10

Лана 

Он делал меня счастливой. С ним я чувствовала себя живой. И для этого не нужен был свет — я видела душой, ощущала телом. Читала тепло кончиками пальцев.  

Марат дал мне то, чего у меня никогда еще ни было. Он дал мне чувство полноценности. Осознание того, что я могу получать от жизни гораздо больше, чем раньше. Он вырвал меня из привычной реальности, чтобы показать нечто большее. О чем я только мечтала, хоть и боялась в этом признаваться.  

Он занимался со мной любовью. Страстно любил как женщину. И я готова была на все, только бы дышать этим как можно дольше. Как можно глубже, и без перерывов.  

Он целую неделю никуда не ездил. Оставался дома вместе со мной. Мы дарили друг другу внимание, о многом говорили. Он рассказывал о прошлом, хотя и неохотно. Между нами по-прежнему были секреты. Он не раскрывался до конца, а я напротив была как открытая книга — ни тайн, ни загадок, скрывать мне было нечего. А вот его мне предстояло разгадать. Пускай не сразу, постепенно. Может быть, когда-нибудь... я узнаю всю правду и смогу ее принять как должное. 

А тем временем мы просто проводили дни в лучах бабьего лета. Было тепло и приятно, в воздухе летала паутина, пахло осенью и листьями. Они атмосферно хрустели под ногами, липли к обуви, одежде. Неподалеку был лесок, и мы ходили в него почти каждый день. Там необычно, по-своему уютно, нет дорог и людей. Много незнакомых запахов и звуков. Марле там безумно нравилось: она носилась по тропинкам, сбивая меня с ног, или же могла пропасть на полчаса, гоняя белок и стаи каркающих ворон.  

Как-то на днях она запрыгнула в озеро и вылезла вся мокрая, дрожащая. Вода была холодной, я боялась, что она простудится. Но Марат меня удивил — он снял с себя свитер и вытер им насухо Марлу. Думаю, это прямое доказательство того, что в душе он добрый. Потому что злые, черствые люди никогда бы так не сделали. Что бы он там ни говорил, но он любит животных.  

Ну а если он так поступил ради меня, то я ему вдвойне за это благодарна. Потому что радостная Марла — жирный плюс в копилку моего настроения. Она для меня была как лучшая подруга. Мы вставали вместе и ложились вместе. Она любит погулять, поэтому просто подходит к кровати и касается лица своим мокрым холодным носом. Это значит, что пора на прогулку. Сперва мне казалось, что она невзлюбила Марата, это у них взаимное чувство. Но уже через какое-то время эта вражда сошла на нет.  

Они жили довольно мирно. Порой я даже знала, что он ее жалеет. Балует едой, разрешает лежать на диване. Тот диван в гостиной вообще теперь стал ее постоянным местом для сна. Там она могла полностью вытянуться от задних лап до острой морды. Могла спать как баронесса, на мягкой перине, в окружении подушек. Словно это и не собака вовсе, а наш ребенок. Большой, гиперактивный, с характером, но точно общий. Ведь это именно Марла нас связала нитью. Именно она стала тем звеном, которого не хватало. Она отыскала меня, чтобы защитить. Хотя защищать уже не от кого — Марат сам стал моим защитником. 

Но, как оказалось, все обстояло гораздо сложнее. И в один прекрасный день моя жизнь опять перевернулась с ног на голову... 

Марат сказал, что едет куда-то по делам. Не сказал, куда именно и зачем, но я уже привыкла к конспирации. Так что не мучила его расспросами. Самое главное, чего я хотела — чтобы он не предавал. Запах другой я уловлю еще с порога. Именно так произошло в тот вечер, когда мы сделали это впервые. Может, он чувствовал только запах свежего омлета, но я точно знала — его руки касались другой. Потому и попросила их вымыть. 

Кто она и повлияет ли на нас?  

