Глава четырнадцатая

Убийственный взгляд сменился испуганным.

— Егор, что ты наделал?

Ее голос дрогнул.

— Внес небольшое разнообразие в нашу скучную беседу. А что? — пожал он плечами.

— Ты…

— Настя, пора с этим заканчивать, — строго произнес Егор. — Четыре с половиной месяца твоя мама думает, что у тебя все хорошо.

— Ты вообще адекватный?

Егор видел, что она взволнована и к ее щекам прилила кровь. Она опустила руки на колени, затем снова сложила их, когда поняла, что Егор откровенно рассматривает ее грудь. Через секунду он будто опомнился и ответил:

— Ты тоже немного с приветом, раз не говоришь ей о том, что находишься в бегах. Так что, кто из нас нормальный, а кто нет, тот еще вопрос.

Настя разозлилась и сжала губы в тонкую линию. Это его позабавило. Егор заметил, как она сжала кулачки, и он чуть не расхохотался, но вовремя закусил губу, понимая, что сейчас не подходящее время для смеха. Телефон Насти снова оживился.

— Это мама?

— Да, это она, — ответил Егор, когда взглянул на экран. — Наверное, я ей очень понравился.

— Егор, дай телефон. Я попытаюсь все исправить. Скажу, что это была шутка.

— Да, Людмила Витальевна, — сказал Егор. — Нет, это не шутка. У нас все серьезно.

Попрощавшись, он отключил связь и, смотря на нее испытующим взглядом, запихнул его в карман.

— Настя…

— Ты точно врач?

— В-первую очередь, я живой человек, на которого завели уголовное дело за то, что не дал твоему Сергею увезти тебя, и я что-то пытаюсь делать, а во вторую — врач.

— Мне жаль, что все так получилось, но я тебя предупреждала, Егор.

— Да, я помню.

Настя уловила в его голосе издевательские нотки и снова сжала губы в тонкую линию. Егор спрятал улыбку и прислонился плечом к стене. Ему понравилась эта ее привычка. Он ждал.

— Ты ждешь продолжения разговора? — спросила Настя. — Что ты еще хочешь услышать? Он женился на мне из-за денег. Это я уже потом поняла.

— Тебя должно было насторожить то, что он быстро сделал тебе предложение, не позвал своих родственников. Ты говорила, что вы не играли пышную свадьбу, а просто расписались и где-то там посидели. Ладно, Сергей, но как твои родители допустили такое, учитывая, что ты их единственная дочь? Тем более, деньги им позволяли…

— Я настояла, — она прикрыла глаза, вспомнив, что Сергей не хотел никакого торжества. — Он настоял.

— Так я и думал, — хмыкнул Егор.

— Бегство было единственным верным решением, — заключила она и откинулась на спинку дивана, но снова зашипев от боли, выпрямилась. — Проклятый бок. Ни сесть, ни встать нормально. Я даже боюсь чихнуть.

— Ты очень легко отделалась тем, что на тебе было много слоев одежды, скорость машины была невысокой и вдобавок ты упала в снег, а не на камни. Завтра во время моего перерыва, я отпрошусь на лишний часик, и мы встретимся с адвокатом.

— Мне это не поможет, Егор, — покачала она головой. — Ты сам веришь, что твой адвокат сумеет помочь?

— Настя, я понимаю, что адвокат не всесильный. Есть еще я.

— Что ты? — развела она руками.

Телефонный звонок снова прервал их разговор.

— Это опять твоя мама, — сказал Егор, когда посмотрел на экран.

— Егор, нет, — покачала она головой, чтобы он не отвечал на звонок.

— Да, Людмила Витальевна, — сказал Егор, сверля Настю глазами. — Нет, она заснула. Да в моей постели. Я же говорил, что мы женимся.

Он пять положил телефон в карман.

— Такое нельзя говорить матерям! — ее голос перешел на крик. — Кем ты себя возомнил?!

— Ну, вообще-то мы уже поцеловались, а значит…

— И ты это считаешь поцелуем?!

Егор улыбнулся и приподнял одну бровь. Настя осознала, что только что сказала и прикрыла глаза, пытаясь подобрать слова, чтобы выкрутится из ситуации.

