Глава 5

— А теперь в душ и завтракать, — скомандовал Илья. И с грустью добавил: — А то у нас еще есть дела, хотя я бы вообще не вылезал из постели несколько месяцев…

— Я бы тоже, — вздохнула я, почувствовав, как на душе заскреблись кошки.

Ведь сегодня будет очень тяжелый день.

— Лиз, — позвал меня Олег, видимо заметив мой хмурый взгляд. — Ничего не бойся, мы тебя защитим.

Он мягко провел ладонью по моему лицу и, наклонившись, нежно поцеловал в губы.

— Спасибо, — улыбнулась я, чувствуя, как на душе становится заметно легче, а затем, встав, отправилась в ванную.

А мужчины всё это время провожали меня жадными взглядами. И нет, у меня не возникло желания прикрыться. Хотя за годы жизни перед мужем я всё время стеснялась и старалась как можно скорее накинуть халат. Ведь было такое, что я иногда ловила на себе его недовольный взгляд. Но старалась об этом не думать. Расстраивалась, конечно, но злилась лишь на себя. Думала, что не могу ему детей родить, а оказалось, что это он ничего не мог…

Быстро приняв душ, я вернулась в комнату.

Мужчины уже ушли, оставив мне записку на постели, что ждут меня завтракать в столовой, и я занялась наведением красоты.

Сегодня мне предстоит выступление перед акционерами, и надо выглядеть идеально. Всё же слияние — это не шутки. Тем более такое непредвиденное.

Когда закончила с макияжем и одеждой, я уже хотела отправиться вниз, как услышала предупредительный стук, и сначала в открывшуюся дверь вкатился столик на колесиках, а следом уже вошел Илья, а за ним Олег.

Я с удивлением посмотрела на обоих мужчин, которые подвезли столик к кровати, а с другой стороны установили два кресла.

— Нам не понравилась столовая, она какая-то слишком неуютная, — ответил Олег на мой вопросительный взгляд.

— Вы там ни разу не ели? — спросила я.

— Нет, — отрицательно качнул головой Илья. — И это ужасное место. Не представляю, как ты там вчера ужинала одна. У тебя в комнате намного лучше, — добавил он и подмигнул. — Надеюсь, ты не против.

— Нет, — смущенно ответила я. — Не хотела говорить, но мне тоже столовая показалась слегка чопорной.

— Ага, будто мы аристократы в энном поколении, — хмыкнул Олег. — Мне даже показалось, что я там услышал, как бряцает цепями фамильный призрак.

На это его заявление мы все дружно рассмеялись.

Сидеть на постели было немного неудобно, и Олег, заметив это, быстро сбегал в другую комнату и принес еще одно кресло.

Так мы втроём устроили себе более уютный завтрак.

— В следующий раз мы принесем тебе еду прямо в постель, — сказал Илья, сметая с тарелки последний сырник.

— Сегодня даже не подумали об этом, два идиота, — хмыкнул Олег.

— Да ладно вам, какой завтрак в постель, я люблю романтику, но не думаю, что это так уж и важно. Я уже давно не девочка и понимаю это, — пожала я плечами.

— Нет, это важно, — нахмурился Олег. — И для меня ты навсегда останешься той Дюймовочкой, которая нуждалась в защите и помощи. О чем твои родители думали, когда отправляли в класс, где все тебя были старше на два года?

— Это бабушка, — решила я вступиться за родителей, которых давно уже не было в живых. — Она занималась моей подготовкой и решила, что я уже готова идти в школу. Да и какая разница? Их уже всех давно нет в живых, — добавила с грустью я.

А Илья дотянулся до моей руки и, накрыв её, сжал.

— Теперь мы с тобой и больше никому не дадим в обиду.

— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как к горлу подкатывается комок, а на глаза вот-вот готовы навернуться слезы.

Но я заставила себя успокоиться и улыбнуться. Еще не хватало устроить тут слезоразлив.

Мужчины, слава богам, решили сменить тему и заговорили про протокол моей охраны, начав пояснять, как себя вести.

Я внимательно слушала и кивала, понимая, что очень многое зависит от меня. И если я не буду выполнять их инструкции, то долго не проживу.

А когда мы уже выходили, тот самый Андрей Викторович, начальник охраны, вернул мне мой телефон.

— Наш спец над ним поработал, поставил хорошее приложение, которое заглушит сигнал для других приложений. Оно будет работать даже с выключенным телефоном. По нему же мы можем вас отследить в случае чего. Но я бы всё равно порекомендовал завести новый телефон и потихоньку переставить туда все важные приложения.