Я тогда ничего не сказала. Но все равно об этом думала. Мне не давал покоя тот запах духов на пиджаке. Кому он принадлежит? У Марата есть любовница? Он ходит к ней каждый день или раз в неделю? Я ревновала его и не хотела ни с кем делить. Вот и все. И успокаивала тем, что будь ему с ней хорошо, он бы не провел эту неделю дома, со мной. А если это и правда любовница, то почему он был так жаден к сексу?  

Может, это что-то другое? Только что? Кто она на самом деле? 

Ответ я получила в тот же день. Но правда оказалась жестче, чем я думала. 

— Марла, ко мне!  

Пока его нет дома, я решила выбраться в город. Это был мой первый выезд из коттеджного поселка. Только если Марат уехал на машине с хорошим салоном, то я с поводырем тряслась в маршрутке. Благо хоть водитель был нормальный и пустил меня с собакой.  

Автобус как раз ехал на рынок. Я не знаю, какой именно — спрашивать не стала. Мне было без разницы. Я собиралась купить там мяса и порадовать мужчину сытной едой. Пусть это банально звучит, но мне хотелось сделать ему приятно. Угодить хорошим ужином, испытать свои силы в чем-то новом, в конце концов. Я не хотела просто сидеть взаперти и ждать его приезда. Так что взяла часть денег, оставленных для заказа ресторанного обеда, и отправилась на рынок. 

Здесь было шумно, пахло невообразимо. Некоторые запахи приятно ощущать, но от некоторых ноздри просто жгло, хотелось задержать дыхание и пройти этот ряд побыстрее. Мы с Марлой блуждали и все время возвращались к остановке. Она не понимала, что я не уеду, пока не найду тут хорошего мяса. Вот только где оно и как должно пахнуть? 

Приходилось все спрашивать, хватать людей за рукава и объяснять, что ничего не вижу. Но постепенно я пришла к мясным прилавкам и стала задавать продавцам различные вопросы: от кого это мясо, сколько стоит килограмм, какой возраст теленка и был ли он привит от болезней. Пусть это кажется диким, но мы тоже много времени проводим в интернете. Пусть я не вижу, но могу читать на слух, синтезатор речи озвучит любую статью, любые цифры, будь то рецепт омлета с цукини или же заметка психолога о том, как задобрить мясоеда в своем доме. 

Впрочем... о статусе мясоеда заявила вдруг Марла. Ведь пока я выбирала мясо вслепую, она вероломно стащила баранью ногу и пыталась убежать с ней, минуя физику. То есть меня в качестве якоря на конце поводка. 

— Марла! — возмутилась я. — Ты что тут вытворяешь?! 

Но крики продавца были куда отборней: 

— Ты чего, охренела вообще?! — орала на меня женщина. — Мозги мне полчаса ебешь, а твоя псина барана тут жрет по-тихому?! 

— Простите! — было мне безумно стыдно. — Она так обычно не делает... Марла! Перестань сейчас же! 

Но какой там перестань — падеж скота тут был уже явным фактом. Возвращать хозяйке нечего.  

— Теперь плати давай! — орала продавщица. — Плати, пока ментов не вызвала!  

— Никого вызывать не надо...  

Я реально очень перенервничала. Все пошло коту под хвост, и наша поездка оказалась глупостью. Мне пришлось отдать все деньги за ногу, которую тащила в пасти Марла. Ни о каком тут ужине речи не шло: я солидно потратилась, потеряла время и даже не могла купить готовую еду, как и просил меня Марат. Я чувствовала себя глупо, беспомощно. Не понимала, где выход, и быстро заблудилась.  

Выручать меня должна была Марла, но мой поводырь был слишком занят мясом. Оно было у нее во рту, забило нюх — теперь ни она, ни я не знали, где остановка. Откуда мы сюда приехали? В какую сторону идти? В каком направлении? 

Кого я ни спрашивала — никто не мог нормально сказать. Люди сами себе противоречили и называли разные стороны. Советовали сесть в такси. Но как мне быть, если из денег осталась только мелочь? 

И тут вдруг слышу: 

— Девушка, вам на Лески? 

