Глава 9. Последний трофей

Дарен Бранд

Укреплённый особняк сиял в лунном свете, как вылизанный до блеска драгоценный сундук. Точнее, как сундук, который сначала вылизали, потом залили защитными чарами, обмотали тревожным контуром, вкопали в землю обереги, а сверху поставили двух магов дежурить — на случай, если кому-то особенно захочется стать моей законной супругой путём незапланированного вторжения.

Я шёл по коридору в своей ночной рубашке. Драконьей, разумеется, а не человеческой. С вышивкой и воротником — всё как положено. Потягивал вино и оглядывал результаты. Всё выглядело… основательно. И дорого. И основательно-дорого. Удовольствие не из дешёвых, но я был доволен.

— Надо признать, — пробормотал я, прикладываясь к бокалу, — неплохо. Надёжно. Почти скучно.

— Милорд, — поклонился архитектор, который только что закончил работу. — Всё выполнено по вашему требованию: тройная магическая сеть, обратный портал с отбрасыванием, сканирующая защита, узел «непрошенной близости» — весьма чувствительный.

— Ещё бы, — фыркнул я. — Он пикал даже, когда я зачесался в неудобном месте. Надеюсь, он ночью не решит выгнать меня в сад, если снова захочется почесаться.

— Исключено, мы все проверили и откорректировали, — уверенно заявил маг. — Без вашего личного согласия к вам не проникнет ни комар, ни… простите, женщина.

— Что вы! — я рассмеялся. — К комарам у меня никаких претензий, они не требует брака.

Они посмеялись вместе со мной. Всё выглядело безупречно. Спокойствие. Тишина. Я лёг спать с впервые за долгое время искренним ощущением безопасности: никто не придёт, никто не уляжется в мою постель, никто не явится с письмом, в котором уже вписана моя фамилия.

Я проснулся от лёгкого шелеста.

Ничтожного. Едва уловимого. Но… он был .

Что странно. Потому что магический купол над спальней не должен был пропускать ни звука, ни движения. Даже пыль без разрешения мага четвёртого ранга не имела права менять траекторию. Это была крепость. Моя крепость.

Я открыл глаза.

И застыл.

Надо мной стояла женщина.

Нет, именно стояла . Не присела. Не пряталась. Спокойно. Уверенно. В капюшоне. В накидке. И, судя по тому, как свободно она колыхалась — под накидкой не было ничего . Совсем.

Я медленно приподнялся на локтях. Аккуратно вдохнул. Перебрал в голове — что я выпил? Кто вообще знал код? Может, это сон?

— Уточню, — хрипло выдавил я. — Это сон… или?

Второй вариант очень сильно нервировал.

Женщина молчала. Сделала шаг ближе. Капюшон слегка съехал набок, и я успел заметить уголок губ и блеск глаз, в которых читалось слишком много намерения. По коже тут же прокатилась дрожь очень дурного предчувствия.

— Я пришла… — произнесла она, — …потому что ты нужен мне.

Я покачнулся.

— Нет. Нет-нет-нет! — я сорвал одеяло, вскочил. — У меня защита! Купол! Маги дежурят на крыше! Обратный контур! Магическое одобрение на вход! У меня спальня, в которую без согласия даже мышь не пролезет!

Она посмотрела на меня так спокойно, будто я только что пригласил её на чай.

— Ну вот, — томно сказала она, — значит, ты согласился.

А я понял.

Я понял.

Что в контракте с магами следовало всё же уточнить формулировку. Потому что «никаких вторжений» — это, оказывается, совсем не то же самое, что «никаких приглашений, сказанных во сне».

Потому что сейчас передо мной совершенно точно, стояла магичка способная ходить по снам. Редкий дар, очень редкий. Честное слово я бы заинтересовался, если бы у меня было намерение жениться и обзаводиться драконятами, потому что дар прекрасно передавался по женской линии. Но у меня таких намерений не было. Так что мне срочно надо было что-то придумать.

Я моргнул. Потом второй раз. Потом — не моргнул вовсе, а просто застывшим взглядом оценил ситуацию: в спальне — женщина, под накидкой — ровным счётом ничего, а в воздухе витает намерение такого уровня, что себя брачные сети уже готовятся опутать меня с ног до головы.

А я… я был в капкане. В роскошном, ароматном, с изящными скобами капкане.

Но всё же капкане.

Спокойно. Ты — дракон. У тебя — мозги. У неё — голая уверенность. Используй преимущество.

