Глава 20

Лёша будто старался вернуть каждую потраченную за сегодняшнюю прогулку калорию, поэтому взял двойной бургер. Я тоже проголодался, но у меня-то на всю катушку работала голова, и из-за этого я чувствовал себя голодным. Мысленная работа тоже требует подпитки.

Мы сели в баре недалеко от места, где жила девушка Пашки. В этом баре подавали крафтовые бургеры и не менее крафтовое пиво. Я взял бургер и кружку тёмного, но пока не пил, а смотрел в окно.

Просто там мелькнула знакомая «девятка», но она проехала дальше. Всё равно проверяют, но это может быть контрольная проверка. Хотели убедиться, что я делаю то же самое, что и раньше.

Мне нужен повод встретиться с девушкой Пашки лично, и чтобы она подумала, что я его хорошо знал. И в своём досье во дворце памяти я восстанавливал события пятилетней давности в летнем лагере.

Там мы купались в озере, ели вкусный хлеб в столовке и дрались с деревенскими на дискотеке. В целом, о том времени остались приятные воспоминания.

Я даже подумал и сделал во дворце для этого отдельную комнату, чтобы иногда возвращаться туда и вспоминать. Вернее, не комнату, а участок за пределами дворца памяти Тумана, где я строил своё личное. Дворец же не только для работы, он ещё нужен, чтобы не забывать важное в жизни.

И в том же лагере я общался с рыжим Пашкой. Парнем он был дружелюбным, младших не задевал, давал послушать музыку на MP3 плеере, причём только мне, потому что я мыл уши и не пачкал наушники серой.

Помнил всё так, будто смотрел кино. А неплохой же парень был, зря только связался со всем этим. Но его вполне могли и обмануть, или угрожать, или что-нибудь ещё. Уже поздно, он стал красным драконом, сдал нанимателя, и его убрали.

— Я эти группы даже не знаю, честно говоря, — сказал я, когда бармен переключил канал, и заиграла новая песня. — Каждый раз новая песня играет, и я впервые её слышу. А вроде современное всё.

— Вообще, сейчас столько групп, — заметил Лёша, не выпуская из рук кружку с пивом. — Да и в целом очень много контента стало. Вот помню в детстве, если кто-то смотрел фильм, то о нём все знали. А сейчас даже анимешки все разные смотрят. Раньше было проще.

— Тебе двадцать лет, Лёш, рановато ты стал молодость вспоминать, — я усмехнулся и глянул в окно.

«Девятка» уехала и не возвращалась, и никаких знакомых лиц я больше не видел.

— Не, Вадя, согласись, — продолжал Лёша, — что сейчас очень много контента, и каждый себе выбирает по вкусу, и поэтому каждый живёт в своём пузыре…

У него зазвонил телефон, и он стал говорить с мамой, говоря, что гуляет с Вадиком. При этом всеми силами пытался делать вид, что у него трезвый голос, но маму он обмануть не смог, и тут же получил втык.

— Дай трубку, — я протянул руку за его мобилой, и спокойным, трезвым и взрослым голосом сказал его маме, что у нас всё хорошо, никуда не лезем, проблем нет, долго сидеть не будем и завтра обязательно пойдём на учёбу.

— Всё, бро, выручил, — сказал он, когда я вернул ему телефон.

— Переживает же, — заметил я. — А то думает, что этот детдомовский её сыну-корзину плохому научит. Курить или пиво пить.

Лёша заржал и пошёл в туалет, а я взял свой телефон и позвонил по номеру, который мне прислал Васёк.

— Маша, здравствуйте, — вежливо сказал я. — Я друг Павла, мы с ним в детдоме росли. В город вернулся из армии, узнал только сегодня, что с ним стало. Мои соболезнования.

— Это давно было, — равнодушно произнесла она. — И мы с ним расстались незадолго до его смерти.

— Выпивал?

— Бывало. Ссорились ещё часто. Честно говоря, я всё это с психологом проработала, и мне уже неважно. Так что…

— Он, наверное, обо мне рассказывал, — произнёс я, прекрасно зная, что нет. — Мы с ним раньше много общались. Помочь вам, может быть? — предложил я.

— Не стоит.

— Да мне неловко, я перед армией у него денег занимал, а вернуть не успел…

— Оставьте себе, — холодно сказала девушка. — Мне пора…

— Да как-то неправильно. Я обещал отдать. Просто не срослось тогда, в армию призвали, а тут вернулся… Давайте хоть вам отдам.

