Глава 19

Храм в Альтенбурге оказался огромным и богатым. Внутри висели резные люстры со множеством магических свечей, пахло ладаном и воском. Кругом фрески, витражные окна, потолок расписан запутанными узорами, которые соединяли таинственного мужчину в золотом плаще и жителей мира Холлин. Под ногами уложена белая плитка, и звук моих каблуков громко слышался в тишине. Все притихли, понимая, что для Ридана сейчас свершится великое событие. Проклятый смог не только поймать попаданку, но и отстоять ее в поединках. Граф Нортхейм заслуживал королевских почестей. Его имя навеки будет занесено в историю Ридана, как великого воина и защитника границы.

Магов собралось столько, что не всем удалось втиснуться в помещение храма, и многие стояли на улице. Все аристократы хотели взглянуть на графиню Нортхейм, я старалась не обращать внимания на вытянутые шеи, любопытные взгляды, которые жадно пытались рассмотреть мое лицо, спрятанное под красной вуалью. Были и те, кто пытался дотронуться до меня, до подола моего платья. Но братья Кристофа бережно охраняли невестку и никого не подпускали ближе, чем на десять шагов. Люди падали ниц, когда я проходила мимо. Такое отношение вызывало смущение, разве я была высшим существом или королевой? Поднимаясь по широкой лестнице к раскрытым дверям храма, я оглянулась, чтобы подобрать платье и замерла. Жители Альтенбурга целовали красную дорожку, которую специально постелили для четы Нортхейм, затем поднимали руки вверх и что-то непонятное кричали в небо.

– Они теперь знают, что их семьи под надежной защитой и благодарят Создателя за попаданку,– тихо объяснил Кристоф, заметив мою растерянность. – Ты со временем привыкнешь к таким почестям.

– Скорей бы вернуться в Нортхейм, – прошептала я, в ответ маг слегка сжал мои пальцы. После ритуала со жрецом я ощущала с Кристофом близкую связь, словно мы всегда знали друг друга, просто потерялись в огромной Вселенной, а теперь… нашлись.

– Мне стало легче дышать, – маг вдохнул полной грудью, когда обряд в часовне Нортхейма завершился. – И пелена словно спала. Я так ясно вижу вокруг, Ренэйт, как я мог вообще думать, что смогу быть с кем-нибудь счастлив, кроме тебя.

Слова Кристофа согревали, и прошлая обида растаяла от сияния любви в желто-карих глазах мага. Я любила и была любима, остальное все сложится, теперь я не сомневалась.

Проклятый уверенно вел меня к упитанному жрецу храма Создателя вдоль рядов, которые занимали высокородные семьи аристократов. Дыхание перехватило от волнения, когда я лишь подумала, что всего этого могло не быть, если бы я шагнула в портал к Гретте. Слишком сильно я полюбила Кристофа, чтобы из-за гордости отнять у него шанс избавиться от проклятья. Теперь мы были связаны с графом Нортхеймом навсегда. И по его улыбке я поняла, что маг был совсем не против.

Странное ощущение осознавать, когда тебя любят просто так, лишь потому, что ты есть. Я до сих пор не могла прийти в себя после стольких стремительно развивающих событий. Сначала Гретта, потом странное волшебство в часовне Нортхейма, а теперь Альтенбург. Мы снова опустились на колени, крепко держась за руки. Теперь я знала, что последует дальше и без раздумий подала руку, чтобы жрец надел брачный браслет. Счастье настолько переполняло, что я не смогла сдержать слезы, которые ласково вытер Кристоф, когда поднял вуаль, чтобы поцеловать меня. Храм взорвался победными криками, будто Ридан только что победил зло. Лишь мы с магом продолжали смотреть в глаза друг друга, для нас все только начиналось.

Церемонию в часовне Нортхейма я запомню навсегда. Пусть все прошло тихо и жрец с удивительно добрыми глазами, быстро покинул замок. Был скорый обед, после которого Кристоф создал портал и мы с семьей покинули Нортхейм. Помпезная свадьба в Альтенбурге запомнилась не богатым убранством и дорогими подарками, а важными знакомствами и долгими танцами. Рядом со мной была моя новая семья. Младшие братья Кристофа оказались еще теми проказниками, давно я так не смеялась и так весело не проводила время. К моей радости, даже вышло немного поболтать с баронессой Рихтер, прежде чем Кристоф увел на очередной танец. Он словно боялся меня потерять, внимательно следил, когда я танцевала с другими мужчинами или разговаривала с аристократами. С попаданкой проклятого всем не терпелось поболтать.