Ухватившись за знакомое слово, я сразу же пошла на голос. 

— Да, на Лески. А вы не знаете, где остановка? 

— Знаю, — ответили с ухмылкой. — А чего ж не знать. Я же как раз водитель автобуса. Идем, проведу. 

Мужчина взял меня за локоть и повел. Меня это немного напрягло, но я говорила себе, что все нормально, он просто помогает. Я должна быть ему благодарна за помощь. Да и Марла вела себя спокойно: знай себе плелась где-то сзади, телепаясь на поводке. Сейчас ее тревожил не мужик возле меня, а большая баранья нога между зубами. Она не знала, что ей делать с таким счастьем. И мы обе понимали, что в маршрутку нас так уже не пустят. 

Впрочем... уже через минуту я поняла, что это не проблема. Меня ждали вещи куда опаснее, чем злой водитель автобуса. Ведь тот, кто согласился мне помочь, был кем угодно, но не им. Он не водитель. 

— Садись, красавица, — сказал тот парень, и я удивленно коснулась двери.  

Она не была похожа на автобусную. Это никакая не маршрутка, а машина. Легковой автомобиль. 

— Э... а где автобус? 

— Так а нахер тебе автобус, куколка? — он докуривал сигарету и будто оглядывался. Голос звучал то с одной стороны, то с другой. Он что-то высматривал. — Садись в машину. Живо. 

Он это произнес и силой вырвал поводок. Моя рука осталась без поддержки Марлы, а голову уже вгибали, чтобы усадить на заднее сиденье. 

— Что вы делаете?! — паниковала я. — Отпустите! Я буду кричать! А...  

Но мне заткнули рот, посадили в салон. Дверь захлопнулась.  

И тогда я услышала голос "из телефона": 

— Привет, моя прелесть, — дышал он смесью сигарет и ментоловой жвачки. — Стрелок не выполнил заказ, так что мы возьмем тебя. Как неустойку. 

У меня сердце ушло в пятки.  

Тело трясло от холода, я сидела как парализованная и пыталась задержать дыхание, чтобы не чувствовать запах. Он был неприятный, просто омерзительно резкий. Я еще не встречала людей с таким странным запахом. Тот мужчина не вонял потом или водкой — это было что-то другое. Какие-то незнакомые мне вещи.  

Не похоже на еду или выпивку. Так не пахнет оружие или механизмы, это не запах стали, бензина. Он не просто бандит. От него несло бездной порока и полным отсутствием моральных принципов. Находиться рядом было просто невыносимо, но выбора не было. 

— Кто вы такой? — наконец-то выдавила я. — И зачем я вам нужна? 

— Мы друзья Марата, — ответил он низким, сипловатым голосом. — Тебе знакомо имя Марат Стрельбицкий? 

Я вся дрожала от страха и боролась с огромным соблазном соврать. Сказать, что нет — не знакома. Сделать вид, будто мы не связаны... Уверена, спроси я совет у Марата, он сказал бы врать. Но я не могла. Теперь мы слишком тесно с ним связаны, чтобы я могла его оставить и предать. 

— Да, я... — только и открыла я рот, как человек за рулем все сообщил без меня. 

— Все верно, босс. Это его шлюха. Мы проследили за ней от самого дома. Это она, без сомнений. 

— Как хорошо... — выдохнул "босс" и выразил просьбу: — Открой, пожалуйста, люк. Будь так любезен.  

Над головой почти бесшумно распахнулось небо. Я ощутила это волосами, на слух. В крыше дорогой машины открывался люк. А возле меня чиркнула зажигалка. Он прикуривал сигарету... Нет. Сигару. Она пахла совсем не так, как обычный табак.  

— Зачем я вам нужна? Отпустите меня, я никому не расскажу. 

— Ммм... — наслаждался он сигарой. — Кубинская. Настоящая роскошь. 

В тот момент раздался лай. На окно бросилась Марла. Она грозно лаяла и скребла стекло. Она поняла, что я в беде. Но как она могла помочь?  

