ГЛАВА 17

— Зоя Николаевна, — когда они были одни, Марина обращалась к землячке по земному обычаю. — Во сколько вы сегодня едете в департамент?

— Ривере предупредил почтой, что за мной заедут в пять вечера. А что? Ты хочешь со мной?

— Упаси господи! — открестилась Марина. — просто хотела знать каким временем располагаю, чтобы повидаться с Милли и Райли.

— Ты всё-таки решила купить дом Ченслера?

— Склоняюсь к этому, — призналась Марина. — Хотя мы с Итоном и выяснили всё, но жить в Рокингеме я по-прежнему не хочу.

— А расторгать с ним брак? — лукаво спросила графиня.

— Уже не знаю, — созналась Марина. — С одной стороны, глупо жить случайными обидами и постоянно подкармливать их новыми, выдуманными на пустом месте. Так и жизнь пройдёт зря и не заметишь. С другой, мы очень разные люди и если сойдёмся, то это будет ещё та взрывоопасная смесь: ни один не любит уступать и подстраиваться. Так и будем постоянно ссориться. Разве это жизнь?

— А, с третьей, — решительно заключила графиня, перебивая Марину, — Вы оба умные люди. И при желании всегда можете договориться, А при любви договориться получится самым простым и естественным способом. Я была против твоего брака с герцогом, но за это время, когда нам пришлось тесно общаться, узнала его не по слухам, а напрямую, прочитав память. И, знаешь, я восхищаюсь им. И если в первую очередь я признала его деловые качества, то сейчас, глядя на вас, я меняю своё мнение о нём как о мужчине. Он уже сделал громадный шаг от самовлюблённого эгоиста к порядочному мужчине, уважающему и понимающему женщин. Цени! Это твоё влияние и достижение.

Да, уж, — усомнилась Марина. — Как хватал сразу и прижимал к себе, так и хватает, — вспомнила Марина объятия герцога на празднике Марвина. — И плевать ему, разрешают ему это или нет.

— Ну, так он же мужик, — нелогично заключила Зоя Николаевна. — Смотрите не обманитесь с договором, — напутствовала она Марину, наблюдая как та, собирается на выход. — Райли и Милли привет передавай.

— Непременно, — попрощалась Марина и вышла на улицу, где её уже ожидал Себастьян и карета.

Себастьян стал настолько привычен рядом, что Марине казалось чего-то не хватает, если не чувствовала его за спиной. Парень был умным, наблюдательным, хорошо подготовленным, и они с Мариной даже подружились. А вот Фиби, по мнению Марины, ему совсем не подходила, Но это было исключительно его дело. Сам Себ относился к своей невесте по-дружески, но Марина ни разу не видела их вместе.

С одной стороны, Фиби, конечно, ещё молода. С другой, именно в этом возрасте простые люди здесь и выдают замуж своих дочерей. Себ же, как поняла Марина, с браком и семьёй не торопился. «Может, и правильно», — искоса поглядывая на охранника, подумала Марина.

Самым ценным в этой ситуации было то, что добрачные связи не поощрялись ни среди низших слоёв, ни среди высших. И для своих нужд мужчины пользовались услугами борделей, вдовушек и одиноких женщин. Тоже так себе обычай, который вызывал у Марины недовольство. Но, собственно, так обстоит дело в любом мире, вспомнила она и родную землю с её легальными и нелегальными публичными домами и тему любовниц в любом бабском коллективе. Се ля ви, как говорят французы — любители горяченького и острого в этом вопросе.

— Приехали, госпожа, — Себастьян подал ей руку и помог выйти из кареты.

Калитку дома Райли им сразу открыл привратник и приветствовал её поклоном. Он даже позволил себе улыбнуться, понимая, как ждут и любят эту леди в их доме. Затем нажал кнопку звонка и предупредил о приходе гостей. Марина отметила всё это машинально, потому что раньше этого новшества здесь не было, и о гостях сообщал сразу дворецкий, который встречал их в холле или на крыльце. Сегодня же пока они дошли до крыльца на него уже успела выскочить Милли, а следом вышел и Райли.

— Мари! Себ! Как я рада вас видеть! — прыгала вокруг них девчонка, пытаясь одновременно обнять и того, и другого.

— Милли! Милли, дай им немного прийти в себя, — смеялся Райли. — Вы не виделось несколько дней, а ты их будто из дальней поездки встречаешь. Проходите, леди, — взял он под руку Марину. — Себ, заходи, — бросил Райли через плечо охраннику, и вся компания вошла в особняк.

— Ну, Милли, как ты себя чувствуешь? Вижу, что уже гораздо лучше, — улыбнулась Марина девочке, устраиваясь в кресле.

— Всё уже совсем хорошо, Мариенна! Лекарь говорит, что можно начинать занятия, а маг говорит, что надо вначале разобраться с магией. У меня появилась какая-то очень сильная магия жизни, — явно повторяя чужие слова, поделилась Милли. — Но Марвин говорит, ничего страшного, мы справимся.