– Я рада за вас, графиня Нортхейм. Желаю вашему дому счастья и много детей, – улыбнулась пожилая женщина. – Пусть вам повезет больше, чем мне.

– Спасибо, – неловко было спрашивать у баронессы про ее жизнь после попаданства в магический мир, но она заговорила сама.

– Здесь время движется намного медленнее, чем на в нашем мире. Я попала в Холлин больше двухсот лет назад из Германии и никогда об этом не жалела. Моя семья была бедной и уже в шестнадцать лет я работала в поместье служанкой, чтобы помочь родителям прокормить младших братьев и сестер. Все бы ничего, мне даже нравилось убираться в спальнях хозяев, наводить чистоту. Я жила в тепле, накормленная, одетая. Подружилась с другими слугами, но однажды в замок приехал старший сын графа и началось. Он не давал мне прохода, я стала бояться ходить одна по коридорам замка. Выдохнула, когда наследник уехал, но через два года заболел граф и вскоре умер. Когда вернулся старший сын, моя жизнь превратилась в ад. Я не стану вам рассказывать о всех ужасах, что произошли со мной, но в ночь Черной Луны я сбежала из замка в лес, считая, что лучше погибну от хищника, чем вернусь в постель насильника. Судьба привела меня к проклятому и с ним я узнала, что такое женское счастье. Думала, мой непобедимый Эмиль всегда будет со мной. Я знаю, мы обязательно встретимся в других мирах, потому что теперь мы связаны. Ах что я о грустном в такой праздничный день, – воскликнула баронесса, вытирая слезу. – Живите, радуйтесь, как в последний раз. Не тяните с малышами и чем больше их будет, тем лучше. Обязательно приезжайте ко мне в гости, графиня. Только попаданка сможет понять попаданку. Я-то знаю, как вам будет нелегко, когда королевская чета начнет требовать вашего присутствия в столице. Постарайтесь под разными предлогами отказаться, иначе погрязнете в интригах, вместо того, чтобы быть с любимым.

– Спасибо, баронесса Рихтер, – я только успела сказать, как оказалась в крепких объятьях Кристофа. Он не знал о ребенке, и я думала о том, какой для него это будет сюрприз. Представляла, как удивится, обрадуется и будет просто… счастлив. Я хотела сделать его счастливым. В нем всегда присутствовало напряжение из-за проклятья, и он практически никогда не улыбался. После обряда в часовне Нортхейм Кристоф словно скинул тяжелый груз с плеч, и я впервые увидела его искреннюю улыбку. Неожиданно музыка замолкла, и мы остановились. Слуги в черных ливреях распахнули двери, я услышала, как объявили:

– Его Величество король Фридрих Второй и Ее Величество королева Гертруда!

Зашелестела ткань платьев, когда аристократки начали опускаться в реверансе. Мужчины низко кланялись, застывая в ожидании, когда король пройдет мимо. Мы с Кристофом тоже замерли в поклоне. Его Величество направлялся к нам, в этом не было никаких сомнений.

– Мой герой, – гордо произнес Фридрих Второй. – Теперь границы Ридана навсегда защищены от тварей Туманного леса.

Я плавно поднялась, встречаясь взглядом с королем. Его голубые глаза пристально изучали меня, и я невольно вздрогнула, ощутив темную силу Фридриха Второго. Она давила, заставляла подчиняться, и я чуть не рухнула на колени. Меня спас кулон, спрятав от магии короля за защитной стеной. Его Величество удивленно приподнял правую бровь и обратился ко мне:

– Графиня Нортхейм, поздравляю и не буду вас обманывать, я рад, что вы согласились на церемонию. Говорят, жрец совершает чудо, когда надевает брачные браслеты молодоженам. Это правда?