— Хочешь поцелуя? — спросил он, сложив руки на груди.

— Нет, — быстро ответила она.

— Жаль, — пожал он плечами. — Думаю, тебе он бы понравился.

— А если нет?

Он сдержал смех, когда она снова прикрыла глаза, жестом сказала не слушать ее и забыть обо всем.

— Говорить все, что приходит в голову моя отличительная черта, — произнесла она. — Извини.

— За что извини?

— Забудь, — махнула она рукой. — Твой брат еще не приехал?

Егор, следя за ней, позвонил ему и кивнул Насте. Он договорил и положил телефон обратно.

— Я пока все приберу на кухне и возьму остатки еды, иначе все испортится, — произнесла Настя.

Егор впустил брата в квартиру и закрыл дверь.

— У вас все хорошо? — спросил Тимур.

— Относительно, хорошо.

— Недавно разговаривал с адвокатом. Он уже начал копать под Назарова. Походу все серьезнее, чем мы предполагали, — произнес Тимур. — Ершов сам обо всем тебе расскажет завтра.

К ним вышла Настя и заметила их задумчивые лица.

— Что случилось? — спросила она, переводя взгляд с одного на другого.

— Настя, советую тебе рассказать адвокату обо всем, что знаешь, — произнес Тимур. — Это может помочь и моему брату с его делом.

— Конечно.

Они взяли куртки, и вышли на лестничную площадку. Тимур закрыл дверь на ключ и стал спускаться следом за ними. Настя оставила остатки еды возле мусорного контейнера и села в машину. Егор включил двигатель и сказал ей:

— Мне нужно поговорить с братом.

Она кивнула. Егор захлопнул дверь и приблизился к нему, который стоял в трех метрах от машины. Настя заметила, как они улыбнулись другу, а затем расхохотались снова. Настя была единственным ребенком и не знала о подобных теплых отношениях между родственниками. Даже ее родители, карьеристы до мозга костей, не вели себя с ней так свободно. Между братьями угадывалась крепкая, нерушимая связь. Настя поймала себя на мысли, что смотрит на них почти с завистью. Они продолжали говорить, изредка бросая взгляды в ее сторону. Через несколько минут Тимур пожал ему руку и, бросив на нее быстрый взгляд, вошел в подъезд. Егор направился к ней. Он забрался на сиденье, впуская в салон холодной воздух, и захлопнул дверь.

— Нам придется оставить машину в чужом дворе и не включать свет в квартире, — произнес Егор. — Может мы, перегибаем палку, но пока только так.

— Хорошо, — согласилась она, понимая, что он хочет обезопасить их. — А если Сергей придет…

— То я его встречу, так как нужно было встретить с самого начала, — прервал он ее и стал выезжать со двора.

Егор выехал на дорогу. Было около десяти часов вечера, когда они попали в пробку и остановились.

— Настя я должен тебе кое-что сказать, — начал Егор и привлек ее внимание. — В своей работе я тесно пересекаюсь с полицейскими, особенно когда к нам привозят избитых или с огнестрельными или ножевыми ранениями людей, и знаю, что полицейские так себя не ведут, как повел Сергей. Они лишний раз боятся применить оружие, потому отвечают за каждый выстрел. Не врываются в квартиры и не наставляют оружие, если конечно они не задерживают преступников. Сергей действовал совершенно по-другому. Да и твой рассказ до этого убедил меня, что дела у тебя намного хуже, чем казались на первый взгляд. Вот тогда я понял, что нужно было тебя забрать и уехать оттуда. Конечно, пришлось его ударить, иначе я не представляю, как можно было поступить по-другому. Сказать ему, чтобы он отдал тебя мне? А он бы отдал? Если бы вмешались другие водители, то Назаров мог показать им удостоверение полицейского и спокойно уехать. Я к чему это говорю. Если Сергей придет ко мне в поиске тебя, то он ничего не сможет сделать, как полицейский. Для этого нет оснований, а вот как обычный гражданский, вопрос открытый.