— Конечно, справимся, — подтвердила Марина — Что-то тут все помешались на этой магии: опасно, вредно, сложно. А я думаю, не так страшен чёрт, как его малюют. Справимся, Милли!

— А, кто такой чёрт? — немедленно выделила девчонка новое слово.

Уле! Марина опять не следила за речью и опять пришлось выкручиваться.

— Это такой вредный нечистик, который живёт в сказках.

— Я таких сказок не слышала, — призналась Милли. — Расскажешь?

— Само собой, но сейчас я к вам по другому делу пришла: не хотите ли прогуляться со мной по Кливдону?

— Решились, госпожа? — понимающе откликнулся Райли.

— Не то чтобы совсем точно, но ещё раз взглянуть не мешает. Да, может, уже и купить, — согласилась Марина.

Милли убежала переодеваться, а Марина решила поговорить с Райли о своих делах.

— Райли, во-первых, спасибо тебе за Дилана. Очень подходящий управляющий для Фрейфорда. Тем более, что Марвин скоро уезжает в столицу.

— Я рад, но и так был уверен в своём друге. Марвин может быть спокоен: в поместье будет покой и порядок.

— Это хорошо, — согласилась Марина. — Но у меня опять к тебе просьба, — Марина замялась и просительно посмотрела на капитера: — Помоги мне найти персонал для кафе и пансионата. Даже если мы сейчас не купим этот дом, я всё равно открою кафе. Так что людей надо подбирать уже сейчас.

— Это так, — согласился Райли. — Но, госпожа, боюсь теперь это будет не так быстро. У меня много друзей, но всё же не столько, чтобы обеспечить сразу ваши запросы. Да и друзья у меня в основном вояки, а тут женщины нужны. Однако, я дам задание своим людям. Хотя…, — Райли с сомнением взглянул на Марину, но всё же озвучил своё неожиданное предложение: — А как вы посмотрите, госпожа, на прислугу и помощников повара из числа выпускников приюта? Кай мог бы нам рассказать о них правду. Под магическими наручниками он не может лгать своему хозяину, то есть Милли. Ведь среди тех детей вполне могут быть достойные ребята.

— Неожиданно, — ввернула Марина любимое словцо Марвина и Итона. — Не пойми меня неправильно, Райли, но я не страдаю всеобщим человеколюбием и к таким детям отношусь настороженно. Ничему хорошему в приюте они научиться не могли, Яркий пример и Милли, вспомни, как она дерётся, и сам Кай, вспомни, где мы с ним познакомились.

— Так-то оно так, — почесал затылок капитер. — Я сам не каждого из них по голове поглажу. А всё же рука у меня не поднимается их наказывать, пока они окончательно закон не нарушат.

Оба помолчали, а потом Марина примирительно сказала:

— Две-три девочки для уборки помещений я готова оттуда взять. Пусть Кайли выберет их них самых спокойных и понятливых. А научить, мы их научим, всё равно они же ничего не умеют, — вздохнула Марина, вспоминая гособеспечение земных детских домов и вольное или невольное иждивенческое воспитание детей, которые выходят в жизнь, не умея ни сварить, ни постирать, ни распределить свой бюджет на месяц.

— Ну, не скажите, госпожа, — не согласился с ней капитер. — ребятишки там, может, и голодают, но уметь — умеют многое. В этих нищих приютах они сами сажают и обрабатываю свои огороды, содержат мелкий скот, помогают на кухне и в уборке. Так что к простой жизни готовы.

— Ну, и ладно, — окончательно смирилась Марина, понимая, что опытных служанок найти на самом деле трудно. Легче набрать и воспитать под себя малышню. — Едем? — спросила она, видя Милли, спускающуюся по лестнице.

— Едем! — согласился капитер и вся их небольшая компания устроилась в карете.

Милли сидела чинно и старалась вести себя достойно леди. Видно было, что уроки этикета не проходят даром и это радовало Марину. Девочке придётся жить и учиться среди детей аристократов, а среди них лучше иметь превосходящий уровень внешнего воспитания, чтобы уметь достойно щёлкнуть по носу заносчивых при случае.

— Райли, кстати! Вы начали подготовку Милли к академии?

— Конечно! Преподаватели приезжают к нам, но занятий было ещё не так много из-за всех этих событий. Но осенью Милли в любом случае будет сдавать экзамен. Ей, правда, не хватает года, но если она экзамены сдаст отлично, то её примут. Уровень её дара таков, что его надо постоянно использовать и контролировать.

— Я хочу учиться, Мари! Очень хочу, — пожаловалась Милли. — Но мы с Марвином будем учиться в разных академиях: он в военной, а я в магической.

— Это не самое страшное, Милли, — успокоило Марина девочку. — Главное, чтобы вы были нужны друг другу и доверяли себе.

— Я понимаю, — по-взрослому вздохнула Милли и отвернулась к окну, смахивая слезинку.