– Чудо у каждого свое, Ваше Величество, – поклонилась я, чтобы спрятать лицо от проницательного взгляда Фридриха Второго и надеясь, что король не станет дальше выпытывать у меня про обряд. Все-таки это было слишком личным и сложным, одновременно. Фридрих Второй хмыкнул, но настаивать на ответе не стал, а я смогла полностью расслабиться, лишь когда королевская чета через два часа покинула замок.

– Я бы тоже хотела вернуться домой, – сказала я Кристофу, глядя, как королевский экипаж направлялся к тяжелым воротам. Мороз на улице крепчал и, прежде чем мы вышли на крыльцо замка, слуги укутали меня в длинную шубу, сняли туфельки и надели зимние сапожки. Кристофа тоже быстро переодели. Мы не могли уйти, пока экипаж Его Величества не скроется с глаз.

– Потерпи, осталось немного, – тихо произнес маг, целуя меня в макушку.

– Может, нам ввести новую традицию – бегство молодоженов с собственной свадьбы, – предложила я и улыбнулась, когда услышала смех супруга.

– Думаю, родители и гости будущих жениха и невесты нам подобного не простят – возразил Кристоф. Следом за Фридрихом Вторым домой потянулись и другие гости. Поэтому нам пришлось остаться на крыльце и прощаться с каждым. Маги желали нам счастья и благодарили за защиту Ридана. Я ощущала дикую усталость, с каким удовольствием бы сейчас прилегла в теплую кровать. Спасла Ровена, когда принесла для нас с Кристофом зелье от усталости.

– У тебя еще брачная ночь впереди, – подмигнула мачеха, смутив меня, чем вызвала тихий смех проклятого.

– Скорее, брачный день, – улыбнулась я, выпив чашку с мантеркайт до дна.– Гости всё же не торопятся покидать ваш зам…

Я не договорила, потому что неожиданно во дворе появился портал и на той стороне я увидела Волфа. Он был полностью экипирован, в руках держал меч. Слышались крики, лязг оружия, ржание коней. За спиной наставника горели бараки рабочих, они освещали фигуры воинов и… зомби.

– Господин! Лич Вилфрит сделал отвлекающий маневр. На первый пост напали мертвяки, и пока отряд с ними разбирался, Вилфрит с основным войском двинулся к замку.

Кристоф прямо сейчас бы прыгнул в портал, но Элдрич успел остановить сына.

– Стой! Мы отправимся вместе с моими воинами. Не допустим, чтобы Вилфрит вошел в замок.

– Волф, сдерживайте мертвяков, мы скоро будем в Нортхейме, – велел Кристоф, наставник кивнул и портал закрылся.

– Я тоже пойду, – воскликнула я, но супруг меня не услышал. Заголосили все. Младшие братья заявили, что с радостью поотрубают башки зомби. Аристократы, кто еще не ушел, спешно засобирались, чтобы организовать помощь и явиться со своими воинами. Все понимали, что если Нортхейм падет, то Ридану придет конец. Некому будет сдерживать тварей из Туманного леса.

– Поторопитесь, иначе я отправлюсь один, – жестко сказал Кристоф и мужчины из семьи Альтенбург бросились собираться.

– Ренэйт, ты остаешься. Как только мы остановим Вилфрита, я за тобой вернусь, – Кристоф обнял меня, грубо поцеловал в губы и отступил. Он словно мысленно уже был в Нортхейме, бился с зомби, а супруга его отвлекала.

– Я пойду с тобой, – твердо произнесла я, прикасаясь к мужу. – И не спорь. В беде и радости, мы теперь всегда вместе.

Кристоф нахмурился, взгляд желто-карих глаз потемнел.

– Когда я окажусь в замке, то первым делом отправлю в Альтенбург всех слуг и жителей деревни. Ты, как хозяйка Нортхейма, должна будешь позаботиться о них…

– Что за пустые отговорки? – разозлилась я. – Кристоф, я не могу оставаться в стороне, когда нашему замку угрожает опасность.

– Вот именно, Ренэйт. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты в безопасности. Я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Поле боя не место для женщины, а когда я вернусь, мне понадобится твоя любовь, – Кристоф крепко прижал меня к себе, целовал жадно и долго, пока не послышался свист вернувшихся братьев.

