Глава 3.

После встречи с Аркадием Витальевичем, Виктория много думала, и ближе к вечеру приняла рушение поговорить с Анной Илларионовной и просить у неё позволения вернуться в Москву. Уж лучше она разгневает родителей, чем продолжит жить в доме, где чувствует себя птахой, пойманной в тиски. Или даже не птахой, а некой пешкой в хитроумно разыгранной партии. Нет, она ничего плохого не могла сказать о графине Елистратовой, Анна Илларионовна ей искренне нравилась, но у Виктории всё чаще возникало впечатление, что её используют в качестве живого гамбита.

Но поговорить по душам с Анной Илларионовной не удалось. Она вернулась от знакомой, переоделась и снова куда-то отправилась.

И так продолжалось в течение трех дней. У графини Елистратовой неизменно находились важные дела, на гостившую у неё в доме Викторию просто не находилось времени. Девушка оказалась предоставлена сама себе. Днем она совершала прогулки по Петербургу, а после обеда уединялась с книгой. И лишь изредка она позволяла себе думать о поцелуе Аркадия Витальевича.

Время пролетело быстро, и на завтра был назначен бал у княгини Ульяновой.

Анна Илларионовна впорхнула в комнату к Виктории и радостно объявила:

— Девочка моя, у меня замечательная новость! Я только что говорила с Аркадием, и он мне пообещал, что завтра будет сопровождать тебя к Дарье Михайловне! Мало того, к княгине прибудет Олег Матвеевич Болгарский! Их общество обеспечит тебе внимание других молодых людей!

Викторию подобная новость не только не обрадовала, а скорее, насторожила. Но вслух своих опасений она не высказала.

— Я очень вам признательна, Анна Илларионовна!

— Ах, как бы я хотела иметь взрослую дочь! Я даже немного завидую твоей маменьке!

— Почему же? Разве Аркадий Витальевич не сделал вас счастливой?

Анна Илларионовна беззаботно пожала плечами и уже в дверях сказала:

— Я всегда с трудом находила общий язык с маленькими мальчиками, и мне нелегко было заниматься воспитанием Аркадия. А потом…Я и не заметила, как он вырос. Ах, время летит так быстро!

После того, как графиня закрыла за собой дверь, Виктория вспомнила аналогичные слова Аркадия. Возможно, она поспешила, когда сделала вывод, что только по его вине отношения в семье Елистратовых натянуты.

На следующий день в назначенное время Виктория вышла в гостиную, нервно теребя сумочку. Весь день она говорила себе, что не стоит столь сильно волноваться по поводу бала. В конце концов, в пансионе её хорошо подготовили, она прекрасно обучена этикету и прочим мелочам, без которых в современном обществе молодой девушке не обойтись. Так что всё должно пройти без эксцессов.

И как бы она не относилась к графу Елистратову, Виктория в глубине души понимала, что он своим присутствием окажет ей незаменимую поддержку.

В гостиной Виктория ещё раз задержалась у зеркала и критически осмотрела себя. Ничего сверхвыдающегося она в себе не увидела. Типичная внешность девушки семнадцати лет. Правда, глаза выдавали испуг, но Виктория надеялась, что сможет справиться с тревогой.

Послышались шаги, и в комнату стремительно вошёл Аркадий. Девушка облизнула пересохшие губы и сделала книксен. Она необычайно волновалась, и никак не могла взять себя в руки.

— Виктория Дмитриевна, очень рад, что вы уже готовы, — сухо заметил он и добавил: — Вы очаровательно выглядите. Вам очень идет розовый цвет.

Виктория скользнула руками по платью и вспомнила, как Анна Илларионовна настояла именно на этом платье. Нежно-розовое с большими белыми вставками, оно выгодно подчеркивало алебастровый цвет лица девушки, а фасон превосходно подходил под её миниатюрную фигурку.

— Спасибо, — поблагодарила она графа за комплимент, не зная, что ещё сказать.

— Я ошибаюсь, или мои слова смутили вас? — он скрестил руки за спиной и прислонился бедром к большому комоду.

Виктория тотчас вспыхнула.

— Не стоит быть таким самонадеянным, Аркадий Витальевич! Я волнуюсь, это мой первый бал и….

Виктория замолчала, не желая откровенничать с графом. Он по-прежнему не вызывал у неё теплых чувств, и она предпочитала держаться особняком. К тому же, она ещё не забыла, как он заставил её прождать на станции несколько часов. Его безответственное поведение поражало и не располагало к доверию.

Аркадий без лишних слов догадался о тех чувствах, что сейчас одолевали Викторию. Он до сих пор не мог понять, что сподвигло его пойти на уступки матушки и согласиться сопровождать юную барышню на благотворительный бал к княгине. Безусловно, этот вечер он мог провести с большей пользой для себя.

— Виктория Дмитриевна, я вас уверяю, всё пройдет великолепно. Вы не успеете оглянуться, как у ваших ног окажется дюжина влюбленных поклонников.

— Вам бы всё шуточки шутить, граф…, - негромко пробормотала девушка.