— Приехали! — донёсся голос кучера, и Марина с помощью Райли вышла из кареты. А Милли помог выйти Себастьян.

Что ж, мнение Марины о доме не изменилось: он подходил для её замысла по всем статьям. Весь второй этаж она планировала переделать под небольшой пансионат для людей среднего достатка. Весь нижний этаж отдать под кофейню. А все вспомогательные помещения и флигель использовать по назначению: жильё для прислуги, конюшни для лошадей, склады для инвентаря, сад — для прогулок.

Но не весь. Всю переднюю часть сада Марина собиралась полностью преобразовать: убрать высокие деревья, расширить подъезды и подходы к зданию, чтобы его было видно с улицы. Сейчас же дом стоял в окружении старых деревьев, которые закрывали его от взора прохожих. Раньше, когда он был просто домом и небольшой кондитерской лавкой, это было не страшно. Но если здесь делать коммерческое выгодное предприятие, то надо увеличивать проходимость. Надо, чтобы эту кофейню видели с улицы и надо, чтобы она привлекала внимание яркой вывеской.

Тут Марина поймала себя на мысли, что уже всё распланировала и чуть ли не начала работу, а дом-то ещё не куплен! Она легко рассмеялась и почему-то решила, что у неё всё получится! Не может не получиться! Потому что она ХОЧЕТ этим заниматься, а не делает всё из-под палки.

— Райли! Едем в бюро продаж! Я беру этот дом и начинаю работы. Сегодня же!

— Понял! — улыбнулся капитер. — Через пару недель будем ждать открытия.

— Так быстро? — удивилась Марина. — А разве не надо никаких разрешений?

— Каких разрешений? — не понял капитер. — Земля и дом будут в вашей собственности. Что вы тут соберётесь делать — ваше право. Единственное, надо уведомить магистрат и департамент налогов, что вы открываете кофейню. Магистрат внесёт ваше заведение в список и в справочник, а налоговый департамент через три года пришлёт первую сумму налога.

— Через три?! — поразилась Марина.

— Через три, — удивился её удивлению капитер. — А как иначе? Ведь неизвестно насколько ваше дело окажется прибыльным. А давить сразу налогом невыгодно: тогда мало кто рискнёт открыть своё дело, — как само собой разумеющееся пояснил капитер.

— Поразительно! — только и смогла вымолвить Марина, вспомнив сколько она промучилась на Земле с открытием бизнеса и выбором системы налогообложения. «Повезло же в этом мире людям» — подумала она про себя. — А строители? — чуть не забыла она о самом главном: кто все эти преобразования будет делать.

— А строителей найдём в бюро найма, — откликнулся Себастьян, который стоял у неё за спиной и слышал её тихий возглас.

Карета покатилась по новому адресу, а Марина никак не могла унять возбуждение, охватившее её: наконец-то она делает здесь что-то для себя, по своему желанию, для своей жизни. «Начинаю вживаться», — подумала она.

Карета между тем подкатила к массивному зданию магистрата. Бюро продаж находилось в его левом крыле.

— Слушаю вас, госпожа, — клерк изогнулся в молчаливом вопросе, бросая взгляды то на Райли, то на Марину, безошибочно вычленив в ней настоящую хозяйку.

— Я бы хотела купить дом Ченслера, — твёрдо сообщила ему Марина.

* * *

— Леди Зои, сейчас вы увидите нескольких человек, которые напали на кортеж моей жены. Мне надо знать от кого они получили задание и деньги. наш штатный менталист не справился с проблемой, сослался на мощный блок в сознании этих наёмников. Поможете нам?

— Я уже говорила, Ривере, что всегда помогу департаменту. Давно надо было прислать мне приглашение и не терять время. Давайте сюда своих бандитов.

— Ещё один момент, леди Зои. Здесь находится женщина, которая долгое время проживала в моём замке. Мне хотелось бы знать не причастна ли она к покушениям на мою жену. Кстати, у неё тоже стоит блок.

— Твоя бывшая любовница, Ривере? — хмыкнула графиня и пренебрежительно дёрнула плечом. — Мне неприятно встречаться с этой дамой, но ради Мариенны я сделаю то, о чём ты просишь. Видишь ли, Ривере, в сознании таких охотниц слишком много грязи, несмотря на их иногда самый невинный вид.

— Согласен, леди. Но бывает, что иногда не замечаешь очевидного и прозрение наступает грубо и жёстко. Буду благодарен, если вы выпотрошите эту лицемерку до дна, — неожиданно признался герцог.

— Постараюсь, Ривере, не беспокойтесь, — уверенно ответила графиня и поудобнее устроилась в кресле. — Начинайте!

Герцог дал знак Остину и в кабинет ввели первого подследственного. Им оказался командир наёмников, от которого оборонялась Марина. Если бы она сейчас увидела этого человека, то вряд ли бы узнала: заросший, исхудавший, с потерянным взглядом он совсем не походил на того мужчину, который когда-то чуть не похитил её. Он, наверное, ожидал нового допроса. Но графине этого было не нужно. Она просто посмотрела в его глаза и, поймав ответный взгляд, уже не отпускала. Этот приём требовал высокой концентрации внимания и выносливости, поэтому леди постаралась пройти блок быстрее.