Я не позволила себе проронить ни слезинки, когда Кристоф открыл портал с помощью кольца. Проклятый взглянул на меня всего лишь на мгновенье, и я успела заметить тревогу в его глазах, прежде чем маг первым шагнул в портал. За ним потекла череда воинов, замыкал шествие отец Кристофа. Никто из мужчин не прощался, словно они уходили не биться с зомби, а прогуляться в Нортхейм. Возможно, причина была в том, что каждый из них обладал магией и для жителей Ридана битва с зомби – это обычные дело, как в моем мире, например, сходить в магазин. Я оказалась права в своих предположениях. Потому что, как только закрылся портал и мои слезы вырвались наружу, Ровена строго произнесла.

– Ты так ревешь, будто уже похоронила Кристофа. Он сильный маг и для него биться с мертвяками обычное дело, тем более, он будет не один. Я тоже не хочу оставаться в стороне. Мозг мертвецов один из важных ингредиентов для всевозможных ценных зелий.

– Мама, я пойду с тобой! – воскликнула Ханна.

– И я! – решила я сделать еще одну попытку, раз не вышло с Кристофом.

– Твоя сила еще полностью не проснулась, – произнесла Ровена, с гордостью глядя на дочь.

– Пора ее пробудить, и битва с мертвяками – отличная возможность, – возразила миленькая девушка. По ней и не скажешь, что она была такой кровожадной.

– Ренэйт, а у тебя нет магии, – попыталась меня вразумить мачеха мужа.

– Но зато есть защитный кулон, – упрямо заявила я. Не могла я отсиживаться в Альтенбурге, пока мой супруг бился в Нортхейме.

– Одной защиты мало, – раздался голос герцога. Дед Кристофа все это время слушал нас и, видимо, решил вмешаться. – Ты можешь больше помешать, чем помочь, Ренэйт. С мертвяками справится любой маг, даже обычный вооруженный человек, если только численность зомби будет невелика. Но у живых мертвецов есть особенность, которую даже сильные маги не способны победить – это зараза. Если зомби пустит в кровь яд, то, каким бы сильным ты не был, превратишься в тварь, жрущую человеческие мозги. Мой дед мне рассказывал, что при жизни Вилфрит был очень хитер, а лич – его отражение. Раньше он не показывал носа из Туманного леса, но когда в Нортхейм перебрался Кристоф, стал очень агрессивным. Мы не знаем почему, и внук не мог добиться от него ответа. Живые мертвецы далеки от желания власти или денег, им бы только полакомиться человечиной, а так они могут годами блуждать по лесу или впадать в спячку. Есть причина, по которой Вилфрит хочет попасть в Нортхейм. Если ее выяснить, то можно быстро решить вопрос. Если нет… то придется риданцам биться до победы.

– Есть способ узнать, чего хочет лич? – умом я понимала, что герцог прав, я ведь не умела сражаться. Надо было просить Волфа обучать меня стрельбе из арбалета или махать мечом, а не игре в саваш.

– Если бы я знал, то давно бы подсказал Кристофу, – грустно усмехнулся герцог. —А твое желание, Ровена, я одобряю. Ты нужна Нортхейму, твоя сила способна укрыть куполом замок. Поторопись собраться, скорее всего, Кристоф уже организует отправку жителей деревни.

Ровена кивнула и бросилась наверх.

– Ханна, ты нужна мне здесь, чтобы помочь рассмотреть каждого пришедшего со стороны Нортхейма. Мы должны оказать помощь, но не можем допустить в Альтенбурге распространения мерзкой мертвечины. Если человек заразен, то его кожа приобретает синюшный цвет, а зрачки глаз расширяются. У тебя еще будут великие битвы и не только с зомби, – дед похлопал внучку по плечу и Ханна нехотя, но согласилась с ним.

