Глава 18.

– Опять двадцать пять… – пробормотала я, перекатываясь на бок и отодвигая полупрозрачный балдахин на кровати. Страха не было, скорее – раздражение, что требовало выхода.

Я вновь была в восточной комнате, а проводник, словно не замечая меня, читал книгу, сидя среди ярких подушек. Он длинными пальцами переворачивал страницы древнего фолианта за верхний угол, в то время как на лбу у него собрались недовольные морщины. Рядом стоял деревянный поднос с маленькой чашечкой кофе. Со своего места я видела, как над ней поднимается парок, а соблазнительный аромат доходил и до меня. Желудок сжался, желая попробовать.

– Так и будешь наблюдать? – не отвлекаясь, поинтересовался он, даже не взглянув на меня.

– Да. Нужно же знать, какое настроение у моего проводника… Не убьёшь – так покалечишь.

– Думаешь, не убью? – вскинул он голову.

– Не можешь, а так бы с радостью. Не хмурься, я – девушка сообразительная, выводы делаю быстро. Браслеты меня оберегают, но вот почему я снова здесь? – пробормотала, в то время как мужчина безэмоционально взглянул на меня, и от этого взгляда стало даже страшнее. Холод сковал меня. Чтобы не поддаться страху, я продолжила размышлять: – Ментальные артефакты на мне, раньше они помогали, а теперь – нет… Что появилось, пока их на мне не было? Каффы! Что это такое? – протянула я руки в его сторону, чтобы были видны широкие браслеты.

– Не твоё дело. Раз ты, как всегда, не додумалась одеться, то примерь это.

– Вообще-то я спать ложилась… – ловким движением руки он провёл в воздухе, и около меня тут же появилась одежда. Она плавно приземлилась на кровать. – Ух ты, а у нас магия по-другому работает… – прошептала я, ведя рукой по материи. Я хоть и не колдовала, но главный закон уяснила – никакой предмет не может получиться из ничего. Закон сохранения материи.

– Не у тебя, а в мире, где ты поселилась… Миров тысячи, у каждого свои законы. К тому же, я – не маг.

– А что же тогда это было? – удивилась я, в то время как руки сами натягивали на тело джеллабу.

– Неважно. Пойдём.

– На перерождение? – с тревогой посмотрела я на появившуюся дверь.

– В сад. Пока ты на перерождение не отправишься, – говорил он умиротворённо. Словно провёл в медитации целый день, пока меня ждал.

– Что изменилось?

– Мне интересно, почему каффы приняли тебя. Когда я пойму, то, конечно, отправлю тебя в место назначения, – улыбнулся проводник.

– А если я не захочу их снимать?

– Ты действительно думаешь, что я не смогу тебя заставить? Мне хватит пары ночей, и ты сломаешься, сама будешь просить.

Его слова мне не нравились, ведь я понимала, что сломать можно любого, главное – желание и отсутствие моральных рамок. Что для него моя человеческая мораль? Сдаётся мне – пустой звук.

– Смирилась бы, ведь твоя судьба давно предрешена… Отчего ты бьёшься впустую, словно птица о прутья клетки? – он вплотную приблизился ко мне, изучая. Впервые мне показалось, что в нём проснулся искренний интерес. До этого я была досадливой мошкой, сейчас же доросла до мухи.

– Ничего не предрешено. Каждый сам выбирает свой путь!

– Ну-ну… Поверь, я знаю лучше. Но что тебе мои знания? Ерунда! Ты уже создала для себя вымысел и поверила в него… Соблаговолишь прогуляться со мной, душа?

Я с сомнением вложила ладонь в его церемонно протянутую руку и последовала за ним. Я никак не могла отвести от мужчины взгляд, изучая.

Этот облик выглядел лет на тридцать пять. Очень высокий, крепкий но не перекачанный, шатен со слегка вьющимися волосами. Брови были круто изогнуты, а глаза – слегка раскосы, напоминая хищную птицу. Черты лица были тонкими, удлинёнными и острыми. Если бы я решилась к ним прикоснуться, то наверняка бы порезалась.

