Глава тридцать третья. Самое тяжелое это ждать

Самое тяжелое это ждать. Ждать известий, ждать наступления каких-то события, вообще ждать. Сейчас я ждала весточки от Военного министра, сообщений от ушедшего в рейд на север Борхуна.

И поэтому пока никуда не могла двинуться из округа Эттиль. От скуки вышла с Гринье в море на фрегате, но через два часа поняла, что это ну совсем не мое.

И хотя море было относительно спокойное, я пол пути провела в каюте, что бы экипаж не видел меня в обнимку с ведром.

А у Франсуа с Энсо вроде как вырисовывались серьезные отношение, грозящие перейти в свадьбу. Тем более ее семья радушно приняла его, несмотря на то что он иноземец. Все-таки простолюдины и знать, они как будто с разных планет.

Андре занимался планом постройки новой крепости в Волчьем ущелье. Она будет в другом месте, почти по середине. Старое место ему не понравилось тем, что противник имел перед крепостью место для маневра, и плюс тропы на скалах проходили так, что территория всей крепости сверху была как на ладони.

И он нашел место, где тропы не могли проходить по кромке ущелья, перед крепостью было бы длинное узкое пространство. Которое не давало бы противнику возможности маневра по фронту, ограничивая все передвижения узостью ущелья. А длина участка позволяла вести длительный обстрел приближающегося врага из пушек.

Которые Андре планировал установить на стенах новой крепости. Нора сопровождала его в поездке. Ну и пусть побудут вдвоем. У них до этого было мало времени.

А крепость я ставить буду, несмотря на то, что Брошенные земли возможно скоро перестанут таковыми быть.

Кроуна отправила в Андол с телами погибших. Корабль дойдет за день, а вот везти их по теплой погоде туда это минимум три дня, а то и больше. Бабушка и Колин Паурс позаботятся об их достойных похоронах.

Первое сообщение пришло из Арлона. Фишер докладывал о первой плавке, на которую он пригласил Ее Светлость. Плавка прошла успешно. Изготовленные орудийные стволы в количестве четырех сейчас вывезены к горам для испытаний.

Там мастера нашли безлюдное место, где можно было не опасаться случайностей. Кроме того, Кольберн начал строительство печей для обжига кирпича.

Бабушка сообщала, что все идет без отклонений от задуманного. Барон Руйяр организовал работы на всех трех шахтах, оставил в Дюранде управляющего, сейчас сам находится дома.

Там потребовалось его присутствие. Мне передали письма от Ронера, Короля и королевы Энгера. Но письма, которого я жду больше всех, пока не было. От князя Цаннена.

Венда поправлялась. Я распорядилась перевезти ее в Эттиль в один из домов. С ней постоянно находились Рейна и Ойген. Но я отправила письмо к бабушке с просьбой организовать приезд в Андол сестер Ариано. Рейна определенно становилась лишней в этом треугольнике.

Нанке взяла дивизион из полка Фергена, роту стрелков батальона Джеймса, и отправилась к главному городу северной провинции Вэнгу. Стрелков посадили на трофейных лошадей.

Нанке повезла мои письма жителям городов провинции. Такие же письма были даны и Борхуну. Кроме того, Риттон прислал двух опытных глазастых чиновников.

Одного я уже отправила с Борхуном, второго с Нанке. Им была поставлена своя, отдельная задача.

Я не хотела, чтобы на новых землях меня восприняли как захватчика. Лучший вариант — это добровольное присоединение на основе волеизъявления.

Ну посмотрим. Иллюзий я не питала, но все же семь лет нахождения в свободном плавании должны были сказаться.

Как-то вечером, выйдя на улицу, заметила в беседке в саду сидящих Валлиса и Ило. Они о чем-то тихо разговаривали. Осторожно подкралась поближе. Говорил в основном Дорн.