С удивлением она поняла, что блок ставил действительно сильный маг, но неумелый. Казалось, он не знал самих основ менталистики. Его блоки были сильны, но не сложны и напоминали простую заглушку на определённый кусок памяти.

Сама графиня могла ставить многослойные и многовариантные замки, которые нужно было открывать поэтапно. Хмыкнув, графиня «сняла» такую заглушку с памяти наёмника и на неё полились освободившиеся воспоминания: наёмник получает обычное задание от гильдии, встречается с заказчиком в оговорённом месте, заказчик — женщина в длинном плаще и с закрытым лицом. Заказ — похищение герцогини Ривере во время её переезда во Фрейфорд и сопровождение её в Кливдон до гостиницы «Путник». Там её примут другие люди и задача наёмника будет выполнена. Больше он ничего и не знал, кроме того, КТО ему сообщил о выезде герцогини из замка.

Леди Зои отпустила взгляд арестованного и повернулась к герцогу.

— Можете увести его, — и, дождавшись, когда арестованного выведут, продолжила. — Он ничего не знает. Ривере. Получил обычное задание: выкрасть и доставить в Кливдон. Женщина, нанимавшая его, была в плаще и платке, но, если я её встречу, смогу узнать по глазам. И ещё: некая Изабелла, которую он давно знал и ранее имел с нею любовную связь, сообщила ему об отъезде Мариенны. Деньги, которые везли вместе с вашей женой, они собирались поделить пополам. Однако, наёмник предполагал оставить большую часть себе.

— Это всё? — недоверчиво спросил герцог. — Зачем тогда такие усилия? Такой блок?

— Вот и я думаю, что главное в этом блоке не задание наёмника, а личность того, кто этот блок ставил, — согласилась графиня с недоумением Риверса. — Могу сказать пока одно: это женщина.

— Я не знаю возле королевы ни одной дамы, которая пользовалась бы таким доверием её величества и была бы таким сильным менталистом, — с сомнением произнёс герцог.

— А сама королева? — вкрадчиво произнесла леди.

— Все во дворце знают, что королева — слабый маг, — начал говорить герцог и… замолчал. — Но я уже сомневаюсь в этом, — закончил он и отдал приказ превору: — Остин! Алекса сюда. Определитель магии и любую личную вещь королевы. Я прав, леди Зои? — учтиво обратился он к графине.

— Да, мальчик, ты правильно распорядился. Если она маг — менталист, то я узнаю это по ауре принца и по ауре её вещи. Молодец! Давай пока сюда твою Изабеллу.

— Она не моя, — скривился герцог, но больше прекословить не стал и приказал ввести бывшую любовницу.

Изабелла изменилась, но не столько внешне, сколько внутренне. Заключение самым серьёзным образом сказалось на её мировоззрении. Она вдруг поняла, что жила глупо, что когда-то пропустила своё счастье в лице отцовского помощника, погналась за блеском аристократической мишуры и… не приобрела ничего: ни славы артистки, ни богатства, ни положения в обществе, ни семьи, ни детей. Ничего! В пустую прожитая жизнь! Поняла, всё пропустила через себя и успокоилась, терпеливо ожидая своей участи. Оправдываться и просить о снисхождении она не собиралась. Слишком много натворила, слишком велика вина. Она спокойно устроилась на стуле напротив леди Зои, как ей было указано, и взглянула на старую магессу.

— На меня смотри! — приказала ей графиня и перехватила взгляд бывшей артистки варьете.

С этого момента Изабелла могла только выполнять её приказы.

— Как и когда ты попала в дом герцога? Кто посоветовал? Вспоминай! — приказала ей леди.

Так было быстрее найти нужные моменты в жизни этой женщины, а заодно и в жизни герцога, чем пересматривать всю её память.

— Зачем? — перебил её герцог, который считал лишним такую потерю времени.

— Не мешай! — резко осадила его леди Зои и уставилась в глаза своей жертвы.

В кабинете опять повисла напряжённая тишина. Ни герцог, ни превор раньше не видели работу менталиста такого уровня и им было интересно наблюдать за графиней. А та выпрямилась в кресле, сухонькие ручки сжали подлокотники и побелели, губы превратились в тонкие нити и выражали сейчас презрение и недовольство. Видно было, что сканирование даётся графине без труда, но вызывает раздражение и неприятие. Видимо, картинки, которые она видит, не слишком красивы.

— Как ты относилась к герцогу? Вспоминай! Что ты делала, чтобы завоевать его любовь? Вспоминай!