— Марла! — дернулась я, но он схватил меня за руку.  

— Куда ты собралась, красотка? Теперь поедешь со мной. Я покажу тебе Содом и Гоморру. Он еще пожалеет, что это сделал. Ослушался приказа... Солдаты так не поступают. На войне бы его за такое расстреляли на месте. Но мы ведь не варвары. 

Марла лаяла и перемешивала этот шум со скрипом стекла. Она видела меня через окно и хотела пробраться внутрь, но меня держали. Дверь была закрыта. Напряжение росло с каждой секундой, но я не знала, как выбраться. Что должно произойти, чтобы я убежала от них? 

Один был за рулем. Он водитель. Второй был тем ублюдком, что меня привел сюда — он сидел на пассажирском сиденье спереди. Ну а возле меня, на роскошном кожаном диване сзади, пускал сигарный дым главарь этой банды. 

— Вы и есть тот самый Шварц? — спросила я его. — Я слышала, как вы звонили ему. Как вы разговаривали с Маратом. Это вы ему даете заказы? 

— А ты смышленая, — пыхнул он мне в лицо этой дрянью. — Даже странно, что Стрелок тебя выбрал. Обычно он плохо разбирается в бабах. Впрочем, сейчас не об этом. 

— А о чем? 

Лай Марлы нарастал, он становился все громче и страшнее. Она понимала, что упустила момент, и теперь очень злилась.  

— Да заткни ты ей пасть уже! — крикнул Шварц. — Разберись с доберманом и едем! 

— Окей, босс, — сказал тот, что сидел на пассажирском. 

Он хлопнул дверцей, вышел на улицу. А я стала бояться за Марлу. 

— Пожалуйста, не трогайте ее! Я сделаю все, что прикажете, только не трожьте собаку! Умоляю вас! 

— Твой Марат взял заказ. Уже оплаченный заказ, — добавил Шварц. — Он получил за него четыре ляма. Весьма немалые деньги, я бы сказал. Он должен был сделать простую вещь — утихомирить одну барышню. Одну журналистку. Вроде как простая задача, верно? Ты меня понимаешь, моя прелесть? 

Мотор завелся. Я понимала, что сейчас уеду. И больше он меня не увидит. Никогда. 

— Да... — говорила я сквозь слезы. — Да, я вас понимаю. 

— Но сегодня вышло интервью. Оно испортило дела сразу многим хорошим людям. Бизнесменам, политикам, очень высоким чинам. Все это известные люди, которые мне доверяли. 

— Босс! — нервничал водитель. — Босс, эта собака бешеная! — По салону разносился странный скрежет. — Она лезет на капот — смотрите, босс! 

— НЕ ПЕРЕБИВАЙ! — орал на него Шварц, а шум тем временем только рос. Мы вот-вот должны были уехать, но что-то происходило. И это что-то было моим шансом, моим самым последним, просто невероятным шансом выбраться отсюда. — А теперь, — скрипел он зубами, — мне придется это разгребать! Из-за этого мудака, который не мог просто взять и грохнуть ебаную суку! 

В ту секунду будто с неба появилась Марла. Моя собака вылезла на крышу и запрыгнула в салон через открытый люк. Она нашла лазейку и нырнула в этот проем, чтобы тотчас наброситься на Шварца. 

Я не знала, как он выглядит. Но мне хотелось думать, что после встречи с моим поводырем он станет намного "красивее". 

— Осторожно, босс! — кричал водитель. 

Шварц пытался уцелеть и орал безумным голосом: 

— БЛЯДЬ! СУКА! УБЕРИ ЕЕ! СНИМИ ЕЕ С МЕНЯ! СНИМИ! 

И тогда я сделала то, что должна была сделать — я вырвалась из клетки. Нащупала дверную ручку и дернула ее, открыв дорогу для побега. 

