Глава 9

Италия, Сицилия

Альфредо, как и рекомендовал ему Ивлев, после возвращения из Больцано домой немедленно переговорил с братом. Правда, Микеле не смог ему ничего сообщить по поводу того, чтобы его жена говорила с ним о каком-то задании от своего отца.

Узнав о том, что ее сестра уже призналась Альфредо в том, что отец требовал от нее делиться щекотливой информацией о делах ее мужа, Микеле сильно был озадачен. Альфредо прекрасно понимал, о чем он думает. Первая мысль — о том, что если Франческа тоже получила такое задание от отца, то теперь надо осторожнее с ней беседовать о делах на заводе. А вторая мысль могла вполне вызвать у его брата обиду, потому что если обе сестры получили одинаковое задание, то получается, что Альфредо с его женой повезло больше, раз она ему призналась о том, что ей поручил сделать Коста. Да и заодно отказалась шпионить за мужем.

А вот у Микеле дела обстоят гораздо хуже. Его жена может вполне сознательно готова шпионить за ним, чтобы порадовать какими-то новостями своего отца. Какому же новобрачному захочется такое заподозрить? В особенности, если отец его жены является видным представителем Коза Ностры с большим отрядом боевиков. И информация, которую он хочет получить, может привести к достаточно неприятным последствиям для его брата. Ну и Микеле был также вполне способен догадаться, что если у Косты получится обратно завод отжать, то его тут же с работы выпрут, как племянника Джино. Совсем без работы Коста его как своего зятя не оставит, скорее всего, ради дочки, но работать на чемоданном заводе точно не позволит. Что-нибудь другое предложит, в своей группировке, а значит, насквозь незаконное…

Альфредо договорился с Микеле, что если его жена все же проговорится или прямо сознается в том, что у нее тоже есть такое задание, то Микеле немедленно ему об этом сообщит. Но прошла уже неделя, а Микеле так ничего ему по этому поводу и не сказал. Теперь думай что хочешь: то ли его жена не получала такого задания, то ли его брату откровенно с ней не повезло, и она готова шпионить для своего отца.

А сам Альфредо немного даже и радовался, что именно так все вышло с женой Микеле. А то первые дни после свадьбы он все никак не мог отделаться от мысли, что не на той девушке женился. Думал о том, как бы ему сейчас жилось с Франческой, а не с Габриелой. Та все же тихая такая…

Но лучше шумная, но верная жена, чем тихая, но согласная за тобой шпионить!

Да, Габриела невероятная болтушка. Ничего не изменилось с тех пор, как он тогда с ней впервые познакомился. Приходишь домой с работы — и за полчаса она его уши загружает таким количеством в основном бессмысленной информации, сколько он за день на работе от всех своих подчиненных не получает. Но у всех свои недостатки.

Главное, что она доказала, что она его не предаст. Это уже большое дело. Да и девушка все же молодая и красивая. Авось и дети их тоже будут такими же красивыми. Интересно, размышлял Альфредо, получится ли из нее хорошая мать?

Пришлось также принять непростое решение по поводу того, как его жена должна с поручением от отца поступить. Подумав над словами Ивлева, Альфредо решил, что ему совершенно не с руки, чтобы его жена перенапрягала свою нервную систему, играя во все эти шпионские игры в качестве двойного агента. Уверяя отца, что она готова за мужем шпионить, но на самом деле работая в интересах Альфредо. Ивлев правильно сказал, что ей это на пользу не пойдет.

Так что Альфредо переговорил с супругой и убедил ее, что лучше будет, если она скажет отцу все как есть. Что теперь, как замужняя дочка, полностью верна своему мужу и шпионить против него не будет даже для родного отца. Так что пусть он эти идеи оставит.

До этого дня такого случая ей не представилось. Не по телефону же такое говорить. Но сегодня жена Косты позвала Габриэлу к себе в гости, в отчий дом. Приглашение для дочки включало и самого Альфредо, но он не испытывал никакого желания лично видеть Косту. Все же трудно развить в себе какие-то позитивные чувства в адрес человека, который не так и давно подсылал шесть боевиков убить его.

Так что он отговорился срочными делами на заводе.

Ну и тем более ему было выгодно, чтобы его жена одна поехала в гости. Тогда отец наверняка ее спросит о том, как она выполняет его задание. А она, как и велел ей Альфредо, должна будет ему сообщить, что не собирается шпионить за своим мужем, чтобы сразу поставить точку над «и» с этим вопросом.

