Глава 19

Оставшуюся часть вечера я кропотливо составляла учебную программу, безжалостно убирая все темы, которые людям этого мира будут не понятны.

"Строение клетки" - убрать; "типы мышц" - оставить; "строение скелета человека" - оставить; "состав крови" - удалить.

Я уже поняла, что количество учебных часов будет отмеряться согласно темам, которые я включу в курс предмета "Строение тела человеческого". Не забыла и о практических занятиях. В общем, когда стемнело, примерный план в черновом варианте был у меня готов.

Но, тут возникла новая проблема - свет!

Я не знала, как его включать. Вчера это сделала Марика. А вот, как сейчас, быть?

Комната стремительно погружалась в сумрак, а я как полоумная и хлопала в ладоши, и громко кричала "Да, будет свет!", и по стенам похлопала. Разве что с бубном не плясала. За всем этим безобразием с интересом наблюдал Дрюня - мой дракончик. При этом он успел ползком сгонять до шкафа и уворовать морковку. Так что скучать ему не приходилось.

— Да, е-моё! — взвыла я и поняла, что в голове моей опилки. Чего я тут скачу, как сайгак, в общежитии есть же комендант.

И действительно, Гриньмо пришел по первому зову. Быстро поняв в чем дело, он вытащил из кармана странную штуку, похожую на длинную зажигалку, чиркнул, и комната озарилась светом, а моя бровь медленно поползла вверх.

Так!

Забрав у коменданта это странное приспособление, покрутила его в руках и свет исчез. Вся для меня проблема состояла в том, что я не видела источника освещения. Ни лампы, ни факела, ни пульсара.

Ничего!

— И как это работает? — поинтересовалась я, изучая магическую штуку.

— Да, шут его знает, уважаемая барышня, — пожал плечами мужчина, сегодня он выглядел куда опрятнее, чем накануне. — Я человек простой, магии лишенный, мне все эти побрякушки не интересны. Лично я по-старинке лампу зажигаю.

Я еще раз чиркнула этой зажигалкой, и в комнате появился свет.

— Занятно, — протянула я, — но давайте мне и лампу, а-то мало ли чего.

Комендант понятливо хмыкнул и быстренько ушел, оставляя меня наедине с очередным волшебством. Несколько минут я щелкала этой зажигалкой, изображала ковбоя дикого запада, резвилась как никогда прежде.

Чуть позже мне предоставили лампу и объяснили, как ее разжигать с помощью камушка "огняшки". До глубокой ночи я работала, переписывая наброски учебного плана на чистовик. Закончив, потянулась и глянула в окно.

Красота! Небо, усыпанное звездами, тихо, только сверчки в траве поют свои песни. Слышны отдаленные крики обезьян. И такое умиротворение вокруг.

В этот момент я поняла, что хотела бы здесь прожить до конца своих дней. Улыбнувшись, открыла створку окна шире и отправилась умываться на ночь.

Засыпая и обнимая подушку, я вдыхала знакомый мужской аромат.

— Спокойной ночи, Ирина, —раздалось тихое из тени, и оставленная на столе лампа погасла.

***

Утро началось не с кофе и даже не с душа. Меня разбудил громкий стук в дверь. Потянувшись, я не сразу сообразила, где я и только знакомый паук, повисший в воздухе сбоку от кровати, привел меня в чувство. Вяло взвизгнув, соскочила с кровати, чтобы тут же, запутавшись в одеяле, повалиться на пол. И встретиться нос к носу с ошалевшим взглядом Дрюни. Дракончик явно пробирался к кухонному шкафу и был пойман с поличным.

— А ну, марш на место, — скомандовала я, — придет время - покормлю, а то повадился мне все запасы опустошать. С таким успехом вымрем мы как динозавры. Я бы на твоем месте - впечатлилась и послушалась.

Дракончик моргнул пару раз и выдал:

— Дай пожрать!

— Место, — рыкнула я.

— Дай пожрать! — настаивал он.

— Никакого "пожрать", пока не будешь слушаться! — я упрямо задрала подбородок.

Стук повторился, оглянувшись одновременно на дверь, мы с дракошей синхронно зевнули.

