Глава пятьдесят седьмая

Мелагрен

Виола зависает над школой. Гравибайк подстраховывает, Пьер выпустил антенну нейтрализатора, но воздействие пока не включает.

– Кто вы? Что вам нужно? – спрашивает Кэр.

Виола подкручивает настройки, чтобы не шуметь, а передать прицельно.

От стены отходит один из них. Белокурый красавчик, похоже, тоже из секс-серии. Ну или охраны. Поднимает голову вверх.

– Хотим предложить вам союз.

– Есть гарантии, что не нападёте? – спрашивает Кэр, хотя уже само то, что до сих пор не попытались, является своего рода гарантией. Со столькими киборгами мы при всём желании не справились бы. Учитывая, что их корабли окружили школу.

– Мы помогли вам вырваться с Ламана и защитили детей, – отвечает блондин. Похоже, предводитель. – Нам нужны Кэрран Рошшасс и Мелагрен Эбетт.

– Мэл, будь тут, я сам к ним спущусь, – поднимается с кресла Кэр, недовольно оглядывая обгоревшие лохмотья на своей пятой точке.

– Не надо спускаться, давай лучше его к нам возьмём.

– А если напустит вирусов?

– Он и оттуда может напустить, – киваю. – Сообщения передаёт нам напрямую, значит, подключился.

– Ладно, – соглашается Кэр. Садится обратно, прикрывая свою вечно страдающую пятую точку сидением.

На несколько мгновений замолкает – видимо, проверяет пути подключения.

И передаёт уже киборгу:

– Заходите. Один. Без фокусов.

Тот поднимает руки ладонями вверх, в знак мирных намерений.

– Да, точно, – бормочу, просматривая всех, кого могу. – Они самоосознанные! Вижу души!

– Виола, спусти пневмотрап, – просит Кэр.

– Я лучше сама его заберу. Не против, красавчик?

Меня по-прежнему коробит, когда у моей малышки начинаются взрослые замашки. Хотя я понимаю, что с таким объёмом информации, которым она постоянно оперирует через ИскИн, она просто не может не развиваться гигантскими темпами.

Блондин кивает, и Виола подхватывает его воздушным потоком.

Через несколько мгновений представитель киборгов стоит перед нашими развёрнутыми креслами.

Ар-24

Проверяю его всеми доступными мне способами, которые вложили в разведчика-колонизатора специалисты «Кибериума». Виола тоже безапелляционно участвует.

Песец приближается, обнюхивает его – но киборг стоит, как… киборг. Не реагирует на него. Зэтка двигается у меня за пазухой, принюхивается, но, не соизволив высунуть даже нос, устраивается удобнее.

Сэм занимает оборонную позицию чуть впереди хозяйки.

Блондин не обращает внимания на него, смотрит исключительно на нас с Мелагрен.

Виола организовывает ему ещё одно кресло. Тот вежливо кивает и усаживается, не дожидаясь приглашения.

– Меня зовут Эдель Виар, мы представители разумных киборгов Ламана, – произносит.

Даже слишком разумных. В некоторых вопросах.

– Догадался, – отвечаю, стиснув зубы.

Всё из-за этих уродов! Сколько они нас держали взаперти! И отец погиб из-за них! Последние два года мы только и мечтали, что очистить от них Ламан!

Приходится прибегнуть к помощи процессора, чтобы гость не заметил исходящей от меня враждебности.

– Мы хотим заключить с вами союз.

– Именно поэтому столько месяцев не давали нам вылететь с планеты? – бросаю, не сдержавшись. – Пошли на союз с «Исидой»?

– Мы не приняли этот союз, – отвечает Эдель. – У них было много обещаний, но по факту они хотели лишь наши тела. И доступ к филиалу «Кибериума», который вы планировали там открыть.

Секретный проект, называется. А прорва всяких пройдох оказались осведомлены!

– Если бы вы не пустили их на Ламан, не позволили держать там моего отца… – сжимаю зубы. Рассказывает мне тут!

– Какое-то время мы не вмешивались, – признаёт киборг. – Не останавливали тех, кто захотели сотрудничать с «бессмертными». Присматривались. Анализировали.

– Вирусами снабжали! – вставляет Мелагрен.

– Утечка, – отзывается блондин. – Мы тоже не сразу разобрались, что происходит. Готовы возместить убытки.

– Убытки? Возместите мне отца!

– Если есть способ… – начинает киборг, но, видимо, просчитывает – или понимает своим развившимся самостоятельным умишкой, – что нет такого способа. Замолкает.

– Что изменилось? – спрашиваю, не внушают мне доверия такие резкие перемены.

– Мы подавали запрос в Альянс, чтобы нас признали равноправными. Но нам ответили, что у Ламана есть хозяин. И без его согласия ничего не получится. Кроме того, мы должны доказать, что умеем сосуществовать с людьми и не опасны. Поэтому найти и колонизировать себе отдельную планету – тоже не вариант. Это если вкратце, переговоры были длительными.

Надо же. А я и не знал, что они пытаются выбить себе какие-то права.

Хотя, логично. Сеть нейтрализаторов, как мы с отцом хотели, и никто из киборгов не смог бы сопротивляться. А если бы Альянс счёл их опасными – то просто зачистил бы. Им не выгодно идти поперёк всех людей.

– И какие будут предложения? – спрашиваю, сжимаю руку сидящей рядом Мэл.

