Глава 17

На турбазе, конечно, уже царил переполох. Свет везде включён, собака лаяла, бегая между домами, сторож матерился. Кто-то хотел уехать на машине, но его не выпускали за ворота.

— Я в милицию позвонил! — кричал сторож, стоя на пути. — Никому не покидать территорию!

— По какому праву вы меня тут держите? — кричал кто-то из гостей, размахивая телефоном. — Я вам отзыв плохой оставлю! Прямо сейчас напишу!

Удачи без интернета, но гость попыток не оставлял. А я подошёл прямо к сторожу.

— Никого не выпущу, — занервничал пожилой мужчина при виде меня. — Пока милиция не приедет…

— Полиция, — поправил я. — Меня тот мужик попросил позвонить начальству.

— Какой мужик?

Я кивнул в сторону леса, и он почесал затылок.

— А, тот майор из КГБ?

— Из ФСБ. Есть же телефон?

Сторож, несмотря на возражения пытавшегося уехать гостя, провёл меня в служебный домик, где ночевал сам. На столе у окна стоял жёлтый от старости стационарный телефон.

— Как на город позвонить? — спросил я.

— Через девятку.

Бумажку, на которой Холодов записал инструкции и номер, мне доставать не надо, она намертво засела в моей памяти, я поместил её прямо на портрет рыцаря с мечом палача. Ментам сторож уже позвонил, так что мне оставалось сделать всего один звонок.

Я набрал номер и смотрел записи в своей памяти. Ну и почерк у него, как у заправского врача с похмелья.

— Валентин Павлович? — спросил я, когда на той стороне ответили.

— Очень внимательно, — раздался усталый голос.

— Меня майор Холодов попросил позвонить, — начал тараторить я. — Он передал, что нашёл цель, и это не тот, о ком все думали. Сам говорить не может, в лесу осматривает тело.

— Какое тело? — удивился собеседник.

— Мужика. Просит как можно скорее приехать.

— И всё? — спросил голос.

— Больше ничего не передавал.

Сторож вышел и вернулся к воротам, и я решил воспользоваться ситуацией, не прекращая разговор по телефону. Я потянулся и снял со стены висящий там ключ. От большого гостевого дома было три, меня заинтересовал один, с пометкой «ЧХ».

На его место повесил другой, лежащий на столе, чтобы пропажа не сразу бросилась в глаза.

Мне ещё вещи белого дракона надо посмотреть. Хотя бы одним глазком, мне и этого хватит. Пусть эксперты потом вычисляют что хотят, в памяти Тумана всё равно данных больше. Просто надо их вспомнить, а для этого нужны зацепки.

— А ты ещё кто? — спросили по телефону.

— Да на базе здесь жил, а там мужик с пистолетом, — начал сбивать я его с мысли, имитируя панику. — Он такой как давай стрелять, а майор в него в ответ палить начал.

— Всё, хорош, — с раздражением оборвал мужик. — Пусть ждёт. Едем.

Для этого Валентина Павловича, явно какого-то начальника из местного управления, я сделал отдельный портрет. Но пока он пустой, просто рамочку повесил во дворце памяти, и поместил туда пожелтевший от старости телефон с его номером. Потом пополним данными.

Я положил трубку и вышел из домика. Сторож тем временем ругался с паникующим посетителем, у большого гостевого дома слышны причитания Оли, и там же я увидел красную куртку Наташи.

Но поговорим с ней попозже. Ей всё равно прямо сейчас ничего не грозит, ведь агент уже уничтожен, а мне надо поработать.

Холодов ещё там, потому что в лесу волки водятся, ещё труп утащат, да и найди ещё в темноте, где ты его застрелил. И раз он приехал сюда один, то мне срочно стоит всем этим воспользоваться.

Можно было начать сразу, но тогда бы Холодов заподозрил, почему я сразу не кинулся звонить. Его коллеги могут вообще всё по минутам потом восстанавливать. А так я отзвонился, и у меня появилось ещё примерно минут тридцать, пока из города приедут полиция и ФСБ. Мне хватит.