Убеждая Ило, что она вся такая молодая, красивая, у нее все впереди, а он вот такой старый, и ничего у него нет. Я сразу вспомнила, как моя Ило потеряла дар речи, когда увидела Дорна еще в Андоле.

То есть получается, Дорн ее отталкивает? Интересно. Хотя он на 12 лет ее старше. Она из старой дворянской семьи. Сейчас она сирота, но за ней присматривает герцогиня. Надо будет Дорна поспрашивать, что тут не так.

Я еле успела встать в тень, когда Ило со слезами на глазах промчалась мимо меня в особняк. Дорн остался сидеть в беседке с опущенной головой. И даже не заметил, как я вошла и села.

- Сиди, чего вскочил. Я вот не могу понять, чем тебе Ило не нравится. Или может у тебя уже есть женщина на примете?

- Госпожа, да как не нравится. Как такая красавица может и не нравиться. Но что я могу ей дать? У меня две младшие сестры, придет время, когда их нужно будет отдавать замуж. Дом наш разрушен, я даже не представляю, что там сейчас. Он сгорел еще тогда, когда арестовали отца и мать, и сестер. Я только сейчас встал на ноги, и то благодаря Вам. Что я могу ей дать?

- Любовь, заботу, себя самого и свое сердце. Этого что, мало? Для женщины порой и такого хватит. А материальные блага это дело наживное. Ты получил дворянский статус. Благодаря тебе его получили и обе твои сестры. И ты наверно заметил, что я очень последовательна. В том, что касается моих близких людей и соратников.

- Я для своих людей сделаю все. Будет у тебя и сестер дом, и им приданное, не беспокойся. Если дело было только в этом – иди инайди ее, и попроси прощения. Скажи, что после того как она ушла, ты много думал, и нашел верное решение. Если девочка отдает тебе свое сердце и себя саму, то грех отказываться. Это если у тебя к ней чистые и серьезные намерения. Просто посиди тут, подумай над моими словами, и прими верное решения. Я пошла.

Утром Ило прибежала помогать мне одеваться. Настроение у нее было прекрасное, значит Дорн решился все-таки. Я краем глаза наблюдала за нею. Очень красивая девушка. Ну пусть им Боги помогают, а я со своей стороны тоже помогу всем чем смогу.

Первый доклад я получила от Борхуна. Они достигли самого западного города Миррен у отрогов горного массива, откуда проистекала Эттиль. И застали там около тысячи степняков, крутившихся вокруг города.

Предместья были сожжены, деревеньки разграблены. Но жители успели уйти в город и даже часть скота с собой смогли увести. Долго они все равно бы не продержались.

Степняков погнали в направлении города Таркан, где прижали к отрогам скал и реке Вэнг. Очень немногие смогли ее переплыть. Оставив в городе раненых, Борхун двинулся вдоль Вэнга к морю в сторону Ансорра.

Город Айсан, через который он прошел на пути к Миррену, уже выслал свою делегацию, которая должна будет скоро прибыть. Все города провинции практически стояли на правом берегу Вэнга, и только три ближе к северной границе.

Но что бы перейти Вэнг нужно было попасть на два моста через него и его приток, которые контролировал город Бригант.

В письме чиновника говорилось, что избранные горожанами власти приняли мое письмо, будут собраны все жители и они примут решение и дадут ответ. Магистрат Миррена сам пообещал его доставить моему Высочеству. Город имеет много ремесленных мастерских, рядом в горах расположены рудники, где добывают медь, железо, серу, серебро.

Сельские жители занимаются овощеводством, разведением крупного рогатого скота, есть много овец. Через город проходит дорога в столицу южных земель Северной империи город Хайланд с мостом через Эттиль. Который охраняет крепость Хёрд, где Борхун оставил взятый с собою усиленный взвод пехоты во главе с капитаном.