Я медленно, очень медленно выдохнул и сменил тон. С предельной мягкостью, почти с восхищением:

— Признаюсь… если бы кто-то когда-либо спросил, как выглядит искушение, от которого не отмахнуться — я бы показал на тебя.

Она чуть склонила голову. Капюшон плавно соскользнул с плеч. Взгляд — затаённый. Ловит каждое слово.

Хорошо. Продолжаем. Осторожно и медленно.

— Только вот знаешь, — я сделал шаг в сторону, нарочито неспешно, — такие, как ты… не для такого. Ночь, внезапность, беспорядочная страсть — всё это слишком дёшево для той, кто умеет ходить по снам.

Она прищурилась, но не прерывала. Я говорил нежно, но держал дистанцию.

— Ты создана для чего-то большего. Для красивого вечера, длинной прелюдии, медленного соблазнения с вином, музыкой, фразами, от которых на глаза набегают слёзы восторга, а сердце планирует выпрыгнуть из груди.

— А сейчас? — спросила она с лёгким нажимом.

— А сейчас ты ворвалась в сон, где я в рубашке с вышивкой. Без плана. Без вина. Без музыки. Признай, ты достойна большего.

Она сделала шаг. Я отступил.

— Дай мне шанс сделать всё… правильно, — продолжил я мягко. — Назначь вечер. При свете луны. Я даже сам выберу накидку. Но не вот так. Не как очередной сон, от которого потом остаются только запах духов и привкус разочарования.

Она молчала. В ней боролось что-то — желание взять своё здесь и сейчас и желание, чтобы её добивались. Второе, к счастью, взяло верх.

— Значит, позже? — голос всё ещё тёплый, но уже менее настойчивый.

— Именно. Позже. Красиво. По-настоящему.

Она склонила голову, бросила на меня последний, многообещающий взгляд — и исчезла. Просто… растворилась. Без портала. Без звука. Сон схлопнулся, как пузырь.

Я остался один.

Стоя в центре спальни. В ночной рубашке. С бокалом, в котором больше не было вина. И с очень крепким ощущением, что на следующий день мне придётся придушить всех трёх архитекторов, двух магов и переписать все контракты.

Особенно пункты, касающиеся хождения по снам. Даже представить сложно, во сколько мне ещё выльется ментальная защита. Но что поделать.

Утро не принесло радости. Точнее, остатки более-менее адекватного настроения испарились, стоило мне только взглянуть на заголовок столичной газеты. Он без зазрения совести провозглашал, что последний заветный жених империи, то есть я, ещё не был пойман в сети.

От такого заголовка я подавился кофе и швырнул газету в угол. Откуда её и забрал после завтрака.

Несмотря на то, что читать всё это мне было страшно и противно, я не мог себе позволить оставаться без источника информации. Кто знает, что ещё может взбрести в голову императору в его матримониальном безумии.

Тон статьи был столь же издевательски-слащавым, как и всегда. За последние две недели, писали они, сразу двенадцать представителей драконьей знати связали себя узами брака. Газетчик, безусловно, смаковал каждую историю, превращая чужие падения в развлечение для публики. Я не хотел читать, но не мог остановиться, скользя глазами по знакомым фамилиям. Герцог Валериус из Дель Ренда, надменный, чопорный, с безупречным родословным древом, оказался первой жертвой. Всё произошло на приёме в честь открытия выставки, где герцог, по версии очевидцев, подскользнулся на длинном шёлковом шарфе, будто бы случайно оставленном юной графиней. Падение, объятия, свидетели... а дальше всё пошло по отработанному сценарию. Спустя три дня — свадьба, куда герцог явился с таким лицом, словно его вели к эшафоту.

Барон Эстен Лаурент, легендарный ловелас и сердцеед, был пойман не менее искусно. Всё произошло в городском саду, где ему, разумеется, “случайно” довелось поддержать обессиленную от жары девушку, которая так удачно оказалась наследницей древнего, хоть и бедного рода. Стоило их пальцам соприкоснуться, как с нее испарилось платье и десяток случайных свидетелей зафиксировали момент, а на следующий день их имена уже связывали все сплетники столицы. Я читал и чувствовал, как у меня всё сильнее сжимается челюсть. Это не были совпадения. Это была охота, продуманная, выверенная, безупречно отрепетированная. И оставался я. Последний. Самый лакомый приз. Последний трофей.