– Мы заключим с вами союз как с владельцем Ламана. И будем входить в Альянс при вашем содействии…

Не уверен, что я хотел бы содействовать этим ядрёным созданиям. Да и…

– Вы смотрели, как убивают моего отца! «Не вмешивались!» А теперь просите моей помощи?!

– Мы вмешались. Чтобы вы успели долететь до дома.

– Не успели, – отвечаю мрачно.

– Сожалею, – киборг склоняет голову и даже изображает скорбь на лице. Но я-то знаю, что это может быть работа процессора и всяких имитационных программ!

– Владелец Ламана – Кэрран Рошшасс, наследник Авена Рошшасса, – усмехаюсь криво. – А не киборг устаревшей модели АР-24.

– Мы сохранили запись того, как вас перебрасывали.

Сердце сжимается. Как и рука на руке Мэл.

Сохранили? Не уверен, что я готов на это смотреть.

– Вряд ли она будет иметь юридическую силу, – отвечаю как могу спокойно. – Мне даже собственный отец не поверил. А остальные и вовсе сочтут подделкой киборгов.

– Это не первое дело против «Тёмного бессмертия», в котором пострадавших перебросили в другие тела, – огорошивает Эдель.

Удивлённо переглядываемся с Мелагрен. Не даром эти твари объявлены в розыск космополом.

«Я с тобой», – шепчет Мэл одними губами.

– Тогда мне нужны остальные предводители «Бессмертия», – отвечаю твёрдо. Пусть исправляют то, что наделали своим бездействием и попустительством! – Вряд ли Варан тут один, остальные где-то рассредоточились, наверное. Ждут в разных точках, или уже разбежались.

– Танара знает несколько реальных имён, – добавляет Мэл.

– Мы готовы помочь в поимке.

Это хорошо. Даже отлично. Если они не помогут говнюкам разбежаться.

Впрочем, киборги теперь играют за себя. К нашей пользе.

– А что вы делаете возле моей школы? – спрашивает Мэл подозрительно.

– Это наши дети. Такие, как мы. Мы хотели бы перенести школу на Ламан. Защитить их.

Мы с Мэл бросаем друг на друга ещё один ошарашенный взгляд.

– Вы долго не сможете тут её держать, – убеждает блондин.

Лицо ровное, спокойное, но в живых глазах время от времени что-то вспыхивает:

– Рано или поздно всё станет известно. Детям понадобятся документы. Не все из них смогут ассимилироваться с людьми – не зря же они не прошли ваш собственный отбор. На Ламане им будет лучше.

Как ни прискорбно осознавать, он прав.

– Возможно, у нас получится провести программу, чтобы такие дети сразу же отправлялись на Ламан, до тех пор, пока киборги ещё производятся.

– Филиал «Кибериума» входит в ваши планы? – уточняет Мэл осторожно.

– Мы бы не отказались, – едва уловимо улыбается блондин. – Хотя, скорее всего, Альянс потребует полного закрытия производства киборгов. Но точно не в ближайший год – два. Это процесс не быстрый. А Ламан, как частная планета, пока что имеет право устанавливать собственные законы.

– Нам нужно подумать, – отзываюсь.

– Разумеется, – соглашается киборг.

– Мне нужно успокоить Эльвиру, детей, – добавляет Мэл.

Тут как тут оживает Сэм, показывая, что не собирается отпускать хозяйку одну.

Я бы тоже с ней пошёл. Но лучше отсюда контролировать, мало ли, что взбредёт киборгам в их кибернетические головы. Слишком уж много вокруг собралось.

Блондин откланивается, возвращается к своим. До меня долетают обрывки внутренних команд на том самом когда-то полупридуманном и давно забытом языке. Но, заметив, что подглядываю, Эдель закрывается.

Несколько минут рассматриваем с Мэл экраны. После, не выдержав, всё-таки спускаюсь вместе с ней. Не могу отпустить её одну.

Виола следит, как мы передвигаемся по пневмотрапу, преодолеваем расстояние до школы. Держу контакт с обеими. У входа останавливаюсь, смотрю, как прикладывает ладонь к полю. Проходит его, и оно смыкается позади. Внутри ей ничего не грозит, а сюда никому ломиться не позволю.

Удивительно: такое происходит, но никакой местной полицией и не пахнет. Подозреваю, их сил просто недостаточно, чтобы встревать в разборки с таким количеством киборгов. Потому и не высовываются.

Киборги стоят вокруг в неестественных позах – точнее, для киборгов вполне естественных, просто непривычных по сравнению с людьми.

Никаких вольностей, переступаний с ноги на ногу, попыток опереться.

Блондин продолжает руководить, и его самоосознанные соратники отмирают один за другим, куда-то бегут, что-то делают. Часть остаётся возле школы, другая расходится по кораблям. Разлетается.

Где там обещанная Эйшелем подмога? Должна быть с минуты на минуту. Нельзя этих без присмотра оставлять.

Мелагрен нет, наверное, с полчаса. Постоянно и я, и Виола держим с ней связь – пока она успокаивает администрацию и встречается с воспитанниками.

Вспоминается, что здесь, неподалёку, возле местного космодрома мы и познакомились. Когда она привезла очередную партию детей.

Дети, кстати, очень любят её. Хорошая будет мама. Если кому-нибудь повезёт растопить её сердце, сделать своей женой.