Часть 17

— Не двигайтесь, — зачем-то предупредила я, облизнув пересохшие губы.

Мои пальцы дрожали, когда я медленно раздвигала полы рубашки, сосредоточиться совершенно не выходило. Тело мужчины было накаченным, мышцы четко прорисованными. Кубики живота напряглись, когда мои пальцы осторожно коснулись ушибленного места.

— Внешне ничего страшного. Мелкая царапина, — предупредила я Круглова, смачивая ватку. Обеззаразить все равно стоило. Черт знает, чем больны эти отморозки? — Думаю, останется синяк.

— Не останется, — хмыкнул тот, — Твои пальцы холодные, как лед.

Внезапно громоздкая ладонь мужчины накрыла мою. Ту, в которой не было ватки. Не открывая глаз, он медленно поднес ее к своей безумно горячей щеке и крепко прижал.

— Вот, пусть греется.

Затаив дыхание, я перестала дышать. Голова шла кругом, в животе порхали бабочки, грозящие разорвать меня пополам. Тело перестало слушаться: язык онемел, рука стала безвольной, я смотрела на ректора, пытаясь сосредоточится и сделать хоть что-то.

— Вы все-таки выгоните меня из вуза? — первое, что пришло в голову, дабы перевести беседу в более подобающее русло. Протирая царапину, я слишком увлеклась, хотя давно пора было остановиться. Его тело было таким твердым, пахло чем-то приятным… Впервые я видела мужчину так близко и не могла отказать себе в довольствии лицезреть идеальный пресс. Видимо, алкоголь еще не до конца выветрился.

— Я и не собирался, — удивил меня Максим Викторович, но прежде чем я задала логичный вопрос, моментально ответил. — Хотел посмотреть, что за этим последует.

— Ну и как вам итог? — задала риторический вопрос я, саркастично усмехнувшись. Было понятно, что происшествия в клубе и последующая драка на улице не самое прекрасное, что могло случится с мужчиной этим вечером.

Увы, но ватка высохла. Этот момент должен был рано или поздно произойти! Едва сдержав разочарованный стон, в последний раз скользнула ладонью по животу, пробуя на прочность кубики. Стоило мне лишь немного убрать руку, как глаза репетитора распахнулись, а его свободная рука накрыла мою, прижимая обратно к бешено вздымающейся груди.

— Лучше, чем я мог предположить, — прошептал он, вглядываясь в мое лицо. Глаза, нос, щеки, губы… Именно последние привлекли повышенное внимание Круглова. Его глаза сверкали даже в слабом освещении салона… Жаждой и остервенением, досадой и желанием…

Воздух вокруг наэлектризовался, становясь тяжёлым и дурманящим. Органы внутри скрутились в узел, приятное покалывание прошло по всему телу, оставаясь где-то в кончиках пальцах. Мне было тяжело дышать… Да и просто сидеть рядом было невыносимо! Хотелось чего-то большего… Высвобождения тех странных эмоций, что я не испытывала никогда ранее.

— Ты до безумия красивая, Кристина, — едва слышно прошептал Круглов, тяжело выдыхая. Внутри него была странная борьба и, видимо, здравый смысл проигрывал. Потому как вместо того, чтобы остановить все это. Стать первым! Он медленно приближался. — Да черт бы побрал все это!

Мгновение и его руки сжали мои щеки, жадно притягивая к себе с утробным рыком полного поражения. Будто от этого зависела жизнь мужчины! Будто от этого зависел весь гребаный мир! Его губы накрыли мои… Такие теплые, нежные, мягкие… Стоило им соприкоснуться, как вспышка возникла в голове, ослепляя, лишая воли, силы думать. Да я никогда не ощущала себя настолько пьяной! Но и настолько желанной одновременно.

Это был мой первый поцелуй. Не на этой недели, не после очередного разрыва… В жизни. И я не знала, что делать и как. Была полным профаном. Но мужчина не растерялся. Нетерпеливо раздвинул мои губы своим настойчивым языком, он окунул меня в новый мир. Мир чего-то, о чем я даже не подозревала!

