Глава 2

После ресторана мы разделились. Мы с Маратом на его машине поехали на тренировку по самбо на ЗИЛ, а Галия пообещала закинуть Аишу к ней домой, прежде чем домой на нашей машине поехать.

Само собой, последние полтора часа перед тренировкой мы с Маратом уже ничего не ели, нечего пузо набивать перед серьезными физическими нагрузками. Просто разговор поддерживали с девушками, которые ни в чем себе не отказывали.

Сатчан сегодня на тренировку пришел. Работали с ним в паре. Поднял в разговоре, когда тренировка закончилась, тему возобновления наших совместных прогулок по субботам, но уже в велосипедном формате. Сатчан поддержал мое предложение с энтузиазмом.

– Слушай, нам определенно стоит это сделать, – сказал он с воодушевлением. – Тем более Римма уже пару раз ныла, вспоминая, как мы здорово на лыжах катались по субботам с вами. А велосипеды тоже тема хорошая.

Вот только, наверное, стоит мне обновить своего двухколесного друга. Мне его купили, когда мне было пятнадцать лет. Так-то в последние годы я не очень на нём много ездил. Но всё же модель-то сильно устарела. А у Риммы вообще сейчас велосипеда нет. Она свой подруге одолжила, а та на нем в аварию попала, и он там и погиб. Подругу жалко, хоть она и не сильно пострадала, мы с нее денег не взяли в возмещение, но и велосипеда у жены теперь нет.

– А у нас нет вообще велосипедов. Как-то не собрались еще прикупить. – признался я.

– Ну так это вообще не вопрос, когда есть деньги и связи, – махнул рукой Сатчан. – Давай поедем на ту же самую базу, где подарки для детей из детского дома на Новый год выбирали. Да купим сразу четыре штуки. И нам, и женам.

– С женами нам, что ли, туда приехать, чтобы сразу оттуда на велосипедах по домам вернуться? – предложил я. – На машине-то не увезешь велосипед без специального багажника… А тут еще и две штуки у каждого будет, если без жен…

– Да ни к чему такие трудовые подвиги, – махнул рукой Сатчан. – Договоримся просто с заведующей базой, чтобы нам на грузовых машинах потом на дом велосипеды эти в удобное для нас время привезли. Но тему багажников ты поднял очень правильно. Где мы вообще кататься будем? Просто по тротуарам, встречаясь где-то посередине между нашими домами? Но пока мы туда доедем, уже выдохнемся, боюсь. Какая тут совместная прогулка, если потом еще обратная дорога предстоит? А если снова на Лосиный остров выезжать, то надо велосипеды туда довезти на чем-то. Каждый раз грузовую машину нанимать не будешь, когда захочешь покататься…

Я еще раз пожалел, что в Италии заработался и совсем забыл вопрос про багажники поднять, как и про велосипеды. Ладно, с велосипедами вопрос теперь решим на торговой базе… Ну а по багажникам…

Махнув рукой, сказал Сатчану:

– Слушай, у меня на одном из заводов мастер хороший есть, Василий Карнабеда. Он любые технические новинки без проблем осваивает. Надо нам с тобой просто приобрести по обычному багажнику на крышу, а ему отвезти их и поставить задачу модернизировать так, чтобы на каждом по два велосипеда можно было на крыше перевезти. А в моем случае я попрошу его сделать еще так, чтобы можно было не только два больших велосипеда на крыше везти, но и два маленьких детских. Заранее пусть сделает, чтобы, когда мои парни через пару лет подрастут, можно было и их тоже на велопрогулки брать.

– Я тогда тоже закажу у него еще и на дочку крепление на маленький велосипед, кроме наших с Риммой. – задумчиво сказал Сатчан. – Кстати, именно на Лосинный остров, наверное, сейчас смысла ехать нет. Сейчас там грязь страшная, наверное.

Я улыбнулся, учитывая, что сам недавно точно о том же думал, и сказал:

– Так пока велосипеды купим… Пока Карнабеда нам багажники переделает… Авось уже дождей к тому времени поменьше станет и посуше в заповеднике станет, чтобы на велосипедах ездить можно было.

