⚡️Глава 23. Очень вкусная девочка

Бажена придвинулась, вглядываясь с знакомые ей незнакомые закорючки, но со временем они не стали понятнее.

— А что здесь?

— Это дневник Влада. Я научил его нашему языку когда-то..

Дин углубился в чтение.

— Чтобы писать секретные письма?

— Что? — Дин поднял голову, — Нет, ему просто было скучно.

«Ничего себе, в семье был, то есть, — есть, ещё один полиглот…»

— И что дед пишет?

— Ты зовешь Влада дедом?

— Да, а что? Ему же не пойми сколько лет.

— Он будет в восторге. — мрачно отметил брюнет. — Здесь написано, как его разбудить. Думаю, тебе это будет полезно. Вряд ли бестолковые Михайловичи выдали тебе нормальные инструкции.

Бажена стыдливо потупилась. Она не считала Михайловичей Дракулешти бестолковыми.

«Вполне себе люди как люди. Кровь не пьют, стараются помогать по мере сил. Им самим-то нормально ничего не рассказали. Хотя Станка, кажется, что-то точно мне недоговорила... »

— В день середины лета нужно устроить пышный прием, собрать «возлюбленных родственников», не пойму только — зачем?.. Влад всегда был излишне сентиментален. Еще для пробуждения нужны его любимые цветы. Воздух должен заполнить их аромат. А после бальса должна, хм, ударить в зеркало и позвать его.

— Позвать?

— Да. В смысле, тут написано, что желание ее должно быть искренним, чтобы обряд свершился.

Бажена уверила Дина, что она каждый день с начала мая тренируется в искренности и уже так желает, что к середине лета можно будет уже и без торжественного приема обойтись, и без зеркала, на одном ее страстном желании восстанут все, кто только может и не может.

— А что за цветы-то?

— У него за замком был сад. Он там копался целыми неделями. Цветы какие-то простые. Росли на куче торфа в самом центре. Вот такие.

Дин показал на рисунок в дневнике.

— Кракозябры какие-то. Ладно, я поищу. Если это какие-то местные цветы, то должны найтись. Если только их никто не повытоптал за сто лет. — Бажена притихла. — Как думаешь, убийца знает, как разбудить Влада?

— Прочитать дневник он не мог, но мог узнать как-то еще. — подумав, ответил инспектор. — В любом случае, никому не рассказывай, что зеркало у тебя. Если он знает, что оно нужно для пробуждения Влада, тебе конец. Если не знает, то все равно, лучше не показывать.

— Согласна. Кстати. А почему не хочет, чтобы Влад проснулся?

Дин усмехнулся.

— Уже и не думал, что спросишь. — он закрыл книжечку. — Он боится, потому что Влад однажды его уже убил.

— Видимо, не до конца, — иронично ответила Бажена.

— Видимо. — согласился Дин.

— Кое-что не сходится. Если он боится Влада, то достаточно убить меня. С Миклошем тоже все понятно — он знал, как проводить эти дурацкие ритуалы, будь они неладны. Но других Дракулешти? Зачем ему убивать по человеку в полгода?

— Думаю, — Дин наклонил голову так, что стал виден его красивый профиль, — он вас ест.

Бажена, уже расслабившаяся в обществе прекрасного мужчины, собралась в комок возмущения.

— Что?!

Дин клыкасто улыбнулся, довольный произведенным эффектом:

— И ты у него — изысканный десерт, оставил напоследок!

— Что?! — от изысканного Бажена едва зарделась, но «десерт» в таком контексте ее совершенно не радовал. — Он что нас, жрёт?

Дин, глядя на закипающую Бажену, расхохотался.

— Ничего смешного! — надулась она, — Хотя какое тебе дело, мои же родственники погибают, а не твои!

Дин отсмеялся и извинился:

— Бажена, не кипятись. Вы все мне не безразличны и я обещал Владу присмотреть за вами, пока он так легкомысленно лег в вековой сон. Но тебе сейчас не о чем беспокоиться. Он убивает вас по одному, медленно и незаметно. В этом его план. Он осторожный и очень старый.

— Зачем он вообще это делает?

— Сохраняет популяцию.

— Он что?

— Он питается Дракулешти. Но не в смысле питания, а ритуально.

— Хрениально! — рявкнула Бажена. — Этот гад нас жрет, Дин!

— Не повышай голос, женщина.

— Я его найду и ему...

— Холодец? — Дин выказал некоторую осведомленность не только о кулинарном характере Бажениных ругательств, но и о нелюбимом с детства холодце. Почему-то знания вампира ее разозлили еще больше.