Настя засомневалась в его словах, но ничего не ответила. Егор захотел взять ее за руку, но вместо этого сжал руками руль. Да что с ним такое? Почему он все время хочет до нее дотронуться? С этими мыслями он свернул на повороте.

Он остановился в чужом дворе и заглушил двигатель. Настя увидела незнакомую обстановку и обернулась к нему. Егор выключил свет в салоне, погрузив все в темноту.

— Посидим немного в машине, посмотрим, есть ли за нами хвост, а дальше пешком до дома, — сказав это, он посмотрел в боковое зеркало.

— Какой еще хвост?

— Ты думала, что твой Сергей просто будет сидеть, сложа руки?

— Он не мой Сергей.

— Как скажешь, — улыбнулся Егор.

Она прикрыла глаза и откинулась на спинку дивана. Егор рассматривал ее профиль. Волосы были заправлены за ухо. Высокий лоб, переходящий в изящный носик и губы, чуть полные, но не большие. Он подумал о поцелуе с ней и заерзал на месте. Вспомнив, для чего они здесь, он снова взглянул в боковое и заднее зеркала.

— Пошли, — сказал он коротко и открыл дверь.

Они вышли наружу. Егор включил сигнализацию и повел ее в сторону своего дома.

— Идти придется пять минут, может меньше. Вижу, бок больше не болит?

Она покачала головой и оглянулась назад.

— Не бойся, если бы они следили за нами, то давно появились бы.

Егор захотел обнять ее одной рукой, но сдержался и опустил. Через пару минут показался многоэтажный дом. Они вошли в лифт, поднялись на четвертый этаж. Егор жестом попросил остаться ее возле квартиры, а сам поднялся на пятый этаж и, убедившись, что никто за ними не наблюдает, спустился к ней.

— Нигде не включай свет, — напомнил он, когда открыл дверь и пропустил ее вперед.

Она шагнула в темноту и прижалась спиной к стене.

— Егор, как это все глупо…

— Ты думаешь, я не знаю? Скоро все закончится и будем вместе смеяться над этой глупостью, — произнес он после небольшой паузы, когда закрыл дверь на ключ и положил его в карман. — Ты помнишь, где и что находится, чтобы не упасть?

Она кивнула.

— Настя, ты кивнула что ли? — засмеялся он. — Я тебя не вижу.

— Да.

Послышался шорох одежды.

— Свет в ванной и в туалете можешь включать. Мы на четвертом этаже, поэтому со двора будет невидно. Уступаю тебе спальню. Я лягу на диване.

— Это твой дом…

— Настя, это не обсуждается. Пошли, я поведу тебя в спальню.

— Я сама справлюсь, — сказала она и ударилась мизинцем об плинтус. — Блин! — прошипела она и втянула в себя воздух.

— Это основная функция пальцев ног, Настя, — деловым тоном произнес Егор и взял ее за локоть, чтобы помочь добраться до спальни. — Завтра утром я уеду на работу…

— А я?

— А ты сидишь тихо здесь и ждешь меня и адвоката. Думаю, это несложно. Постараюсь освободиться раньше, но не знаю, как получится.

Настя остановилась около кровати и все еще ощущала на локте его пальцы. Она чуть дернула рукой и подняла голову. Настя не видела, но чувствовала на себе его взгляд. Ей стало интересно, о чем он думает в эту секунду.

— Я должен это сделать, — произнес он не своим голосом.

— Что именно?

Настя взглядом в темноте уловила, когда он нагнулся и чуть прикоснулся к ее губам. Его ладонь коснулась щеки и опустилась на шею. Она замерла на месте, не смея шевельнуться. Внешне она была спокойна, но внутри все разбушевалось и заставило ее шумно задышать. Сердце с грохотом стало клокотать в груди. Егор находился в миллиметре от нее. Он провел ладонью по плечу вверх, погрузил руку в волосы, будто изучая, и снова накрыл ее губы, теперь уже требуя, чтобы она ответила ему.