Но чуть позже Виктория осознала насколько наивны были её опасения. Анна Илларионовна оказалась абсолютно права. На балу, стоило ей сначала потанцевать с Аркадием, а потом с Олегом Болгарским, и вокруг неё столпились молодые люди, желающие познакомиться и пригласить на вальс. От веселой музыки и нескончаемых комплиментов кровь ударила в голову Виктории, она чувствовала необычайную легкость во всем теле.

Аркадий отпил глоток шампанского и отметил, как очередной юнец повел Викторию на паркетный зал. Олег перехватил его взгляд и не без восхищения заметил:

— Стоит признаться, Виктория Дмитриевна удивила меня. В тот день на вокзале она показалась мне милой девушкой, но сегодня она превзошла все мои ожидания. Она восхитительна! Аркадий, как она грациозна!

Аркадий усмехнулся:

— Я так подозреваю, друг мой, тебя завтра стоит ожидать с визитом?

Олег собирался съязвить в ответ, но в последний момент передумал.

— Всё может быть…, - задумчиво произнес Болгарский.

Уже в карете, когда они возвращались домой, Аркадий лениво вытянул ноги и молча слушал восторженные впечатления Виктории. Та с блеском в глазах рассказывала Анне Илларионовне, как она чудесно провела вечер.

— Дорогая, я вижу, тебе понравилось.

— Очень!

— Вот и замечательно! Потому что в ближайшее время я тоже подумываю устроить званый вечер. Мы давно не давали балов, Аркадий. Надо срочно это исправить.

В полумраке кареты не было видно, как прищурились глаза Аркадия. Мысль о бале не пришлась ему по душе, но возражать он не стал.

— Как вам будет угодно.

— Тогда я рассчитываю на твою помощь, Аркадий. Мы вместе обсудим список гостей!

Виктория собиралась поблагодарить Аркадия за оказанную услугу, но как только они прибыли домой, он попросил кучера не распрягать карету.

— Аркадий, ты куда-то собираешься ещё? Помилуй, но время уже позднее! — Анна Илларионовна скинула салоп и с укором посмотрела на сына.

Но ответом ей послужила легкая улыбка.

Эту ночь Виктория спала сном беззаботного младенца. А на утро ей принесли радостную новость — пришло письмо от родителей. Виктория читала его со слезами радости на глазах. Наконец-то её молитвы услышаны! К декабрю родители обещали приехать в Петербург.

Ближе к обеду её ожидал ещё один сюрприз. К ней прибыли двое молодых людей, с которыми она накануне познакомилась, и пригласили её на прогулку. Виктория, ещё не привыкшая к вниманию мужчин, поначалу смутилась, а потом согласилась.

Аркадий две недели терпеливо наблюдал, как его дом превращается в место паломничества для поклонников Виктории, и с каждым днем чувствовал нарастающую ярость. Он говорил себе, что его раздражает шум и суета, но в глубине души понимал, что обманывает себя.

Он видел, как Виктория дарит улыбки другим мужчинам и свободно с ними общается. Но стоило ему появиться в гостиной, как она тотчас тушевалась, становилась напряженной и неприветливой. И сей факт немало удивлял графа Елистратова. В общении с противоположным полом обычно наблюдалась иная картина. Женщины находили его привлекательным и интересным, в определенных кругах о нем говорили, как об искусном любовнике. А тут получалось всё наоборот!

И задетое мужское самолюбие Аркадия взяло верх над рассудком. Когда он в очередной раз заметил юношу, торопливо спускающегося с крыльца их дома, то принял решение во чтобы-то ни стало покорить гордую красавицу Викторию Дмитриевну Юрасову.

Этим же днем он постучал к ней в комнату, и услышал мягкое: «Войдите».

Виктория сидела в высоком набивном кресле и с увлечением читала книгу. Она подняла голову, чтобы посмотреть, кто её побеспокоил, и крайне удивилась, когда увидела входящего Аркадия Витальевича. До сегодняшнего дня он ни разу не приходил к ней в комнату.

— Аркадий Витальевич, что-то случилось? — как можно спокойнее поинтересовалась она, поднимаясь к нему навстречу.

— Нет, Виктория Дмитриевна, не извольте беспокоиться.

— Просто я удивлена вашим визитом…, - слова сорвались с губ девушки, прежде чем она успела их обдумать. И сразу же Виктория обругала себя! На днях она дала обещание вести себя как можно естественнее в обществе графа Елистратова!

В последнее время девушка часто ловила себя на мысли, что думает о нем. Да, да, именно об Аркадии Витальевиче! Вот уже на протяжении месяца они жили под одной крышей, но он по-прежнему оставался дня неё полной загадкой.

— Я пришёл исправить совершенною мною оплошность. Разрешите, Виктория Дмитриевна, пригласить вас на прогулку. Сегодня изумительная погода! Падает легкий снег, светит солнце, грех сидеть дома!

Если Виктория думала, что на сегодня её ничто не способно более удивить, то она глубоко ошибалась.

— Вы хотите пригласить меня на прогулку? — осипшим голосом переспросила она, желая убедиться, что не ослышалась и правильно поняла графа.

