Глава 12

Районная поликлиника около дома Ивлевых

Да, сейчас с Китаем отношения очень плохие, так что вопрос вполне закономерный. Но отвечал я, конечно, исходя из знания будущего.

— У китайцев сейчас, — сказал я, — настолько большие проблемы с экономикой, что у них нет денег на разработку и тех ресурсов в полной мере, которые у них на собственной территории имеются. Они даже не могут те запасы нефти, которые у себя добывают, в полной мере освоить. Из-за этого они сейчас часть добытой нефти за рубеж даже продают. Промышленность недоразвитая, грузовиков мало и легкового транспорта, вот и нет нужды в таком количестве нефти для своих нужд.

Угля у них навалом, не меньше, чем у нас, а то и больше. В наших запасах они точно не нуждаются.

По добыче газа тоже есть достаточно серьезные заделы и запасы, в нашем газе особо в ближайшие десятилетия нужды у них нет.

Следующий момент. Китайцы, как бойцы, нашим советским солдатам не ровня. Посмотрите сами, что на острове Даманском происходило не так и давно. Китайцев в несколько раз больше было, чем наших пограничников. А победу-то именно наши ребята одержали. Вот вам сразу же и сравнение, кто лучше воевать умеет.

И китайцы же тоже это поняли, раз в конце концов прекратили эти стычки устраивать. Удостоверились, что их солдаты нашим сильно уступают.

А так, конечно, атомное оружие у них есть, как и у нас, но, сами понимаете, никому не на пользу будет ядерными ударами обмениваться.

Китай очень густонаселенный. Причем основная масса жителей проживает в основном вдоль побережья, а не вдоль нашей границы. Сотня наших мощных ракет ударит по побережью, и там сотни миллионов жертв у них сразу будут. Они тоже это учитывают.

Следующий момент. Китайцы очень теплолюбивые, не любят они в холоде находиться. Так что кричать многие из них могут, что надо забрать природные ресурсы у СССР. Но вот жить в Сибири, к примеру, при минус сорок градусах зимой они абсолютно не готовы. На лето еще, может, и готовы приехать, а вот едва морозы ударят, тут же их словно и не было.

Но естественно, что китайцы со временем за ум возьмутся, станут более эффективно хозяйствовать. Никуда они не денутся. И нефть та же понадобится, своей хватать уже не будет. Но тут же сразу же другой вопрос будет очевиден. Страна-то огромная. Думаю, со временем там до полутора миллиардов человек будет жить. А в экономике с таким населением совсем не сложно будет заработать достаточно денег для того, чтобы природные ресурсы у того же самого Советского Союза или у других соседей, у которых есть природные ресурсы в необходимых объемах, приобрести. Безо всякой войны. И суммы для этого не такие и большие будут требоваться.

Зачем ради этого воевать с Советским Союзом, у которого крупнейшие в мире запасы ядерного оружия?

Так что за китайцев я бы в наименьшей степени волновался. Вот НАТО — это действительно серьезнейшая угроза в адрес Советского Союза.

Эти все что угодно сделают, чтобы нам досадить. Хотя, конечно, и они тоже не готовы воевать с учетом нашего огромного запаса ядерных боеголовок и средств их доставки. Понимают, что это будет война, в которой никто не сможет выиграть, все одинаково сильно пострадают. Так что они будут иначе действовать, будут пытаться разобщить нас изнутри, обрушить нашу страну при помощи идеологических диверсий.

Ну после такого, конечно, тут же начались вопросы. В том числе и по тому, как именно идеологические диверсии Запад будет у нас устраивать. И мне, конечно, с учетом опыта восьмидесятых, ответить совсем на эти вопросы не проблема была. Сколько уже лет я об этом выступаю в СССР? Вспомнил даже с определенной ностальгией, как счастлив был в Святославской школе наш директор, когда я выступления на эти темы начал делать…

Я отвечал, видимо, набив уже руку, настолько исчерпывающе и убедительно, что к концу моей работы с коллективом меня тут глубоко зауважали, и даже аплодисментами из зала проводили.