— Помогите! — кричала я и пыталась бежать между рядами рынка. То и дело ударяясь в чьи-то плечи, спотыкаясь, поднимаясь снова на ноги, чтобы уйти от них как можно дальше. — Меня преследуют, меня хотят похитить! Умоляю, вызовите полицию! — В конце концов я врезалась в какого-то мужчину и стала просить его о помощи: — Пожалуйста, защитите меня! Они гонятся! Гонятся за мной! 

— Кто за тобой гонится, дуреха?! Да кому ты надо?! 

Я слышала их голоса и лай. Они были совсем близко.  

— Меня преследуют бандиты! Помогите, я не вижу!  

— Да ты чего? Бухая, что ли? Иди проспись сначала! 

Я бросила его и стала пробиваться сквозь ряды. Чтобы спрятаться где-то под прилавком. Люди кричали, ругались. Все меня гнали и никто не понял, что происходит. А я была как белая ворона в черной стае. Просто некуда деваться, вот и все. 

— Так-так-так... — схватил меня под руку тот, кто приволок к машине. — Хотела улизнуть, беглянка? Не получится...  

Я попыталась крикнуть, вырваться, но он ударил меня в лицо. И я упала. Все поплыло, я была чумная — ничего не понимала. Не могла и с места сдвинуться. Он надавил мне на грудь коленом и приставил к щеке что-то острое. Похоже на нож. Лезвие ползло по коже, оставляя жжение. Он просто издевался надо мной, хотел мне сделать больно. Чтобы я помучилась и пожалела, что связалась со Стрельбицким. 

— Ну что, куколка, — смеялся он психично, — будем резать, будем бить? Мне босс не говорил, чтобы я тебя не мучил. Теперь он очень зол. О-о-о-очень зол... Ха-ха-ха...  

— Прошу, не надо. 

Я пыталась убрать его колено, но сил не хватало. Они меня покидали. Дышать было труднее и труднее. Я могла вот-вот потерять сознание, так и не узнав, что случилось дальше. Последнее, что я слышала — это смех. Злорадный, нездоровый смех садиста, который мучил человека.  

Если бы я могла... Если бы могла подняться и... Но это только мысли. Если бы... если бы... 

Но потом она вернулась. Я услышала рычание и лай. А через мгновенье Марла бросилась на ублюдка. Она рвала его на тряпки, а он визжал как свинья. Визжал как девчонка, напуганная собакой. Это все было так быстро и внезапно — прямо надо мной. И я нервно улыбалась, я искренне радовалась, что она пришла за мной, чтобы спасти. 

Но затем грянул выстрел... 

Он будто разделил мою жизнь на "до" и "после". 

Запах пороха, хлопок, обжигающе горячий воздух прямо в лицо. И оглушительный вой. Она завыла от боли и стала скулить — Марла грохнулась на меня как камень. Прогнала его, но какой ценой.  

Меня оставили в покое. Я слышала маты, их крики, визг покрышек уезжающей машины. И затем тишину.  

Она умирала на моих руках. Марлу ранили, в нее попали — я это знала без врачей. Она тихо скулила и лежала на мне без остатка сил. А я беззвучно рыдала. 

— НЕТ! 

Мне не было так больно еще никогда. На моих руках лежало существо, которое вдыхало свой последний воздух. Я ее так сильно любила. Так любила... А как меня любила она сама... Это было невыносимо больно, мне реально не верилось, что так произошло.  

Они ее убили. 

— Марла, девочка... — держала я ее за голову, а она едва дышала. Уже даже не стонала, не скулила. Она буквально гасла как свеча. И эта боль пронзала мое тело как удар электрошока — словно крапива на моих пальцах.  

Люди шептались вокруг, но никто не подходил. Всем было страшно — страшно мне помочь. 

— Кто-нибудь! — вырывался крик души. — Помогите ей, пожалуйста! Я вас умоляю! — Но они молчали. Никому до нас не было дела. Просто никому. 

И тогда я сделала то, что могло ее спасти. Самая последняя надежда — я позвонила ему. Не зная, где он и с кем, чем сейчас занят и сможет ли мне помочь. Но другого шанса не будет. 

— Марат... она умирает... Сделай что-нибудь... Прошу.