При таком приказном методе, графине приходилось только перелистывать воспоминания куртизанки. Не прилагая особых усилий пока не наткнулись на провал в её памяти. Изабелла не смогла вспомнить откуда взяла артефакт, который она временами прятала в одежде любовника. Но она помнила, что его не обязательно носить постоянно. Главное, регулярно подкладывать в одежду. Изабелла его втыкала в отворот камзола, когда герцог бывал в замке подолгу, убирая его на время чистки. Для неё в этом не было никакой сложности, так как она фактически была хозяйкой в замке.

— Кто велел отравить леди Мариенну? Почему на обряде? Кто дал приказ ПОХИТИТЬ? Вспоминай!

Графиня обошла пока «забытый» участок и спрашивала дальше, но дело застопорилось: дальше были сплошь «забытые» события. Однако, блок, как и в случае с наёмником, был поставлен тем же непрофессионалом: мощно, но неэффективно. Не собираясь долго возиться с этой несчастной, графиня встала и, подойдя к женщине, прикоснулась пальцами к её вискам. При телесном контакте направлять и регулировать силу было гораздо легче.

И эта «заглушка» сковырнулась достаточно легко, но графиня не сразу заметила, тонкий отросток, который уходил в сторону. Выбрасывая из сознания жертвы блок, она потянула и эту незаметную нить. В ответ начался процесс схлопывания всех воспоминаний, причём быстрый. Графиня едва успевала увидеть и запомнить мелькающие события. Мозг Изабеллы деградировал буквально под пальцами графини. Леди напряглась и огромным усилием остановила процесс стирания памяти где-то на возрасте двадцати пяти — тридцати лет. Закрепила результат и убрала руки от головы женщины.

— Всё! Уводите. Дайте ей восстанавливающее и не беспокойте расспросами несколько дней.

Остин молча кивнул, принимая распоряжение и вывел арестованную.

— Что? — не утерпел герцог с вопросом.

— Тебе повезло, мальчик, что эта гусыня жаждала всего лишь денег и мужской любви, — устало ответила графиня. — Пять лет назад ваша встреча была не случайна. Кто-то очень хотел, чтобы на тот момент ты оставался неженатым и подвёл к тебе эту актрисульку, чтобы она заняла твою постель, а ты забыл бы о необходимости брака.

— Как раз тогда закончились пять лет законного вдовства и король впервые предложил мне заключить второй брак и даже девицу определил — леди Ваенну Рид, племянницу королевы, — задумчиво припомнил герцог. — Я обещал подумать и тут появилась Изабелла. Мы с ней познакомились на каком-то балу. И потом уже не расставались.

— Очень похоже, что этому способствовал артефакт, который она тебе время от времени подсовывала. Он не то чтобы привязывает человека, но мягко влияет на эмоции и незаметно располагает, вызывая дружеские или эротические эмоции. Серьёзная штучка при несерьёзном внешнем виде, — заметила графиня. — А, главное, увидеть её влияние и её магический фон может лишь сильный менталист или эмпат. Другие маги просто не обратят на неё внимания: нет сильного магического фона.

— Вон что… То есть Изабелла никогда меня не любила, а лишь притворялась? И я зря пожалел её, не казнив сразу по праву лорда?

— Насчёт «любви» как раз всё верно, — усмехнулась графиня. — Она действительно полюбила тебя в том понимании, которое сама вкладывала в это слово. Ей было комфортно и приятно с тобой, горячо в постели, а ещё сытно и празднично. Чего ж не полюбить? — опять усмехнулась графиня. — А вот твои проблемы, твой сын, твоя работа и твоя усталость её только раздражали. Уж извини за правду.

— Я никогда не думал об Изабелле, как о серьёзном увлечении. Всегда знал, что рано или поздно мы расстанемся. Просто меня в ней всё устраивало, и я не хотел замечать очевидного, не хотел лишать себя привычного удовольствия. Глупо! — невольно раскаялся герцог.

— Глупо, — согласилась графиня. — Но это ещё не всё. Твою любовницу связывал в последнее время договор с первым советником, причём договор тайный, и я хотела бы, прежде чем рассказывать дальше, увидеть первого советника.

— А вы не устали, леди Зои? Может, сделать перерыв?

— Если и устала, то немного. Меня сейчас подгоняет азарт, и я не успокоюсь, пока не соберу все ниточки этой паутины. Ведите советника! — бодро распорядилась графиня.

Пока они ожидали арестованного, герцог решил спросить о Мариенне.

— Леди Зои, вы принимаете серьёзное участие в жизни моей жены Мариенны. Почему?

— Есть несколько причин, Ривере, — не стала отнекиваться графиня. — Во-первых, твоя жена — сильный менталист-эмпат. Это редкая специализация и я хотела бы обучать девочку сама. Во-вторых, я услышала её мысли и планы на будущее, когда она считала, что ты выгнал её навсегда. Мне эти планы понравились. Правда, теперь, как я понимаю, ты передумал игнорировать жену? — с иронией заметила графиня. — И, в — третьих, обычная женская солидарность. Я узнала из её мыслей, что у девочки нет родных. Нет знакомых, нет близких людей. А я старая, одинокая магесса, которой тоже этого не хватает. Так почему бы нам не помочь друг другу? Поэтому я приютила твою жену, герцог и буду оказывать ей любую помощь.