— Да не стоит, — она произнесла это уже не так уверенно.

— Десять тысяч должен ему, — зашёл я с козырей. — Давайте зайду, занесу, не лишние будут.

— Ладно. Я сейчас дома, — сдалась Маша и назвала адрес.

Ну, деньги открывают многие двери, а Туман проспонсирует эту встречу.

Договорились, что зайду к ней через час. Хвост не вернулся, Лёша вскоре поехал домой на такси, хотя он после выпитого очень хотел остаться в баре и продолжить веселиться. Но я пообещал его маме, что мы долго сидеть не будем, вот и отправил его домой.

Он неплохо меня выручил, и хвосту надоело нас ждать. Так что мне просто оставалось перейти через дорогу, позвонить в домофон и подняться на третий этаж.

Высокая и тоже рыжая Маша была не особо приветливой, и в целом, её воспоминания о Пашке тяготили. Но я рассказал ей несколько баек из летнего лагеря, немного приукрасив, она расслабилась, посмеялась, я ещё добавил из того, что слышал на турбазе. В общем, выставил себя хорошим другом погибшего.

— Он какой-то нервный стал в последнее время, — рассказывала Маша. — Работал допоздна, злился, вот и расстались. Съезжать от него хотела, а потом узнала, что случилось. И вот, — она надула губы. — Только вещи и остались.

— А можно взглянуть? — спросил я. — И если можно… просто даже на память ничего не осталось, даже фотки. Телефон утопил и всё, ничего больше.

— Да хоть всё заберите. Хотя… — она задумалась. — На «авито» хотела выложить, да жалко. Он из детдома же, каждую мелочь ценил, берёг, не выбрасывал.

— У него ещё плеер был, — вспомнил я. — Синий такой.

— Да, лежит.

Она принесла пыльную коробку, перемотанную по краям скотчем от «Почты России», и открыла. Пахнуло пылью и чем-то китайским с «Али-Экспресса».

Вот и вещи, всё, что Пашка хранил. Потёртый кожаный кошелёк, ключи, старая электробритва ничего мне не сказали, как и диски, CD и MP3, и мотки наушников. Старые кнопочные телефоны тоже не выделялись.

Во, этот тот самый плеер, который он мне давал слушать в лагере: тёмно-синий, потёртый, с маленьким экранчиком, ещё работал от батареек.

Кроме того, был военный жетон с надписью ВС СССР, это сохранил его отец и хранил Пашка. Ещё я вспомнил китайский складной ножик с пластиковой рукояткой и самодельный браслет из паракорда, наверняка чей-то подарок.

— Вот это у него в лагере было, — я рассказывал о разных вещах, если их помнил.

Были документы в файлике, старые зарядки от телефонов и футболка с принтом Rammstein.

Я думал, что всё, но она принесла ещё одну коробку, из-под обуви. Вот и та самая дорогая записная книжка, которую я искал. Она была не тёмно-синей, а тёмно-красной, но качество обложки такое же высокое.

Записей в ней не было вообще, но я всё равно полистал, чувствуя, что в голове происходит узнавание этой вещи. Пролистал всё, чтобы она осталась в памяти, даже технические данные на последней странице. На свет посмотрел некоторые страницы, но водяных знаков не было.

Теперь эта записная книжка у меня в голове. И, кажется, я сообразил, что дело как раз в этих технических записях на обратной стороне обложки. Слишком уж они нестандартные, очень много там цифр. И у лысого Валеры тоже были нестандартные записи.

— Дорогая вещь, — сказал я и вернул её Маше.

— Тогда буду пользоваться на работе.

Это точно часть шифра, ключа, и у меня есть два из трёх обрывка. В памяти это всё отпечаталось. Возникло ощущение, что Туман хранил сам ключ где-то в башне, но если я достану третьего дракона, то узнаю ключ раньше, и могу понять, для чего он нужен.

И было кое-что ещё. Это моё, вернее, Тумана.

— Это он купил за компьютером работать, но никогда не надевал, — сказала Маша.

Вот эти очки я узнал сразу. И воспоминание, когда я взял их в руки, было куда ярче обычных.

* * *

— Носи их, пока на деле, — говорил я, сидя на скамейке в торговом центре.