– Ну что же, и верно. Вряд ли мы со всем этим делом уже к следующей субботе уложимся, – согласился со мной Сатчан. – В общем, так сделаем. В понедельник я с завбазой созвонюсь, договоримся с ней о времени, когда мы с тобой подъедем велики смотреть. Вторник или среда тебя устроят?

– Предварительно да, – сказал я, – у меня понедельник пока что плотно расписан. А вторник и среда пока свободны, еще даже и не знаю, что там у меня будет.

В общем, провели время на самбо не только с толком для своей физической формы, но и важный вопрос на будущее решили.

Этим же вечером я еще к маме и Ахмаду забежал, передал им приглашение во французское посольство, и поговорил по поводу конспирации. Впрочем, с подставными именами не стал заморачиваться, тем более что Ахмад уже человек серьёзный, помощник заместителя министра, вполне может своих знакомых встретить. Какие еще подставные имена?

Ну и учитывая, что прием однозначно будет большой по числу людей, мама с отчимом легко там затеряются. Это я Марата с Аишей так дотошно инструктировал, потому что они очень молодые, а таких гостей на дипломатических приемах раз, два и обчелся, они сильно будут заметны. А Аполлинария с Ахмадом как раз в возрасте большинства посетителей находятся, там сотни будет таких, как они, женщин и мужчин, в возрасте от сорока до пятидесяти лет.

Ну а так, конечно, они обрадовались. Понравилось им в прошлый раз на приеме, когда я их тоже вместо себя отправлял.

Единственно, о чем договорились еще, как и с Маратом с Аишей – что друг друга замечать не будем, словно незнакомы. Ну так, на всякий случай чисто…

В субботу съездили на стрельбище только. Погода была адская. Не пропусти мы уже несколько раз, то и не поехали бы. Как стрелять в таких условиях, когда ливень льет? Но выхода не было, для меня же такие вот поездки вообще обязательны, учитывая, что у меня они заменяют военную кафедру.

Догеев, правда, вначале высказал мне свое недовольство. Мол, где столько суббот пропадал? Но услышав, что я в Италию ездил, да еще и привез ему оттуда в качестве сувенира бутылку Мартини и рецепты нескольких коктейлей, что с этим напитком делают, тут же сменил гнев на милость. Ну кто бы сомневался…

И стрелять нас милосердно отправил в тир под крышу. Там, конечно, дистанции небольшие, но ради разнообразия из пистолетов сегодня постреляли. Потому как в грязи лежать с винтовкой под ливнем смысла особо не имело. Мишеней все равно дальше полусотни метров видно не было.

Людей сегодня на стрельбище было очень мало. Почти никого из обычных знакомых не встретили. Видимо, все, кто имел выбор, ехать или нет, предпочли не поехать по такой погоде.

Приехали домой, а нам Валентина Никаноровна говорит:

– Павел, вам звонила ваша сестра Диана.

Обрадовался. Думал, конечно, время от времени, как там Диана, прошла ли она уже этот самый детектор лжи, или пока ее на него не направляли? Особенно, впрочем, я за сестру не волновался.

Главное же что? То, что она не предательница. Ну а если даже вдруг не сможет обмануть полиграф, то из-за того, что КГБ узнает, что она мне про свою работу на комитет разболтала, по идее, ничего страшного не случится. По счастливому стечению обстоятельств у председателя КГБ ко мне вопросов нет по поводу моей способности хранить тайны. Так что, по идее, Диану пожурят, но простят.

Ну а что касается возможных вопросов по поводу того, чем мы с ней владеем в Италии, то надеюсь, что Диана достаточно умна, чтобы просто отказаться на такого рода уточняющие вопросы отвечать. И по идее ее не должны вокруг пальца обвести разными хитрыми формулировками, как бы ни пытались сформулировать вопросы так, чтобы ее обмануть. Она уже не наивная советская девчонка, в бизнесе кое-что начала соображать, а там без понимания разнообразных хитростей никуда.

Да нет, я на девяносто пять процентов был уверен, что Диана справится, следуя моим рекомендациям. Я бы и на сто процентов был уверен, но тут же и какие-то другие факторы сыграть могут, которые не угадаешь. Мало ли, просто самочувствие у Дианы в этот день будет не очень, и она не сможет сконцентрироваться на моих инструкциях. Жизнь – штука непростая. Надо это тоже учитывать.