— Место, Дрюня, станешь слушаться - будешь получать самые вкусные кусочки.

Дракончик моргнул пару раз и, развернувшись ко мне упитанной попкой, пополз на место. Было видно, как он волочит лапку, а крылышко так и вовсе висит безжизненной тряпкой. Во мне разом проснулись и совесть, и жалость.

— Молодец, мой хороший, — похвалила я своего дракончика, — будет тебе сейчас покушать.

Услышав меня, этот чешуйчатый фиолетовый пройдоха ожил на глазах, и даже крылышки подсобрал. Кажется, меня только что нагло развели.

Снова постучали. Добравшись на четвереньках до двери я, наконец, поднялась и распахнула ее. На меня взором испуганной лани заплаканными глазами смотрела Марика.

— Сначала убираем паука, кормим Дрюню, потом пьем чай, и ты рассказываешь, в чем дело, — девушка кивнула, промаршировала до моей постели, поймала паука, вызвав в моем теле волну омерзительного содрогания, и спокойно выкинула его в окно.

— Не разобьется, — пояснила она свои действия, — там высокая трава.

— Руки помой, — выдохнула я.

— Зачем? — она пожала плечами.

— Ты держала эту гадость в ладонях, помой руки, — повторила я.

Поморщившись, рыженькая пошла выполнять, что сказали. Послышался плеск воды, вскоре девушка снова появилась в комнате.

Я тем временем пыталась заварить чай.

— Ну и что стряслось? — полюбопытствовала я.

— Книги пришла просить, — пробурчала она, присаживаясь за стол.

— Книги?! — я слегка удивилась. — А почему именно у меня? А не в библиотеке.

— Не пускает дуб этот столетний, — Марика даже руки вскинула, — говорит, раз не студентка, так и не положено. Книги - ценное имущество и кому попало его в руки приказано не выдавать. Это я, по его мнению, кто попало. А я читать, страсть, как люблю.

— А чего к ректору не сходишь? Не попросишь допуск.

Марика глянула на меня, как на дурочку.

— Будет ректор академии бегать и выяснять отношение с древесноголовым из-за какой-то уборщицы. Я к храмовникам пошла, зачем только, спрашивается?!

— А чего так? Обидели? — рассказ рыженькой становился все интереснее.

— А то, — на ее глазах снова проступила влага. — Вот, смотри, что мне подсунули, думали, что я, как Анка, хвостом покрутить пришла. Она же не вылезает из их комнат. Ну и дали… почитать.

На стол легла книга с впечатляющим названием: "Циклы размножения садовых слизней". Мда, самое оно для молодой девушки.

— И кто это так подшутил? — мило поинтересовалась я, пролистывая столь умную книжку.

— Да есть там один, — Марика запнулась,—да чего один, все они там с довольными улыбками мне это вручали. Думают, раз я с севера, с отдаленных селений, и работаю уборщицей, так и читать не умею, — девушка явно злилась и теряла контроль над своими чувствами. — А у меня мама, между прочим, маг-портальщик. Она с госпожой Аалу в паре работали, а это многого стоит. И когда ту затягивать во время прорыва в воронку стало, она ее не бросила. Не себя спасала. Моя мама смелая и преданная. Она так и не разжала рук. Моя мама собой пожертвовала, чтобы хотя бы попытаться спасти ту, что подругой считала. А они вот так со мной. Разве это справедливо, Ирина!

В глазах девушки стояли слезы. А я как-то даже растерялась, осознав услышанное. Вспомнилась и та жуткая воронка, что я видела во время прибытия сюда, и демон, что выбрался из нее.

Действительно, пожертвовать собой, зная, что идешь на верную смерть, - это очень достойно и храбро. Это чертовски храбро. На фоне этого рассказа Марики, поступок храмовников стал выглядеть, ну, совсем нелицеприятным. Пинать дочь женщины, что была вашим союзником, - это гадко.

— Несправедливо, — кивнула я, — очень несправедливо и незаслуженно.

Я смотрела на свою рыженькую подружку и понимала - нужно помочь. И дело даже не в том, как повела себя с ней горстка мужиков. А в ее самооценке. Не отвоюй мы сейчас ей право на книги и библиотеку, совсем же скиснет девчонка. А ведь она и хорошенькая, и умная, и, видимо, образованная по местным меркам. Правильно на нее профессор Шау заглядывается, не дурак мужик.