Настя вспомнила, что нужно дышать, втянула носом воздух и положила руку на его широкую грудь, пока он медленными движениями пытался раскрыть ее губы, чтобы углубить поцелуй. Она тоже думала об этом, причем почти постоянно, но боялась признаться себе. Не давая себе времени на лишние раздумья, она чуть приоткрыла рот. Егор воспользовался моментом и погрузил в нее язык. Потрясающие ощущения накрыли ее с ног до головы. Другой рукой он притянул ее к себе и буквально припечатал к себе. В следующее мгновение он уже не сдерживал себя и уверенно погружал язык ей в рот. Она лишь успевала следовать за ним. Егор опустил ладонь вниз, потянул ее рубашку вверх и дотронулся до оголенной спины. Сжал талию и провел рукой вверх. Он дотронулся края бюстгальтера и не посмел заходить слишком далеко, не зная, как она отреагирует. Настя низом живота чувствовала увеличивающийся бугор в штанах и открыла глаза. В темноте она видела только его очертания. Егор почувствовал перемену, замедлил поцелуй, и слегка прикусил нижнюю губу, не позволяя ей отпрянуть от него. Настя слышала, как он шумно дышал. В итоге отпустил ее губу, но не убрал от нее руки, продолжая поглаживать оголенную спину и живот, но обходя стороной левый бок. Он уткнулся носом в ее шею. Ей показалось, что он втянул ее запах. Егор стал осыпать поцелуями шею и добрался до мочки уха, чуть втянув ее, он вызвал у нее мурашки. Она чувствовала, что он почти не контролировал себя и, возможно, сейчас им двигали мужские инстинкты, а не разум.

— Егор?

Ее голос прозвучал в темноте натянуто. Она собиралась попросить его отпустить ее, хотя сама не хотела этого. Ее тело очень хорошо откликалось на его ласки и требовало продолжения. Будто читая ее мысли, он вновь накрыл ее губы. Она с готовностью раскрыла их и, осмелев, обвила его шею руками. Они целовались, не думая ни о чем, просто забывшись и растворившись, друг в друге.

Егор не знал, как еще объяснить свое поведение, если только не желанием и чем-то еще, о чем он догадывался, но все еще боялся признаваться в себе. Ее запах сводил его с ума. Он не мог насытиться ею и практически мял ее губы, сжимая в объятиях. Где-то в сознании мелькала мысль, что ей может быть больно из-за ушиба, но она никак не давала об этом знать. Его возбужденный орган колом упирался ей в живот. Ощущения от небольшого трения об ее тело, будоражили воображение. Он бы хотел снять с нее всю одежду и повалить на кровать, которая находится в нескольких сантиметрах от них, но боялся ее отказа. Поцелуй был тем малым, которое она позволила ему, и он не рискнет прерывать его.

Егор представил, как он окажется в ней и эта мысль заставила его сильнее сжать ее спину, буквально впивая пальцы. Его ладонь неосознанно накрыла грудь, через одежду, Настя следом втянула воздух и прервала поцелуй. Егор снова попытался поймать ее губы, но она не позволила, уткнувшись лицом в его шею. Настя слышала над головой его шумное дыхание, а под ладонью грохот разбушевавшегося сердца. Они стояли молча, и никто из них не хотел прерывать объятий. Егор гладил ее по спине ласковыми движениями. Вторая рука зарылась в волосы. Он снова втянул ее запах. Ей показалось, что он выругался. Она понимала, что так долго не может продолжаться и мягко отстранилась. Егор выпустил ее с большой неохотой, но руки до конца не убрал.

Они стояли в темноте друг перед другом, не зная, что сказать и что делать. Момент не был неловким, а больше непонятным и волнующим, требующим глубокого осмысления.

— Не помню, когда так целовался, — произнес он. — Честно.

Он первым нарушил тишину. Его голос был сбившимся. Он осторожно убрал от нее свои руки и нервно провел по своей голове, взъерошив короткие волосы. Настя не видела этого, но улавливала движения в темноте.

— Я больше тебя не ожидала поцелуя, — ответила она полушепотом.

— Ты сама виновата.

— Я?

— Прости, я говорю глупости, — успокаивающим тоном сказал он. — Черт! — выдохнул Егор, сделал лишь шаг назад, затем развернулся и, будто спасаясь бегством, вышел из спальни, прикрыв дверь.