Вернее, говорил не я, а Туман, и общался с красным драконом. Парень сидел с обратной стороны спиной ко мне, и я видел его яркую рыжую шевелюру. Ну а Туман делал вид, что записывает голосовое на телефон, но сам проводил инструктаж.

Туман встречался с Пашкой, но не показывал ему своё лицо.

— Очки работают с другим устройством в паре, — продолжал Туман на отличном русском. — Но даже без него они полезны. Носи их всегда, когда ходишь на объекте. И глушилку не забывай.

— Я помню, — отозвался Пашка.

— Потом выкини. И помни…

— Да-да, опытный сверхсекретный прототип, я помню. Выкину.

* * *

Вот это прям мощно было, я будто сам там сидел, пока крутил эти очки в руках. Очень явно воспоминание, и инструкции тоже, лаконичные, но понятные. И бережливый Пашка не выкинул. Хотя он мог отдать это Холодову.

— А никто больше эти вещи не спрашивал? — спросил я.

— Да там много в полиции лежит, — сказала она, — забрали, и кое-что моё тоже за компанию. Я часть вернула, но что-то до сих пор там, как улики, хотя должны вернуть. А это просто на даче было, я про это забыла сказать.

Ага, теперь понятнее. Холодов это отработал, возможно, изъял более новые гаджеты, но остались эти две вещи. И кстати говоря, это такие гаджеты, от которых не отказался бы и Джеймс Бонд.

Сначала очки. Внешне это узкие очки без диоптрий для компьютера. Они отсвечивали фиолетовым на солнце и казались обычными, но внутри была спрятана тонкая электроника. Их надо сопрягать с особым телефоном или чем-то ещё, но и без него они способны на что-то.

И было кое-что ещё. Я покрутил в руках компактный чёрный вейп. Тут же были запасные картриджи, но эта штука не для того, чтобы парить. Совсем не для этого.

Эти шпионские гаджеты должны быть у меня. Очки и вейп я взял тайком, ну а про плеер спросил, чтобы девушка не удивлялась, что я ничего не взял, раз уж договорились. Да и ей же потом будут проблемы, если кто-то найдёт всё это и обвинит её в укрывательстве.

А что было важнее этих гаджетов, так это то, что память прояснялась. Тут и новая картина появилась, и понимание, для чего всё это можно использовать, вернее, были навыки использования.

Попрощался с Машей, вышел, проверил хвост, но никого не было. В автобусе написал Наташе, она ответила, что освободилась, и есть важный разговор.

— Скоро приеду, — записал я голосовое.

И попутно начал разбираться в найденном.

Надел очки, но ничего не изменилось, разве что видеть стал похуже, так как линзы были заляпаны. Но я понял, что Туман их носил часто и ходил в них перед камерами. Они не делали засветку лица на записях, как можно было подумать. Эти яркие пятна очень подозрительны, и выделяются для охранников куда сильнее обычных лиц.

Эти работали иначе, отражали всё так, чтобы на запись не попадали глаза. А если система опознавания лиц не увидит глаза, то она не сможет опознать лицо.

Человека всё ещё можно увидеть меня на камере, да и можно узнать по походке. Зато система не среагирует автоматическим сигналом, если ты есть в её базе данных, и не запишет тебя туда. Машина просто ничего не поймёт, а человек, сидящий за монитором, не заметит подвоха.

Если ещё найти телефон, к которому эти очки можно подрубить, то будут другие фишки. Это не шапка-невидимка, но обнаружение усложнит. А вместе с другими гаджетами это поможет двигаться по городу незамеченным. Осталось их только достать.

А вот вейп интереснее. Такое на маркетплейсах не продаётся. Понятно, что картридж на самом деле не картридж, а батарейка. Я нажал на кнопку, и вейп начал быстро нагреваться. А на экране телефона через какое-то время погасла сеть.

Охренеть, глушилка. Компактная и небольшая, но она действует. Пусть и недалеко, но гаджет серьёзный.

— Опять инет вырубили, — недовольно проговорил сидящий рядом парень.

Я отпустил кнопку, и сеть вскоре вернулась, а парень продолжил смотреть тиктоки. Дальность небольшая, но батарейку должно жрать как не в себя. Не зря так греется.

Это мои первые шпионские гаджеты, а где-то должно быть больше подобного. И мне казалось, что они рядом, стоит только руку протянуть. Надо только в памяти пошариться получше.