И я не буду ничего забирать. Если хоть что-то пропадёт, Холодов может подумать на меня. Но с моей памятью мне не обязательно забирать вещь. Мне главное её увидеть.

— Позвонил? — спросил сторож, увидев меня.

— Ага. Скажу, наверное, там всем, чтобы в одном месте держались, — предложил я, кивнув на большой дом. — Чтобы потом полиция не искала.

— Да. Вот только хотел сказать.

* * *

Шёл я в темноте, держась подальше от фонарей, а их было немало. Они решили осветить всю территорию.

Но план местности прописался у меня в голове ещё днём. Это один из навыков Тумана, он неосознанно запоминал все места, где бывал, и уже знал турбазу так, будто прожил здесь много лет. Ну и я, значит, знаю её не хуже.

Двигался вдоль забора, затем у сауны, через столовую, в которой не оказалось никого, кроме кошки, но ей до меня не было никакого дела.

В столовой я вылез из окна, оно было пластиковое, открывалось легко. Прошёл ещё немного и вскоре добрался до большого гостевого дома, но с обратной стороны, где никто не стоял. Чёрный ход заперт, но не зря же я взял ключик.

А внутри всё было ещё проще, это место я запомнил ещё лучше. Я сразу поднялся на второй этаж, держась подальше от зала. Осталось найти спальню, где ночевал Валера. Тут несколько комнат, но ни одна из них не заперта. Почти все рассчитаны на двух человек, узкие кровати стояли у стен, шкафов не было.

Заглянул в одну, во вторую, в третью. Ага, здесь. Моё внимание привлекла комната, где на кровати лежала белая футболка и куртка, которую я видел ещё вечером. Ну это точно шмот нашего белого дракона.

Правда, была проблема. В комнате оставался молчаливый Володя, которого я запомнил, как Фримена. И пройти к шмоткам Валеры так, чтобы он меня не заметил, не выйдет.

Володя не собирался выходить из комнаты, но и спать уже не мог, ведь выстрелы перебудили всех.

— Чё там происходит? — испуганно спросил он.

— На Олю, менеджера вашего, напали, — я делал вид, что тяжело дышу. — Собирайся.

— Чё? А в кого стреляли?

— В лысого вашего, это он на Олю напал.

— Валера? — парень вытаращил глаза.

— Иди, говорю. Там ФСБшник ходит, он велел всем никуда не уходить. Лучше вниз спуститься, и там ждать, когда все приедут. Сторож всех собирает. Менты едут.

— Вот засада, — проговорил он.

Пока Володя-Фримен тупил, я оглядел вещи в комнате. Увидел ноутбук, но даже Туман лично не взломал бы его за несколько минут. И брать не вариант, о пропаже узнают быстро, и я тут же превращусь в главного подозреваемого для всех…

Нет, ноут пока не нужен. Может, Наташа или её коллеги его изымут, и я потом гляну.

Мне надо что-нибудь ещё. Володя вышел, но посмотрел на меня таким взглядом, что я не стал задерживаться в его комнате. Вместо этого я прошёл по коридорчику, разбудил подругу Ярика и пошёл на выход.

Но вернулся в нужную комнату совсем ненадолго. Ну хоть бы что-нибудь.

Я полез в рюкзак, заметив, что на автомате натянул перчатки. Пора работать. Пу-пу-пу. И что у нас здесь? Шоколадка, пауэрбанк, ключи, спортивная бутылка воды, зарядка, беспроводные наушники с большим оголовьем, ручка и… интересно девки пляшут.

Вытащил записную книжку. У неё тёмно-синяя твёрдая кожаная обложка, шершавая, и наверняка приятная на ощупь, от которой за версту разило: «я стою дохрена бабла». Ещё бы, минимум четырнадцать тысяч за такую вещичку, это же Montblanc. У нас в группе мажор Кирилл с таким ходил и хвастался, поэтому и знаю.

