Глава 20

— Господину Шахи Вэксу грубить никак нельзя, — тихо выдохнула Марика, — он представитель главного храма бога Анари нашей Империи.

— Он же целитель, — шепнула я, — и что, главный среди храмовников?

— Да, все, кроме господина ДартФао, подчиняются ему, — услышала я в ответ.

— А Хаул нет? Почему? — моё любопытство набирало обороты.

— Он - темный. Они подчиняются только главе своего храма, — шепнула Марика. — Нельзя перед ними дерзить!

Вот так заявление, один, значит, глава местных грубиянов, второй - темный обаятельный кобель, поэтому хамить им никак нельзя.

— А им, что, мешать людей с грязью можно, законом положено. Нет уж! Не соизволит сейчас этот "главный" извиниться за своих мальчиков— наживет в моем лице врага. Я в этом мире всего пару дней живу, а у меня от ваших реалий уже мозг кипит. Болото болотом: все орут и требуют к себе уважения, а сами ведут себя по-свински.

— Но, он же глава, — тихонько прошептала Марика,— в его руках большая власть.

Вэкс быстро спускался по лестнице к нам, а я, уяснив местную иерархию, разозлилась еще сильнее. Значит, этому мужчине лучше не хамить. Ага! Ну, посмотрим, как он сейчас запоет. Я оценивающе глянула на темнокожего целителя.

— Слушай, Марика, а храмовники женятся? — поинтересовалась я, глядя на то, как мужчина поигрывает мышцами. Специально он это делал, чтобы впечатление произвести, или нет, непонятно. Но вид у целителя был серьезный.

— Светлые, конечно, — придвинувшись ко мне ближе, защебетала девушка, — а вот темные редко женщину себе находят, но у них, как правило, самые крепкие браки, правда, понравиться такому мужчине крайне сложно.

— Почему? — все становилось куда интереснее с этими храмовниками.

— Они чувствуют своих женщин, — услышала я тихое от рыжей подруги, — это вроде как, дар их бога-покровителя. Ну, во всяком случае, народ шепчется об этом.

— Ууу, — протянула я, — как любопытно. А тебе кто-то из храмовников нравится?

Марика замялась.

— Из храмовников нет, — нехотя призналась она.

— Но кто-то нравится, — догадалась я.

— Нравится, но он значительно старше. Мужчина состоявшийся и на такую, как я, он серьезно и не глянет, — совсем поникшим голосом созналась она.

— Потом расскажешь и, учти, я могила. Что услышала - останется тайной навеки.

Про себя же я потерла ручки, если ей приглянулся профессор Шау, то быть мне купидоном. Что-то изменилось во мне во время перехода по межмирью, возможно, я поняла, что жить надо здесь и сейчас, глубоко дыша полной грудью, и не бояться сделать то, что считаешь правильным и нужным.

— Да, зачем? — Марика печально выдохнула, возвращая мои мысли в реальность. — Он аристократ, к тому же старше на много лет, а взрослый мужчина на девушку, как я, не взглянет.

Я усмехнулась, чувствуя себя пташкой перемен.

— Не принижай себя. Ты достойна любого мужчины, что тебе приглянется. А насчет симпатий… Со стороны виднее, может и не такая и пропащая твоя любовь.

— Ирина, может, объясните, что там наверху только что произошло? — пока мы шептались с Марикой, к нам успел подойти Вэкс. Смотрел он сурово и требовательно, а на лестнице сверху показался и Хаул. А за ним ненавистная лахудра Анка.

— Это девушка студента ДартФао? — я не удержалась и все же задала вопрос, что мучил меня.

— В дела других храмовников я не лезу. Ирина, хочешь узнать о личной жизни Хаула - спроси у него. Он тебе с удовольствием о ней расскажет.

Я украдкой снова глянула наверх: Анка в открытую пыталась жаться к некроманту, в какой-то момент он грубо отодвинул ее от себя и что-то резкое прорычал, отчего девчонка побледнела и растеряла весь свой пыл. Но, раз она позволяет себе такое поведение, значит, отношения у них точно есть.

— Не стоит, — зло процедила я. — Тут и так все ясно.

— Вы всегда так скоры со своими выводами? — с иронией поинтересовался Вэкс. — Я слышал ваше мнение о нас, которое вы высказали Морку и Эльену.

Я посмотрела на него в упор и нагло улыбнулась.

— А я его и не скрываю: в моих глазах мужчина, пинающий девочку, которая за помощью к нему прибежала, - слизняк. Мерзкое скользкое беспозвоночное. Много вы о себе мните, вот и вьются вокруг вас одни дешевки, приличным женщинам вы не интересны.