— Да, нет у меня магии, в папку я пошла, — обида Марики набирала обороты, — человек простой, но это не делает меня грязью под их ногами. Чай тоже не господами родились! А Морк так вообще из соседнего селения, почитай земляк. А вот так со мной. Невежда я, по их мнению, только тряпкой и могу махать.

Девушка явно заводилась и накручивала себя.

— Успокойся, Марика. Книг у меня для тебя не найдется, но с храмовниками мы разберемся,— я многообещающе ухмыльнулась, - поставим этих "мальчиков" на место.

— Так храмовники же, — прошептала рыженькая, мгновенно сдувшись. — Никто им не указ.

Вот эта фраза возмутила меня окончательно.

— И что теперь, все дозволено, что ли? К ним пришли с открытой душой помощи попросить, а они слизней подсовывают, — я бросила книгу на стол. Удар получился неожиданно громким, Дрюня, под шумок своровавший булку хлеба, оторвался от своей трапезы и пугливо глянул в нашу сторону. — Нехорошо это, — процедила я, беря свои эмоции под контроль.

Я видела, как в глазах Марики разгорается страх, но не разделяла ее опасений.

Ну и что эти великовозрастные студенты нам сделают? Да, ничего! Будут стоять и молчать, а главное— осознавать, как не правы. Странно, раньше я бы никогда не пошла на разборки, а сейчас прямо жаждала восстановить справедливость. Хотя признаться, еще пару дней назад у меня и подруги такой не было. А Марика славная девушка - это сразу заметно, бесхитростная и открытая. Жалко ее.

— Пьем чай и пошли. Это так оставлять нельзя. А потом еще к лупоглазому дереву в гости зайдем, слишком много это бревно на себя берет. Ты работаешь в Академии, убираешь срач за всеми, так что имеешь полное право пользоваться всеми привилегиями.

— Я не преподаватель, — шепнула испуганная Марика.

— И что? Ты работаешь здесь. Трудишься на благо Академии, так что отдача должна быть. Не достучимся до бревна, пойдем к ректору, — уверенно заявила я.

— Да, что ты, Ирина, не нужно, — глаза рыжули, ну совсем большими стали.

— Нужно, — я сурово глянула на собеседницу, — еще как нужно.

И тут же залпом выпила все содержимое своей чашки. Марика же будто нарочно отхлебывала мелкими глоточками, оттягивая момент разбора полетов и надеясь, что я остыну и передумаю. Но не тут-то было. Настроена я была воинственно.

Вот примерно в таком свирепом виде я и выходила из общежития в наспех надетой блузке и юбке-карандаш, чтобы поднять боевой дух я еще и туфли на шпильке обула, чем неимоверно изумила подружку.

Сейчас же я отчетливо слышала, как цокают высокие каблучки по выложенной плоским камнем дорожке. Дойдя до нужного здания, я громко скомандовала:

— Показывай, где эти знатоки размножения слизней.

Бедная, смущенная и перепуганная Марика, прижимая к сердцу книгу о совокуплении этих самых садовых вредителей, крадучись пошла вперед. Я, воинственно отбивая ритм каблуками, за ней. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я ловила на себе удивлённые взгляды студентов. Они в меня разве что пальцем не тыкали.

— Марика, а, скажи, с моей внешностью что-то не так? — не выдержала я столь откровенного внимания.

— Ооо, — она сначала растерялась, но быстро сообразила, о чем я.

— Ваша одежда очень странная, — сбивчиво пыталась объяснить девушка. — Она обтягивает: мы не носим такое, а еще обувь - она чудная такая. Как вы ноги не ломаете?

— Многолетняя практика, — с серьезным выражением лица выдала я, хотя признаться, не было у меня такого опыта. Я эти туфли на распродаже купила на свадьбу подруги. Ну не в кроссовках же и в коктейльном платье мне заявляться на вечер было.

Поднявшись по довольно узкой лестнице, мы завернули направо и тут же нарвались на Морка и незнакомого мне мужчину из храмовников.