А я и рад, тем более при предварительном знакомстве перед лекцией успел уже заведующей поликлинике сказать, что и я, и родственники как раз в этом районе живем. А когда заведующая поликлиникой удивилась тому, что меня тут раньше не видела, уточнил еще, что я сейчас со своей семьей к Кремлевской поликлинике прикреплен. А вот мама моя и ряд других родственников все же услугами ее поликлиники пользуются.

Собственно говоря, думаю, что этого, да еще и последующего успешного выступления, которое явно понравилось медперсоналу, учитывая, что я без запинки и подробно отвечал даже на самые каверзные вопросы, должно было хватить, чтобы хорошие связи тут наладить.

Так что если вдруг понадобится мне что-нибудь от руководства этой поликлиники для своих родственников, этот вопрос я решить смогу практически влет.

Япония, Токио

Министр внешней торговли и промышленности Японии читал аналитическую записку по перспективам продаж электротехники в странах Южной Азии в следующем году, когда щелкнул селектор и его секретарь доложил:

— Господин министр, к вам звонок из Министерства культуры. Звонит заместитель министра Нода, хочет с вами переговорить по вопросу, связанному с визитом советского театра.

— Соедините его со мной, — велел министр.

Кинув взгляд на календарь, он увидел, что время визита таинственного Павла Ивлева из СССР уже близко. На следующей неделе он уже с ним и должен встретиться.

Скоро он уже разговаривал с чиновником из Министерства культуры Японии.

— Господин Хаяси, — учтиво сказал тот, — я несколько озадачен новыми обстоятельствами в связи с визитом театра «Ромэн» в нашу страну, который состоится уже через несколько дней.

— Какими же именно новыми обстоятельствами? — вежливо спросил его министр.

— Дело в том, что с нами сегодня связался пресс-секретарь корпорации «Тойота». Корпорация очень хочет окружить одного из членов делегации максимальной заботой во время его визита на территорию нашей страны.

— И какого же именно члена? — спросил министр, начиная смутно что-то подозревать.

— Драматурга, автора той самой пьесы, что будет поставлена на подмостках нашего токийского театра, Павла Ивлева, — сообщил заместитель министра.

Министр некоторое время помолчал, озадаченный. Не вписывалось никак в его представление о мире, чтобы такая серьезная корпорация, как «Тойота», вдруг ни с того ни с сего решила окружить заботой и сделать максимально комфортным пребывание обычного советского драматурга в Токио. По крайней мере, ничего подобного раньше он припомнить не мог.

А с другой стороны, кто его знает, может быть, это дело обычное для Тойота? Просто он, поскольку раньше такие визиты с министерством культуры не обсуждал, не в курсе об этом? Так что он решил навести справки.

— Господин Нода, а подскажите, насколько часто у вас встречается такая практика во время визитов зарубежных драматургов в Японию, чтобы корпорации сами на вас выходили с такими пожеланиями?

— Честно говоря, господин министр, я сам несколько обескуражен, потому что до этого ничего подобного никогда не было. Обычно мы сами обращаемся из Министерства культуры за какой-то поддержкой к той или иной корпорации во время визита иностранцев. Но обычно эта корпорация имеет какое-то отношение к сфере деятельности иностранца. В данном же случае мы не можем никак соотнести, чем пьеса цыганского театра могла заинтересовать «Тойоту»… Насколько я помню сюжет пьесы, она даже и не о промышленности вообще… Там основные события в деревне проходят.

— А каким образом корпорация «Тойота» мотивировала свое желание поухаживать за советским драматургом? — спросил министр.

— В том-то и дело, что все это лишь обычные вежливые фразы о том, что им хочется сделать вклад в нашу деятельность и принять советского драматурга таким образом, чтобы он максимально впечатлился этой поездкой и уровнем гостеприимства японцев. — ответил Нода.

— Ну, звучит-то в принципе неплохо, — озадаченно сказал министр.

— Так вы, господин министр, санкционируете просьбу корпорации «Тойота» по ее участию в ходе программы визита этого драматурга?

