Глава 17

– Значит «нашей семье»? Что ж, становится интереснее… – повторил эхом мне в ответ Роберт.

Мы мчались в мой город на встречу с мамой, которую я предупредила ещё вчера вечером сообщением. Звонить не стала, побоявшись разбудить родную женщину и вызвать панику. Созвонившись уже сегодня утром, сказала, что мы решили приехать познакомиться и решение это было спонтанным и незапланированным.

Но мама искренне была рада, слыша в её голосе предвкушение и немного тревоги за своего ребёнка. Роберт не может ей не понравится, кажется, он безоговорочно нравится всем и каждому, а самое главное – мне. Мама увидит, что у нас всё хорошо и перестанет спрашивать при каждом разговоре, как ко мне относится муж.

Роберт предложил познакомить в первую очередь наших мам, не сейчас, как будет момент. Эта идея мне понравилась, и кажется, две родные для нас женщины легко сойдутся и найдут общие темы для разговоров.

– Ты понимаешь о чём идёт речь?

– Пока нет. Первое, необходимо понять, когда Алекс так сблизился с семейством Алановых, и главное – с какой целью? Да, их семья состоятельна, но счёт Игоря со значительно меньшим количеством нолей, чем наш. Тем более, как вчера мне рассказал отец, Аланову был предложен брак Кристины и Алекса, но он ответил категоричным отказом. Хотя, по большому счёту, какая разница я или Алекс, всё равно ведь Орловы. Эти двое что-то затеяли, такое чувство, что на нашу семью наступают с нескольких фронтов.

– Из-за бизнеса? – видимо, теперь мне тоже придётся разбираться в перипетиях отношений богатых и знаменитых.

– Да, именно из-за него. Стремление Алекса занять место генерального директора мне понятно: он желает не ограничивать себя в расходах, тратя сколько пожелает. Мотивы Кристины тоже ясны – она, наставляемая отцом, желает выгодной партии для себя, ну и для папочки выгодного партнёра. Но теперь, когда я женат, а Алекса в качестве потенциального мужа отвергли не совсем ясно, почему Аланова помогает моему брату. Что их связывает?

– Уверена, что со временем мы поймём.

– Да, главное, чтобы не было поздно… – Роберт задумался и следующие полчаса напряжённо всматривался в дорогу, видимо, обдумывая рассказанное мной. – Останемся на ночь?

– Нет. Завтра курсы, да и в женскую консультацию запись на четыре.

– У тебя проблемы? Я должен знать? – голос мужа напрягся, а руки сильнее сжали руль.

– Нет. Просто нужно, чтобы грамотный специалист выписал противозачаточные препараты.

Роберт резко ударил по тормозам, съехав на обочину дороги. От неожиданности я даже подскочила на сиденье, успев лишь выставить руку и упереться в переднюю панель.

– Не понял… Что выписал? – на меня смотрели удивлённо-настороженные глаза мужчины. Я только сейчас поняла, что про разговор с Машей ему не сказала, обсудив лишь подслушанную беседу Алекса и Кристины. – То есть, ты совсем не хочешь детей?

– Стоп, – выставила ладонь перед собой, жестом показывая, что всё совсем не так. – Это не для меня – Маша попросила помочь ей в этом вопросе. Алекс настаивает на исполнении супружеских обязанностей, но Мышка, как оказалось девочка с мозгами, и не желает, чтобы её ребёнок был разменной монетой в достижении цели твоего брата.

Роберт шумно, почти со свистом, выдохнул, лицо расслабилось и взгляд посветлел. Вчера по дороге из ресторана, мы обсудили полученную информацию, но приехав домой, сразу же увлеклись друг другом в спальне и остальные подробности Роберт не услышал. А сейчас, всего за пару минут, мой муж напридумывал себе в голове кучу всего ненужного. Вот так и возникают беспричинные ссоры, нужно быть осторожнее с Орловым.

– А я-то уже подумал… – Роберт осёкся, резко меня обняв и притянув к себе. – Лер, я хочу детей, но даже, если ты думаешь по-другому, всегда можешь со мной поделиться.

– По-другому я не думаю, – сказала ему куда-то в шею, потому что была прижата к мужскому телу тисками объятий. – Думала бы иначе, сказала бы об этом ещё в нашу первую ночь.

– Понимаю, что происходящее смотрится не совсем красиво: условие отца про брак и внука для получения корпорации. Я очень хочу, чтобы ты мне верила – в искренность и правдивость того, что говорю и делаю. А что касается брачного договора – он аннулирован, и теперь мы просто муж и жена, без всяких «если».

С трудом выпутавшись из крепких мужских объятий, посмотрела в глаза мужа – гамма эмоций и чувств – нежных, открытых и искренних.

– Но как? Договор забрал Алекс?

– Наш договор – это юридически составленный документ: юрист составил, он же и аннулировал, к тому же есть копия. Алекс может трясти этим договором сколько и где угодно – он больше никакой силы не имеет.

– Спасибо, – теперь сама накинулась на Роберта, заключая в объятия. – Хотя…

– Что? – муж смотрел настороженно.

– Мне было значительно лучше, когда мою душу грела мысль о пятидесяти миллионах рублей… – он не сразу понял, что эта шутка. Я держалась до последнего, но не выдержав, всё же рассмеялась.

– Ну ты, Лерка… – ласково мазнул по губам поцелуем. – Поехали.

***

– Мам? – крикнула с порога, как только мы вошли в квартиру. – Мы приехали!

