Глава 6

Закашливаюсь. Не потому, что в корне не согласен. Никогда не ждал, что меня будут обслуживать. Просто такие фразы принято писать в комментариях в сети с фейковой странички. И уж никак не говорить в лоб молодому человеку. Хм, хотя Марья меня как объект для отношений не рассматривает. Злюсь непонятно на что… Но все равно внутренне аплодирую ей за смелость.

— То есть ты не особый любитель шуршать по дому?

Марья качает головой.

— Если надо, я могу. Правда, сейчас тяжеловато.

Реплика отпечатывается в моей памяти. А нам приносят мороженое.

— Десерт хорош! — восторгается Марья. — Не буду оригинальной, но люблю мороженое с детства. Когда в летние каникулы меня было некуда деть, со мной сидела бабуля. Чтобы я ела суп, она обещала сводить меня на полдник в кафе-мороженое.

Усмехаюсь.

— Я думал, тебя воспитывали в строгости.

Марьяна кивает.

— Родители — да. Но то бабушка. Она уже была совсем старенькой. Мой папа последний в многодетной семье.

Я не барышня, чтобы умиляться таким моментам. Но меня радует, что Марья идет на контакт и чем-то делится. Еще бы поведала, за что на меня смертельно обиделась на курорте. Но не буду гнать лошадей. Продолжаю тему.

— К слову о родне. Думаю, съезд семей пройдет нормально. Пусть твои познакомятся с моим отцом и как раз таки бабушкой. Она у меня мировая.

Марья поджимает губы.

— Рада за тебя, но смысла в такой встрече не вижу. В следующий раз поеду одна и сообщу, что мы не вместе.

— Подожди!

Слово вылетает само собой. Марьяна на меня таращится.

— Пусть как следует отойдут от шока, — говорю первое, что приходит в голову, — а родне не помешает увидеться. Скоро у их команд появится общий игрок.

Марья не спорит больше, но и не соглашается. Смотрит с недоверием. Тем временем с десертом покончено, девушка встает со своего места.

— Едем домой, уже поздно.

Пока оплачиваю счет, веду ее к машине, думаю — будущая мама реально устала или просто ушла от темы разговора? Сегодня был хороший день, может, в его конце я узнаю главную тайну. Ладно, пока добираемся к Марьяне домой.

По дороге пытаюсь рассказать о своей семье, ведь нам предстоит знакомство. Марья сначала с интересом слушает, даже задает вопросы. Но потом как будто внутри нее срабатывает переключатель. Девушка замолкает, начинает дремать. То ли реально, то ли чтобы я заткнулся. В общем, в моей голове стало еще больше вопросов.

Доезжаем до ее дома, поднимаемся вместе. В квартиру ломиться не буду, но провожаю до двери. Перед входом в свое жилье Марья останавливается.

— Спасибо, что съездил со мной к родителям, — она поднимает на меня зеленые глаза, — в любом случае, им будет спокойнее. Так они хотя бы видели отца будущего внука.

Непроизвольно хмурюсь.

— И еще увидят.

Марья опускает взгляд. А вот я пялюсь на ее лицо и не могу отлипнуть. Какое же оно красивое! Я знаю, есть определенные эталоны. Сейчас девушки даже могут вылепить идеальный фейс у хирурга. Отлично, если руки у него растут из нужного места. Но сейчас мне кажется, я вижу перед собой свой личный идеал.

Не слишком большие, даже ближе к миндалевидным, глаза. Но этот взгляд с прищуром такой выразительный! По цвету они явно задумывались как серые, а потом природа решила бухнуть в них зелени. Носик, по-детски вздернутый кверху. А вот губы, пухлые, сочные, навевают уже совсем взрослые фантазии. Никогда не думал, что лицо может быть сексуальным…

— До свидания?.. — она говорит с вопросом.

Я не отвечаю. Мои пальцы сами собой тянутся к ней. Хочу провести ими от подбородка до виска. Почувствовать бархатистость ее кожи. А к своим целям я всегда иду, не сомневаясь. Поэтому уже дотрагиваюсь до Марьи.

Девушка легонько вздрагивает. Прикрывает глаза и… прижимается щекой к тыльной стороне моих пальцев. Медленно раскрываю ладонь, собираюсь взять ее за затылок и притянуть к себе. Нырнуть языком меж ее губ. Но изумрудные глаза распахиваются в следующую секунду. Марьяна шарахается вбок. В руке я ее больше не чувствую.

— Нет… — она берется за виски.

— Но почему?! — не выдерживаю, повышаю голос. — Что я такого натворил?!

Рыжик дарит мне коронный взгляд, полный молний.

— Во-первых, не кричи, нас услышат соседи, — она переводит дух, — во-вторых… У тебя была девушка, когда мы провели… Когда мы переспали.

Последнюю фразу она выдавливает из себя. Заметно, для нее не в порядке вещей обсуждать такие темы. Но придется. Хотя я тоже не сразу собираюсь с мыслями.

— Да, но сейчас я свободен! — ляпаю.

Губы Марьяны сжимаются в нитку. Но потом она все же их раскрывает.