Но нафига эта вещь айтишнику, который не выпускает из рук смартфон с кучей облачных приложений для заметок? Даже для понтов это очень дорого, ведь мало кто отличит это от записной книжки за тысячу, что тоже достаточно дорого.

И внутри почти ничего не написано, если не считать пары заполненных страниц в начале и одной схемки от руки, но это серверная архитектура их портала, обычная рабочая запись.

Но я узнавал эту вещь, саму книжку. Ведь это моё…

Нет, не моё. Тумана, конечно. Это он такое покупал и выдал каждому. Для чего? Не для записей же.

И я не могу её взять. Холодов поймёт. Но я запомнил всё, намертво. И чувствовал, что именно этот блокнот вызвал наибольший отклик. Дворец открывал для меня новые помещения и картины. Очередные ребусы, но эти отличались, совсем другой стиль.

Эти люди были связаны с ним по другим делам? По каким-то более старым. Потому что новые залы будто были покрыты пылью. Разберусь.

А интересно, что вещь, которую держал в руках сам Туман, оказалась эффективнее всего. Стоит учитывать на будущее.

Я вернул всё на место и вышел, на ходу сняв перчатки. Отметился в зале, сказал, что всех собирает сторож, и сам вернулся отчитаться к нему, чтобы продолжать играть роль ещё не отошедшего от погони парня, но который очень хотел всем нравиться и быть полезным.

Выгадал время, зашёл в сторожку и спокойно вернул ключ на место. А когда вышел, то увидел двух нежелательных свидетелей.

— Мы же никому об этом не скажем, да? — тихо спросил я.

Лохматая кошка посмотрела на меня с таким видом, будто прямо сейчас собиралась сдать меня Холодову, и прыгнула с забора вниз. Я услышал топот её ножек.

— Тебе всё равно никто не поверит, — в шутку сказал я.

Сказал это больше для того, чтобы расслабиться самому. А то всё-то потряхивало. Всё же в куче, и пробежка, и драка, и стрельба. В те моменты я был спокоен, но сейчас настигало.

Кошка убежала, но второй свидетель остался.

— Ты же у нас не стукач? — я погладил собаку и пожал протянутую мне лапу. — Хороший, не сдашь.

Пёс непонимающе заскулил, после пошёл по своим делам, нюхая землю.

Продолжаем, но активные действия я закончил, теперь просто надо сидеть и думать, разглядывая открытые залы во дворце. До башни ещё далеко, но я уже на шаг ближе. Жаль только, что времени на это не будет.

Я подошёл к Наташе. Она при виде меня подняла бровь.

— Вадим, что там случилось? — девушка шагнула мне навстречу. — Что там…

— Проблемки, — быстро сказал я. — Холодов завалил вашего агента. Когда тот начал в меня стрелять.

— Он не наш… ты пошёл за ним? — обе её брови поднялись. — В лес⁈ Но это же…

— Сейчас объясню, — тихо сказал я. — Не тот это агент оказался. Не Андрей.

Наташа уставилась на вышедшего покурить Андрея, а тот смотрел на голосящую Олю, которая окончательно протрезвела и жаловалась на нападение всем, кто был готов слушать.

— Но что это значит? — шёпотом спросила Наташа.

Я объяснил, придерживаясь своей легенды. Что лысый весь вечер пялился на нас. Что мне ночью приспичило в туалет, и я на него наткнулся, когда тот был рядом с домиком, но он убежал, и я тут же начал его подозревать.

Потому что если буду просто играть в бестолкового спасителя пьяной менеджерши, Наташа не поверит, она меня знает получше других. Поэтому скажу ей больше, чем другим.

— Хотел тебя будить, — рассказывал я, глядя ей в глаза. — Но там Холодов приехал, и лысый сваливать хотел, а за ним Оля увязалась, пьяная. Вот и пошло-поехало.