Аристократии в городе и окрестностях нет, все сбежали еще семь лет назад в основную Империю. По разговорам жителей они были бы рады любому решению, которое наконец определит их статус. Еще чиновник отметил что дорога от ущелья к самому городу находится в хорошем состоянии,

Все мостики через ручьи целые. Дома сельских жителей не сожжены, а это самое главное. Если люди почувствуют защиту властей, то вся эта местность быстро восстановится. Поля плодородные, очень много лугов для выпаса овец и другого скота.

Через два дня в Эттиль пришла «Арабелла» и доставила послания от Императора и Военного Министра. Ростон доложил, что выполнил все инструкции. Но Император принял решение переправить семью на Жемчужный остров.

Куда Ростон всех их и доставил. В Рианол он не входил. Посадку произвели в той потайной бухте, куда ранее заходил Кроун. Императрица и ее окружение остались очень довольны.

Ростон предоставил им все условия в кают – компании, но они большей частью все время провели на палубе. Ростон организовал показательные парусные и артиллерийские учения в море.

И даже дал бортовой залп в море. В общем старался как мог. На обратном пути шхуну полностью вел Хекейт. Ростон только стоял рядом. На всякий случай. Но вмешательство не понадобилось. И это меня радовало.

Император благодарил и все такое, подтвердил еще раз все мои полномочия, одобрил все действия. И в конце написал – не беспокойся, за все отвечаю я.

Герцог прислал обстоятельные инструкции. Они решили не устраивать резню, все-таки многие из дворян использовались в темную. Князя Го посчитали нужным просто вызвать вечером в кабинет Императора и дать ему возможность оправдаться.

Поставив в известность что его переписка с ханом Мамчуром уже едет в Рианол. И серьезно с ним поговорить. Он далеко не глупый человек, но недостаток информации и особенно ее искажение сослужило с ним и его людьми плохую службу.

А вот тех, кто лично ездил к хану договариваться о нападении Орды и пиратов Император решил не щадить. Вдовствующих Императрицу и Королеву посадить под домашний арест, на время, пока будет идти разбирательство. И пока «Арабелла» не доставит Императору архив хана Мамчура.

А шхуну я отправляю через день. Сутки им на отдых на берегу и вперед, в Рианол. Это теперь мой почтовый катер. Хекейта оставить в Андоле, пусть достраивает свою шхуну.

Наконец пришло ответное письмо от князя Цаннена, но теперь уже не князя, а Императора. Брат все-таки погиб и ему пришлось в это трудное время взять на себя всю ответственность за страну.

Ему удалось нанести поражение войскам Тангутского союза и остановить их продвижение на севере и на востоке, но армия Мидийцев последовательно, используя тактику небольших бросков, продвигалась вдоль океанского побережья. Уже прервав сообщение северян с Империей Могов. По Брошенным землям его ответ был положительным.

В любом случае у империи сейчас нет ни сил, ни средств поддерживать свое присутствие в этих трех провинциях. Конечно найдутся сановники, которые будут против. Но лично сам он умывает руки.

И если жители и оставшаяся знать провинций выскажутся за присоединение к моему флагу, то он подпишет, несмотря на противодействие знати, соответствующий документ, который подтвердит переход провинций под мою власть юридически.

В конце письма он добавил, что выслал послов на север к россам в их новый город Каменногорск на реке Ыртыш. Там они основали серьезную крепость и оттуда вели тихое завоевание на восток, а на юге вышли к границам мидийцев.

Что последних очень встревожило. Но пока основные силы россов были заняты большой войной в Старом Свете, то мидийцы не сильно смотрели на север.

А вот тангуты уже почувствовали руку россов, которые вышли на реку Катунь и начали движение по ее руслу на юг и на север, основывая одно за другим укрепленные поселения. В месте впадения реки Чуя в Катунь они заняли крепость и начали продвижение на восток по Чуйской долине, которая выводила их почти в самое сердце тангутов.

На их пути лежала только слабая крепость Акташ, которая не сможет выдержать пушек росов. А потом уже нет больших гор и прямая дорога на Ховд, главный город тангутов на берегу огромного озера Айрануур.