— Профессор, — расплылся в улыбке мой знакомец азиатской наружности, — какими судьбами к нам?

—Твоё? — прямо спросила я, забрав книгу у Марики. — Ты тут специалист по слизням?

— Эээ, — мужчина подвис.

— Это моё, а в чем дело? — нейтральным голосом поинтересовался второй парень с бледной кожей и растрепанным неряшливым видом.

— Вы полагаете, эта книга интересна для юной девушки? — я изобразила дурочку и мило улыбнулась.

— А она ее читать собралась? —парень, похоже, перенял мою игру и тоже изображал недалекого дурочка.

— Нет, картинки смотреть, да, вот беда, тут ни одной. А получше чтива не нашлось? На уровне цикла размножения слизней развитие остановилось? — пошла в наступление я.

Парень, запустив пятерню в нечесаные с утра волосы, размял шею и уже более пристально вгляделся в меня и Марику. Поджал губы и отвел взгляд.

— Что вам нужно, профессор, четко и по делу? — поиграв желваками, осведомился он.

— Четко и по делу мне нужно услышать извинения в адрес Марики. Ей отказали в доступе в библиотеку. Она, думая о вас, как об умных взрослых серьезных мужчинах, пришла просить о помощи,— я сделала удивленные глаза. — Представляете, человек читать любит, а нечего. Хотя, чего это я, вот сейчас о слизнях будем просвещаться.

— Давайте по существу, — устало пробурчал мужчина, — девушки бегают сюда с одной целью.

— А вы о целях у каждой индивидуально спросили? — уже не скрывая издевки, процедила я.

— Профессор, — голос Марики звучал тихо, — они храмовники. Они выше по положению. Никто не обязан был давать мне книги.

— Книги давать, может, и не обязаны, — я повысила голос, — а вот проявить должное уважение и не относиться заранее, как к девке продажной, должны.

— Ирина, — Морк поднял руки в знак примирения, — мы уже поняли, что вышло недоразумение.

— Весь ваш мир - недоразумение! Ваше отношение друг к другу - недоразумение! Вы, как мужчины, огромное недоразумение! Я была о вас куда лучшего мнения.

Ближайшая к нам дверь распахнулась и на пороге показался полуобнаженный Вэкс. За его спиной я отчетливо увидела Хаула, а вот рядом с ним — Анку и снова в серой форме с декольте до пупа. Девица, заприметив меня, скользнула к некроманту и что-то защебетала.

— Ну, теперь ясно, откуда такое отношение к Марике. По одной,— я кивнула на распутную девицу, — всех не судят.

Сунув книгу в руки смущенного Морка, я подхватила Марику под локоток и потащила отсюда подальше.

— Не переживай ты так, — попыталась успокоить я ее расшалившиеся нервы, — теперь они дважды подумают прежде, чем к тебе, как к этой Анке, относиться. А доступ для тебя в библиотеку у проректора я попрошу. Он не откажет, — я зло хмыкнула. — Пусть только попробуют отказать.

Не знаю, откуда во мне было столько злости, но вид Хаула и этой дешевки-прилипалы рядом с ним, то, как она прижималась к нему, - это просто взбесило. И он стоит будто она мебель при нем. Даже не видит, что возле него девка вьется и лапает его в открытую. Все они кобели!

И Хаул такой же, как и Алексей, один в один.

Все они такие!

— Ирина, не нужно, — встревожено прощебетала девушка.—Проректор - занятой человек.

— Ничего, — отмахнулась я, — пара минут для меня найдется. Раз не могут порядок на местах навести, и раз уж у них тут каждое бревно себя главным считает, так и пусть возится с пустяковыми вопросами. Надоест, так пойдет в библиотеку и засунет в дупло своему хранителю устав Академии.

Мы спустились по лестнице на первый этаж и, отстукивая каблуками по деревянному полу, я направилась на выход, утаскивая за собой подругу.

— Ирина, постойте, — меня сверху окликнул Вэкс, на нем все еще отсутствовала рубашка. Невольно я отметила внушительную мускулатуру мужчины. Фигурой он мог посрамить, наверное, даже профессиональных моделей.