Дальше особо выдумывать было не надо, говорил, как есть. Мол, следил за ним, увидел, что лысый в панике, что он чуть не застрелил Олю, но я бросил в него полено. А потом кинулся смотреть, куда он побежит.

— Зачем? — Наташа с недоумением уставилась на меня.

— А вдруг бы он потом меня нашёл? Понял же, что это я, в лицо видел. Вот и надо было. Да и понятно же, что если раз не получилось, то добил бы потом.

Она молчала долго, пытаясь переварить услышанное.

— У тебя же проблемы будут, — сказал я. — Подумают, что ты как-то себя обнаружила, и он тебя вычислил.

— А? Ну да, — Наташа задумалась. — Так ведь и вышло. Как бы он ещё узнал? Два человека, смотрел на нас весь вечер. Или он параноик, решил, что надо избавляться. Но такое мы не планировали, да.

— Надо нам иначе говорить, — я предложил это с таким видом, будто это только что пришло мне в голову, и взял её за руку. — Я не буду говорить, что он именно к нам шёл. Холодову вот не говорил. И всем надо говорить, будто я вышел, увидел их, что-то мне не понравилось, и я начал за ними смотреть. А потом раз… ну и вмешался.

— Ладно, — она кивнула и стала серьёзнее. — А если не поверят?

— Пусть думают, что я пиво вечером пил. Там всё в этих баклашках, — я показал в сторону помойки. — Поверят, вот и пусть думают, что я случайный свидетель. Мимокрокодил. Всё равно он из-за Холодова убегать начал, так все и решат.

Вот и отмазку себе придумал, чтобы выглядеть так, будто я не при делах, и заодно Наташу прикрыл, чтобы никто не думал, что из-за неё провалилась операция, о чём мог сразу подумать её шеф. А это же и правда не из-за неё, белый дракон шёл же ко мне, а не к ней, когда понял, что я выяснил про его погибшего подельника. Но об этом говорить нельзя.

Так что волей-неволей, но придётся ей согласиться, для своего и моего блага.

— Мне надо вызвать помощь, — сказала Наташа, когда мы всё это проговорили ещё раз.

— Связи нет. Но там есть стационарный, — я показал на сторожку. — Или у тебя ещё что-то есть?

— Есть. На крайний случай.

Мы с ней вернулись в домик, и она показала небольшой приборчик с антенной. Я никогда не видел его вживую, но сразу узнал. Это так называемый мештастик, прибор для передачи координат и сообщений по радио. Причём этот продвинутый, бьёт далеко. Такому не требуется центральная сеть, и если у «Контура» где-то поблизости есть ретрансляторы, то сообщение дойдёт куда надо.

А я так и думал, что у этой фирмы были разные способы связи для любого случая.

* * *

Приехала полиция, которую вызвал сторож, затем прибыли люди в штатском, похожие на ФСБшников. Так что среди отдыхающих тут же прекратились разговоры о том, что надо уезжать. Все смирились.

Ну и уже все знали, кого там застрелили в лесу. Новость всех шокировала, а я слышал краем уха всё, что обсуждали между собой охреневшие от такого расклада айтишники. Что сам по себе Валера был хреновым работником, туповатым, но пробивным, и за него всё делал погибший Пашка и нейросетки.

Впрочем, уволить человека не так-то просто, даже если он хреново работает, вот Валера и держался, пока мог. Вечно ходил недовольным, но оставался на месте. Хотя все удивились и думали, что это какая-то подстава. Правда, нападение на Олю оправдать было сложно, а она об этом кричала во весь голос.

А мне вдруг подумалось, что агент угодил в мышеловку. Туман его не эвакуировал и не оставил достаточно денег, чтобы человек залёг на дно, и ему приходилось работать дальше, бросая недокуренные сигареты своего начальника на точку встречи, чтобы подставить его.