— Как это мило. Но для тебя было нормой обманывать ее, не договаривать мне…

Мой дотошный ум подсказывает — Марья и не спрашивала, свободен ли я. Слава богу, я прикусываю язык и не говорю это. Тем более, у нее вообще искаженные данные.

— Я разорвал какие бы то ни было отношения до похода в бар! Как раз перед… Никому я не был ничего должен!

Марьяна вздыхает.

— Ты и сейчас никому не обязан, Горский.

Ну уж нет.

— Не надо перекручивать, Аксенова.

Не знаю, к чему говорю ее фамилию. Но меня уже потряхивает.

— Я видела твою девушку, — сообщает Марья, — мне показала администратор. Ты был с ней в том доме отдыха.

Господи, Аня не только наговорила мне дерьма, но напоследок подпортила жизнь. Гениальная девочка. Дышу сквозь зубы.

— Я не любил ее. Мы встречались, но теперь понимаю — там не было ничего глубокого. И перед знакомством с тобой мы расстались! Еще как… Но неважно. Суть в том, что я тогда и сейчас — свободный человек!

Марьяна смотрит вбок, теребит зубками свою потрясающую губу. Мне не до эстетических удовольствий. Жду, какие она сделает выводы.

— Да, ты свободный, Саша, — заявляет девушка, — у нас уж тем более не было ничего серьезного. И нет сейчас.

Шагаю ближе, тычу пальцем в большой живот.

— Да, сплошные шутки.

Марьяна растерянно моргает. Вдыхает.

— Я отлично понимаю, что малыш — это не смешно. Ему нужен покой и нормальная семья. Но ее нельзя нагородить на вспышке страсти. Мы не знаем друг друга! И да, ты меня тоже не искал после того милого курорта.

Последняя фраза окончательно меня засаживает или дает надежду?.. Она хотела встречи? Так, Горский, сейчас главное в край всё не испортить.

***

Марьяна

Я не тупо отбиваю мяч в этой словестной перепалке. Мужчина и правда мог бы отыскать меня. Тогда я этого совсем не хотела, но неважно. Сейчас меня охватывает досада. На что? Потраченные впустую месяцы? Но ведь не факт, что у нас сложились бы отношения. Шикарная ночь секса — не гарантия ни для чего.

Горский сипло дышит. Думает несколько секунд, отвечает.

— Я не хотел тебя преследовать, Марья. Не подумай, что обвиняю… Но ты так резко уехала! Поменяла билеты, планы. Ты сбежала. И я не знал ничего о тебе, чтобы сделать правильные выводы.

— Что вышло, то вышло, — успокаиваю то ли его, то ли себя, — сейчас для меня главное — малыш.

Не вру, ребенок для меня и правда как маяк. Но в душе и голове полный бардак после этого разговора. Тема других женщин у мужчины для меня болезненная. Не могу так разом понять и принять версию Горского. И потом безумно обидно, что у нас все так получилось. Мой сын или дочка родится не в полноценной любящей семье.

Может, и гормоны подключились, но я чуть ли не всхлипываю. Не хочу реветь при мужчине.

— Пойду домой, устала.

На ногах я и правда еле держусь. Горский всовывает пальцы в карманы. Он тоже далеко не хладнокровен.

— Остаемся на связи, — сообщает мужчина, — пока.

— До свидания.

Наконец, оказываюсь в своей квартирке. Боже, я вроде бы не жалею, что сообщила Горскому о ребенке. Он имеет право знать. Но если раньше я также была одна и более-менее спокойно жила, теперь каждый день новые эмоции. И как выстраивать отношения с отцом ребенка, когда хочется просто лежать кверху животом? Нормальные люди делают это заранее.

Финальной точкой этого сумасшедшего вечера становится звонок мамы. Хорошо, я хоть успеваю немного отдохнуть и сходить в душ. Голос родительницы звучит взволнованно.

— Марья, как добрались? Саша рядом?

Вообще мама и папа, конечно, были в шоке. Поэтому нас с Горским особо пытать не стали. Возможно, и его немного стеснялись — молодой мужчина выглядит представительно. Так что мама не знает, живем ли мы вместе.

— Хорошо, мам. Сейчас я одна.

Все время я боялась расстроить родителей или рассердить. Теперь мне сложно говорить неприятную правду. Например, что я и будущий отец в принципе не вместе. Это неправильно, и я сообщу… Но со временем.

— Дочка, нам так понравился твой Александр! Образованный, серьезный, добродушный! Даже отец остался доволен, а ты знаешь, он разбирается в людях. Зря ты сразу не сказала нам о вас и беременности. Но мы за тебя счастливы и не будем держать обид.

Вздыхаю. Мама захотела обсудить «будущего зятя», вот и спросила, не подслушает ли он. В другой момент я бы тоже была счастлива от ее слов.

— Спасибо, мам, — больше не нахожу, что ответить.

Но мама начинает снова быстро говорить.

— Ладно, не буду тебя отвлекать. Звони, дочка, не забывай. Хотя теперь мы за тебя спокойны.