– Ренэйт, я очень горд, что ты теперь принадлежишь нашей семье. Не обладая магией, ты не боишься мертвяков и готова защищать Нортхейм. Я вижу огонь в твоих глазах и никогда этого не забуду, – герцог сжал мои плечи. В его желто-карих глазах, так похожих на глаза Кристофа я увидела не только гордость, а еще уважение, восхищение и беспокойство. Такие эмоции могут испытывать только близкие тебе люди, для которых не важен ни твой статус, ни насколько набит твой кошелек. Герцог Альтенбург принял в душе супругу старшего внука в тот день, когда жрец надел мне на руку брачный браслет. В тот миг я стала своей, одной из Альтенбургов. – Твой долг как хозяйки Нортхейма – позаботиться о своих. Ты нужна слугам, людям из деревни. Тогда они будут доверять тебе еще больше и пойдут за хозяйкой на край света. Жители, охваченные страхом, захотят с тобой поговорить, выслушай каждого. Кому-то поможет ласковое слово, кому-то крепкое пожатие, кому-то достаточно будет увидеть тебя. Твои люди успокоятся и поймут, что теперь все будет хорошо. Ты хозяйка Нортхейма, его огонь, который должен согревать. Битву оставь Кристофу. Долг внука защитить замок и Ридан. Твой долг защитить наследника, – герцог дотронулся моего живота. – И души жителей Нортхейма. Поверь, это не менее важно, чем победа над Вилфритом.

– Как вы догадались? – удивленно спросила я, положив ладонь сверху на руку Кифера.

– Я глава рода и моя главная задача – сохранить семью. Едва забилось маленькое сердечко твоего ребенка, как я его услышал. Это магия нашего мира, члены семьи связаны между собой невидимыми нитями. Я чувствую каждого и сегодня, твоя нить судьбы переплелась с родом Альтенбург.

– Спасибо, что приняли в семью, – тихо сказала я, чувствуя, как в груди защемило. Это удивительное чувство, когда ты знаешь, что находишься под защитой. – Меня вырастила бабушка, а потом она умерла… я всегда заботилась о себе сама… и мне сложно принимать помощь, но я счастлива, что в такой тяжелый момент… я не одна.

– Для этого и нужна семья, – произнес герцог Альтенбург. Он приобнял нас с Ханной за плечи. – Запомните, никакая проклятая тварь до нас не доберется, пока мы вместе.

Когда Ровена, в черных легких доспехах, появилась во дворе замка, открылся портал из деревни Нортхейм. Мачеха Кристофа обняла свекра, дочь, меня. После подмигнула и смело шагнула в ночную тьму, которую стражники разгоняли по ту сторону портала. В замок Альтенбург потекли плотными рядами испуганные жители деревни. Я сразу заметила, как в глазах людей пропадал ужас и они успокаивались, когда видели меня. Потому что понимали, что госпожа позаботится о каждом, пока господин защищает Нортхейм.

***

Кристоф всегда считал замок Нортхейм неприступным. Это была первая преграда на пути тварей из Туманного леса. Крики хранителя всегда предупреждали об опасности, и маг успевал отразить все атаки лича Вилфрита и его мертвяков. Сейчас, с высоты башни, маг видел огромное войско зомби, которое подчинялось силе лича. Неужели Вилфрит собирал мертвых солдат, пока маг думал, что он впал в спячку, как остальные твари в лесу?

– Все рабочие и два королевских отряда воинов погибли, – хмуро докладывал командир стражи. – По вашему приказу мост поднят, ров наполняется водой, смола растапливается в котлах. Лучники на стенах, мужики, кто посмелее, присоединились к нам. Жители деревни и слуги замка отправлены через портал в замок Альтенбург.

– Всех, кто владеет магией огня, поставить к лучникам. И смотреть в оба. Если хоть один мертвяк незаметно проникнет за стены замка, мы можем проиграть, – тихо, но твердо произнес Кристоф. Командир убежал выполнять приказ мага, а граф раздумывал: «Стоит поднять собственных зомби или оставить их в резерве?»

– Впервые я вижу столько мертвяков, – нахмурившись, сказал отец. Он остался с Кристофом, а вот братьев граф Нортхейм отправил на стену, командовать воинами.

– Я закрою всех куполом, но остановить зомби не смогу. Моя магия может только защищать, а не нападать, – с сожалением произнесла Ровена. Она присоединилась чуть позже, вернулась вместе с теми воинами, кого Кристоф отправил в деревню, чтобы помочь жителям попасть через портал в Альтенбург. Маг был рад, что Ренэйт в безопасности. Он думал, что к утру вернется к любимой, но теперь Кристоф понимал, что все может затянуться.