И всё же, Валера надеялся, что его вытащат, и держал канал связи открытым. Если бы пришёл ликвидатор, знающий его в лице, он бы от него избавился, наверняка подставив Андрея. Потом бы залёг, понимая, что этот вариант безнадёжный. Или пришло бы долгожданное спасение, в которое он верил.

А среди айтишников ему было безопаснее, ведь легенда работала. Он ждал правильного расклада костей и эвакуации, надеялся на неё. Ведь реалистичный вариант был слишком мрачный…

Среди приехавших был один мой знакомый. Оперуполномоченный капитан Рогачёв зашёл ко мне в домик. Вид у него был недовольный.

— О, Пётр Андреич, — сказал я, поднявшись ему навстречу. — Тоже приехали.

— Я на тебя, Вадик, сейчас орать буду, — строго сказал опер. — Куда ты полез? Нафига ты вообще в лес побежал, ёлки-палки? Тебе мало приключений было?

— Ну, так убил бы он постороннего человека, если бы я не вмешался, — я пожал плечами. — Вдруг бы ещё кого-нибудь встретил. А так… А вы будете это дело расследовать?

— Следователь дела расследует. Но раз тут «соседи» оказались, — он кивнул на чёрные машины с мигалками, — то всё теперь непонятно.

Долго капитан не злился. В целом, я нашёл к нему подход, и тогда неплохо помог ему с уликами. И он будто решил за мной приглядывать. Ну и пусть, знакомые менты всегда пригодятся.

* * *

Меня расспрашивали и расспрашивали, но я придерживался старой версии, что перепил пива и решил спасти Олю. А когда говорил, что побежал за Валерой в лес, то сыграл так убедительно, что даже следователи в этот момент закатывали глаза или шлёпали себя по лбу.

И я их понимал. Но им не надо знать, что я не геройствовал, а выслеживал агента, и что он сказал мне много важного. С каждой минутой я давал им всё меньше поводов думать, что замешан в этом намного больше.

Так что пока все эти большие дяди разбирались, они даже не представляли, что я связан со всем этим напрямую, и всё это делал не просто так.

Я сидел спокойно, делая вид, что у меня отходняк, шок, ПТСР и вьетнамские флешбеки одновременно, и смотрел в окно, иногда односложно отвечая. Вышло убедительно, даже Наташа поверила и не тревожила.

А снаружи веселье. Там уже приехало больше людей, чем было на базе отдыхающих. Кроме начальства и коллег Холодова на чёрных внедорожниках с мигалками, вскоре прибыл ещё один джип с эмблемой «Контура» на капоте.

Холодов при виде них вспылил.

— Им тут нечего делать! — заявил майор.

Но его руководитель, седой мужик в костюме, тот самый Валентин Палыч, отвёл его в сторонку. Я видел через окно, как седой вполголоса его отчитывает.

— Ты нафига один полез? — читал я по его губам. — Напортачил… агента просрал. Всё насмарку…

— Но Валентин Палыч, — спорил Холодов, и его я слышал. — Вы же сами сказали, чтобы я…

— Я тебе так говорил, чтобы ты не напортачил. А ты…

Интересно. Холодов во многое лезет сам. Начальство его ценит, видно по взгляду, но уже идёт раздражение, потому что он лезет в одиночку, сам, без помощи системы.

Это было эффективно, ведь именно так он раскрыл Тумана. Но привыкшее к регламентам руководство злилось, и майор получал. Его ценят, но терпение Валентина Палыча не безгранично.

Так что я поместил на его картину закипающий чайник.

Досталось и Наташе, как я и думал. Я слышал, как зам её шефа, небритый мужик по фамилии Штерн, тихо, но отчётливо говорил в соседней комнате:

— Тебе было сказано следить, дать информацию и спокойно вернуться в город, чтобы мы продолжили работу уже там. И поэтому разрешили тебе ехать не одной. И что вышло в итоге?

— Но Дмитрий Андреич, — Наташа нервничала, но говорила спокойно и медленно, — у нас была наводка на другого человека. И ни один аналитик не предполагал, что агент — другой человек.