Настя постояла еще минуту, собирая скачущие мысли в одну кучу, затем дрожащей рукой дотронулась до кровати, залезла на него и легла на спину, уставившись в темный потолок. Она краем уха уловила шум за стенкой, его недовольное ворчание. Затем все стихло. Настя знала, что завтра ей будет неловко перед ним. Но это завтра. Сейчас она сосредоточилась на сне и закрыла глаза, пытаясь заснуть. Биение сердца никак не унималось. Настя еще ощущала легкое покалывание на губах. Она снова услышала за стенкой бормотание. Послышались его шаги, которые последовали в ванную. Дверь сильно захлопнулась. Настя поняла, что он злился. Ей стало смешно, и она прикрыла рот рукой, чтобы не выдать своего веселья. Он решил принять прохладный душ? Учитывая ее собственное состояние, это не помешало бы и ей тоже. Через десять минут Егор уже спокойными шагами вернулся в гостиную и лег на диван.

***

Сергей лежал в постели гостиницы и курил сигарету. Та медленно тлела и подбиралась к пальцам. Он вспоминал события сегодняшнего дня и злился на самого себя за то, что так глупо упустил ее. Сергей не ожидал, что хирург поедет за ним. Так же он не ожидал удара. Привычнее было бы получить его по лицу, а не по другой части тела. Он вспомнил, как в тот момент ему стало плохо и, съеденная в пиццерии еда подступила к горлу. А дальше то, что было, он старался не вспоминать. Через полчаса ему стало намного лучше. Он поехал в больницу, увидел того врача, которому показывал фотографию Насти и попросил осмотреть его. Андрей Иванович сделал Узи и заверил, что все его внутренние органы в порядке, потому что удар был не таким уж и сильным, как он считал в начале. Услышав, кто именно его ударил, врач дал ему заключение, немного приукрасив действительность.

Сергей также вспомнил короткий разговор с ней в машине. Эта дурочка думала, что он везет ее убивать. Назаров усмехнулся и поправил под головой подушку. Он вез ее домой, чтобы сначала поговорить, а потом, если они не достигли бы договоренности, то действовал бы по обстоятельствам. Мертвая она не смогла бы подписать ни одной бумаги. Адвокат ее отца созванивался с ним и попросил найти Настю. Все документы у нотариуса были готовы, и ей оставалось только поставить свою подпись и вступить во владенье наследством. Он представил, как будет полноправным хозяином отеля, которым раньше владел отец Насти и удовлетворительно улыбнулся. Он ухаживал за ней целый месяц, и отель был бы хорошей наградой за все его усилия. Сергей мог бы и дальше жить с Настей, но она услышала его телефонный разговор. Он понял это, когда услышал ее тихие шаги, ведущие обратно в спальню. Сергей также знал, что она притворялась спящей. Чего он не ожидал, так это ее бегства. Здесь она его сильно удивила. Неожиданностью было появление врача, по злой иронии совершившего на нее наезд. Ему показалось странным, что Булатов поселил Настю у себя в квартире и ради нее еще ударил его. Сергей старался не думать о том, успела Настя переспать с Булатовым или нет. Эта мысль прожигала в нем настоящую дыру, и хотелось все крушить и ломать! По непредвиденным обстоятельствам, за две с половиной недели супружеской жизни, им не удалось провести брачную ночь, но он не собирался забывать об этом. Как только он ее схватит, то получит то, что принадлежит ему по закону сполна.

Докурив сигарету, Сергей потушил его в пепельнице и повернулся к девушке. Та спала, чуть приоткрыв рот. Он толкнул ее в плечо, чтобы разбудить. Она быстро открыла глаза, и села в постели.

— Я тебе много заплатил, а ты не все еще отработала, — сказал Сергей и намотал ее волосы на кулак.

— Убери свою руку.

— Какие мы злые сегодня, — невесело усмехнулся он и все же освободил ее волосы.

Его телефон зазвонил в кармане брюк.

— Интересно, кто это может быть почти в час ночи? — бормотал он, вытаскивая телефон из кармана.