– Почему ты меня не боишься? – полюбопытствовал он, когда мы спустились по небольшой лестнице во внутренний колодец дома, где расположился пышный сад. Журчание воды намекало, что где-то здесь, в густой листве, спрятался фонтан.

– Боюсь, – озадачилась я, – но мне всё же не шестнадцать, чтобы вздрагивать от каждой тени. Жизнь учит, что, несмотря на страхи, нужно идти дальше, глядеть им в глаза, пытаться договориться, решить, и всё это нужно делать словами, а не мысленными стенаниями.

– Интересно, – подставив руку, он словил любопытную бабочку, что, трепеща крылышками, села ему на ребро ладони. Пару секунд проводник любовался красотой её аметистовых крыльев, а потом одним движением спалил в огне.

Вздрогнув, я отвернулась, чтобы скрыть новую волну нахлынувших эмоций.

– Зачем?

– Я её разгадал, мне больше неинтересно, – скинул он прах и пошёл.

– Особенности характера или работа оставила свой след?

– Хамишь, душа! Пока мне интересно, я прощаю, но что дальше? – взглянул он искоса на меня. – Сопровождение душ – это не призвание, а мой урок смирения.

– Наказали? – нахмурившись, размышляла я вслух. Единственное, чем могла оправдать такую глупость – я хотела спать. Иначе бы поостереглась делать такие выводы.

– Урок смирения! Хотя, гляда на тебя, я уже думаю, может быть, и наказание…

– И чему же учит этот урок? Что всё предрешено?

– И этому тоже. Почему ты так держишься за остатки своей жизни? Изворачиваешься, словно змея, пробуешь укусить и сбежать?

– Если меня не трогать, то кусать не буду. Это всего лишь защита. Я хочу жить, любить…

– Разве? – резко оборвал он меня, оказавшись за мной. Его ладонь коснулась спины напротив того места, где трепетало моё сердце, словно нанизав на иглу.

Задохнувшись, я не смогла сказать и слова. Перед глазами мелькали картинки-воспоминания. Я пробовала зацепиться за умиротворённые образы Питера, его заботу и нежность. Мне почти удалось это, но последовал более сильный толчок со стороны проводника, и воспоминания закружились в воронке, потянув меня за собой. Падая вниз, я почти достигла дна, но яркий силуэт Элейны выдернул меня обратно. Мне слышался её смех и чувствовались тёплые объятия, они успокаивали моё сердце.

– Надо же… не врёшь, – выдохнул он мне на ухо, пока я молча глотала ртом воздух, – ты действительно любишь… и тебя… Ты запустила в новый мир крепкие корни. Откуда знала?

– Знала что? – вскинула я голову, стараясь заглянуть ему в лицо. Его ноздри трепетали, словно мужчина – зверь, идущий по следу.

– Ты не одна, – хмуро констатировал он, резко исчезнув, отчего я пошатнулась. – Просыпайся. Ты всё ещё интересна мне. Увидимся завтра! – махнул он рукой уже в другом месте, создавая золотую лейку, в то время как я начала исчезать.

Проснулась в поту. Резко сев в постели, я прижала ноги к животу, пробуя успокоить бешено бьющееся сердце. С такими нагрузками оно может и не выдержать.

Эхо его голоса зазвучало в моей голове: «Ты не одна». Краем глаза я зацепилась за тень около кровати и блеск металла. Не знаю, кого благодарить за быстроту реакции, но я ловко ушла от удара острого ножа и свалилась с другой стороны кровати, при этом завывая, как самая настоящая банши. Перья из разорванной подушки кружили над кроватью, когда со стороны коридора послышался бег множества ног, а тень метнулась к распахнутому окну. Дверь в комнату вынесли, как мне показалось, с помощью магии, или же это был просто шок. Вокруг закрутился персонал, успокаивая меня.