Я видела, Роберт немного волновался, в основном по причине скандала с фотографией измены. Маме нужно всё подробно объяснить, но для этого придётся вдаваться в подробности личной жизни Роберта, а копаться, и тем более выставлять напоказ грязное бельё, никому не хочется. Но выбора нет, иначе мама так и продолжит с опаской и недоверием относиться к моему мужу, а мне хочется стать настоящей семьёй.

Сейчас мой муж стоял с огромным букетом любимых мамой пионов и коробкой дорогих конфет с марципаном. Почему она его любила я не знаю, но всегда получала истинное удовольствие от его вкуса.

– Иду! – тут же мама вылетела из кухни в фартуке и лопаткой для перемешивания. – Почти успела всё приготовить!

– Мам, познакомься – Роберт, мой муж.

– Роберт, Екатерина Николаевна – моя мама.

Два взрослых человека несколько минут стояли друг напротив друга, всматриваясь и изучая: мама с некоторой тревогой, Роберт – в ожидании вердикта.

– Очень рада знакомству… зять! – голос мамы был ровным и спокойным, вполне мирно она приняла Роберта. Я немного расслабилась – самый критический момент позади.

– Приятно познакомиться, Екатерина Николаевна. Теперь понимаю, в кого Лера такая красавица! – по-моему он сам смутился от сказанного. Еще бы спросил: «Вашей дочке муж не нужен?».

– Можешь называть меня мамой! – тут же выдала моя родная женщина, чем несказанно меня удивила, моему бывшему мужу таких предложений не поступало. – Но! Только после того, как я услышу подробное объяснение со всей этой историей с девушкой, фотографией и изменой.

– Обязательно мам, мы для этого и приехали.

Мама, развернувшись, ушла на кухню, где что-то громко шипело и очень-очень вкусно пахло. Роберт был насторожен и взволнован, я видела, что ему не очень-то хотелось рассказывать всё, но заранее всё обсудив, мы пришли к выводу, что самые родные люди должны знать все подробности нашего знакомства, чтобы в последствии быть на нашей стороне в случае повторения скандала.

Устроившись за столом, я начала рассказ первой, ну а муж всячески поддерживал меня, комментируя те или иные моменты или просто уточняя. Мама слушала нас не перебивая, лишь иногда эмоции отражались на её лице, показывая, что она чувствует в данный момент. Я не надеялась на полное и тотальное понимание с её стороны, но всё же она имела права знать правду, чтобы хоть немного разбираться в хитросплетениях высшего света столицы.

Пока даже нам с Робертом было непонятно чем закончиться «битва» за семейный бизнес, и кто в итоге получит главный приз, так что нужно быть готовыми к любой, даже самой экстремальной, ситуации. Мне тоже непросто. Роберт вырос в этой среде, прекрасно понимает, где с тобой искренни, а где явный подвох, мне же ещё предстоит научиться понимать, что не все, кто тебе улыбается, пришёл с добрыми намерениями.

Закончив нашу историю, я вопросительно смотрела на маму, ожидая её жёстких комментариев и нелицеприятных высказываний.

– Что ж… в принципе, ситуация мне понятна – чем больше денег, тем больше проблем, – мама многозначительно посмотрела на Орлова. – Но, я вижу, что ваши отношения на самом деле честные, и взаимные чувства отчётливо заметны. Единственное, дети, что я вам посоветую: несмотря на все проблемы, которые существуют сейчас и, возможно, появятся потом, сохраните мир в своих отношениях.

Расчувствовавшись, мама крепко меня обняла, а Роберта погладила ладонью по плечу, давая понять, что он принят в семью и заслуживает доверия моей родной женщины. У меня немного отлегло на душе: теперь мама знает правду, всю, как она есть, и тот факт, что она спокойно её приняла, даёт надежду на её поддержку в дальнейшем.

Мы посидели ещё пару часов, болтая обо всём и обсуждая приезд моей мамы к нам. Она высказала желание познакомиться с Елизаветой Андреевной, пока она в России, аргументируя это тем, что мама Роберта тоже полностью на нашей стороне, а союзником нужно знать лично.

По поводу Эдуарда Константиновича мама промолчала. Мне мой свёкр нравился, я чувствовала его доброжелательное отношение ко мне. С Робертом у него были сложные отношения, возможно, потому, что два взрослых мужчины не всегда желали уступать друг другу. И хотя, его требование срочно женить сыновей в качестве подарка на день рождения, меня немного напрягало, но я его в некоторой степени понимала. Когда взрослый сын даже не задумывается о создании семьи и есть вероятность того, что так и останется в одиночестве, хочешь не хочешь, а приходится действовать жёстко. Уверена, отец Роберта хочет ещё увидеть внуков, так же, как и моя мама, которая после моих тридцати стала всё чаще намекать, что хватит мне быть в одиночестве.

Мы возвращались в Москву уже когда опустилась ночь, а дорога была свободнее.

– Ты понравился маме, – погладила мужа по руке, которая лежала на моей коленке, – и к нашей с тобой истории знакомства она отнеслась спокойно, хотя, я ожидала от неё немного других эмоций.

– Твоя мама умная женщина, он прекрасно видит, что её дочь улыбается, спокойна и, хочется верить, счастлива замужем.

– Счастлива… – муж поднёс мою руку к губам, нежно целуя пальчики.

И никаким Кристинам и Алексам я своё счастье разрушить не позволю.