В следующие дней десять меня и правда никто не трогает. Родителям хватает звонков от меня. Горский залег на дно. Может быть, прислушался к моим словам и решил не развивать общение. Тем более, ребенок еще не родился. Где-то в глубине души от этого факта саднит. Хоть и говорю себе, что это к лучшему.

Исключением становится Софа, которая то снова приглашает в гости, то предлагает пересечься в кафе. Подозреваю, подружке не терпится узнать подробности моего знакомства с Горским. Но у меня нет сил обсуждать его. Да и видеться со счастливой мамочкой тоже.

Я ни в коем случае не завидую! Безумно рада, что у подруги всё хорошо! Но на фоне их замечательной семьи, мое положение выглядит совсем грустным. Я, конечно же, не разорву дружбу. Просто мне нужно время свыкнуться с ситуацией.

Отвлекаюсь, как могу. Хотя действует мало. На прогулках то и дело встречаю милые семейства — мам, пап и детишек. Про интернет и говорить нечего. Хотя многие фото там постановочные, да и вообще можно не заходить в сеть. Но все равно настроение у меня кислое. Честно, даже первые месяцы мне давались легче. А ведь надо настраиваться на роды!

Домашние дела хоть немного занимают время. Хотя убирать получается уже не во всех местах. На клининге пока экономлю, и так впереди большие траты. А я всегда считала, что материально живу хорошо! Но после похода в детский магазин оптимизм убавился. Я просто обалдела от цен! И ведь смотрела далеко не элитные товары.

В общем, мой досуг проходит за тухлыми мыслями и поездками на курсы для беременных. Но однажды утром день сурка нарушается звонком в домофон. На обычное «кто там» получаю странный ответ.

— Это горничная от Александра Тимофеевича Горского.

Совершенно не понимаю, что происходит! Открываю чисто на автомате. Что задумал Горский?!

Отпираю дверь, впускаю женщину средних лет. Крепкая брюнеточка начинает бодро говорить.

— Здравствуйте! Меня зовут Оксана. Покажете, что нужно делать? Или просто классическая уборка? Да, я тут еще привезла основные продукты. Вкусов пока не знаю, приобрела то, что нужно к любому столу.

Мои глаза по мере ее речи расширяются.

— Что? Какие еще продукты?

Женщина улыбается, но глаза остаются серьезными. Наверное, приняла меня за капризную фифу. Ух, мне нужно созвониться с Горским! Бегу за мобильным, а Оксана прикрывает дверь и проходит с пакетами на кухню.

Гудки идут и идут, а я не сдаюсь. Но пока плохо представляю, что скажу мужчине. Хорошо, он берет трубку и начинает говорить первый.

— Марьяна? Привет! А я хотел с тобой связаться, но мне внезапно позвонили из Штатов. Только сейчас закончил говорить.

Ну надо же.

— К тебе подъедет Оксана…

— Она уже здесь, — перебиваю, — Горский, зачем это всё? Я ведь не беспомощная. Зачем мне посторонний человек?..

Сама толком не понимаю причины своего протеста. Он столько дней молчал и так же, ничего не говоря, послал ко мне помощницу. Боже, как будто он обязан мне звонить… Что еще за эмоции!

— Оксана не человек с улицы, — заявляет Горский, — она занимается хозяйством в моем доме. Но так как свободного времени у нее навалом, за отдельную плату будет помогать и тебе. Это ее работа — оказывать услуги занятым людям. А на тебе сейчас важная миссия — выносить ребенка.

Вот ведь завернул!

— Марьяна, с чего мне начать? — раздается голос из кухни.

На Горского я раздражена, но срываться на Оксане и в мыслях нет. Она и правда делает свою работу. Зажимаю трубку, вежливо прошу подождать. Возвращаюсь к Горскому.

— Может, всё и так, — я слегка обезоружена от его логики и доброты, — но ты должен был посоветоваться со мной. А то даже позвонить по факту у тебя не было времени!

Мне кажется, или от меня идут претензии с легким выносом мозга?.. Нет, моя реакция оправдана. Но эмоции внутри бурлят лишние. Мне обидно, что Горский не выходил все это время на связь. Глупость, но ничего не могу с собой поделать.

— Ну прости, так вышло, — у бизнесмена все легко и просто, — извини, у меня начинается совещание. Я тебе перезвоню. Дай задание Оксане, она знает свое дело.

Да, у Горского жизнь бьет ключом. У него ведь нет ребенка в большом животе. Гудки в трубке сильнее раздражают мои нервы. Если честно, я хочу попросить горничную уйти, чтобы побыть одной. Горский же ей в любом случае заплатит. Иду на кухню.

— Я не полезла в холодильник, — сообщает помощница, — но продукты вот.

Кухня у меня среднего размера. Вдоль одной стены шкафы, плита, холодильник. Ближе к окну овальный стол и четыре стула. Все в бежевых тонах. Вот на двух сидениях Оксана разместила белые мешки. В них овощи, фрукты. Кажется, что-то из молочного. Вздыхаю.

— Спасибо большое.

Женщина кивает, улыбается.

— Чем мне заняться? Разложить продукты?

Пространно киваю. Нужно сказать, чтобы шла домой. Но пока собираюсь, горничная начинает болтать.