Я аккуратно, почти беззвучно поставил чашку на блюдце и позвонил в колокольчик. Но в тот момент мне, кажется, хотелось не столько вызвать помощников, сколько сдержать ярость, готовую выплеснуться наружу. Через несколько минут в комнату вошли главный архитектор, старший маг и личный менталист. Я молча протянул им газету, не удостоив взглядом. Слышно было, как кто-то неловко сглотнул.

— Читайте, — бросил я сухо. — А потом объясните, каким образом, несмотря на тройную защиту, двойной отвод, охранный купол и ваши заверения, в мой сон смогла проникнуть магичка-ходок.

Они зашевелились, обменялись встревоженными взглядами, и первым заговорил архитектор, явно пытаясь подобрать слова, которые не стоили бы ему головы.

— Милорд... мы не предполагали, что кто-то может применить столь редкий, почти забытый дар.

Я поднял бровь и впился в него холодным взглядом.

— Вот теперь предполагайте. И немедленно. Мне нужно знать, кто она, откуда, к какому роду принадлежит, и каким способом ей удалось обойти все ваши хитроумные заклинания.

Они сглотнули разом.

— И ещё, — добавил я медленно, отчётливо. — Полная ревизия всех рубежей защиты. Ментальных, пространственных, астральных. Всё, что только возможно. Даже если ради этого придётся вложить туда бюджет среднего герцогства.

Маг осмелился робко напомнить:

— Это может потребовать колоссальных затрат, милорд...

Я не дал ему закончить:

— Свадьба обойдётся мне гораздо дороже, — отрезал я и дал понять, что разговор окончен.

Несколько дней прошли спокойно. Никто не лез в окна или через дымоход, не приходил во снах. Я даже отодвинул от себя тревожную кнопку. За это время маги окончательно закончили работы в особняке, которые я поморщившись оплатил.

Вот только я не мог оставаться взаперти вечно. Даже в самом надёжном, вылизанном, защищённом особняке мира стены начинают давить, а окна — смотреть с укором. К тому же я не имел ни малейшего желания давать повод для новых слухов, будто последний заветный жених настолько напуган, что боится выглянуть на улицу. Поэтому я отдал распоряжение подать экипаж. Разумеется, не обычный. Периметр защиты, купол, иллюзии, отражающие чары, да и сам экипаж был специально заказан у лучших мастеров. Мне удалось убедить себя, что прогулка в такой крепости — дело безопасное.

Парк был тих. Даже слишком. Магический фильтр отсеивал большинство зевак и возможных охотниц. Я ехал по аллее с достоинством, прислушиваясь к собственным мыслям и старательно игнорируя тот факт, что мои менталисты так и не нашли даже тени той, кто ворвалась в мой сон. Всё шло спокойно. До тех пор, пока я не услышал едва уловимый щелчок магической активации.

Секунда. Две.

И я остался в одних рубашке и сапогах.

Мои штаны, сшитые лучшими портными столицы, вместе с поясом, подкладом, заклёпками и всеми известными средствами защиты, исчезли с откровенным магическим презрением. Просто испарились. Не разорвались, не упали, не превратились в пепел — исчезли, как будто их никогда не было. Экипаж остановился.

В груди всё сжалось. Я резко втянул воздух. Где-то в кустах кто-то тихо захихикал. Я не стал проверять, кто.

Я, Дарен Бранд, наследник, дракон, последний холостой трофей империи, оказался посреди центральной аллеи в нижней рубашке и сапогах, а в воздухе уже витала аура сенсации, которую через полчаса растиражировали бы все городские газеты.

Выход был только один, быстрее, чем кто-то успеет забраться ко мне в карету и охомутать на веки вечные я нырнул в ближайшие кусты, едва не выкорчевав половину парковых посадок, и, не теряя времени на размышления, активировал аварийное заклинание переноса. Слава всем звёздам, хоть его у меня не украли и то наверное только потому, что это был медальон на шее. Пространство рвануло, скрутилось и разжалось. Я рухнул на пол в своей спальне, ободранный, грязный, но по крайней мере — подальше от лишённых стыда охотниц.

Я медленно поднялся, отряхнул листья с рукавов и, опустив голову, мрачно посмотрел на пустую вешалку у зеркала.

Теперь, очевидно, придётся менять весь гардероб. Абсолютно всё. Штаны, жилеты, рубашки, плащи, перчатки. Даже носовые платки. Всё должно быть усилено, защищено, зашнуровано, запечатано, заклинено, срабатывающе-отталкивающее и, возможно, проклятое.

Потому что в данный момент даже мои штаны не выдержали натиска.

И меня начинало посещать гнетущее подозрение, что следующая попытка будет ещё изощрённее.