Вэкс поджал губы, и неожиданно даже для меня опустил взгляд в пол.

— Интересное мнение, — пробормотал он. —И все же, вы вот так, исходя из одного случая, уже сделали свои окончательные выводы. Мы люди, Ирина, и склонны совершать ошибки, вымещать свои эмоции на других…

— Это не оправдание,— грубо прервала я его, — Марика не давала повода относиться к себе, как вот к этой, — я грубо ткнула пальцем в Анку, стоящую позади темного жнеца, который все мрачнел и мрачнел.

— Скоры вы на выводы, — грустно усмехнулся Вэкс.

— Только когда эти выводы очевидные, — я отвела взгляд от некроманта и глянула на темнокожего целителя, — ваши храмовники некрасиво обошлись с Марикой. Сейчас, выгораживая их свинское поведение, в моих глазах вы становитесь с ними в один ряд. И я хотела бы узнать, почему ей закрыт доступ в библиотеку?

Вэкс поднял голову и перевел взгляд на мою рыженькую подружку, которая бледнела и краснела, слушая наш диалог.

— Насчет библиотеки - это не в моей компетенции, но насколько я помню из устава Академии, допуск в читательский зал имеют абсолютно все работники, независимо от того, какую должность они занимают. Видимо, Хронок снова чудит. Идите к секретарю, она все проверит и выпишет абонемент. Это вся суть конфликта? — поинтересовался мужчина, возвращая себе уверенность и серьезный вид.

— Нет, я так и не услышала извинений,— я снова начинала закипать.

Вокруг нас начали собираться студенты.

Вэкс снова перевел взгляд на Марику, помолчал пару секунд, и вдруг с него словно маска спала, видела я уже такие метаморфозы у Хаула. Все они тут двуличные такие, что ли?

— Да, — он кивнул и подмигнул девушке, — не заслужила ты плохого отношения. Я выясню, что произошло и все, кто посмел тебя обидеть, свое получат. Это я гарантирую. Очень некрасиво вышло. И от лица всех храмовников, что оскорбили тебя, Марика, приношу извинения. Злого умысла у нас не было.

Девушка растерянно кивнула и нервно дернула меня за руку.

— Спасибо, это все, что мы хотели услышать. Мы пойдем,— поняла я намёк подруги. — Я рада, что вы нашли в себе силы признать, что не правы. А своим зазнавшимся хлопцам можете передать, что ни на кого из храмовников она не смотрит и корыстных планов в вашем отношении не строит, — все-таки съязвила я. — Даром вы ей не нужны всем составом.

— А жаль, — Вэкс мило улыбнулся, окончательно выбивая бедную Марику из равновесия, — такая девушка непременно станет украшением мужчины.

Приняв эту фразу как комплимент, мы, наконец, покинули здание общежития. Не удержавшись, я бросила на прощание взгляд наверх. Хаул все еще стоял там и наблюдал за нами. Были видно насколько он зол, а вот Анка исчезла. Но это уже ничего не значило.

Прав был ДолСоу, этот жнец просто коллекционер женщин. И быть разовой постельной игрушкой для него, я не собиралась.

Так твердил разум, а вот сердце ныло от боли и разочарования, и просило дать Хаулу еще один шанс. Но слушать его я больше не желала. Хватит. На одни и те же грабли дважды стыдно наступать. История с Лешкой должна была меня научить не идти на поводу у своих чувств.

— Ирина, вы пойдете со мной к секретарю, — отвлекла меня от невеселых мыслей Марика, — мадам Угра меня откровенно недолюбливает. Она вообще на женщин младше себя смотрит, как на тараканов, и всех норовит прихлопнуть.

Такое заявление заставило меня засмеяться, но вспомнив, как выглядит секретарь ректора, стала серьезней. Да, грымза там еще та. Такая и вправду прихлопнет, не поморщится.

— А хотите, я вам местные сплетни расскажу. Я порою так хочу с кем-нибудь поболтать, да, как-то не выходит. С папой, бывает, за ужином новостями меняемся, да и к поварам забегаю, — Марика словно преобразилась, смелее стала.

— Ну, давай, рассказывай, что тут к чему, — сплетни я никогда не любила, но на новом месте, да еще и в другом мире, они очень бы пригодились.