— Печенец и дуля с маком, а не Дракулешти!

— Успокойся, он забирает только старых и больных.

— Да? А у нас как раз старики недавно закончились! Сложно было не заметить, когда Ракий по городу гроб туда-сюда таскал!

— Вот видишь, после того, как ты выбралась из ловушки, он станет аккуратнее. Ведь если появятся еще выпитый, — он подмигнул, — овцы запаникуют, будут осторожны. Особенно одна овечка. Та самая овечка.

— Сам ты овца. Думаешь, он на меня нападет?

— Не знаю. Пока он думал, что ты не опасна, вряд ли. Но сейчас... — Дин пожал плечами. — В любом случае он будет оттягивать момент пробуждения Влада. Год, два, десять, двадцать лет...

— А почему бы вам, уважаемый инспектор, просто не поболтать с моим родственником на этом вашем, на вампирском?

— Бажена, если бы я мог просто его выкопать, то сделал бы ещё в двадцатом веке! На нем лежит сильная защита. Судя по тому, что для ее снятия нужна ты, значит накладывала бальса под его руководством. Если ты не разбудишь Влада в июле, у преступника в запасе будет еще двенадцать месяцев на придумать, как оттянуть следующее пробуждение. А за год много чего можете случиться.

— Та самая овечка может упасть и сломать себе шейку?

— Если только шейку бедра. Нет, скорее овечка выйдет замуж забеременеет и родит новую бальсу от кого то из тех красавчиков которых тебе подсовывают.

— Что?

— Ты не замечала, что вокруг тебя так и топчутся ухажеры?

— Нет, что ты, — Бажена с сожалением осмотрела одного из желаемых кандидатов в эти самые ухажеры.

— Ну а дальше, когда твоя дочь окрепнет, у него будет в запасе ещё четырнадцать лет. А может и больше. А вот счастливая мать, лишившаяся сил, может однажды употребиться в пищу и потом упасть с горы. Или ритуально утонуть в реке.

— Какого. Он. Нас. Жрет?

Мысль о том, что кто-то питается такими как она, и более того, имеет планы на выращивание родственников для пропитания, как каких-то мясных животных, привела Бажену в состояние, близкое к ярости.

— Это я ещё не выяснил. Вероятно, что-то в вашей крови. Возможно, — улыбнулся Дин, — вы очень вкусные.

— Что, хочешь попробовать? — с вызовом спросила Бажена.

— Не имею никакого желания. — серьезно ответил Дин. — Никогда не предлагай такого вампиру. Твоя кровь — особенная.

Что-то в его лице неуловимо изменилось, застыло, закаменело.

Минуту назад он смеялся и шутил, но вот замер, как статуя.

— Бажена, — он поднялся с кровати, — мне нужно идти.

— Куда?

Бажена вскочила, взметнулись косы.

— Бессмертный выдал себя. Оставил на тебе следы черной паутины в подземелье. Но я все еще не знаю, как он выглядит. Влад ничего не сказал об этом. Но он указал место в горах, где он упокоил своего врага в прошлый раз. Я отправлюсь туда и буду искать улики, которые помогут вычислить преступника.

— А я?

— А ты останься здесь. Веди себя так, будто ничего не произошло. Он не должен заподозрить, что ты все знаешь. И сделай что-то с волосами.

— Обрезать?

Косы нервно дернулись назад и спрятались за Бажениной спиной.

— Не думаю, что это поможет. Скорее всего отрастут заново. Лучше придумай, как объяснить их появление.

Бажена кивнула с с энтузиазмом первоклашки, получающей наставление от директора школы в первый день учебы.

— Он, то есть, убийца… он ведь знает, что ты — вампир?

Дин прошел к террасной двери, щелкнула задвижка.

— Знает. И давно. — сказал он, не оборачиваясь. — Еще вопросы?

— Почему он просто не убьет тебя? Ведь он сильнее и старше?

Дин обернулся.

— Потому что он осторожен и мудр. Потому что он — один. А у меня есть семья.

«Что-то уже и не хочется как-то с родителями знакомиться!»

Алес отодвинул стеклянную дверь, сделал шаг из комнаты и исчез. Раз — и его нет.

Бажена бросилась на террасу, еще раз убедиться, что это вампир, а не актер театрального шоу с потрясающими визуальными эффектами.

— Вот это я попала, — прошептала она, глядя в глазастые окошки Миорских крыш.

Дома смотрели на правительницу доброжелательно и приветливо. Как всегда. По черепице скользили отблески зажигаемого жителями городка света, на улицах никого не было.

Бессмертный Дин Алес бесследно исчез.