Вопрос был очень непростой, учитывая, что заместитель министра культуры был в курсе о том, что во все это дело вовлечены еще и теснейшим образом спецслужбы Японии. Может быть, если бы не это, он бы и вовсе не позвонил бы министру, а просто молча принял бы предложенную корпорацией «Тойота» помощь. Министерство культуры Японии вовсе не шиковало, не так и много средств для его деятельности выделялось правительством…

Ну а в такой ситуации было понятно, что вопрос такой, несомненно, он должен был министру задать. Все же именно он и инициировал первоначально весь этот визит театра «Ромэн» в Японию.

Подумав немного, министр ответил:

— Думаю, что привлечение ресурсов одной из наших самых крупных корпораций для программы визита ничего плохого не сделает. Просто уточните с ними, какие именно мероприятия они хотят добавить? И при необходимости уплотните график, по которому во время визита этой делегации будут работать ваши специалисты. Ну и, само собой, согласуйте с теми, кого вы будете дополнительно привлекать.

Оба прекрасно поняли, что таится под фразой «теми, кого вы будете дополнительно привлекать». Некоторые вещи можно открытым текстом не проговаривать, и так все понятно. Значит, замминистру надо также будет связаться с Президентом Японской ассоциации культурных связей с зарубежными странами Иоши Учидой, а уж тот сам со спецслужбами все изменения в ходе визита согласует.

Положил трубку министр несколько озадаченный. Конечно, ему было интересно, с чего бы вдруг одна из крупнейших корпораций Японии вдруг озаботилась визитом того, кого они только формально пригласили как драматурга, а на самом деле он интересует их исключительно как аналитик.

Тут было сразу несколько возможных вариантов того, что происходит. Первый, который министру сразу показался самым маловероятным, это то, что Ивлев как драматург действительно велик. Что он у русских такая же фигура, как Чехов, только в современной драматургии. Настолько значим, что, может быть, кто-то из руководства «Тойоты», посещая Москву, увидел его пьесу в театре и так ей впечатлился, что решил оказать почести любимому иностранному драматургу во время его посещения Японии.

Эта версия неизбежно натыкалась на определенные неувязки. Министр прекрасно понимал, что спектакли в Москве идут, естественно, на русском языке. И он даже припомнить не мог, кто бы из крупных чиновников Тойоты владел русским языком на таком уровне, чтобы настолько впечатлиться от пьесы не на родном языке. Другое дело, будь она на английском, английским языком минимум половина директоров владела, или по крайней мере предпринимала огромные усилия для того, чтобы как следует его выучить. Но русским языком? Крайне маловероятно, что можно так впечатлиться чужой пьесой при помощи переводчика, который то и дело шепчет тебе на ухо, что происходит на сцене.

Второй вариант был, что в корпорации «Тойота» кто-то смог разузнать о том, с какой именно целью советского гражданина Павла Ивлева пригласили в Японию. Это означало возможную протечку, причем среди достаточно ограниченного количества людей. И вот это уже министра по-настоящему серьезно встревожило.

Ведь основная масса японских чиновников, которые приглашали «Ромэн» и обеспечивали будущий визит труппы со стороны Министерства культуры Японии, понятия не имеют о том, что вся эта поездка цыганского театра из Москвы организована с одной целью — вытащить аналитика Павла Ивлева на неделю в Японию, для того, чтобы понять его ценность для японской экономики. Толковые аналитики, работающие с иностранной фактурой, да еще способные к футуристическим выкладкам, очень редки. Так что с точки зрения министра все это того, безусловно, стоило. Тем более учитывая, как впечатлился после знакомства с Павлом Ивлевым его хороший друг, посол Японии в СССР, Тору Фудзита.

А ведь он его прекрасно знал и особо впечатлительным его назвать никак не мог. Тору циничный, прожженный политик, у которого была только одна слабая черта, как и у него: он очень любил свою страну. И переживал из-за того, что еще не все делается из того, что надо для ее возрождения после страшной военной катастрофы в тысяча девятьсот сорок пятом году…

Если в «Тойота» узнали, что Ивлев интересен правительству Японии как аналитик, то приходится полагать, что кто-то из японских разведчиков, которые вовлекли во все это дело с приемом Ивлева, одновременно занимается экономическим шпионажем для корпорации «Тойота» за рубежом. Так что вполне может быть, что он решил заодно поделиться и этой попавшей к нему информацией со своим спонсором.