Набрал тут же сестру по домашнему телефону. Диана сразу же трубку сняла. И, судя по ее веселому голосу, явно никаких проблем с детектором лжи она не получила.

– Паша, привет, – сказала Диана. – Думала вам с Галией предложить где-нибудь в ресторане посидеть, но погода мерзкая. И с утра вас не застала, а сейчас вы, наверное, уже свою няню отпустили…

– Ну, еще нет, но такая договорённость с ней у нас есть, – сказал я, скосив глаза на неспешно собирающуюся Валентину Никаноровну. Я ей еще пока Диану набирал, сказал, что до дома ее на машине отвезу, не дело ей пешком по такой погоде идти.

– Давай тогда я к вам подъеду домой, хорошо? Посидим у вас, поболтаем? Как тебе такой вариант?

– Очень даже положительно его воспринимаю, сестренка, – улыбнувшись, ответил я.

– Я тогда еще в кулинарию забегу и за сладким тоже, – сказала Диана. – Сами этим не занимайтесь. Раз я за час до приезда в гости напросилась, то угощение тоже с меня.

На том и уговорились. Отвез Валентину Никаноровну, занялся продумыванием статьи для «Труда» про зоопарк. А как время подошло, взял Тузика, зонтик и пошел вниз Диану встречать. Ясно, что надо вначале пообщаться без прослушки на деликатные темы. Дождь там или не дождь, деваться некуда.

Тузик, когда я его позвал, вначале на окно посмотрел, потом на меня, выражение на морде было непонимающим. Утром он уже гулял, а что такое ливень, прекрасно понимает. Но видя мою решимость, все же решил мне компанию составить.

– Панда, может мне тебя тоже на улицу взять прогуляться? – шутливо спросил я кошку, дрыхнувшую на боку на телевизоре.

Кошка проснулась моментально, и тут же на всякий случай спрыгнула с телевизора и рванула к жене под ноги за защитой. Посмотрели бы на это те, кто уверены, что животные не понимают, что люди им говорят.

Под смех Галии мы с псом и покинули квартиру.

Переговорили, само собой, наедине с Дианой, прогуливаясь под дождем. Она же умная, она тоже зонтик взяла. Один Тузик был без зонтика, но он тоже умный, он в подъезде остался. Еще до приезда Дианы метнулся к ближайшему дереву, свои дела сделал, и из подъезда больше и не выходил. Правда, провожал нас таким взглядом, что было видно, что он явно усомнился в нашем здравом рассудке…

– Ну как все прошло, сестричка? Судя по твоему радостному настроению, все уже позади и обошлось без проблем? – спросил я.

– Да, Паша, – улыбнувшись, сказала Диана. – Прошла я уже этот детектор лжи. И, судя по всему, прошла очень неплохо, потому что Артамонова больше новыми запросами не надоедает.

– Ты понимаешь, что даже если бы всё прошло не очень, тебе бы об этом не сказали, наверное? – решил заставить ее мыслить более критично я.

– Да нет, нормально все! – махнула рукой Диана расслабленно. – Ну и у меня самой есть ощущение, что всё прошло нормально. Специалист, что со мной работал, не был напряжен, когда мы расставались. А был бы напряжен, я бы это и без всякого детектора лжи почувствовала. Попала как-то с ним на одну волну…

Тут улыбка с лица Дианы пропала.

– Другое дело, что я на КГБ, конечно, сильно обиделась. Что это еще за недоверие такое? Я им, понимаешь, притаскиваю достаточно ценные вещи. Не рассказывала о них тебе, но теперь уж, раз такое дело и мне не доверяют, давай расскажу. Подслушала я как-то разговор французских офицеров в прошлом году о том, что на итальянскую базу Авиано будут переводить американское ядерное оружие. Ну и, само собой, бомбардировщики, которое это самое ядерное оружие способны в воздух поднимать и в случае чего, на Советский Союз скидывать. Рассказала все Артамоновой. Она вскоре после этого майором стала. А мне почетную грамоту дали. Ну, ты понимаешь связь этих событий?

– Ого, – восхитился я совершенно искренне. – Да ты, сестричка, настоящий крутой советский разведчик. Поздравляю тебя!