– Хотел бы я знать, что нужно Волфриту. Неспроста он пытается прорваться в замок. Понять бы почему, и тогда будет легко справиться с личем, – задумчиво потирая подбородок, пробормотал Кристоф. До носа стал долетать ужасный смрад. Вонь мертвяков сложно спутать с другими запахами. Граф натянул повязку на лицо, понимая, что это мало поможет.

– Найти бы его сосуд с душой внутри и битве конец. Зомби без предводителя станут легкой добычей. Надо отправить с десяток смельчаков в лес. Может, у них получится отыскать логово Вилфрита, – предложил граф Милфорд. Воины на стене притихли, ожидая, когда твари подберутся поближе.

– Не думаю, что это хорошая идея, – возразил Кристоф. – В такую темень даже маги могут стать легкой добычей в Туманном лесу. Будем биться. Нас много и еще придет подкрепление. Король уже должен быть в курсе, и я уверен, готовит к отправке королевское войско. Если надо, я подниму своих мертвяков.

– Не трать силы, Кристоф. Только ты способен победить лича, сосредоточься на нем, а мы сделаем все, чтобы не подпустить к тебе ни одного зомби, – заявил отец, хлопнув сына по плечу.

И началась осада замка. Хранитель, управляя огромной птицей, брал когтями огромные камни и скидывал на мертвяков. Маги выпускали огонь, сжигая первые ряды зомби, но те шли и шли. Кто лишился ног, полз даже по разорванным телам собратьев. Лич Вилфрит восседал на скелетном жеребце в окружении охраны, которая раньше была королевскими отрядами на границе. Пока Кристоф не знал, как до него добраться. Смрад стоял ужасный, его разбавлял запах горящей смолы, которая таяла в огромных железных ковшах.

– Зомби окружают со всех сторон, какая же хитрая эта тварь Вилфрит, – нахмурив брови, произнес отец. – Если порталы, через которые должна будет поступить подмога, откроются в деревне, то они никогда до нас не доберутся.

Кристоф кивнул, мрачно думая о том, что лич твердо решил попасть в замок Нортхейм.

Оборона рухнула, когда сверху на воинов полетели красные розы. У Нортхейма неожиданно появился еще один враг, Гретта привела своих. Солдаты отвлеклись, пытаясь защититься от красивых убийц, а лич словно ждал этого и мертвяки рванули к стене, стремительно поднимаясь.

– Чертовы гарпии!– закричала Ровена. – Если я сдвину купол наверх, то придется открыть часть стены.

– Закрывай верх! – приказал Кристоф, когда новая партия цветов стала падать на воинов.

Рычание зомби, лязг оружия, пронзительные крики гарпий: все смешалось в ужасную какофонию. Воины рубили сотню мертвяков, а следом появлялась тысяча. Бывшие соратники с мутными глазами и черными когтями восставали из мертвых, чтобы по приказу Вилфрита идти на живых. В небе шла своя битва, где огромная птица разрывала гарпий, которые пытались сверху атаковать замок. Хранитель призвал на подмогу других летающих гигантов.

Кристоф все яснее осознавал, что поражение Нортхейма близко. Пришедшая подмога не могла повлиять на исход событий. Оставалось одно… переместиться с помощью портала к Вилфриту и отсечь ему голову. Это поможет перевести дыхание и подкрепление прорвется к Нортхейму, а там… думать о смерти не хотелось. Кристоф закрыл глаза, чтобы на мгновенье оказаться в воспоминаниях с Ренэйт. Целовать ее до боли в губах, шептать нежные глупости и, открыв глаза, снова оказаться в битве.

Воины сражались с зомби уже во дворе замка, скоро мертвяки заберутся внутрь. Кристоф зарычал и бросился в самую гущу, чтобы прорваться к конюшне. Она мало интересовала Вилфрита, и живые мертвецы еще сюда не добрались. Кони жалобно ржали, чувствуя опасность, а конюх старался их успокоить.

– Почему не ушел со всеми слугами? – резко спросил Кристоф, когда пришлось выбить закрытую дверь конюшни.

– Не смог их оставить, – чуть не плача, ответил слуга и обреченно взглянул на приближающихся зомби.