— Какая разница? Леонид Аркадьич будет очень недоволен.

— Разве? Мы же поняли, что агент скрывался. И если бы не этот ночной случай, обвинили бы непричастного и упустили бы опасного человека, который очень много знал!

А она молодец, не теряется, хотя этот Штерн явно не простой человек.

— Всё равно я скажу Леониду Аркадьичу, — упрямо произнёс он.

Штерн приехал не один, с ним был тот крепкий парнишка по имени Денис, который тогда пытался отвадить меня от Наташи и даже хотел ударить, но безуспешно. Сейчас он стоял у двери и этот разнос слушал не без удовольствия.

Пока я не подошёл к нему ближе, а то его рожа стала слишком довольной.

— О, какие люди, — произнёс я. — Один и без охраны.

— Чё надо? — со злостью спросил он.

— А ты так всё и водишь?

— Вожу, — Денис смерил меня взглядом. — Ну чё, подружка твоя облажалась. Слышишь, как её шеф полощет? Облажалась с агентом, ха.

— Так ты шофёр? — спросил я.

— Ну да.

— И что, понимаешь в такой работе?

— Больше многих, — с гордостью сказал он.

— Нихрена ты не понимаешь, — отрезал я. — До тебя даже не дошло. Ты только что рассказал постороннему человеку, что это была секретная операция, а не случайность. Ты всё выдал мне.

Его лицо вытянулось, когда до него дошло, что он брякнул.

— Если Штерн узнает, он тебя полоскать будет куда серьёзнее, — продолжил я с усмешкой. — А вообще, Денчик, Наташа работала, чем бы она ни занималась, и есть результат. А от тебя требовалось просто стоять на месте и рот не раскрывать. А ты… ты всё выболтал, чувак. Так что так и будешь простым водилой.

Он аж зубами скрипнул и дёрнулся, будто я его ударил. Но хватило ума промолчать дальше, и он стоял с таким лицом, будто я угостил его лимоном.

Вскоре они уехали, но перед этим Штерн долго говорил с тем Валентином Палычем, а вот мне пришлось ещё несколько часов давать показания.

* * *

Освободились мы только к вечеру и поехали в город с Наташей на её рабочей машине.

— Спасибо, что никому не сказал, что я тебя в курс ставила больше, чем положено, — произнесла она, молчав несколько минут.

— Чё, я не знаю, что ли, что помалкивать надо? — спросил я.

— Знаешь, конечно. И для всех выглядело, будто его спугнул Холодов, — продолжала девушка. — А ты случайно оказался в этот момент на ногах. Они тебе поверили.

— Значит, шеф не злится?

— Я с ним говорила по телефону. Он недоволен, но зато агент уже ничем никому не навредит. Хотя Штерн столько всего наплёл… извини, это рабочие моменты, не интересно.

Вообще-то мне охренеть как было интересно, но я сделал вид, будто ещё не отошёл от ночного.

Наташа рассказала, что Холодов приехал именно к начальнику отдела Андрею, ведь все с подачи Валеры думали на него. Майор изучил Андрея и решил, что айтишник не выдержит давления, поэтому и явился при всём параде ночью, открывая дверь с пинка. Это кого хочешь напугает.

И тут-то вылез Валера, о котором никто не думал. И так всё и осталось бы тайной, если бы я не пошёл в гостевой дом во второй раз.

Но я отметил себе, что Холодов про Валеру не знал заранее. Похоже, завербованный им красный дракон не успел выдать многого, только сказал, что взаимодействуем с кем-то. А может, держал это при себе, чтобы что-то выторговать.

Вечером я хотел побыть один. Вернулся домой, купил в магазине по пути куриную тушку. Хотел сделать самое простое блюдо в духовке — курицу на соли, но решил немного усложнить, да и готовка приводила мысли в порядок. Сложно думать на голодный желудок, особенно когда столько зацепок и новые залы.