Диана снова махнула рукой, и продолжила:

– Я, кстати, когда в Италии потом была, видела статьи про очень интересные события вокруг базы Авиано. Там и тогда, и сейчас сплошные демонстрации местных жителей против ввоза ядерного оружия, потому что Советский Союз в случае войны, само собой, тут же ударит по этой местности своими ядерными ракетами. Помирать они не хотят, вот и сражаются за то, чтобы американцев с их ядерным оружием там и ноги не было. Я так понимаю, что, скорее всего, и наша советская разведка свое слово сказала, чтобы все эти местные в Италии так сильно засуетились и выступили против американского ядерного оружия.

– Ну это, несомненно, так и есть, – кивнул я. – Да, Диана, ты молодец.

– И вот представь себе, Паша, после этого ко мне вдруг вот такое отношение недоверчивое. Проверка на детекторе лжи, словно я какой-то шпион или враг! А зачем мне всё это нужно? Я и так не по своей воле во всё это дело ввязалась. Руки мне выкрутили, угрожая, что проблемы создадут тебе и Тимуру. Но я добросовестно же работала, учитывая эту ситуацию с Авиано. Согласись?

– Конечно, сестричка, – кивнул я. – Не уверен, что какой-нибудь кадровый разведчик КГБ, который за рубежом лет десять-пятнадцать проторчал, такую же пользу смог принести, сколько ты одним этим сообщением про Авиано сделала.

– Ну вот, Паша, и ты со мной согласен, что я большую пользу стране принесла и не заслуживаю такого к себе отношения. Так что да, я серьезно на комитет обижена.

– Не пытаюсь это решение тебя на детектор лжи отправить оправдать, но имей в виду, – сказал я, – что в разведывательном деле подозрительность ко всем – это основа основ. Знаешь, к примеру, как британцы немецкую разведку во время Второй мировой войны дурили? Почитай, если попадется эта информация, это очень интересно. Немцы тогда проявили излишнюю доверчивость, и большинство немецких агентов на территории Великобритании на самом деле работали под полным контролем британской контрразведки, посылая массу фальшивой информации в Берлин.

Вот чтобы не быть такими лохами, любая современная спецслужба стремится никому не доверять, даже собственным сотрудникам. Так что, ты все же слишком сильно не обижайся. Уверен, что точно такую же проверку они проведут и для всех своих кадровых сотрудников. И Артамонова твоя, в конце концов, тоже на этот же детектор лжи попадет обязательно. И будет в кресле сидеть с датчиками на теле и потеть, переживая…

– Артамонова? – с мстительным взглядом сказала Диана. – О, ну это было бы здорово. Интересно даже представить, как она будет вертеться, как уж на сковородке, если её начнут расспрашивать про отношения с ее агентами. Надеюсь, что спросят, дарили ли ее агенты ей какие-нибудь ценные подарки? Лично я ей уже привезла подарков на сотни долларов. Интересно, разрешено ли у них брать такие серьезные подарки вообще от агентов? Если нет, то я ей не завидую.

Ну ладно, раз такое дело, то подумаю еще. Но что-то я не уверена, что хоть сколько теперь буду готова рисковать ради того, чтобы что-то интересное в Москву привести…

– Ну, вот это совершенно правильно. – сказал я сестре. – Рисковать тебе точно не надо. Одно дело, ты где-то прогуливаешься в какой-то компании, что-то услышала, запомнила и потом по приезду в Москву сообщила. Другое дело, если ты, добывая какую-то информацию, себя под удар подставишь. Помни, кстати, о том, что если тебя смогут поймать, то и у Фирдауса с Тареком дела очень печально пойдут. Вплоть до того, что их из Италии депортируют. Бизнес, не знаю, правда, отнимут или нет, но теоретически могут, если поверят в то, что они тоже на советскую разведку работали. Тем более что ты же акционер в «Роза Россе»… Так что цена твоей ошибки – это не только твоя личная свобода, но и в том числе и весь этот бизнес на миллионы долларов, который Эль-Хажжи построили.

– О, – сказала Диана, округлив глаза. – Что ж ты раньше мне про это не говорил? Тогда вообще, конечно, я теперь буду суперосторожна. При таких-то ставках. Нищей снова я оказаться не хочу. Это однозначно.