Что же «Тойота» может захотеть от аналитика, про которого в корпорации узнали, что операцию по его приглашению в Японию организовал непосредственно министр внешней торговли и промышленности? Да много чего могут хотеть, пожалуй, — прикинул министр. — Если они узнали действительно все детали, в том числе про то, что Ивлев важен для меня как футуролог в области японского экономического развития, то вполне может быть, что у них есть банальное желание узнать от него прогнозы по развитию «Тойоты» в ближайшие десять — пятнадцать лет. Может ли корпорация рассчитывать и на дальнейший успех в этом временном промежутке?

В общем, конечно, в таком случае понятно, чем именно визит Ивлева их мог заинтересовать, — признал министр. А вот делать ли ему что-то по этому поводу или не делать — тоже очень хороший вопрос… С одной стороны, очень хотелось бы выяснить, кто конкретно слил очень деликатную информацию Совету директоров «Тойоты», все же это нехорошо, когда разведслужбы так текут. А с другой стороны, каким бы образом он мог это сделать? Ясно, что ни один из директоров «Тойоты» не станет сдавать выдавшего информацию разведчика.

Проблема еще и в том, что чиновников разного уровня японские корпорации покупают налево и направо, это совершенно обычное дело. Ни одна корпорация не обходится без огромного числа взяток, регулярно передаваемых в нужные руки. Ясно, что высокопоставленный разведчик, способный снабжать работающую на зарубежных рынках японскую корпорацию разной деликатной информацией, важен для «Тойоты». И терять такой источник по своей воле Совет директоров «Тойоты», конечно же, не захочет.

Оставалось утешаться только тем, что все же это именно японская корпорация получит информацию от Ивлева. Так что крайне маловероятно, что она уйдет куда-нибудь за рубеж. Она будет использоваться родной японской корпорацией «Тойота» для укрепления ее экономической мощи.

Что, в принципе, полностью отвечает тем целям и задачам, которые стоят перед министром внешней торговли и промышленности. Так что, наверное, надо относиться к этому достаточно спокойно, — решил все же он.

Москва, квартира Ивлевых

В пятницу 15-го февраля сидел дома и календарь рассматривал. Во вторник уже 19-го февраля, и с самого утра у меня самолет, вылетающий в Японию!

Деньги я сегодня с утра поменял уже, получив на руки кучу японских йен. Румянцев меня проинструктировал, что мне дали возможность сумму намного выше нормы обменять, чтобы я ни в чем себе в этой Японии не отказывал, так что к кассе я подходил уже с нужной суммой в советских рублях. В общем, получил на руки 175000 японских иен. Много это или мало, чтобы ни в чем себе неделю в Токио не отказывать? Без понятия, решил, что посмотрю цены в Японии и там уже себе представление составлю.

Учитывая, в какой компании еду, и что все время буду в поле зрения как КГБ, так и японских спецслужб, конечно, на продажу ничего с собой не брал. Совсем не та ситуация, не надо мне, чтобы потом меня этим то ли японцы, то ли наши шантажировали. А то и те другие, если обладают должной предприимчивостью. Но опять же, понимая, что помимо всяких спецслужб еду-то я с актерами и администраторами театра, прихватил всяких вкусностей, чтобы их угощать, не бегая по японским магазинам. Три бутылки водки, пару банок с красной икрой, сервелата финского три палки, консервов польских и болгарских с ветчиной шесть штук набрал. Знаю я специфику таких выездов — каждую йену мои попутчики будут экономить, чтобы побольше подарков домой привезти… Так что никаких ресторанов, если, конечно, не будут угощать аборигены…

Вечером начал уже с интересом готовиться к субботней поездке на стрельбище. Полковник этот инженерных войск, что с нами знакомство завел, обещал же нас на танковый полигон потом свозить после стрельбища. Какому же мужику не захочется из танка пальнуть?

