Глава 7

— Так рада подработке! Удачно, что от одного хозяина. Никаких проблем со стыковкой! У меня ребенок попросил телефон навороченный. А он стоит… Нет, он не капризный, мой Глеб! Просто разбирается. Ему тринадцать, хочет программистом быть. Прямо как Александр Тимофеевич! Я только за, пусть образование получает, на ноги встает.

Да уж, женщина надеется на постоянную подработку. Вот и как ее прогонять… Да еще и тема сына сейчас отзывается в моем сердце.

— Я своему сыну всегда ставлю в пример Александра Тимофеевича, — сообщает Оксана, — человек добился успеха в жизни, но остался порядочным. В наше время такое — редкость! Про нашего папашу даже молчу. Ой, простите! Разболталась я.

Улыбаюсь горничной. Ладно, пусть будет по-Сашиному. Правда, я еще пыхчу — сначала мама осыпала Горского комплиментами, теперь помощница по хозяйству. Надо же, какой идеал! Куда уж мне… Так, вернемся к Оксане.

— Давай на «ты»? — женщина кивает в ответ. — Сделай обычную уборку, она не помешает.

Выдаю помощнице пылесос и тряпки, сама решаю посмотреть в сети каталог детских товаров. Уже поняла, так будет дешевле собрать приданое. В голову так и лезет Горский с его обещанием перезвонить. Я как будто жду этого… Чушь.

Оксана успевает закончить и уйти. Я попутно варю суп из овощей, после обеда прогуливаюсь. Мой уже знакомый незнакомец объявляется ближе к вечеру. Отключаю скучный фильм, принимаю входящий вызов.

— Ну как тебе Оксана? — сразу интересуется мужчина.

Хмурюсь.

— Хорошая женщина, но это лишнее. Хотя все равно большое спасибо.

Не хочу быть неблагодарной, в квартире стало чисто. Но что-то мешает до конца порадоваться.

— Почему лишнее? — голос Александра веселый. — Ты сама говорила, тяжело на таком сроке делать домашнюю работу.

Ого, он запомнил. Меня охватывает глупейшее волнение. Господи, Марья, ты не в баре с незнакомцем. Скоро ты станешь матерью, будь серьезней!

— Мм… Спасибо, — мой тон растерял твердость.

Но Саша, тем временем, говорит то, что заставляет собраться.

— Скорее всего, ты права, нельзя так быстро слепить семью. Но ты носишь моего наследника. Я мечтал о нем и не хочу оставаться в стороне.

Наследника… Надо же, его Высочество. Хотя Горский кое-что из себя представляет, чего уж. Хм, значит, он просто хочет участвовать в жизни ребенка. Весь мой сопливый восторг мигом отключается.

Стоп, Марья, разве это не то, о чем ты и мечтать не смела? У твоего случайного малыша будет вполне конкретный отец! Хоть до конца я в это не верю, но повода для грусти нет.

— Спасибо за участие, — отвечаю Горскому.

Тот молчит какое-то время.

— У тебя все в порядке? — уточняет мужчина. — Как себя чувствуешь?

Наверное, заметил мой пришибленный тон. Но десять дней его не волновало, как тут я.

— Все в норме, — отвечаю сухо, — еще раз спасибо.

— Спокойной ночи, — желает на прощание Александр.

— До свидания.

Фу-ф! Обнимаю диванную подушку. Не считаю, что он мне должен. Но хотелось бы как-то спокойнее его воспринимать. Однако мои эмоции — только моя проблема. Малышу нужен папа, я не должна быть эгоисткой.

Сосредотачиваюсь только на ребенке. Наблюдаюсь в клинике Семена, мужа моей подруги Софы, там же посещаю курсы будущих мам. Друзья сделали мне хорошую скидку, я оплатила полный пакет из сбережений. Теперь добросовестно посещаю приемы и занятия. В одну из поездок сталкиваюсь нос к носу с подружкой. София хватает меня за локоть в коридоре.

— Марья! Наконец мы встретились. Идем в кафе!

Софа, как и все мамочки, немного скучает в декрете. Да еще у нас так и повис в воздухе разговор об Александре. Ее, наверное, распирает от любопытства. Но я тоже соскучилась, так что от обеда не отказываюсь. Идем в кафе при клинике, заказываем здоровую еду.

— Марьяна, — Софа смотрит в упор, — я никогда не лезу в душу, но… Скоро умру от любопытства! Что у вас с Горским?! Он нам телефоны оборвал, спрашивал, как ты.

Слова лучшей подруги вводят меня в шок. Значит, будущий папочка не сидел без информации все эти дни. Правда, узнавал обо мне через друзей. Меня кидает в жар.

— Семен делал мне путевку в санаторий, помнишь?

Рассказываю подруге о встрече с Горским. Нарочно без эмоций… Как будто дела прошлые. На самом деле просто не хочу воскресать в себе те ощущения. И так еле держусь.

— Значит, мимолетный роман? — поднимает брови София. — Но Горский конкретно запал.

Морщусь, машу рукой.

— Ты преувеличиваешь, Соф. Он просто взял на себя ответственность за малыша. Да и то не знаю, надолго ли его хватит. У него может появиться другая женщина. Без дурных мыслей, претензий и растяжек. Начинать общение с беременности и родов — такое себе удовольствие.

— И ты тоже к нему неравнодушна… — делает внезапный вывод София.

Верчу в пальцах салфетку.