— То есть, вы уверены, что Мариенна ко мне не вернется? — осторожно спросил герцог.

— Не могу сказать абсолютно точно, но пока в её планах нет никакого возвращения, — мстительно ответила графиня, наблюдая, как темнеет лицо герцога и портится его настроение. — «Подумай, подумай, как её теперь вернуть!» — мысленно упрекнула она герцога.

Ввели первого советника, и герцог с Зои обернулись к нему. Брат королевы не изменился. Всё та же надменность, тот же апломб, те же безапелляционные высказывания.

— Я же просил вас, герцог Ривере, доложить о моём аресте королеве, — начал он с порога. — Уверен, что сейчас мы с вами разговаривали бы с других позиций, обратных нынешней, — и советник, брезгливо скривив губы, остался стоять, игнорировав предложенный стул.

— Королева знает, — спокойно отреагировал Итон. — И, если мне до сих пор не поступило никаких приказов, значит, её величество согласна с положением дел. Знакомьтесь, леди Зои Стенли сейчас сканирует вашу память.

— Я против! Буду жаловаться королю!

— Король сам просил меня об этом, — невозмутимо ответил герцог и предложил графине: — Начинайте, леди!

А Зои и так с самого начала не теряла времени и уже изучила ауру советника. Теперь же приступила к сканированию. Не обращая внимания на недовольство советника, она приказала ему: «Сядь!» и подтвердила приказ лёгким ментальным посылом. Советник грузно опустился на стул, враждебно посматривая на графиню, но её эти угрожающие взгляды совсем не задевали. Не желая теперь пропустить ловушку, как в случае с Изабеллой, графиня сразу же приложила пальцы к вискам мужчина и вначале проверила наличие блоков и секретов. Нашла два, обезвредила и только потом приступила к собственно сканированию.

И оно продолжалось долго: советник прожил большую жизнь и провернул множество афер и интриг. Только-только начав сканирование, Зои остановилась и повернулась к Итону.

— Риверс, а поставь-ка на стол кристалл записи. Я никогда не пробовала раньше так делать, но сейчас мне в голову пришла мысль (кстати, благодаря рассказам Марины о записывающих устройствах с Земли): а не попробовать ли записать то что я вижу. Если получится, у тебя будет реальное, зримое доказательство, а не получится — просто перескажу все его прегрешения. Ведь перекачиваю же я свою ментальную энергию в кристаллы и артефакты, почему не попробовать перекачать добытые образы? — риторически вопросила графиня.

Герцог немедленно и без вопросов удовлетворил эту странную просьбу и теперь с нетерпением ожидал возможного результата. Предложение Зои — это был прорыв в сборе доказательств. Если раньше при ментальных допросах приходилось надеяться на порядочность магов и крепость клятвы, то теперь результат можно будет видеть сразу. Это впечатляло, и герцог с нескрываемым уважением посмотрел на хрупкую с виду старушку, которая за один только сегодняшний день не раз сильно его удивила. А леди Зои уже работала, не замечая восхищения главы департамента.

Вначале ничего не происходило, но вот леди, видимо, поймала нужную нить. Она прикрыла глаза, чтобы лучше сосредоточиться и начала сразу передавать увиденное на кристалл. Потом разберутся что важно, а что нет. Положение арестованного при этом её совсем не тревожило: ему был дан приказ сидеть смирно.

Герцог знал о многих прегрешениях советника, а последние контрабандные авантюры с серебром были даже доказаны, но то, что сейчас видел Итон в кристалле поразило даже его, который всю сознательную жизнь занимался расследованием различных преступлений.

Советник давно и последовательно шёл к одной цели — трону. Практически он и так уже управлял государством, сосредоточив в своих руках международную и внутреннюю политику. Ни к соседям или от соседей не обходился без его прямого распоряжения, ни один указ внутри страны не мог выйти без его подписи. Налоги, сборы и любые правила могли быть приняты только за его подписью. Естественно, стоящей под подписью короля. Это-то и возмущало советника. Это-то и заставляло искать всё новые пути смещения правящей династии. И, кажется, он нашёл. Но…

С удивлением Итон увидел и узнал, что леди Ваенна должна была стать королевой, потеснив на троне своего двоюродного брата Алекса, а её будущий муж — принц оборотней, стать принцем-консортом при правящей жене. Но это в будущем, так как вначале королём побудет сам советник. Столько, сколько ему хватит лет жизни. А потом уж Ваенна и её муж. К сожалению, законного сына у советника не было, а сажать на трон бастарда — себе дороже.

Куда при этом денутся нынешние король, королева и их сын, советника волновало мало. Он считал, что король уже зажился на свете и ему пора уйти. Королева (на минуточку, его родная сестра) — вздорная баба и должна быть сослана подальше. А племянника Алекса, так и быть, можно выгодно женить на одной из соседних принцесс.