— Спасибо, Андрей Викторович, — кивнула я, — постараюсь сегодня же, после собрания, этим вопросом заняться.

— Если хотите, я могу дать вам своего спеца, он займется этим вопросом.

— Буду только рада.

— Ну добро тогда, как будете готовы, сообщите.

А затем мы отправились в головной офис.

Аж на четырех машинах.

— Может быть, не стоит так много внимания к себе привлекать? — спросила я мужчин, когда мы уже выехали из поместья.

— Лиза, это не для привлечения внимания, а для защиты. Поверь, в каждом автомобиле находятся не простые люди, а те, кто в случае чего готовы будут встать на твою защиту. И сейчас, когда твой муж начал так жестко действовать, лучше перебдеть, — серьезным тоном пояснил мне Илья.

— Ну да, наверное, вы правы, — со вздохом согласилась я.

— Лиза, успокойся, всё будет хорошо. — Илья взял опять меня за руку и мягко её сжал.

А мне так тепло стало от этой мимолетной поддержки, что я не посмела сказать вслух о том, что не до конца в это верю.

А затем телефон зазвонил.

И это была моя сестра.

Мне стало дурно, когда я увидела её номер.

— Можешь не отвечать, — посмотрел на меня Олег. — Всё равно скоро увидитесь на собрании. Там и поговоришь с ней по душам.

— Это будет слишком по-детски, — вздохнула я, понимая, что всё же стоит взять трубку, как бы ни было противно.

— Не рекомендую раскрывать перед ней сейчас все карты, — шепнул мне Илья.

— Хорошо, я постараюсь, — выдохнула я и приняла звонок.

— Лиза! — рявкнула она в трубку так, что мне даже пришлось телефон отодвинуть от уха, а затем еще громче начала почти визжать: — Что за хрень происходит? Какого х… этот старый хрыч мне приказы раздаёт? Почему он перекрывает мне все доступы к счетам? И заставил прилететь домой? Я всю ночь не спала! Устала как собака с этими перелетами! И ты еще трубку не берешь? Да как он смеет так себя вести? Уволь его немедленно!

Так как Олег с Ильёй сидели рядом, то прекрасно всё это слышали. И взгляды у них с каждым словом Ани становились всё более жесткие и даже жестокие.

А мне стало ужасно стыдно, что моя сестра позволяет себе так разговаривать.

А она ведь действительно только так со мной последнее время и общалась. А я из любви и жалости, что она осталась без родителей, позволяла это делать.

Но сейчас у меня такая злость на неё внутри забурлила, что я не сдержалась и холодным тоном ответила, точнее, почти рыкнула:

— Тон сбавь, немедленно! Не с подругами разговариваешь, а с сестрой родной. Еще и старшей.

— Что? Ты там с дуба рухнула совсем? Что за претензии нелепые? — еще громче заорала она. — Да что происходит вообще?

— Поговорим после собрания, — процедила я.

Несколько мгновений я слышала только злое пыхтение в трубку.

— Пусть карты мне разблокируют. У меня денег совсем впритык, только на такси могу до офиса доехать, — уже более спокойно ответила она.

— Карты разблокируют только после встречи в офисе, — ответила я, — если не появишься, то останешься без денег. Имей в виду.

И я положила трубку, чувствуя, как меня всю трясёт. И сразу же почувствовала, как мою ладонь сжимают чуть крепче.

Повернулась и поняла, что всё это время Илья так и продолжал держать меня за руку.

— Простите, — жалко пробормотала я, чувствуя, как на глаза опять наворачиваются слезы. Уже который раз за эти несколько дней. — Мне так неудобно за её поведение…

— Всё хорошо, Лиз, — тихо сказал Олег. — Ты не виновата в том, что твоя сестра — хамка неблагодарная. И практически убийца…

— Виновата, — опустила я глаза вниз. — Ведь я её такой воспитала.

Эти слова мне часто говорил Антон, когда я жаловалась ему на Аню. А он постоянно отвечал, закатывая глаза в потолок: «Сама виновата, вот пожинай плоды, а я говорил: не балуй её».

— Лиза, посмотри на меня, — твердо попросил Илья, чуть сильнее сжав мою руку. И мне пришлось поднять на него глаза. — Первое — она не твоя дочь. Ты была вынуждена заботиться о ней. Хотя и не обязана это делать.