— Твоя жена, которая сбежала от тебя?

— Рот закрой! Звонок очень важный. Да, солнышко, — сказал Сергей в телефон. — Я сейчас на работе, разгребаю накопившуюся работу.

Девушка поднялась с постели и стала надевать белье, джинсы и свитер. Сергей пальцем указал ей на кровать. Она покачала головой и показала ему средний палец. В ответ Сергей лишь сердито посмотрел на нее.

— Нет, я не поймал ее, но на след вышел. Я же говорил, что буду держать тебя в курсе всего.

Девушка застегнула куртку, пошла к выходу и надела сапоги.

— Я тебя тоже люблю, — торопливо произнес Сергей в телефон и быстро нажал на кнопку. — Ты попуталась? Я тебе заплатил…

— Ты свинья, Назаров, — произнесла она, открывая дверь.

— А ну, вернулась обратно!

— Я ухожу, а если ты пойдешь за мной, то я другим ментам скажу, что у тебя маленький член и ты быстро кончаешь, не успев засунуть.

— Это неправда и ты сама об этом прекрасно знаешь! — прорычал он, поднимаясь с постели.

— Я знаю, что это неправда, но ты устанешь доказывать обратное своим коллегам.

— Соня!

— Я не Соня, идиот, а София. Даже мое имя не запомнил. Кстати, деньги я тебе не верну. Я их сполна отработала.

Назаров захотел схватить ее, но она быстро юркнула за дверь и побежала прямо по коридору. Сергей выглянул из номера гостиницы, но, нигде не заметив ее, с силой захлопнул дверь. Полностью обнаженный он вернулся к кровати и потянулся за своей одеждой. Спать он уже не сможет, хотя бы попытается придумать, как найти Настю. У Булатова ее не будет. Это ясно, как божий день. Не станет же она возвращаться обратно к нему. Он бы точно не вернулся. Единственный человек, который знает о ее местонахождении, это сам Булатов, которого утром на работе ждет большой сюрприз. Сергей злорадно улыбнулся и стал надевать одежду. Застегивая пуговицы на рубашке, он решил, что нужно следить за ним. Тот и выведет его к Насте. В следующий раз, он не будет таким глупцом, чтобы позволять себя бить. Сергей сам первым нанесет ему удар. Еще его волновал нанятый этим хирургом адвокат Ершов. Умный человек и берется за самые сложные и запутанные дела. Его он боялся больше всего. В позапрошлом году, ему удалось провести собственное расследование в отношении дела у осужденного по подложным доказательствам и вывести на свет преступников. Не каждый адвокат такое сможет провернуть. Но с ним такое не пройдет, хотя надо будет держать ухо востро.

Сергей подумал об ордере на арест Насти. Булатов забрал его с собой и он не знает, куда дальше тот делся. Лишь бы к Ершову не попало, а остального он не боялся. Этот ордер он показывал два раза. В первый раз таксисту, который подвез ее до базы отдыха, второй раз хозяину, у которого она сняла временное жилье. Тот просто указал на домик пальцем. Сергей вспомнил, как ворвавшись в дом и никого там не обнаружив, подбежал к окну и провел глазами по глубоким следам. На том конце показалась Настя, которая уже успела выйти к дороге. Он перелез через окно и пошел за ней. Но сделав лишь три шага, услышал глухой стук и остановился. Сергей понял, что произошло, когда увидел темную фигуру в снегу. Настю сбила машина. Он обрадовался этому и стал продвигаться вперед. Назаров заметил, как водитель вышел из внедорожника и подошел к ней. Сам он, пробиваясь через глубокий снег, увидел, как она поднялась на ноги, затем упала. Мужчина подхватил ее и понес в машину. В тот раз он не успел. Сегодня тоже упустил ее. В третий раз, он будет чуть умнее.

Сергей застегнул брюки и потянулся к куртке. Он обернулся, взглянул на смятую постель и, испытав раздражение и злость, хлопнул дверью и последовал прямо по коридору, но подумав о том, что Булатова ждет завтра на работе, снова улыбнулся.