из воздуха, мы вышли из пространственного туннеля в безлюдном тупике. Причем, Канор заранее убедился, что никто мимо не проходит, рядом нет никаких камер, способных засечь наше фееричное появление.

Конечно, Коперфильд немало заработал на своих фокусах. Но что-то подсказывало, нас скорее отправили бы в какую-нибудь тайную лабораторию, чем на сцену.

– Тут надо свернуть…

– Вот сюда давай. Еще немного пройти по прямой…

– Да-да, смотри, вон то здание, нужно его обогнуть…

– А здесь лучше пройти по диагонали, через двор. Так быстрее…

Судя по тому, как пленники переговаривались, мы двигались в нужном направлении – каждый сразу же узнавал дорогу.

Немного попетляв, мы вырулили в довольно глухую часть района, где, в основном, располагались корпуса предприятий, и практически не было общественных мест. Дорога сразу же стала безлюдной. Редкие прохожие, что попадались нам по пути, все, как один, деловито куда-то спешили, не удостаивая нас даже взглядами.

– Удачное место, – прокомментировал Канор. – Даже если тут пройдет стадо эльфов, одетых как Арлекины и с палицами наперевес, вряд ли их кто-то запомнит.

Прошагав еще немного, мы остановились в тупике, между забором какого-то промышленного гиганта и двумя административными зданиями. Юркнув в проулок между ними, очутились перед дверями той самой клиники. Она так и называлась «Клиника». Без излишеств. Каких-то милых душе посетителей терминов, вроде «Семейная клиника», «Ваше здоровье». Судя по всему, инорасцы не особо заморачивались пиаром. А может нарочно выбрали подобное незапоминающееся название.

– Вот тут много корпусов, – обвел рукой пятнашки построек один из пленников. – В этом нас регистрировали. Далее вон в том, зеленом, выдавали препараты. А в сером, рядом с ним, они еще переходом соединяются, проводили исследования. Ну там кровь брали, УЗИ делали и прочее…

– А где вы встречали тех самых странных существ? – уточнил Канор.

Пленники неожиданно подвисли. Причем, все, как один, почти синхронно. Казалось, они усиленно пытаются что-то вспомнить, но никак не могут поймать за хвост ускользающие образы прошлого. Мы ждали, пленники переглядывались друг с другом и выглядели так, словно их мозги резко включили на полную катушку после многодневной работы вполсилы. Казалось, «процессоры» едва не дымились от напряжения.

Мы с девушками и Канором встревоженно переглядывались.

– Этого я и опасался, – наконец-то высказался императорский медик Гардавии.

* * *

Рун

Самый большой полигон Гардавии, где и проходили совместные учения разных оборотней, огораживала гигантская высоченная стена. Казалось, она вонзается в небо и вылезает в открытый космос. На полигоне было бы довольно темно, если бы не янры, вкрапленные в стены, и летающие фонарики, что реяли над головами.

Ненталь, Каадру, Рун и Зеллар – предводитель рыжих верберов, наблюдали за тем, как координируют действия их воины. Драконы наловчились не только «прикрывать остальных с воздуха», но и пикировать вниз, поднимать вражеские заклятья и разбивать их о землю.

Белоснежные трегорны и золотые вельмеры царствовали в вышине. И даже пикирующие из зеввов по древней тактике условные противники уже не играли почти никакой роли. Их уничтожали сразу же. В общем, в воздухе все было отлично. Вельмеры с трегорнами легко приспособились воевать вместе. А вот на земле…

Верберы и наги опять не могли выработать общую тактику.

Медведи дрались очень просто. Плевались заклятиями, которые прятали в пасти перед обращением, добивались ближнего боя и мордовали противника мощными когтистыми лапами.

Там было уже не до магии. И вроде бы наги и верберы одинаково предпочитали сокращать дистанцию с противником до минимальной. Казалось бы, их тактики похожи, даже во многом родственные. Но… Хвосты змеев во время подсечек и лассо порой валили медведей, а те иной раз слишком уж смыкали ряды, создавая толкучку. Для самых массивных горообразных верберов это проблем не составляло. А вот нагам здорово мешало и закрывало обзор. Конечно, проблем возникало меньше, чем в прошлый раз – когда наги и вельмеры пытались драться бок о бок… Но что-то не клеилось.

Построение то и дело ломалось. Временами возникала куча-мала из верберов и нагов. Эдакий клубок тел – подарок подоспевшему противнику. Условные враги не мешкали – атаковали сразу же и выигрывали схватку почти всухую.