Граф Нортхейм вытянул руку, стараясь ясно представить место, где находится Вилфрит. «Хорошо бы напасть на него сверху…» —успел подумать Кристоф, когда в конюшню, ломая крышу, упала гарпия. Она быстро вскочила, распахнула крылья и повернулась к Кристофу.

– Гретта, – выдохнул маг.

– Как тебе моя месть, дорогой мой Кристоф, – прорычала светлая, только она сейчас мало походила на милую девушку. Перед проклятым предстало опасное существо с черными когтями и длинными клыками, способными разорвать человека пополам.

– При чем здесь ты? Лич управляет мертвяками, – маг слегка прищурился, стараясь подгадать момент, чтобы всадить острый меч в мерзкую гарпию.

– А почему он пришел, как ты думаешь? – ехидно засмеялась Гретта. – Что он хочет вернуть назад? Скорее всего то, что я у него украла.

– Сосуд с его душой? Он здесь? – пораженно воскликнул Кристоф. – Куда ты его спрятала, гадина?

Маг атаковал гарпию, но та со смехом увернулась.

– Ты думал, я тебе простила смерть брата?– Гретта зашипела, как змея. – Никогда! И ты ответишь за все. Лич и его войско уничтожат Нортхейм, а потом двинутся на Ридан, и вас поглотит море живых мертвецов.

Гарпия вскрикнула от боли, и маг увидел, как изо рта у нее показалась кровь. Гретта резко развернулась, и конюх улетел в другой конец конюшни. Кристоф увидел вилы, воткнутые в шею светлой. Маг сделал прыжок и отрубил одно крыло у гарпии. Гретта взвыла, попыталась взлететь, но Кристоф обрушил меч на второе крыло. Светлая упала на бок, тяжело дыша. Ее тело гарпии преобразовывалось в человеческое и вскоре перед магом лежала истекающая кровью девушка без рук.

– Знаешь, что я сейчас сделаю? – жестко произнес Кристоф – Создам портал и выкину тебя к дому вместе с отрубленными крыльями. Пусть в Бируте все узнают, что дочь графа Фрайхерра полукровка.

– Нет, лучше… смерть, – Гретта хрипела и умоляюще смотрела на мага.

– Куда ты спрятала сосуд? Отвечай! Тебя еще может спасти Ровена, – беспощадно врал проклятый, но с таким мерзким врагом в честном бою легко проиграть.

– Она вернет… мне… крылья…, – Гретта становилась все бледнее, но гарпию не так просто убить. Ее раны быстро затягивались и вскоре кровь перестала литься из вен.

– Да, – соврал Кристоф. На самом деле он не знал, способна ли мачеха помочь Гретте, да и захочет ли, после всего.

– Я скажу… где, но прежде… ответь, ты любил… меня… хоть немного… Кристоф, – прохрипела Гретта, умоляюще взглянув на графа.

– Я любил добрую светлую и не хотел ей причинить боль, – теперь маг говорил правду. Бывшая невеста закрыла глаза и прошептала:

– Башня хранителя… под окном… нет одного… камня…

Дальше Кристоф уже не слушал. Никогда в жизни он так быстро не создавал портал. Мгновенье – и маг оказался на месте. Граф бросился к закрытому окну башни, распахнул створки и стал шарить руками по стене. Кристоф быстро отыскал впадину, из которой достал прозрачный сосуд с черной душой лича. Она мирно спала, покачиваясь на туманном облаке, но когда ощутила опасность, то Кристоф чуть не выронил сосуд. Темная магия попыталась оттолкнуть графа, и она бы справилась с любым, но не с Кристофом. Его питала еще более древняя сила проклятого.

Медлить было нельзя. Маг быстро разжег в камине огонь и бросил в него душу лича. Искры вспыхнули, раздался взрыв и стекла полетели в разные стороны. Из сосуда вырвалась черная душа Вилфрита и тут же сгорела.

Дикий, ужасный крик пронесся над замком Нортхейма, а после наступила тишина. Кристоф бросился к открытому окну, отсюда отлично было видно, как лич рухнул камнем с коня и тут же следом попадали живые мертвецы. Бой прекратился.

– Ну вот и все, – произнес Кристоф и первые лучи солнца окрасили небо рассветными красками.