На этом разговор на улице закончили. Зонтики-зонтиками, а сыро очень, продрогли. Тузик аж облегченно гавкнул, когда мы к подъезду подошли. Мол, наконец решили поступить разумно, и вернуться под крышу. Забрали пакеты с угощениями, что Диана с собой привезла из машины, и пошли к нам домой.

Галия, едва в квартиру вошли, тут же начала благодарить Диану за подарки, что она в прошлый раз у нас оставила.

Сели за стол, помимо привезенных угощений еще и свою еду на стол выставили.

– Кстати говоря, – сказала Диана, – вы уже определились с датами, когда Галия с детьми поедет к нам в Италию? Свекор просил уточнить уже. Тем более и я постараюсь подстроиться к вашей поездке. Будем с тобой, Галия, бродить по модным магазинам и покупать все подряд, это очень весело.

– А как же дети? – спросила Галия, по заблестевшим глазам которой я понял, что такая программа визита в Италию ее более чем устраивает.

– Про детей вообще можешь не волноваться. Найдем опытную няню, да еще и со знанием русского языка. Ее будут и телохранители сопровождать на всякий случай. Если есть деньги, то все эти вопросы очень легко решаются.

– Ну тогда магазины – это здорово! – радостно сказала Галия.

– Давай, Диана, ты нам поможешь определиться с датами, – сказал я. – По идее, лучше, наверное, если у вас в Италии уже потеплее будет. Тогда уже и поехать…

– Да в принципе, – сказала Диана, – больших холодов уже и не ожидается. У нас все же не горы там какие-нибудь. В Больцано ты был, сам же видел, что горы, где холодно, у нас есть, но они подальше расположены.

– Тогда, может быть, уже через пару недель пусть едут? – предложил я. – Что скажешь, Галия? – посмотрел я на жену.

– Через две недели? А мне хватит времени все оформить? – поджала боязливо губы Галия.

– Хватит, по идее, – сказал я, – но если хочешь подстраховаться, то давай через три недели.

– Да, через три недели мне будет определенно спокойнее, – кивнула жена.

– Хорошо, – сказала Диана. – Значит, тогда скажу Ихсану, чтобы передал Тареку, что приглашение нужно с конца апреля по середину мая. Правильно?

– Да, выходит, что так, – согласно кивнул я.

– Ох, я чуть не забыла, – сказала Диана. – Я же, Паша, тебе фотографии привезла и из Больцано, и из Рима, и со свадьбы на Сицилии.

Достала толстый пакет. Там точно минимум полсотни фотографий было. Начали внимательно их рассматривать. Я и забыл, что меня так часто то Диана, то Фирдаус фотографировали. Я-то фотоаппарат с собой взял, но в основном на свадьбе в Сицилии снимки делал.

Галия просмотрела все фотографии с большим интересом, в особенности те, что были сделаны в Больцано. Видимо, прикидывала, как ей самой там с детьми находиться будет. Впрочем, что касается сицилийских фотографий, то главный интерес у нее вызвали фотографии невесты, ну а теперь уже и жены Альфредо. Ну и на самого Альфредо она тоже с интересом посмотрела.

– Костюм ему очень идет, – сделала она вывод. – Но вид у него какой-то странный. То ли испуганный, то ли растерянный, трудно сказать. И с чего бы?

Я хмыкнул, но да, у меня были точно такие же ощущения еще в церкви, ну и в ресторане потом. Альфредо выглядел очень даже озадаченным. Неужто все не мог забыть, что к этой свадьбе его все же принудили? Ну да, ее бы не было, если бы ему фактически не выкрутили руки, предложив свадьбу как вариант прекращения розни между двумя бригадами сицилийской мафии. С его личным интересом в том, что за ним боевики Косты прекратят охотиться… Впрочем, обсуждать это при прослушке я все же не стал. Как, впрочем и Диана.

– А вот невеста очень красивая, – сказала Галия. – С этим Альфредо можно, несомненно, поздравить.

– Все девушки красивые в свадебном платье, когда искренне хотят замуж, – с философским видом сказала Диана.

Но тут же признала, что да, Габриэла – девушка красивая.