Захотелось заранее проконсультироваться по этому поводу. Стал прикидывать, есть ли кто из моих знакомых, кто в танковых частях служил?

Сам припомнить не смог, Галию решил спросить.

— Вишневский из «Ромэна» служил в танковых войсках, — тут же ответила жена.

— Да ладно? — изумленно спросил я, а перед глазами у меня стояла огромная фигура Вишневского. В какой танк он сможет влезть? — Ты ничего не путаешь?

Жена даже немного обиделась.

— Как же я что-то перепутаю, если он на твой день рождения, подвыпив, долго об этом всем рассказывал? Времени совсем ничего прошло, чтобы я могла про это забыть.

В общем, не удержался я, набрал тут же Вишневского по рабочему телефону. Да, время позднее, но вечером в театре все только начинается…

— Михаил Русланович, добрый вечер! А правду говорят, что вы в армии в танковых войсках служили?

— Ну да, было такое. — ответил тот, — но это сборы были после окончания института. Трехмесячные.

— А как вы, извиняюсь, в этот танк вообще влезли? — озадаченно спросил я.

Тот понимающе засмеялся.

— Так ты бы, Паша, видел других моих друзей, которых со мной в один экипаж определили. Ты думаешь, я там был самый крупный? Как же ты не прав! Один мой товарищ был еще выше меня, а другой шире меня в плечах раза в полтора. Никто из нас в этот танк не влазил, мы сверху всегда на броне ехали…

В общем, понятно стало, что о деталях стрельбы из танка, что я хотел узнать, я у Вишневского явно уточнить не смогу… Не стал ему уже голову морочить, скомкал разговор. Про особенности службы танкистом при его габаритах он явно мне еще в Японии расскажет… Не только я водку туда повезу, ясное дело…

Но все мои планы и на стрельбище, и на полигон танковый были нарушены звонком от Захарова часов в семь вечера.

— Паша, здравствуй, — сказал он. — Завтра в одиннадцать утра будь как штык у меня в кабинете. Ты же в начале следующей недели в Японию уже уезжаешь, правильно?

— Да, правильно, — подтвердил я, не совсем понимая, зачем мне именно в субботу надо быть у Захарова.

— Ну, так я помню об этом. Поэтому договорился с архитекторами, что в эту субботу поработаем. — сказал Захаров. — Принесут завтра, короче, разные варианты плана обустройства аквапарка в Москве. Ты же, я так понял, в этом деле соображаешь, правильно, раз уж идея твоя? Горки там, все эти аттракционы различные. Специалисты там накидали разные варианты внутреннего обустройства аквапарка, исходя из той первой схемы, что ты мне тогда принес. Они не могли только ей ограничиться, им положено разные варианты предлагать, чтобы выбор был. И перед тем, как уже на комиссию их выносить, которая финальный план будет утверждать, надо, чтобы ты тоже посмотрел на варианты. Мало ли там какой из них лучше исключить, учитывая, что это первый такой объект в Советском Союзе, и схема внутреннего обустройства неправильно понимается нашими специалистами?

Ну и что тут сказать? Получается, завтра я и на стрельбище не смогу поехать, не то что потом из танка стрелять вместе с полковником Васильевым. Знаю я все эти совещания. Если на одиннадцать назначено, то часа два, а то и три это дело займет. Да, точно не меньше, а то и больше, скорее всего, учитывая, что аквапарк — все же это тебе очень крупный и серьезный объект. Надо как следует все их схемы посмотреть.

Тут же мне еще одна мысль в голову пришла. Учитывая, что Галия у меня фактически уже на промышленного дизайнера неплохо так обучается и с площадками с этими детскими задел у нее уже есть, и первую схему аквапарка она тоже по моим указаниям рисовала… И ведь по музею нашему она тоже кое-что уже толковое предложила. Так почему бы не дать ей возможность еще и по новым предложениям по аквапарку свои предложения высказать?

Так что я, конечно, свое согласие на завтрашнее участие в совещании дал и без всяких проблем получил еще от Захарова разрешение также и супругу свою привести на него.