– Слушай. А помнишь Эманор использовал тактику прыгать из зевва, атаковать и уходить так же? – обернулся к Ненталю Рун. Адельтах змей прищурился и покачал головой:

– Колхар и его приспешники! Почему я сам не подумал об этом? Это же наша тактика!

Рун усмехнулся.

– Иногда то, что под носом, не замечаешь. А у меня слишком много причин отвлечься…

Ненталь только сейчас присмотрелся к другу – тот без конца перекатывался с носков на пятки, беспрестанно сжимал и разжимал кулаки.

– Успокойся. Все будет хорошо, – похлопал он Руна по плечу. – На Земле не особо опасно. Девушки там, как рыбы в воде. Да и Канор со стражниками рядом.

– Думаешь, я себе этого не говорил? – рыкнул на друга Рун. – Не помогает. А еще… Она ничего не сказала…

Вельмер не стал уточнять, что речь о его признании и молчании попаданки. То ли она испугалась, то ли так удивилась, то ли просто не знала, как отказать. Рун сжал голову руками, будто пытался поставить ее на место.

Ненталь вновь похлопал его по плечу:

– Не делай преждевременных выводов. Попаданки они такие. Всю душу вытащат, вывернут наизнанку. У них мышление совсем другое. Да и про истинную пару они только тут узнают.

Рун саданул рукой по воздуху и обернулся к Ненталю.

– Давай лучше попробуем новую тактику.

Зеллар кивнул с другого конца поля. Мол, надо координировать усилия? Ненталь мотнул головой.

Сделал несколько знаков Ренсвиллу, что вел отряды нагов, и, скорее всего, связался с ним мысленно по отдельному каналу.

Построение мгновенно изменилось. Часть нагов прыгнула в зеввы и атаковала условного противника оттуда, а затем вторая часть змеев повторила за ними. Теперь сражение пошло лучше. Как только возникала опасность толкучки или подсечки верберам, наги сразу же исчезали с рискованного участка. А медведи добивали условного противника. Тем временем, наги выходили к нему с флангов и тыла и более чем успешно завершали начатое.

Рун и Ненталь переглянулись, и адельтах змеев улыбнулся:

– Молодец! Работает!

Зеллар с другого конца поля махнул рукой. Дескать, здорово придумано.

– Как думаешь, они надолго? – отвлекся от учений Рун. В голове так и крутилось, нервировало, не давало покоя. Где она? Как она? В безопасности ли? И следом прилетало: а, что, если я не подошел ей, как мужчина?

– Я думаю не очень надолго. Им нужно только найти место. Затем вернутся. Таков уговор.

Рун покачал головой и усмехнулся:

– Ты как будто попаданок не знаешь… Вы договаривались, чтобы они пришли выручать вас в битве с сельвентами?

Ненталь нахмурился.

– Да. Ты прав. Но что мы можем сейчас сделать?

Рун задействовал мысленный чат с девушками. Пока телепатический канал устанавливался, прошло буквально несколько секунд, но для вельмера пролетела целая вечность. Его прямо трясло от мысли, что случилось нечто непредвиденное. Наконец, мысленная связь заработала.

«Как дела? Это Рун де Ворл!» – тотчас послал вельмер сообщение.

В ответ вначале прилетели смешки. Мысленные, но вполне узнаваемые.

«А я говорила, что он первым не выдержит!» – произнесла Ада.

«Да-да!» – смущенно ответила Алена и только потом смекнула, что Рун все слышит. Эмоции девушек долетали до нага и вельмера отголосками. Но были вполне узнаваемыми. Так работала телепатия, позволяла не только читать мысли, но и ощутить то, что испытал «абонент».

«Ой» – пронеслось по телепатической связи. – «Нормально все. Ищем корпус, где пленники видели странных существ. Пока не можем найти. Тут большой и запутанный лабиринт зданий. Они соединяются хозяйственными постройками, переходами. В общем, практически мини-город… Погоди»…

Связь оборвалась, и Рун прямо выпрямился, застыл, не в силах даже сморгнуть. Что случилось?

Что это еще за «погоди» произошло на Земле?

Рун едва поборол желание рвануть зеввом к истинной. Даже вытащил из кармана портативный портал, чтобы быстрее, без малейших задержек.

Ненталь покачал головой и коснулся плеча друга:

– Слушай. Если что, Канор их сразу же вытащит. Успокойся и жди.

– Если они не выйдут на связь минут через пятнадцать…

Договорить Рун не успел. Интуиция сработала мгновенно. Ненталь тоже резко встрепенулся. Вельмер и наг подали знаки военачальникам продолжить без них и рванули в замок Эманора. При этом Ненталь прихватил друга, чтобы тот побыстрее прибыл на место.