— Я же её родная сестра, — протянула я. — Да и я квартиру забрала родительскую. Деньги вложила… И ей всё равно часть принадлежит…

— Эта квартира ведь и тебе принадлежала по наследству? Так? — с нажимом проговорил Илья.

— Так, — кивнула я.

— То есть как минимум свою долю ты так же могла бы продать, а её оставить. Как и вообще её не забирать, а отправить на воспитание в приют. Верно?

— Могла, — потерянно ответила я, вспомнив, что Антон так и предлагал мне сделать изначально.

Только я сразу же отмела это предложение.

— Скажи, смогла бы ты добиться того, чего добилась сейчас, с половиной от стоимости твоей квартиры?

— Мне потребовалось бы чуть больше времени.

— Но всё равно смогла бы? — переспросил меня блондин.

— Да, — кивнула я.

— То есть мало того, что ты взвалила на себя обязанность в виде чужого ребенка, так еще и бизнес поднимала?

— Я же не одна это делала. Мне люди помогали. Антон, Евстигней Юрьевич…

— Хочешь сказать, что Антон тащил на себе весь бизнес? Принимал все важные решения? Или, может быть, Евстигней Юрьевич?

— Нет, — выдохнула я спустя какое-то время, осознав, что Антон может быть максимум на подхвате, но все решения, которые когда-либо принимал, были просто отвратительными и чуть не приводили нас к банкротству. А Евстигней Юрьевич со всеми его связями — отличный юрист и хороший советчик на правовом поле. Но именно как бизнесмен вряд ли смог бы добиться того, что мы имеем сейчас.

— Значит, это делала ты. Ты, Лиза. Понимаешь? Ты взяла на себя ответственность за чужого ребенка. Ты добилась успеха. Ты смогла раскрутиться в бизнесе. Твоя сестра смогла бы учиться за границей, даже если бы продала свою часть квартиры?

— Нет. У неё бы даже на первый семестр денег не хватило. Я уж молчу про деньги, которые она требует от меня каждый месяц на разные брендовые вещи, — добавила я.

— То есть она не только там учится, но еще и постоянно клянчит с тебя деньги на то, без чего прекрасно могла бы прожить? — переспросил Олег.

— Да, — ответила я.

— А квартира у неё есть?

— Я в столице ей купила двушку. Это конкретно на неё записанная недвижимость. Плюс трастовый фонд открыла в европейском банке. Но она сможет им воспользоваться, только когда закончит учёбу. Это меня Евстигней Юрьевич заставил сделать.

— Ого, — присвистнул Олег. — Да она у тебя та еще мажорка, оказывается…

— То есть ты не только ей вернула все потраченные деньги с наследства, но еще увеличила в несколько раз? — это был вопрос Ильи. — Ну и что, всё еще чувствуешь себя виноватой?

— Нет, — улыбнулась я, впервые действительно ощущая какую-то легкость. — И почему я раньше об этом не задумывалась? Почему действительно считала себя виноватой? — с удивлением спросила я сама себя, но посмотрела на Илью.

— Может, потому, что тебя кто-то в этом убедил?

Я сморгнула, пытаясь осознать этот факт. И вспомнила частые слова мужа, который постоянно напоминал мне об этом. Мол, если бы не родительская квартира, то ничего бы не получилось. Мне повезло, что были деньги. Деньги, которые принадлежали и Ане в том числе.

— Антон, — сказала я вслух, так как Илья ждал моего ответа. — Он часто любил об этом разглагольствовать, будто бесконечно подогревая мою уверенность в этом. А особенно сильно он заговорил об этом в последний год. Я поэтому и купила Ане квартиру, а потом и трастовый фонд учредила на её имя. Но зачем? Не понимаю. Он же всё равно хотел её убить, — потерла я виски, чувствуя нарастающую мигрень.

— Он ведь хотел жениться на ней, а потом убить, — это был Илья. — И всё бы в любом случае ему досталось. А так он её задобрил, чтобы она точно была на его стороне.

— И то верно. Я что-то об этом совсем не подумала, — протянула я, ужасаясь тому, насколько же он всё хладнокровно и в деталях продумал.

— Мы приехали, Лиза, ты готова? — спросил Олег.

— Да, — уже более уверенно кивнула я.

Мы вышли из машины, причем целой толпой.

Меня сразу окружили охрана и Олег с Ильей.

Такой же толпой мы вошли внутрь нашего офиса, отчего у Насти на ресепшене взгляд почти вдвое увеличился.

