Глава одиннадцатая. Элисия. Министр Хан

Утром, после завтрака, захватив выкройки и книгу, отправились к портному. Материал для костюма я решила сначала посмотреть у него, резонно подумав, что, покупая материал у портного, тем самым расположу его больше к себе. Так и вышло: у него нашелся прекрасный бархатистый материал темно-зеленого цвета с серебристым отливом.

Рубашку под низ я задумала белую, с длинными рукавами, заканчивающимися кружевными манжетами, а также с отложным кружевным воротником, который планировала поднять наверх и уложить поверх отложного воротника сюртука. Портной не сильно удивился, увидев рисунки, но вот выкройки его поразили. Он позвал жену и невестку, и они внимательно их посмотрели, обсуждая каждую деталь.

— Госпожа, получается, что, имея такой рисунок, можно сразу шить несколько подобных платьев, просто меняя размер по клиенту?

Я подтвердила. И рассказала, что можно самим вносить изменения, чтобы не получалось одинаковых изделий. Показав пальцем на карман, я сказала, что я сама уже внесла изменение — и вот тут будет по-иному.

Достала свой рисунок и показала, как будет выглядеть внутренний карман, прикрытый сверху фигурным клапаном. Пояснила, для чего это. Мастер удивился:

— Мы шьем мешочки в рукавах наших платьев, а тут вон как всё просто.

Сняли сразу же с меня мерки. Сын мастера принес лист бумаги и тщательно, соблюдая пропорции, перерисовал все выкройки, выписал все размеры. Получилось у него довольно-таки точно. Я похвалила его. Он смутился. Отец сказал, что сын увлекается рисованием картин, поэтому и рука у него набита. Договорились, что встретимся послезавтра.

Мастер аж загорелся. Естественно, я взяла с него слово, что потом он может использовать эти выкройки, но только после того, как я покажусь в городе в этом новом платье и после реакции общества на него. Про пуговицы я сразу всё рассказала. Он ответил, что когда будет готов весь костюм, тогда и будем подгонять пуговицы. Вернее, мы назвали их застежками. Рисунок и их размеры я ему оставила.

Зашли на рынок, потом я попросила провести меня к «Дому Роз». Это оказалась не усадьба, как я думала, а большое поместье, в котором, кроме центрального трехэтажного здания (к нему вели выложенные красивым камнем дорожки через сад с фонтанами и клумбами), имелось несколько отдельно стоящих особняков, а также виднелись вдали хозяйственные помещения.

Пруды с красивыми мостиками, переброшенными через них, увитые цветущими растениями беседки. Нанке показала мне, где кухня. Мы прошли туда, я на входе сняла шляпку с вуалью. Женщины встретили меня радостно и приветливо, окружили, интересовались здоровьем.

Видимо, прежнюю Роанну здесь хорошо знали и любили. Меня заставили выпить какой-то напиток типа киселя, съесть чуть ли не тарелку пирожных. Обижать женщин не хотелось — ведь они предложили всё от чистого сердца.

Когда вышли на террасу и собирались уже уходить, раздался крик:

— Роанна!!!

Я обернулась. К нам через сад, подхватив руками юбку, бежала девушка.

— Это Элисия, племянница госпожи Анфины, — шепнула Нанке.

Девушка подбежала, и я ее рассмотрела. Мне сразу показалось что-то в ней необычным. И я поняла: голубые глаза, почти ультрамариновые, светлые каштановые волосы. Да она полностью европейка! Хмм. Еще одна загадка.

Девушка подбежала, схватила меня за руки. Она была такая чистая и светлая, что я не могла не улыбнуться. Мы задержались на полчаса, сидели на скамеечке под деревом, она меня расспрашивала, как всё случилось, как я сейчас себя чувствую. Видимо, с той Роанной они были хорошие подружки. Я как могла старалась не уступать ей в приветливости. Расстались мы, обнявшись на прощание.

— Какая она красивая! У нее нет проблем с местными отморозками? Кто-нибудь да покусится на ее чистоту, а жалко. Не думаю, что тетя сможет ее защитить от какого-нибудь отпрыска знатной фамилии.

— А госпожа Анфина ее никуда одну не пускает. Если ей нужно на рынок за покупками, ее сопровождают всегда Дирк и четыре-пять воинов. Дирк всё-таки дворянин, как бывший офицер гвардии, его никто не лишил этих привилегий. И он уже не раз пресекал попытки молодых прохвостов. А ему на них плевать после пережитого. Да и сама госпожа Анфина родом не из простых. Тем более что в ее игорный дом ходит высшая знать, а отведать блюда ее кухни, говорят, и король несколько раз приходил.