Руки его скользнули вниз… Одна сжала шею, другая очертила контуры талии, спустившись к ягодицам. Вспышка и я каким-то образом очутилась на нем, жадно запутав пальцы в густых волосах, натягивая их до слабого шипения мужчины.

Мое тело отзывалось на каждое его касание. От поцелуя, сводящего с ума, хотелось застонать. Стать еще ближе. Плотнее! Теснее. Хотя наши тела и так соприкасались. Моя грудь, хоть и под толщей ткани, терлась о тело мужчины. Громоздкие ладони сжали мои ягодицы, притягивая к самой ширинке, давая почувствует то, насколько мужчина напряжен.

Отстранившись, мужчина замер в полуметре, не отпуская меня и на мгновение. Его дыхание было рваным, нервным, лихорадочным… Я и сама забыла, что иногда нужно дышать. Легки уже прилично обжигало.

— Мля, — ругнулся он мне прямо в губы, протяжно выдыхая. — Знала бы ты, как я тебя хочу.

Мое тело отозвалось на каждое его слово. Ничего на свете я не хотела так сильно, как быть с мужчиной здесь и сейчас. Но… Так нельзя. Девственность — это то, что нужно оставить мужу. Единственному и любимому. А не поддаться на секундное помешательство. Да еще и машине. Да еще и с мужчиной, которой сегодня же называл тебя проституткой. Разве не подтвердила ли я его слова сейчас?

От последней мысли меня буквально водой окатила, а сознание стало ясным. Что я делать?! А, главное?! С кем! Он — ректор вуза. Старше по возрасту и статусу. Так нельзя! Это аморально!

Чем заканчиваются подобные связи? Походом на "Пусть говорят" или того хуже…

— Отпустите, — слабо протянула я, пытаясь отстраниться и вернуться на место. Поза наездницы на ширинке Круглова вводила меня в краску. Но ректор не услышал с первого раза, нырнув кончиком носа в ложбинку на шее и очертив им какой-то непонятый узор. — Прошу вас, отпустите!

Сперва Максим Викторович замер, прислушиваясь. А затем медленно поднял на меня настороженный взгляд, будто всем сердце не понимая смысл сказанных мною слов. Под пристальным взглядом мужчины я ощущала себя глупо. Ведь сама позволила этот поцелуй. Была не против. Поддерживала и активно участвовало. Желая, хоть как-то оправдаться, я нервно сглотнула и выпалила первое, что пришло в голову:

— Мы в машине. На обочине дороги. Да, на улице ночь, но тут не далеко ресторан. А еще эти отморозки… — слова лились из меня потоком, остановить который не было сил. Пока Максим Викторович наконец не кивнул.

— Ты права, — посмотрев в окно, он еще раз кивнул своим мыслям, после чего продолжил. — Здесь совершенно не место. — Нелепо попятившись назад, я понятия не имела, как выйди из данной ситуации без неловкости и стыда. В процессе мужчина внезапно остановил меня, пригвоздив обратно к месту. Прищурив глаза, он внимательно осмотрел меня с ног до головы, после чего вдруг опустил ладонь на мой подбородок и притянул к себе, запечатляя на них долгий и сладкий поцелуй, отзывающийся спазмом внизу живота. — Но я еще не закончил, Баева.

Вернувшись наконец на место, я достала из пакета с ресторанной едой напиток, нервно выпив его практически залпом. Мысли разлетались, как бейсбольные шарики. Ошибка, совершенная мною сегодня, переходила всякие грани. Поцелуй с ректором вуза хуже купленного диплома! И пусть он был самым ярким событием, произошедшим со мной за последнее время, я совершенно точно собиралась думать головой в этой жизни.

А это значило, что подобное происшествие стоило свести на нет и под корень.

Когда сознание начало обволакивать розовой дымкой и нахлынул приступ сонливости, я вдруг осознала, что напиток был с долей алкоголя, которая вконец лишила сил. Вот так вот монотонно глядя в окно и пытаясь придумать простой способ решения проблемы, я просто… отключилась.