— Ну, так вы у господина Вэкса про храмовника ДартФао спросили. Нет у него женщины, а Анка клеится к нему постоянно, ну, прямо как банный лист. Она и про вас уже успела гадостей напеть на всех углах, да, только кто же ее слушает. И про то, что темный жнец к ней расположен, тоже вранье: они знали друг друга и раньше, вот он и приглядывает за ней и она нацелена пролезть к нему в жёны.

Слова Марики проронили в моей душе зерно сомнения. Но, все же, раз надеется на что-то девка эта, так, значит, повод он ей дал.

— Прямо сразу и в жёны, — не удержалась я. — Видимо, гуляют они вместе, и вообще, она в его комнате околачивается.

— Убирается она там, и вечно под кровать полы намывать лезет, выпячивая зад, — Марика захихикала, я представила эту картину и тоже не удержалась от смешка. Находчивая девица.

— И как? Мужчины ее талант уборщицы оценили? — мне действительно стало интересно.

— Не очень, в действительности, мне кажется, и не заметили, — пожала плечами моя новая подружка и хитро улыбнулась, — пока никто ее не сосватал, да чего там, и на свидание не позвал.

— А зачем ей свидание? Она же сразу в жёны метит, — съязвила я.

— Ну, это да. Кто же не хочет в жёны-то, — девушка пригладила фартук и даже воротничок поправила. — У нас-то, у простых женщин, выбора так и вовсе нет, аристократы на нас не глянут...

— А что, такой брак невозможен? В смысле - не примет общество? — поинтересовалась я, раз уж разговор о том зашел.

— Раньше да, мужчины знатных семей даже любовниц брали из разорившихся именитых родов. А сейчас уже никто не понимает, как оно должно быть. Магией теперь наделены все, и в аристократах теперь ничего особенного нет.

Мы вышли на узкую аллею, ведущую в административное здание. И справа, и слева от тропинки стояли низкие резные скамеечки, а возле них прогуливались стайкой самые обычные волнистые попугайчики, с синим, зеленым и желтым оперением. Они смешно бегали по земле и клевали красные семена, осыпавшиеся с куста, растущего тут же.

— Значит, и простая девушка может выйти за аристократа? — допытывалась я. — И за храмовника тоже?

— Может, —Марика кивнула и, вытащив из кармашка фартука жменьку белых зерен, бросила птичкам, — если позовут, конечно. Но кому же такая нужна. Хотя храмовники на магию не особенно-то смотрят. Вас же темный жнец заприметил. Это видно. Народ уже судачит.

Я тяжело вздохнула. Ага, заприметил, вот только какую роль в своей жизни он в действительности решил мне отвести. Был бы серьезен в своих намерениях - не подпускал бы к себе эту девицу.

— Хаул оказался весьма неразборчив в связях, — негромко пробормотала я.

— Храмовник ДартФао и женщины, — Марика как-то даже засмеялась. — Да кроме Анки, к нему и не подходит никто. Он же жуткий. До женщин вообще равнодушный, его многие за глаза зовут "Мрачный ДартФао". Он груб и неприветлив, но, знаете, ко мне он никогда так не относился, даже наоборот, нет, да и выдавит скудную улыбку. И к столовским женщинам он расположен, я даже видела, как он им ящики помогал таскать. Но это исключения.

Марика замолчала, словно ожидая моей реакции.

— Значит, приветлив с избранными и с этой Анкой тоже, — пробурчала я.

— Да, она уже год возле его постели вьется и все никак на простыни не уляжется, — рыженькую понесло. — А мне кухарка сказала, что видели ее в объятьях пылких с Кентумом и Морком. И застукали за горячим сразу с двумя. Вы представляете, позор какой. А вообще, если положить руку на сердце, тут каждая вторая студентка пару раз на день ошибается коридорами и прохаживается по их крылу в надежде приглянуться храмовнику.

— Так хотят замуж за них? — удивилась я, странно даже, тут вроде аристократов хватает.

— Кто как, — Марика на эмоциях даже рукой махнула, — это у них как спорт: кто первой заарканит храмовника. Хотя, девочки, что из простых крестьянских семей, думаю, по первому свисту бы из платья выпрыгнули в надежде на брак. Но по большей части, они красуются, чтобы потом перед подругами похвастаться, мол, он на меня так посмотрел, а тот вот так мне сказал...

Я улыбнулась, ну эта картина мне знакома: когда девчонки с первого курса красуются и рисуются перед старшекурсниками, в надежде заполучить себе жениха постарше.

— Ясно, а про преподавателей что знаешь? — понравилось мне слушать местные сплетни. Вот уж чего от себя не ожидала, но чесать языком и промывать чужие косточки, оказалось любопытно.