И все эти планы, разговоры, встречи выливались сейчас на головы присутствующих. Герцог понимал, что сейчас они почти случайно смогли предотвратить огромную беду для королевства. Вооружённого столкновения с сторонниками законной королевской власти было бы не избежать. Это война. И то что советник не остановится и пойдёт на военные действия ради своей власти уже наглядно показала история с серебром. Допустить этого было никак нельзя. По последним воспоминаниям было видно, что советник пытался наладить связь со своими помощниками, но ему не удалось. Зато у него побывала леди Ваенна и ушла с подробными инструкциями.

Леди Зои отпустила голову арестованного и устало вернулась к своему креслу. Герцог отключил запись. В кабинете продолжала висеть напряжённая тишина.

— Уведите, — распорядился, наконец, герцог. — Остин, проследи, чтобы не было никаких контактов. Строгая изоляция, — подчеркнул он голосом.

И они остались с леди Зои одни. Графиня немного помолчала и начала разговор первая.

— Итон, — впервые она обратилась к герцогу по имени, — Ты обратил внимание, что советник и королева сотрудничают очень редко. И заметь, в его памяти нет ни единого намёка на то, что королева — сильный маг. Будь уверен, если бы советник знал, он бы обязательно это использовал. И, вообще, боялся бы королеву, а, судя по его памяти, он её скорее презирает за вечную погоню за молодостью. Каждый из них живёт своими планами. Я не знаю планов королевы, но мне страшно от планов её брата. В какую пропасть он мог бы ввергнуть нашу бедную страну! Ты видел сколько за ним убийств, подлых интриг, преследования честных и порядочных чиновников и выдвижение «своих»?! А мы живём и ничего не знаем! — горестно-удивлённо воскликнула она. — А когда натыкаемся на такое дерьмо, поражаемся: откуда оно!

— Это вы, леди Зои, можете удивляться и поражаться, — тоже устало возразил герцог. — А мне надо было давно найти такого менталиста, как вы. Вот чему я поражаюсь, так это тому, почему о вас нет никаких сведений в департаменте? Почему, вообще, у нас нет менталистов такого класса?!

— В этом нет твоей вины Итон, — успокоила его леди. — Все сведения обо мне были уничтожены в моём присутствии, когда я прекратила работу на департамент. А с тех, кто работал со мной, взята магическая клятва неразглашения. Что касается менталистов, то тут проблема общая: в нашем мире нет менталистов или их очень мало. Сильные менталисты приходят к нам из других миров. Поэтому нас буквально единицы. Мы, изучая эту проблему в академии, пришли к выводу, что на появление у иномирян ментальных способностей влияет межмировой переход. А на местных влияет серьёзная стрессовая ситуация, когда душа едва не покидает тело. Мы консультировались с некромантами и те согласились с таким предположением. Правда, до сих пор ни одного случая сильной, повторяю, сильной ментальной магии у местных мы не встречали. Я держу связь со своими учениками и последователями в академии. К сожалению, не могу тебя обрадовать. Там есть уверенные и опытные менталисты, но нет особенных.

— То есть вы мне сейчас намекаете, что вы иномирянка? — с интересом взглянул на бывшего магистра герцог.

— Я иномирянка, Ривере, но это секретные сведения.

— Понял, — коротко ответил глава департамента. — Секретные по решению нашего департамента?

— Нет, секретные по решению магического совета академии. Иномирян немного, да и менталисты из них не все. Есть одарённые другими видами магии, Но все иномирне по силе превосходят местных, поэтому сведения и засекречены. Сам помнишь, как лет пятьдесят назад нашёлся умелец отбирать иномирную магию. Собственно, мы вообще не знаем сколько на самом деле иномирян переходит ежегодно в этот мир. Они не стремятся проявлять себя.

— Боятся? — удивился герцог. — Но вроде бы их никогда не преследовали?

— Не преследовали, но они-то, попадая сюда, этого не знают, вот и скрываются. А потом уже и нужда признаваться отпадает: все как-то устраиваются сами.

— Может, нам создать отдел при департаменте по изучению межмировых переходов и адаптации иномирян к нашему миру? — задумчиво поделился герцог.

— Правильная идея, — одобрила графиня. — Я смотрю, тебя не зря определили в руководство: широко мыслишь.

— Появилась у меня сейчас мысль в связи с вашим признанием…, — загорелся герцог, но дверь открылась и Остин ввёл леди Ваенну.

Герцог цыкнул, сожалея о прерванном разговоре с графиней, но тут же обратился к ней с просьбой:

— Последняя, леди Зои. Я понимаю, как вы уже устали. Да и неприятно возиться в этой грязи.

— Устала, — созналась леди, — но дело надо закончить. А остальных, как я понимаю, второстепенных участников можешь доверить моему ученику — магистру Хуго Бейли, он сейчас является деканом ментального факультете академии. Я предупрежу его.