— Совершенно верно.

— Я, право, не знаю….

Виктория растерялась, но быстро пришла в себя. За прошедшее время она многому научилась, и теперь простая прогулка с молодым мужчиной уже не ввергала её в панику. И поэтому она быстро добавила:

— Хотя, стоит признаться, ваше предложение звучит заманчиво. Я довольно долгое время читаю, и мне не помешает подышать свежим воздухом.

Аркадий улыбнулась. А наша маленькая барышня настоящая плутовка! Как изящно скрыла своё замешательство!

— Тогда я вас жду.

— Я скоро буду, Аркадий Витальевич.

Граф Елистратов терпеливо ожидал её возле крыльца. Виктория, спускаясь по ступенькам, невольно отметила, что природа щедро наделила молодого человека. Казалось, только сейчас девушка заметила стать и мужскую красоту Аркадия. Теперь ей становилось понятно, почему знакомые девушки томно вздыхали, стоило им услышать, что она гостит в доме блистательного графа Аркадия Витальевича. Оказывается, в обществе о нем говорили, как об очень завидной партии. Не одна маменька желала видеть его в качестве зятя.

Всё это промелькнуло в голове Виктории за считанные мгновения. Её брови сошлись на переносице. Почему в голову приходят столь нелепые мысли? Разве ей не безразлично, что говорят об Аркадии Витальевиче? Если даст Бог, она видит его последние недели, а потом они расстанутся навсегда. По крайней мере, она на это надеялась.

Погода и впрямь стояла изумительная. Снег припорошил ноябрьскую грязь, и сиял на солнце алмазными россыпями. Виктория, как в детстве подставила ладошку, пытаясь рассмотреть замысловатый узор на падающих с неба малочисленных снежинках. Но, к сожалению, они быстро таяли на теплой ладони.

— Любите снег? — лениво поинтересовался Аркадий, заметив жест девушки.

— Временами. Когда он только-только выпадает осенью и покрывает уличную серость, как сейчас, то да. У меня это время всегда ассоциируется со сказками, что нам рассказывали в детстве няньки. Кажется, что стоит закрыть глаза, и произойдет чудо!

— А потом?

— А потом чистота и белизна окружающего мира начинает навевать тоску, и хочется ярких солнечных лучей! Даже более, хочется майской грозы, сильных раскатов грома! Мне стыдно признаться, но я очень люблю грозы! Такое буйство природы! Такая сила ощущается! Чудится, что ещё немного, и небо в праведном гневе обрушится на землю!

Аркадий помог Виктории сесть в открытый экипаж, присоединился к ней и сказал:

— Только страстные натуры способны на такие сильные эмоции.

Казалось бы, безобидное замечание, но Викторию обдало жаркой волной. Она до сих пор отчетливо помнила поцелуй графа. Подобные воспоминания она гнала прочь, но порой они одолевали её с необычайной силой.

— Как знать, — неопределенно ответила она и вызывающе вздернула подбородок. Она не собирается уступать Аркадию Витальевичу!

Тот правильно понял её слова и с улыбкой проговорил:

— Знаете, Виктория Дмитриевна, у меня в детстве были рыбки. Так вот, одну из них вы мне очень сильно напоминаете. Вы когда-нибудь слышали про бойцовских рыбок? — девушки кивнула. — Вот так же и вы. Чуть что, сразу готовы отразить опасность, пусть даже и не существующую.

На набережной было немноголюдно. Молодые люди без излишней суеты прогуливались, служивые в шинелях торопились по своим делам, дамы с дочерьми раскланивались знакомым и мило беседовали о жизни.

Виктория всем сердцем полюбила Неву. А этот морской воздух? Разве встретишь такой в Москве? Хотя в народе и говорят, что не стоит загадывать наперед, но для себя девушка решила, что обязательно ещё раз побывает в Петербурге.

— Анна Илларионовна ещё не определилась с датой бала? — чтобы поддержать разговор спросила Виктория. Они остановили экипаж и присоединились к прогуливающемуся люду.

— Думаю, середина декабря. Но в подобные мелочи я не вникал. Если матушке понадобится моя помощь, она знает, где меня найти, — сухо ответил Аркадий. Он уже подыскал себе квартиру, и подумывал о переезде в начале следующего года. — Вам понравились балы, Виктория Дмитриевна? Находите их занятными?

— А разве вы нет? Вы, Аркадий Витальевич, тоже не ведете жизнь схимника!

Определенно, словесная дуэль с Викторией начинает его захватывать. В девушке напрочь отсутствует жеманность, чем были грешны современные барышни. Она не ходит вокруг да около, смело высказывает свои мысли, а главное, глупо не хихикает по любому поводу.

— Я и не догадывался, что вас интересует моя жизнь, — тихо проговорил Аркадий и с удовольствием отметил, как гневный румянец появляется на щеках Виктории.

Она уже собиралась в ответ сказать едкое замечание, как вдруг резко остановилась. Аркадий нахмурился, не понимая, что происходит.

На лице Виктории медленно появилась радостная улыбка, она громко охнула и воскликнула:

— Алеша, ты ли это?