* * *

Поужинали с Наташей пастой-карбонарой, потом она села на диван, а я лёг, положил голову ей на колени и уставился в потолок. Свои ноги вытянул, поняв, как они устали от сегодняшней ходьбы.

Наташа тоже выглядела усталой, и на что-то большее нас не хватало. А уютно так лежать. По-домашнему так. Даже глаза закрыл, но перед ними всё равно стояла новая картина.

— Прости, что так вышло, — сказала Наташа.

— А что такое? — спросил я, открывая глаза.

— Да тут Леонид Аркадьич сказал, что за тобой случайно отправили человека, чтобы наблюдал.

— Кто отправил? — я сделал вид, что удивился.

— Его зам, — неохотно сказала она, пальцами перебирая мне волосы. — Типа, проверить, но шеф был против и отозвал. Так что не волнуйся.

— А я и не заметил. А больше не потревожат?

— Ну, пока всё спокойно. Просто так совпало, они не поняли друг друга. Но всё спокойно, — неуверенно повторила она.

У них в филиале «Контура» явно идут какие-то тёрки в руководстве, это читалось невооружённым взглядом, и Штерн мне не нравился, как и его водила. Но что именно происходит, со стороны не видно.

— А у тебя какие планы на завтра? — спросила Наташа.

Я закрыл глаза, будто засыпал.

— Пары. Автошкола ещё. И… бассейн.

— Поплавать хочешь?

— Ага. Давно хотел.

И не только поплавать. Я туда иду совсем не для этого. Хотя и поплаваю.

Вскоре мы легли спать, но я просто лежал с закрытыми глазами. Тело в постели, под одеялком, голова на мягкой подушке, девушка спит рядом. А мыслями я во дворце, в просторном светлом зале, где играет моя музыка, а разглядываю огромную картину под названием «Последний день Помпеи» художника Брюллова.

Эту картину я сегодня видел в новом зале, и сейчас она стала чётче. Сегодня это моя награда, ведь я увидел её, только когда нашёл связанные с этим воспоминанием вещи.

На ней много людей и предметов. Ребус сложный, многоуровневый, и, кажется, связан с местом, где Туман прятался, потому что под ней стояла обычная кушетка. Там его база? Посмотрим.

Но начнём с чего-нибудь попроще.

На картине жители Помпеи спасались от извержения вулкана Везувий, а Туман поместил на неё тех, кого там не могло быть в принципе.

Например, там не должно было быть Владимира Ленина в старомодном купальном костюме, очках для плавания и шапочке для бассейна. На картине вождь революции выбегал из дома с сейфом в руках.

Но этот шифр самый очевидный, я раскусил его сразу. Потому что у нас в городе на улице Ленина есть дорогой фитнес-клуб с самым большим в городе бассейном. Тут и гадать не надо, что Туман запомнил таким образом именно это место.

Я там был разок, хотел записаться на секцию по кикбоксингу, но это было дорого, а по социалке туда не брали. Да и рейтинг у них пробивает дно, и даже накрутки ботами не помогают. Все жалуются на грубый персонал.

Но раз Ленин держит сейф, то в этом бассейне явно спрятан какой-то тайник. Возможно, в одной из ячеек. Схожу туда завтра.

* * *

— Хочу в бассейн записаться, — сказал я на стойке администратора. — И в тренажёрный зал. Студенческий показать?

— Абонемент желаете со скидкой купить? — тут же предложил парень-менеджер с широкой издевающейся улыбкой. — К сожалению, у нас скидок для студентов сейчас нет, но на другом конце города есть муниципальный бассейн. Там не так хорошо, как здесь, но зато по карману будет.

Блондинчик с уложенными гелем волосами заулыбался девушке, стоящей неподалёку, явно хвастаясь своим остроумием. Мол, уел нищего студента.

Не зря на картах у этого бассейна такой низкий рейтинг. И где их клиентоориентированность?

— Но там и зарплаты администраторов поменьше, — заметил я. — А если будете так юморить, вас только туда и возьмут. Потому что здесь вы точно не задержитесь с таким чувством юмора.

— Да я не это имел в виду, — его улыбка погасла, и он достал прайс.