— Здравствуй, Насть, у нас внеочередное собрание сегодня, кто из акционеров уже подъехал? — спросила я, подходя ближе к девушке, нашему бессменному офис-менеджеру.

— Пока только Антон Витальевич. И еще двое: Резовский и Владленов. Остальных пока нет. Но время еще только девять тридцать — наверное, еще подъедут, — отчиталась она.

— Где они сейчас?

— Вроде бы в кабинете Антона Витальевича, насколько мне известно, — ответила девушка и добавила: — Мне им сообщить, что вы на месте?

— Нет-нет, я сама, не стоит, — покачала я головой. — А Анна приехала?

— Да, она в кабинете Антона Витальевича была… — И Настя чуть ближе подошла ко мне и почти шёпотом спросила: — Елизавета Евгеньевна, а у нас что-то случилось? Я должна что-то знать?

— Ничего особенного, Насть, работай, как работала, — ответила я и, скупо улыбнувшись, отправилась в свой кабинет.

Настя была очень исполнительной девушкой, но я не была уверена в ней на сто процентов. Я теперь вообще ни в чем не была уверена. Кто её знает, вдруг позвонит Антону и что-нибудь быстро расскажет?

Хотя думаю, что про мою охрану она точно должна сообщить.

А вот об Олеге с Ильей ей пока знать ничего не нужно. Об этом меня мужчины предупредили заранее.

Понятно, что всё равно узнают, но лучше пусть это случится чуть позже.

К тому же вдруг вздумает бежать? А так расслабится и не успеет…

Перед тем как входить в мой кабинет, охрана решила его проверить, и нам пришлось стоять целых пятнадцать минут в холле и напрягать уже мою личную секретаршу Нину, которая сделала нам всем кофе и чай.

И не зря.

Андрей Викторович вынес несколько непонятных гаджетов с антеннами. И, как оказалось, это прослушивающие устройства.

— Я не уверен, что это всё, — добавил он, когда мы уже входили. — Мне нужно больше времени для работы.

— Поняла, постараемся ничего сверхважного не обсуждать, — тихо ответила я.

Мужчины молча посидели в моём кабинете, пока я находилась в ванной комнате и настраивала себя на рабочий лад, а затем все вместе отправились в конференц-зал.

Ани там, само собой, не было, так как, акции принадлежали ей номинально, и я еще являлась её опекуном до конца её учебы и распоряжалась её имуществом, а вот Антон был.

Мы с Ильей и Олегом зашли туда последними, чем немало удивили всех собравшихся, а затем я, остановившись во главе стола и дождавшись, когда блондин с брюнетом встанут рядом, представила мужчин как новых акционеров и объявила о слиянии компаний.

— Что это за хрень, ты совсем с ума сошла, Лиза? — резко поднялся Антон со своего места.

— Кроме того, большинством голосов принято решение о смене заместителя директора. Теперь на эту должность я назначаю Олега Владимировича и Илью Николаевича, — спокойным тоном голоса добавила я.

— Лиза, нам надо срочно всё это обсудить, что ты творишь? — продолжил возмущаться Антон, уже подходя ко мне.

Вот только меня чуть закрыл своим телом Илья, не давая ему приблизиться.

А я, посмотрев на Антона, сказала:

— Мы обязательно обо всем поговорим, но чуть позже, после собрания. — И с нажимом добавила: — Буду благодарна, если ты вернешься на своё место.

Какое-то время он стоял и прожигал меня своим взглядом, но, переведя внимание сначала на Илью, а затем и на Олега, явно проглотил слова, рвущиеся с языка, и вернулся на своё место.

Хотя в любом случае, даже если бы он решил сбежать, его бы из здания не выпустили. Как и Аню, которую уже должны были найти и увести в мой кабинет.

Ну а дальше в меня посыпались вопросы от наших акционеров. Особенно двух главных инвесторов.

К этим вопросам я уже была готова, как и Илья с Олегом. Они очень быстро расписали все плюсы слияния двух наших компаний, и я заметила удовлетворенный блеск во взглядах наших акционеров. Причем такой, будто они уже обо всем и так знали, но хотели просто уточнить детали.

И да, против кандидатур Олега и Ильи на пост заместителей директоров никто не высказался, а Антона никто не поддержал.

Вообще никто. Ни один из акционеров.

И ни я, ни он этого не ожидали.

Честно, я думала, что хоть кто-то окажется на его стороне, однако нет. Таких не нашлось.

И на этом собрание закончилось.

И началась более сложная часть сегодняшнего утра. Мне предстоял разговор с сестрой, а затем и с мужем.