Так что, конечно, Альфредо было очень любопытно, как отреагирует Коста на отказ дочери шпионить за ее мужем. Но он, естественно, узнает об этом только после того, как жена вернётся из поездки к родичам.

* * *

Москва, квартира Ивлевых

Было бы очень подозрительно для КГБ, если бы сестра, приехав ко мне из Италии, ограничилась со мной только прогулкой по улице. Советские люди так не делают. Так что нужно ее домой к себе вести обязательно.

Тогда у нас все логично выйдет. Я пошел после разговора с сестрой с собакой погулять. Видимо, сестра, как с женщинами часто бывает, опоздала минут на пятьдесят, так что я бродил, мерз, ее там на улице дожидаясь, чтобы встретить, раз уж все равно на улице вышел. А потом мы поднялись к нам домой и там провели какое-то время, весело болтая о всяких пустяках.

Диане, конечно, все эти нюансы не стал объяснять. Это я и себе, и ей алиби формирую. А то вполне может быть, что за Дианой сейчас будут следить, используя и прослушку в нашей квартире. Ясное дело, сделали сестре предложение на детектор лжи сходить и могут теперь внимательно отслеживать ее дальнейшие шаги после этого. На их месте я бы и сам так сделал, не рассчитывая на показания этого прибора. Тем более что он действительно еще очень несовершенный по сравнению с тем, во что в двадцать первом веке уже превратится. Так, фактически, первые шаги на этом направлении делают. Прекрасно работает против людей, которые вообще в первый раз в жизни с таким прибором сталкиваются. Тут само название кого угодно сломить сможет, вызвав уверенность в том, что эта машина совершенно точно сможет любую твою ложь разоблачить.

Впрочем, Диана восприняла мое предложение зайти ко мне домой естественно. Тем более что, само собой, несмотря на то, что мы совсем недавно виделись в Италии, когда я там гостил, она все же снова разных подарков привезла. И само собой, по старой привычке, в новом чемодане на колесиках. Хоть в этот раз не в самом большом чемодане подарки привезла… Среднего размера выбрала.

Да, это совсем не та девушка, что когда-то пакостила, вареньем Галие новую красивую одежду пачкая. Теперь это щедрая невестка богатого арабского миллионера, которая получает огромное удовольствие от раздачи подарков своим друзьям и родственникам.

Читал где-то, что для нормального человека, не страдающего чрезмерно от жадности, богатство доставляет наибольшее удовольствие как раз из-за возможности другим людям щедрые подарки делать. Всякие рестораны и отдых в дорогих отелях быстро приедаются, а это — нет.

Ясно, что у бедного человека такой возможности не имеется, хотя и очень хочется это делать.

Так что Диана как раз попадает в эту когорту не слишком жадных людей, которые внезапно разбогатели. Она получает искреннее удовольствие от того, что дарит подарки.

Я тоже люблю делать подарки, только мне приходится очень сильно ограничивать это желание. Вроде бы у меня достаточно неплохие официальные доходы, но все равно, если начну раскидывать деньги как с вертолета, подозрения ко мне определенные все же могут появиться. И, учитывая, в какие дела я вовлечен, подумают, конечно, не про то, что я в группировку вхожу, которая деньги в серой части экономики делает. А уверены будут, что я стал иностранным шпионом, что вполне логично, учитывая мои частые зарубежные поездки и большое количество контактов с иностранцами на дипломатических приемах.

Поневоле будешь тут себя сдерживать, чтобы, как Диана, не угодить на процедуру с детектором лжи.

Зашли с Дианой в квартиру. Тузик с совершенно умиротворенным видом тут же рухнул около батареи в гостиной. Вряд ли он замерз, конечно. Весна все же, и день достаточно теплый. Но, видимо, это особое собачье удовольствие — после прогулки по свежему воздуху у теплой, горячей батареи погреться.

Умеют все же звери расслабляться. Глянешь порой на Тузика, валяющегося у батареи, или на Панду, которая прямо на ней дрыхнет. И понимаешь, что домашние звери по-настоящему умеют расслабляться.

И все же хорошо, что у нас кошка и собака, а не какая-нибудь экзотическая тварь. До сих пор, как вспомню эту мартышку, так вздрогну. Эта тварь совершенно иначе, чем наши домашние животные, предпочитает расслабляться, устраивая погром как внутри квартиры, так и отдельные вещи за ее пределы на головы гражданам скидывая.