Ну, цены кусаются, но месяц походить могу, не нарушая легенду, как раз недавно пенсия приходила. Ещё у них была услуга ВИП-абонемента, с отдельной раздевалкой и шкафчиком для хранения вещей, но это при покупке полугодового абонемента, и стоило это полтинник. У меня столько было при себе наликом, но потом это точно вызовет вопросы.

Туман, конечно, должен был воспользоваться именно отдельной раздевалкой, он-то любил роскошь. И если он оплатил абонемент подольше, то его вещи могли висеть там до сих пор. Вот и проверим. Наверняка он записался туда под каким-то отдельным именем, иначе Холодов давно бы уже всё забрал.

Сначала меня отправили к доктору, которая смерила мой рост, вес (я, кстати, прибавил пару килограмм, но внешне это было почти незаметно), померила давление и осмотрела ногти на моих ногах, что там не было грибка.

После дала мне справку, что я допущен, и я оформил за наличные абонемент на месяц. Ну, чтобы не было подозрительно, что явился туда всего раз. Да и я сам хотел немного подкачаться и поплавать.

Всё это время я был в новых очках. Ведь они не только прячут глаза от камер, но и должны что-то показать. Впрочем, я не маскировался, всё равно в клубе видели мой паспорт при оформлении и, как студенту, дали скидку.

Сначала побегал на втором этаже на беговой дорожке, поговорил с тренером насчёт программы силовых тренировок, посмотрел, где проходят занятия по кикбоксингу, а после спустился вниз и поплавал в бассейне, облачившись в раздевалке в новые плавки и очки. Плавать разрешали без шапочки, но надо было зайти в душ перед входом в сам бассейн.

Попутно осмотрел все шкафчики через очки, но чего-то особенного не заметил. Ладно, у нас есть ещё ВИП-раздевалка с отдельным выходом в бассейн.

Сначала я отправился искупаться, захватив не только очки для плавания, но и эти новые. Вода в бассейне холодная, я с непривычки чуть не нахлебался, но вскоре навык Тумана сработал, и через несколько минут я легко плыл, скользя по воде. Даже нырнул один разок и научился отталкиваться от бортика. Впрочем, я и раньше умел плавать, просто не так быстро.

Попутно насладился очередной картиной во дворце. Чтобы Туман, да с кем-то не переспал в подобной локации? Тут же вспомнилась сцена, как он плавал с какой-то девушкой в большом бассейне, конечно же, голышом, и портрет её появился, открыв мне вход в новый зал, правда, пока он ещё был тёмный.

* * *

После бассейна я сделал вид, что сослепу перепутал вход, поэтому вышел через другую дверь, благо, для ВИП-раздевалки не было отдельного ключа, и охранник рядом с ней не сидел.

Я дождался, когда отвернётся бородатый тренер со странной причёской, нагло вошёл и надел очки. Внутри три ряда чёрных шкафчиков с кодовыми замками, отдельный душ и собственный вход в бассейн. Внутри сидел незнакомый дед, но он сразу пошёл в душ, не обратив на меня внимания, ведь я вёл себя так, будто знал, куда пришёл.

Оглядел шкафчики с кодовыми замками через линзы очков. И сразу же заметил на одном жёлтые чёрточки. Посмотрел поверх очков, но не увидел их. Это какой-то маркер, который видно только в этих очках. Интересно. И шкафчик стоит так, чтобы камера в углу его не засекла.

Угу. Мне кажется, что Туман хотел использовать это для обмена вещами, но не успел организовать. Зато положил туда что-то важное, а не таскал с собой. Или как запасной вариант для чего-то.

Я подошёл, осмотрел электронный кодовый замок, и просто ввёл 22041870, дату рождения Ленина, раз он был на картине, и год рождения был указан на самом сейфе.

Пик! Дверца открылась, внутри висела светлая спортивная куртка, лежало полотенце, очки для плавания, тапочки и силиконовая шапочка для бассейна.

Куртку я узнал сразу, и на автомате, будто делал это много раз, засунул руку во внутренний карман.

Есть! Я достал оттуда массивные ключи, сразу убрал их себе и закрыл дверь. Ведь у меня возникло ощущение, что больше там нет ничего важного.

Вернулся в свою раздевалку, принял душ, оделся, но ключи пока не осматривал, и так их запомнил. От какой же они двери? Но разошедшаяся на всю катушку память подсказывала дальше.

Кажется, это гараж. И подсказка, как его найти, должна быть спрятана на этой же картине.