Тёплая шаль на моих плечах в эту жаркую ночь не казалась лишней. Попивая успокаивающий настой, я пробовала сообразить, кого же так бешу, что от меня решили избавиться, но ничего не выходило. Что греха таить, раздражала я многих, но сделать шаг к убийству... Может, воры?

– Когда прибудет констебль? – поинтересовалась я у управляющего, что самолично руководил персоналом, приводя номер в порядок. – Мне казалось, он должен обследовать место преступления…

– Ну что вы?! Какое местопреступления? Давайте не будем привлекать лишнее внимание к этому недоразумению, леди д’Эбре, – нервно потирая ладони, проговорил управляющий. – Я уверен, что мы сможем с вами договориться. К примеру, посещение нашего отеля в любое время за наш счёт. Конечно, мы подготовим для вас лучшие комнаты, на любой срок…

– Вдумайтесь, что и кому вы предлагаете! – пока я взвешивала его слова, нас прервали знакомым визгливым голосом.

Девушка, которую я надеялась не встретить, собственной персоной стояла на пороге моей комнаты и пылала возмущением.

Амели была хороша ангельской, неземной красотой, но в этот раз и я была не промах, потому её сияние меня не трогало. Вместо этого я с любопытством, ждала, что же будет дальше.

– Перед вами жена, – на этом слове мне отчётливо показалось, что она подавилась, но продолжила: – Лорда д’Эбре. Он – один из богатейших людей нашего королевства, и вы пытаетесь затуманить её взор какой-то жалкой подачкой?! Наглец!

– Ле-леди Амели?!.. – вопросительно протянул управляющий.

– Леди Амели хочет сказать, чтобы вы перестали затирать следы преступления и вызвали констебля немедленно! – холодно оборвала я зарождающийся цирк. – Пока вызываете надлежащие службы, оставьте нас наедине!

– А у тебя зубки появились? – удивилась Амели, когда остальные покинули мою комнату.

– А то… Что ты хочешь?

– Думала, что нужно защитить имущество моего любимого Рейнира, но вижу, что поторопилась…

– Да. Имущество как-нибудь само справится, – поморщилась я, наблюдая за её передвижением. Девица скромностью не отличалась и с любопытством осматривала комнату.

– Почему ты от нас не отстанешь? Я ведь поверила, что ты уехала навсегда, а потом это письмо…

– Не думаешь, что я действительно живу своей жизнью? А всё остальное – только ваши фантазии.

– Ну-ну, только ты помни, что Рейнир меня любит. И ко мне вернётся…

– Я бы не была так уверена, – не сдержалась я и пакостно улыбнулась. – Где он сейчас? Ты – всё же не его истинная…

– На пути домой, – неуверенно произнесла она.

– Думаешь? А мне кажется, он предпочёл задержаться в Эсперансе… – злой взгляд был мне ответом. – Вижу, ты неплохо проводишь время в столице, но, может, всё же побеспокоишься, чтобы твой любовник не уплыл в чужие руки?..

– Не у тебя ли такие заботливые ручонки, что ты тянешь их к нему? – взвилась она. – Смотри, повыдёргиваю!

Не дожидаясь ответа, девушка резко крутанулась и направилась прочь. Стоило ей распахнуть дверь, как пара служанок еле убрали свои любопытные носы и получили нагоняй от Амели.

Я же оставалась одна недолго; скоро явились констебли и взяли меня в оборот. После их нахрапистых вопросов я почти поверила, что сама на себя напала. Только ножа, что мог бы распороть подушку, при мне не нашли, и лишь поэтому они были вынуждены обещать со мной связаться.

Когда же я выселялась, желая скорее направиться в свой любимый городок, то наткнулась взглядом на целую процессию. В карету грузили множество коробок из-под платьев и шляпок, что явно были куплены на днях. А в завершение всего это действия Амели под ручку с какой-то старушкой собирались забраться внутрь этого экипажа.

Наши глаза на мгновение встретились. Её взгляд обещал кары, я же ликовала. Задержаться он удумал?! Ничего, она его быстро образумит!