А ведь это их продвижение в будущем выведет их и к нашим северным границам. Я не знаю, кто там сейчас правит, и какие в этом мире у россов предпочтения. Беседы с Петром и Андре мне ничего не дали, их уровень был не выше полкового.

Движение россов вверх по Катуни выводило их к Бикатуну, главному городу северных союзников тангутов племен джангаров. Поэтому их войска уже покинули Тангутский союз и пытаются пробиться к себе на север.

Но россы очень быстро восстановили каменные стены захваченной ими крепости Бичикту и намертво заперли выход на Катунь из Чуйской долины. А другой дороги в той горной местности нет.

В обход можно было пройти намного восточнее через Туран, но местные князья не дружили с джангарами. И это еще мягко сказано.

И по данным Императора Цаннена они уже вступили в договорные отношения с россами. Он попросил росов хотя бы обозначить какие-нибудь движения на северной границе мидийцев, даже не вступая с ними в противостояние. Что бы озадачить их и вынудить перебросить часть своих войск на север.

Сам же он на данный момент ведет переговоры с тангутами, убеждая их, что сейчас лучше начать думать о защите собственных земель от движения с запада, чем воевать за интересы мидийцев.

И еще Цаннен решил уйти от практики предыдущих императоров, основывавшейся на подкупе тангутской знати. В решающий момент это не сыграло никакой роли. Мидийцы заплатили больше, и все договоренности северян с тангутами были нарушены.

В ответном письме я поздравила князя с восхождением на трон. С сожалением сообщила, что помочь ему в его борьбе с мидийцами я сейчас не могу, но постараюсь сделать все, чтобы тангуты и их союзники не обошли Талайские горы с востока и не вторглись в империю с южного подбрюшья, через Брошенные земли.

И поэтому в первую очередь введу администрацию в город Миррен, контролирующий мост через Эттиль на дороге, ведущей в Хайланд. И займу крепость Хёрд. Которая контролирует этот мост.

Через несколько дней прибыл с группой чиновников Риттон. И привез тщательную карту Брошенных Земель, на которую с помощью Глав гильдий Охотников и Торговцев нанесли все что было необходимо знать.

Оказывается, северная часть земель, как и Андол имела прикрытие в виде горного хребта, спускавшегося к океану. И три крепости – Сенкар на берегу океана, Орсар и Данур в горных проходах, стерегли дороги, ведущие на север.

И мне было не понятно, по какой причине имперские войска оставили такие стратегически важные места и отступили из провинции.

Риттон вспомнил, что ходили упорные разговоры о том, что как раз семь лет назад в Северной Империи шла самая настоящая гражданская война. И одна из сторон наняла Орду для решения своих вопросов.

Вот только хан Мамчур решил использовать ситуация чисто для удовлетворения своих желаний. Взяв практически без боя сданную предателями крепость Сенкар, Орда хлынула не сколько на запад, на помощь местным сепаратистам, а нанесла удар по городам самой Империи и через Волчье Ущелье ворвалась на территорию герцогства Андольского. И получилось то что получилось.

Небольшие городки они разорили, а вот крупные города взять не смогли. Но увели огромное количество сельских жителей в рабство на север.

И разместив гарнизон в Сенкаре стали регулярно совершать набеги на все три провинции. Да, оказывается так называемые Брошенные земли расположены на территории трех бывших провинций Северной Империи.

После подавления мятежа Император встал перед дилеммой – вести всеми силами войну с вторгнувшимися в то время мидийцами, или вывести оставшиеся войска из двух крепостей и городов и пустить земли в свободное плавание.

Большинство Гос. Совета проголосовало за второе предложение. И тогда началось бегство аристократов из провинции. А заодно и вывод войск и администрации. Население было брошено и предоставлено само себе. Что не добавило любви к Императору.

Вернулась наконец отправленная мною после отдыха команды на север «Клоринда». Основной целью ее похода был город Камберен, вспомогательной – пройти вверх до крепости Сенкар и разведать обстановку. Гринье привез обстоятельное письмо от герцогини Дюссенской.