Купив пирожных, решили зайти к отцу Франциску — попить чай и пару часов позаниматься. Подойдя к дому, мы увидели, как он прощается у ворот с высоким гладко выбритым мужчиной в богатом зеленом платье, расшитом красивыми серебряными узорами.

Мужчину сопровождали четверо воинов в форме Императорской гвардии. У каждого в руке был меч в черных ножнах, а на вершине ножен — серебряный знак в виде щита, перекрещенного с мечом и луком. Встретившись с мужчиной, я сдержанно поклонилась, он вежливо ответил тем же.

Когда они ушли, я спросила отца Франциска, кто это был. Он ответил, что это был Главный Слуга Императора и министр Двора господин Хан. Приходил по просьбе Его Величества проведать, как я живу, ну и заодно уточнить мое местонахождение.

— Возможно, Император планирует возвратить меня во дворец, чего мне бы не хотелось, если честно. Я помню Императора еще юным принцем, уважаю и его, и его супругу как прекрасных людей, но не имею ни малейшего желания оказаться втянутым в интриги двора. Господин Хан с детства с Императором. Они выросли вместе. Так принято: когда принцу исполняется пять лет, к нему приставляют такого же возраста юного дворянина. Жаль этих людей — они лишены полностью самостоятельности и личной жизни, но от них многое потом зависит. А другие на территории дворца жить не имеют права.

— А как же королевские стражники и Гвардия?

— Госпожа Роанна, так они живут в обособленных казармах в разных частях всего комплекса. Каждый дворец огорожен стеной и имеет запирающиеся ворота. Центральный дворец, где расположены государственные учреждения и Зал Совета и Заседаний; Дворец Солнца — там живет король, и там его кабинет, библиотека, сад с прудом; Дворец Императрицы — он примыкает, но огорожен стеной; Дворец Весны, на территории которого расположены три отдельных дворца для двух супруг короля; Дворец Наследного принца; Дворец принцесс с большим садом и озером; Дворец принцев; Дворец Вдовствующей Императрицы; Дворец Вдовствующей Королевы.

— Кроме этого, отдельно: королевское хранилище, помещения Имперского Трибунала с тюрьмой, Дворец королевской дворцовой полиции, которая состоит исключительно из женщин, Музыкальный отдел королевских музыкантов, хозяйственные зоны, где стирают белье, шьют одежды, изготавливают и чинят мебель, Королевская Аптека.

— В каждом дворце есть свои хозяйственные помещения, свои кухни, где отдельно готовят еду. Это огромный город в городе. И внутри всё разделено. Все слуги мужского пола — евнухи. И внутренняя охрана — женской половины. Имперская Гвардия заступает только во внешние караулы, патрулирует общие улицы дворца. Гвардейцы охраняют все ворота и мосты, охраняют сам Центральный дворец. Доступа внутрь в другие дворцы они не имеют.

Я поблагодарила за столь подробное описание дворца и была поражена тем, что многого не знаю. Нанке тоже услышала это впервые. Мы зашли в дом, вскипятили чай, и между упражнениями и чаю попили с пирожными.

Сегодня всё общение велось на франкском. Если мы путались, отец Франциск нам подсказывал, поправлял. Мы с Нанке даже не представляли, как эти уроки нам потом пригодятся в будущем.

Вернулись мы уже поздно. И не успели войти во двор, как от своего крыльца к нам кинулись обе сестренки, упав на колени передо мной.

— Госпожа, спасите нашего брата! — заголосили обе.

Какого брата? Почему я должна спасать? Потом вспомнила, что они когда-то говорили, что у них был старший брат по отцу.

— А ну быстро встали! — рявкнула я так, что они подлетели как на пружинке. — А теперь рассказывайте подробнее. Кто, что и как? О брате вашем я только слышала, что он есть.

— Я сегодня ходила по поручению тети Ройны за мукой, — начала Тао, — и увидела, как в деревянных колодках вели в Управление рабов группу мужчин. И там был наш брат. Он был воином и ушел в армию под фамилией своей матери, потому нас сразу и не взяли в оборот. Брат потом стал личным телохранителем генерала Форза, того, что поднял восстание против Черного короля.

— Так, стоп. Сегодня мы уже ничего не сделаем, даже если бы сильно захотели. Поэтому завтра с утра мне всё подробно расскажете. Я не отказываюсь помочь, вы меня поняли?

— Да, госпожа.