— Ну, это сложнее,— Марика замялась, — кухарки говорят, что декана ДолСоу облизывает глазами учитель Олио.

Мне пришлось поднапрячь память, чтобы вспомнить эту самую Алия Олио. Ясно, чего она так грубо со мной себя вела. Увидела конкурентку, претендующую на ее психически неуравновешенного аристократика. Да, пусть забирает его себе со всеми его тараканами в голове.

— Только вот, знаете, — продолжила Марика, видя, что я молчу, — он на нее вообще не смотрит, даже не здоровается. Она хоть и аристократка, да семья их уже давно разорена и занимается торговлей. Что для высоких особ - позор, — девушка даже мимикой указала, насколько они высокие, эти особы, закатив глаза.

— Неразделенная любовь,— хмыкнула я. — Чем же он ее покорил?!

— Да кто его знает. Мужик и мужик, ну, разве что красив очень. Характер у него неплохой.

Услышав такое, я даже шаг замедлила и скептически глянула на подругу.

— Да, не удивляйтесь, он для виду такой высокомерный, а так простой очень. А с учителем Олио там такие страсти, — Марика хихикнула.— Была у нас тут девушка, на кухне учителей обслуживала, декан однажды ей комплимент отвесил и за попу ущипнул. Неприлично, конечно, но с него станется, бабник он знатный. Хотя и она красавицей была. Так вот, эта сумасшедшая Олио на следующий день ей в лицо дрянью какой-то брызнула. Ректор так и сказал потом - была бы ей замена по предмету "Яды" выкинул бы из Академии.

— А с девочкой что? — спросила я, разволновавшись, ничего себе пострадала ни за что: один облапал, вторая покалечила.

— Исцелил храмовник Вэкс, но она все равно уволилась, — Марика стала серьезней, с тех пор на декана никто из наших не заглядывается. Эту сумасшедшую побаиваются.

— Да, весело и жутко тут у вас, — подытожила я.

— Да, но вам переживать не нужно, все уже наслышаны, что от нашего декана вы не в восторге, — попыталась успокоить меня девушка.

— Это хорошо, — кивнула я. Неприятности с Олио мне были не нужны.

Вот так слушая веселую болтовню Марики, мы дошли до административного здания. Я внимательно обдумывала ее слова, иногда бросала реплики или уточняла некоторые моменты. В общем, жизнь тут кипела, как и в любом ВУЗе моего мира.

Козни, интриги, служебные романы.

Ничего нового. Пара услышанных моментов заставила меня озаботиться изучением местных законов и откладывать с этим никак нельзя.

Ни ректора, ни проректора на месте не оказалось, а вот секретарь сидела за своим столом и подозрительно на нас косилась. Ее суровый жесткий взгляд прожигал в нас дыры. Быстро изложив причину, по которой мы предстали пред ее очами, я схитрила и указала, что выдать читательский абонемент Марике - это прямая просьба храмовника Вэкса.

Видимо, авторитет у целителя и вправду был не малый, потому как, поморщившись,"угриха" все же достала из выдвижного ящика карточку и, вписав туда имя уборщицы, вручила ей, не скрывая доли презрения во взгляде. Но нам, по большому счету, было не до того, что она там имеет против двух таких красивых нас. Марика, получив, наконец, заветный допуск к книгам, рванула на выход. Бросив короткое "Спасибо", я отправилась вслед за ней.

— Ты представляешь, Ирина, я теперь могу читать книги какие хочу!!!

Она только не прыгала на месте от эмоций, переполняющих ее.

— А простые люди у вас не учатся? — глядя на ее дикий восторг, поинтересовалась я.

— В пятнадцать лет желающие идут в храм, там за год обучают чтению и письму. Со мной мама занималась, она дочь храмовника. Мой дедушка светлым жнецом был.

— Хорошая у тебя мама, будем надеяться, что жива, — тихо произнесла я.

— Я до последнего вздоха в это верить буду, пока мне тело не предъявят. Я знаю маму и госпожу Аалу, где бы они ни оказались, они так просто не сдадутся.

— Будем надеяться, Марика. Ну, ты — в библиотеку, а я пойду сдавать учебный план профессору ХоШио.

Девушка кивнула и негромко предупредила:

— Будьте с ней осторожны, маме она никогда не нравилась. Слишком скользкая, так она говорила.

Я пожала плечами. Женщина, добившаяся в мире мужчин хоть какого-нибудь положения, просто обязана быть жесткой, хитрой и скользкой.