Интересно, кстати. Она все еще у соседей в домашних питомцах числится, или все же от нее избавились?

Открыл при Диане чемодан с ее подарками. Она с удовольствием мне показала, кому какой подарок привезла. Большинство подарков было для меня, Галии и детей предназначено. Но и маме моей привезла красивую желтую блузку на лето. И даже Эльвире с Никифоровной по шелковому шарфику из бутика. Хмыкнул, представив, как Эльвира с Никифоровной будут по деревне в шарфах от Кристиана Диора рассекать. Самые необычные советские бабки выйдут…

Если вдруг какой-то понимающий в высокой моде иностранец случайно будет проезжать через деревню и их заметит, то у него глаз задергается. Никак не сможет он себе объяснить, как советские пенсионерки в деревне могут себе позволить такую дорогую вещь. Начнет еще думать, что советское правительство специально высокий уровень жизни в деревне своих граждан скрывает с какими-то коварными целями. Может быть, чтобы на Западе ошибались в истинном размере советской экономики?

Сели с сестрой обедать. Я перекусил, когда ждал звонка от Дианы. Но праздничный стол, даже небольшой, в честь приезда близкой родственницы я накрыл. И что же сидеть за ним вообще без перекуса?

Спиртного никакого на стол не поставил. Диана все же на своей машине ко мне приехала. Она прекрасно знает, как я строго отношусь к выпивке человека, которому скоро за руль снова садиться. Так что даже и не заикнулась о том, чтобы открыть одну из двух бутылок мартини, которые в чемодане с подарками ей же были привезены. Правда, находись она в гостях у кого-нибудь другого, вполне может быть, не вела бы себя так же сдержанно, но это уже ее дело. Надеюсь, что все же таких глупостей делать она не будет.

Часа полтора просидели, а то и больше. Спустился вниз ее провожать, когда уже было пять вечера. Накрылись все мои планы по поводу поездки на завод, чтобы начать с семьей из прошлой жизни сближаться. Уже завтра с утра буду звонить профоргу на завод.

Диана тем временем, пока я размышлял над этим, перед тем как попрощаться и сесть в свою «Волгу», сказала мне:

— Эх, Паша, все никак не могу определиться, первый способ или второй выбрать? Первый способ красивый, а второй от меня гораздо больше усилий потребует. Вот я и думаю, какой из них для меня самой полезнее будет, надо же развиваться, правильно? — сестра вопросительно посмотрела на меня. — Все же, учитывая, чем я теперь занимаюсь, я уже не девочка из провинции, у которой самое большое огорчение — это когда в драке, что затеяла с другими девчонками, проиграла. Как ты мне там как-то говорил? Надо бросаться навстречу вызову, потому что только преодоленные вызовы делают тебя сильнее!

Вот вообще не помню, чтобы я Диане что-то такое когда-то говорил.

Правда, память у меня не идеальная, так что вполне пару лет назад мог я ей что-нибудь такое пафосное и ляпнуть, чтобы мотивировать ее заниматься собой. Ну да, вряд ли кто из знакомых Дианы мог бы сказать ей такое. Так что, наверное, все же от меня она это услышала, не перепутала.

Задумчиво кивнул и развел руками, предоставляя ей самой решать, как именно поступить по отношению к способу обмана детектора лжи.

Попрощались, чмокнула она меня в щеку и, жизнерадостная и полная энергии, укатила на «Волге» к себе домой.

Где-то через час Галия с работы пришла. Я ей помог раздеться и подождал, пока Валентина Никаноровна уйдет. А потом с торжественным видом вытащил красные корочки, полученные в МИД.

— Паша, у тебя что, новая работа? — обрадовалась Галия.

Выхватила у меня их из рук, открыла.

— Ого, референт Министерства иностранных дел Советского Союза. Это что, вместо твоей работы в Верховном Совете? — тут Галия скорчила задумчивую и немного недовольную мордочку. — Так что получается, ты теперь не в Кремле будешь работать, а в Совмине? МИД же министерством в Совмине является, правильно? Это же понижение?

— Нет, в Кремле я по-прежнему буду работать. Это просто еще одна подработка, — улыбнувшись, разъяснил я. — Видишь, не зря ходил к министру иностранных дел. Договорились с ним, что буду оказывать экспертное содействие министерству.