А также красиво оформленную грамоту городского округа Камберен, гласящую о том, что на общем собрании жителей было принято единогласное решение о вхождении города и окрестных оставшихся населенных пунктов под руку его Светлости герцога Андольского.

Грамота была заверена тремя печатями. К ней были приложены соответствующим образом оформленные грамоты от гильдейских старшин провинции Камберен.

Кроме того, отдельным письмом глава городского самоуправления сообщал моему Высочеству, что третий город провинции Вулуанс выслал представителей прямо в Эттиль. Из Айсана я ждала делегацию со дня на день. И предстояло подумать о территориальном управлении новых земель.

Риттон советовал мне не менять устройство провинций, оставить их в тех же границах. И определить столицами провинций города Камберен, Вэнг и Миррен. Они и в Северной империи являлись главными городами одноименных провинций.

Он как раз заканчивал формирование групп из трех чиновников в каждый из городов. И еще четыре чиновника в главные города провинций. У каждого чиновника будет своя отдельная задача. Вмешиваться в управление они не будут.

Их работа только контроль происходящего. Генерал Дерек предложил отправить в каждый город по одному офицеру, которых он отберет лично. И поручить им на местах формирование в каждом городе военных подразделений численностью примерно с роту.

Как только наладим выпуск оружия, то вооружить их огнестрельным оружием. А пока тем что есть. Люди будут, главное организовать и платить.

Гринье доложил, что после Вэнга пошел на север. Посетил город Улла, передал мое письмо. Город выдержал двухмесячную осаду. Но ордынцы так и не смогли его взять. Жители города, вышедшие встречать фрегат, попросили зачитать им письмо.

Что и было сделано. Решение о принятии моего предложения было принято единогласно. Гринье поставил их в известность, что конный корпус идет с запада и чистит всю местность от банд и ордынцев. И им осталось только подождать.

А вот почти у города Касьена натолкнулись на лодки с людьми, которые бежали из городских предместий, в которые ворвались ордынцы из Сенкара. Войдя в бухту и разобравшись с происходящим, Гринье снес лагерь осаждающих артиллерийским огнем.

Заставив бежать уцелевших подальше от берега. Поднявшись выше, обстрелял беглым огнем крепость. Но сильно усердствовать не стал, зная, что нам эта крепость пригодится самим.

Она плотно перекрывала проход через узкую долину, образовавшуюся в месте впадения неширокой горной реки в океан. Причем дорога с севера к крепости проходила по открытой местности. Доступной корабельным пушкам.

Нанке в своем письме описала все путешествие. Оказывается, очень много местных жителей пряталось по лесам. Они уже со временем привыкли к набегам степняков. И давно оборудовали себе тайные лесные убежища. И пока не нашлось предателя, который указал бы захватчикам к ним путь.

Отряд двигался не спеша, под андольским флагом. Сельским жителям Нанке советовала возвращаться в свои дома, обнадеживая, что больше набегов не будет. Так как практически все степняки истреблены. А те, кто остался, будут уничтожены в ближайшее время.

В Вэнге ее встретили с почестями, тем более что ее бабушка была родом из Бриганта, второго крупного города провинции Вэнг. Из Вэнга она отправила стрелковую роту и один эскадрон под командованием Инера Сорека, произведенного мною после сражения в чин капитана, на север посетить Уллу и Касьен и провести разведку в сторону крепости Сенкар.

Вместе с ними ушли пятьсот лучников городского ополчения. Сама же со вторым эскадроном пошла навстречу Борхуну в родной город бабушки Бригант. И еще имея цель осмотреть крепость Данур, в каком она состоянии и вообще, что там происходит.

Сорек получил задание из Уллы отправить небольшой отряд в разведку к крепости Орсар с той же целью.

И как всегда на мою долю осталось самое сложное – ждать.