— А в ковене нет серьёзных менталистов? — поинтересовался герцог.

— Не знаю, Итон. Ковен — закрытая организация, а я с ними никогда не сотрудничала и никогда в нём не состояла. Но, подозреваю, что особо сильных там нет. Ведь все они когда-то учились у нас. А мы своих знаем. Ну, хватит разговоров. Давайте сюда эту девицу.

Леди Ваенна окатила графиню уничтожающим взглядом и молча прошла к стулу, повинуясь приказу Остина. Леди тоже медлить не стала: отдала приказ девице сидеть смирно, не мешать, и приступила к работе. Воспоминания Ваенны они сразу начали записывать на кристалл. Никто не ожидал особых откровений и преступлений, предполагая, что девушка была просто помощницей своего отца, но действительность поразила всех в кабинете.

Леди Ваенна только внешне, как сказали бы на Земле, «изображала блондинку». На самом деле она оказалась расчётливой, хладнокровной, умной интриганкой, которая успешно манипулировала окружающими, добиваясь своих целей. Да, она помогала отцу против короля, королеве против всех, но прежде всего помнила о себе. Это по её просьбе советник всеми силами пытался устроить брак Итона со своей дочерью, не зная, что вступает в противодействие с королевой, которая и расстроила их помолвку, подведя к Итону Изабеллу. Королева в то время имела планы на герцога, но пока не получалось их осуществить. Ваенна узнала об этом от самой королевы буквально с месяц назад после оглашения помолвки Ваенны и принца Роу.

Сама же Ваенна действительно хотела замуж за герцога: во-первых, очень видный мужчина, во-вторых, очень богатый мужчина, в-третьих, серьёзная защита от родного отца, который постоянно втягивал дочь в разного рода заговоры и авантюры, не считаясь с её желаниями. А против герцога в открытую он бы не пошёл. Так что, к чести Ваенны, в будущие королевы она не стремилась. Но хватило и других дел, за которые эту изнеженную красотку можно было судить.

Это она тайно подбросила магический яд в кубок невесты герцога на обряде. Правда, она не знала, что установку на этот шаг ей внушила именно королева. Ваенна всегда считала себя самодостаточной и самостоятельной личностью. Кстати, избавиться от герцогской невесты она и сама горячо желала. Так что тут у них с королевой всё сошлось.

Народу в храме было много, а сам семейный храм Риверсов на территории замка был не так уж велик. Люди толпились тесно и проследить за всеми было трудно. Да, собственно, за этой леди никто тогда и не следил. Поэтому никто ничего не заметил. Но невеста, вернее, уже жена выжила и этот факт бесил Ваенну неимоверно. Естественно, что все улики она попыталась перевести на Изабеллу.

И вроде бы получилось, но вот она сидит в кабинете дознавателей, и какая-то старуха просматривает её память как книгу с картинками при этом брезгливо морщась. Бессильная ярость наполняла сознание девицы и это видели все, кто присутствовал на допросе.

Передачу денег наёмникам и заказ на похищение Мариенны герцог просмотрел особенно тщательно. Он-то склонялся уже к тому, что все эти покушения — дело королевы, а оказалось и без королевы нашлась коварная и опасная дама. Но блок у наёмника, как и у Изабеллы был поставлен королевой. Причём она использовала новый метод — блокировка на расстоянии. В обоих случаях леди Ваенна вводила заранее приготовленный блок на свой разговор с исполнителями им в кровь под видом принятия клятвы неразглашения.

Кстати, блоки стоили дорого и составляли немалую часть собственного дохода королевы. А занималась их реализацией её личная служанка. Вот такие открылись подробности.

Совершенно по-новому посмотрел мужчина на кукольное личико этой твари. Никакой жалости и сочувствия у него к этой семейке не было. И отец, и дочь стоили друг друга. Хорошо, что их жена и мать ещё в молодости сама удалилась в дальний монастырь и не знает теперь позора. А, может, и не сама, философски заключил герцог.

Леди Зои между тем закончила работу и вернулась в кресло, на ходу подхватив стакан с водой. «Уводите» — распорядилась она и вновь они с герцогом остались одни. «Слишком много тайн, — неожиданно осознала графиня. — Опасно!»

— Итон, я оставлю тебя. Дальше разбирайся сам, но советую, никого, повторяю, никого, кроме Остина, не посвящай в результаты этого расследования. Опасно!

— Согласен, леди, — угрюмо ответил герцог сам шокированный полученными данными.

— А по поводу королевы, — вспомнила графиня, — пришли мне её вещь домой, можешь вместе с Алексом, но можно и без него. Я и правда сегодня сильно устала. Хотя и так уже ясно: она маг.

Герцог проводил леди до дверей и, поручив её Остину, вернулся к столу. Спрятал кристаллы в потайной ящик, о котором никто не знал и задумался. Кажется, у него начала складываться картина предстоящей операции…