— Паша, это престижно, конечно, но слушай, ты не слишком много на себя работы набрал? — встревоженно спросила жена. — И так бывает, ночью встану, а у тебя под дверью кабинета свет горит. Я уже не тревожу тебя, понимаю, что работа какая-то срочная. Но нельзя же столько работать!

— Да я и сам это понимаю, милая, — улыбнулся я Галие, тронутый такой заботой с ее стороны, — к счастью, договорились с Громыко, что каждый день в МИД ходить не надо. Раз в две-три недели меня будут на какие-нибудь совещания выдергивать, чтобы я там свое веское слово мог сказать.

— А, ну тогда ладно, — сразу успокоилась Галия. — Это неплохой совсем вариант получается. Не вместо Кремля, а дополнительно… И не переработаешь, получается…

— Не то чтобы я рвался еще одну подработку на себя взять, но пришлось согласиться, — сказал я, — чтобы министру не отказывать. Громыко — человек все же очень серьезный и влиятельный, и сама понимаешь, что если он такое вот предложение делает простому студенту, отказ ему будет выглядеть оскорблением.

— Да я понимаю, — сказала Галия. — Ладно, раз в две-три недели — ничего страшного. Поздравляю тебя, Паша, молодец ты у меня.

Жене вот все рассказал. А учитывая, что прослушка работает, еще и Андропов теперь в курсе будет, что меня и Громыко тоже ценит. Это хорошо, когда ты много кому нужен. Каждый из тех, кто тебя к себе перетягивает, тебя больше будет ценить, чем когда ты только в одном месте кому-то пригодился.

* * *

Рим, офис контрразведки Италии

С информацией по поводу Тарека Эль-Хажж помощник появился раньше, чем рассчитывал его шеф. Он думал, что ему понадобится как минимум несколько недель, чтобы собрать информацию, что он от него запрашивал. Но тот управился гораздо раньше. Начал, держа в руках папку, зачитывать отдельные моменты:

— Поступила информация из Ливана по поводу Тарека Эль-Хажж. Старший сын уже давно уехал во Францию. Женат, есть ребенок. Младший сын женился два с лишним года назад, детей нет. Сам Тарек женат на одной и той же женщине, несмотря на то, что серьезно увеличил семейное состояние за время брака.

— Вот что значит араб, — печально улыбаясь, сказал глава контрразведки, который уже дважды был разведен. — Женам и в голову не приходит подавать на развод, чтобы отсудить себе половину денег мужа.

Алессандро не стал комментировать это замечание шефа, прекрасно зная о его семейных обстоятельствах, и продолжил:

— Отзывы о Тареке Эль-Хажж самые лучшие. В какой-то дестабилизации ливанской политики не замешан. Если и жертвовал кому-то из политиков деньги, то про это никому не известно. В политической борьбе не участвовал, никуда не избирался. Получил неплохое состояние от отца. Но в несколько раз его приумножил за время самостоятельного ведения бизнеса.

— Что там у него за бизнес, кстати? — перебил его Винченце.

— Торговля фруктами. Тарек долгое время был один из самых серьезных ливанских оптовых торговцев в этой сфере, поставлял эти фрукты пароходами во многие регионы мира, в том числе в Италию. Возможно, именно поэтому принял решение переехать вместе с заработанными деньгами к нам сюда. Продал большую часть фруктового бизнеса конкурентам и теперь у нас развивает свой чемоданный бизнес.

— Странно, что не в Париж поехал, где уже давно обосновался его старший сын. Арабы обычно предпочитают жить рядом со своими родственниками. — наморщил лоб глава контрразведки.

— Возможно, старшего сына планирует потом подтянуть к себе в Больцано, — пожал плечами Алессандро. — Тем более, что часть родственников он уже в Больцано к себе перетащил. Там приобрела дом семья его дочери Медины с мужем Насиром. В этом огромном доме они все и живут. Еще и дом в Давосе купили, в Швейцарии… Последний месяц, кстати говоря, Медина и Насир там и живут.

— Понятно, — задумчиво сказал Винченце. — Отзывы, говоришь, самые положительные, ни во что радикальное Тарек точно не замешан.

— Похоже, что так, шеф. Ливан — страна маленькая. Было бы что-то такое, мы бы точно об этом узнали.

— И что же? Все-все у него гладко? Или все же есть что-то, что может объяснить, почему проживающий в Италии иностранец ко мне пришел с таким предложением?

— Нашли кое-что любопытное, — сказал шефу помощник, положив папку на стол перед ним. — Оказывается, один из наших людей получал запрос от французской разведки на содействие в слежке за членом семьи Эль-Хажж. Его невесткой, Дианой. Она русская, из Москвы. Вышла замуж за его младшего сына.

— И почему я не знал об этом? — недовольно спросил его шеф. — Как такой запрос вообще мог пройти мимо меня? И мимо тебя, кстати?

— Объективные обстоятельства, синьор Конти. Ни я, ни вы об этом не в курсе, потому что вы тогда были в отпуске. И этим делом целиком и полностью занимался ваш заместитель, Серджио Грегоруччи. От него как раз всю эту информацию я и получил. Сами понимаете, меня во время вашего отпуска он не во все дела посвящал. Он же не обязан передо мной отчитываться.

— Понятно. И какой он вынес вердикт?

— В содействии французам отказать, но не мешать им заниматься слежкой на нашей территории.

— А почему в содействии с нашей стороны отказал?

— Потому что, как он объяснил, французы не предоставили никаких улик. Просто такое впечатление, что вообразили себе, что эта молодая девчонка работает на КГБ только потому, что родилась в России. Сами согласитесь, достаточно хлипкое основание. Тем более учитывая возраст и то, что она еще является студенткой, причем совершенно гражданского московского вуза. В анкете на вид на жительство это указано.

— Тогда да, решение совершенно правильное. — раздраженно всплеснул руками Конти. — К чему нам расходовать свои и так скромные ресурсы на такую ерунду? У нас в Италии живут тысячи русских. Вполне может быть, что кто-то из них действительно работает на КГБ. Но подавляющая часть никак не связана с советской разведкой. А французы пусть, вообразив себе что-то, тратят свои ресурсы на эту глупую возню. Им намного больше денег выделяют их политики, чем наши нам.

Немного успокоившись, глава контрразведки продолжил:

— Теперь надо обдумать визит этого Тарека Эль-Хажж ко мне с учетом этой новой информации. Может ли так быть, что он засек этот интерес французов? А дальше поступил, как всегда арабы у себя на родине делают. Решил, возможно, что это не французы, а мы следим за его невесткой. Вот и пришел, занес нам деньги, чтобы мы отстали от его семьи. Естественно, прямо об этом не говоря, но рассчитывая на то, что мы будем ему обязаны и вполне можем пойти навстречу.

— Совершенно не удивлюсь, шеф, если так оно и есть, — согласно кивнул Алессандро, — вы правы, арабы всегда и везде поступают именно так. С этой точки зрения, если это является побудительным мотивом для этого визита к нам, то он ведет себя совершенно типично.

— Поступим следующим образом, — вынес вердикт глава контрразведки. — Сделай запрос французам по поводу этой Дианы Эль-Хажж. Попроси поделиться вновь появившейся информацией по ее делу. Намекни, что в случае, если они представят что-то интересное, что является больше, чем просто подозрением, мы готовы будем задействовать наши собственные ресурсы, чтобы помочь им. Это их наверняка подхлестнет, чтобы поделиться всем, что у них есть по этому делу. Если там действительно что-то появилось, то нам с тобой нужно на это внимательно посмотреть. А если ничего не смогут представить, кроме своих прежних подозрений, то пусть и дальше занимаются этим тухлым делом на свои средства. И если в ближайшие пару месяцев никаких улик не предоставят, то надо намекнуть им, что пора уходить с нашей территории.

— А как мы поступим с Тареком Эль-Хажж? — спросил его помощник.

— С учетом имеющейся информации, деньги мы в любом случае у него возьмем. Бюджет у нас в самом деле абсолютно тощий. И без пожертвований от бизнесменов нам никаких успехов в борьбе с террористами не достичь. Уже, собственно, и не до шпионов, одни террористы все внимание приковали. И сижу я тут как на вершине вулкана. Каждая новая атака террористов, которую мы не можем раскрыть, может привести к тому, что меня с этой позиции выкинут.

— Все верно, шеф, — с печальным видом кивнул помощник.

— Тем более нужно учитывать и вариант, что Тарек вообще не подозревает о том, чем заняты французы в отношении его невестки. Просто искренне предложил нам деньги, потому что хочет, чтобы мы побыстрее разобрались с террористами. Тем лучше, если так. Лояльные к власти иностранцы с кучей денег нам в Италии очень пригодятся. Надо, главное, постараться выбить из него побольше. Перезвони ему и назначь следующую встречу в ближайшие дни. Хотя нет… Все же давай сначала дождемся ответа от французов…