— Он зацепил меня тогда, но я получила информацию о его девушке. Он говорит, вышло недоразумение. С подружкой он расстался накануне. Где правда, я до сих пор не знаю.

София сосредотачивается.

— Насколько помню, Семен всегда говорил о Саше, как о холостяке. Могу спросить.

— Нет! — перебиваю. — Не хочу узнавать за спиной.

Софа ласково улыбается.

— Боишься, правда не понравится? Он хороший парень, Марьян. Я даже когда-то хотела вас познакомить. Но вы и сами справились.

Я продолжаю мучать в руках бумагу.

— Мне кажется, та ночь была в прошлой жизни. Не уверена, что между нами лично еще может что-то получиться.

София хихикает.

— Не узнаю тебя, подружка. Похоже, Горский тебя нехило волнует. Но я, по крайней мере, спокойна, что отец твоего малыша — достойный человек.

Ух, снова дифирамбы Горскому?.. Они что, сговорились?..

Следующие дни я опять провожу в одиночестве. Выхожу по мелким делам, не более. Оксана звонит, договариваемся о встрече на днях. Женщина прогенералит кухню. Окна и балкон решаем перемыть прямо перед родами. Господи, не представляю, как вернусь сюда с малышом. Что буду делать одна? Но все мамы как-то учатся, смогу и я.

Наш будущий папочка звонит несколько раз. Спрашивает про здоровье, хотя наверняка мог бы получить данные от друзей. Интересуется, как мы подружились с Оксаной. Сообщает, мне теперь будут доставлять свежайшие продукты (включая фрукты и морские деликатесы), и это даже не обсуждается. Готовить могу сама, или переложить эту миссию на помощницу по хозяйству. В общем, не беременность, а мечта. Но…

Но я все больше ловлю себя на том, что жду этих звонков. Он обычно набирает мне после рабочего дня. И теперь между семью и девятью вечера я подпрыгиваю от каждого звука телефона. А когда он все же звонит, принимаю вызов с чувством щекочущего восторга. Замираю от предвкушения.

Горский разговаривает мягко, с добром и дружелюбием. Но никакого флирта, намека на личное. Он полностью принял мои правила игры. Которые мне уже перестали нравиться?.. Боже! Для полного счастья мне не хватало влюбиться в этого уже знакомого незнакомца.

О встречах я даже не думаю… Ух, черт, кого я обманываю? Но логичных поводов увидеться у нас нет, так что Саша в гости не напрашивается.

И в итоге является без предупреждения, когда я меньше всего жду. Я даже о звонке его подзабыла в тот вечер. Меня пригласила прогуляться подружка по универу, которая тоже сейчас в интересном положении. Мы были в торговом центре, где много детских отделов. Потом посидели в кафе. Я вернулась домой, сразу нырнула под душ. А теперь в халате, с влажными волосами, и у меня звонит домофон.

Слышу Горского и, как-то не размышляя, впускаю его. Он быстро поднимается, распахиваю дверь… Слава богу на мне махровый плотный халат! Я бы, может, сразу не сообразила, что надо смутиться. Но Саша буквально зависает перед дверью и смотрит на меня. Пристально, неторопливо пробегается глазами от ключиц до щиколоток.

Вежливая улыбка на лице Горского застывает и становится растерянной. Мужчина кидает взгляд на мои губы. Мне кажется, они мгновенно пересыхают от жара, который идет из его темных омутов. Не задумываясь, насколько прилично выгляжу, облизываю их. Саша втягивает воздух, раздувая ноздри. Моргает и как будто встряхивается.

— Привет! — он уже в образе вежливого гостя.

Мне приходится прокашляться.

— Привет. Проходи… Извини, я сейчас.

Закрываю за мужчиной дверь, жестом прошу пройти в гостиную. Сама скрываюсь в маленькой спальне. Натягиваю темные спортивные штаны, пошитые под живот, и белую футболку. В конце концов, я дома, не вечернее же платье надевать. В таком немного раздолбайском стиле с влажной головой выхожу к гостю.

Он уже сидит на диване, но немедленно встает. Снова смотрит. А я думала, в прошлый раз мне показалось, и он просто ждал приглашения. Но крепкая фигура гостя снова каменеет в пространстве, а глаза так и искрят мужским интересом. Мне уже приходилось видеть такой. И нет, не от других мужчин. От него же самого там, в номере тихого отеля. Или я принимаю желаемое за действительное? Хм, что еще за «желаемое»…

— Марьяна, — кажется, мой гость охрип, — я приехал поговорить насчет знакомства наших родителей.

Надо отдать ему должное, он взял себя в руки и перешел к делу. А я все еще пытаюсь выровнять дыхание и украдкой вытираю потные ладошки о штаны. Я спала с этим мужчиной, беременна от него. А взволновалась как школьница. Начинаю на себя сердиться.

— Я уже говорила, — жму плечами, — не уверена, что это нужно.

Но собеседник даже не морщится.

— Марья, малышу нужна семья. Любящая, дружная. Вне зависимости от того, что у нас с тобой получится.

Получится?! Мои пальцы покрываются новой порцией испарины. Однако крыть нечем. Я вроде и боюсь глубже нырнуть в океан под названием Александр Горский — размечтаться, а потом узнать, что он нашел себе какую-нибудь модель… С другой же стороны, буду счастлива, если моего ребенка полюбят родные со стороны папы. А еще в самой глубине моей предательской души мне интересно — что за семья у Саши, кто его вырастил.

— Мм… Хорошо. Я ездила к родителям, они тоже спрашивали о знакомстве.

Да, мама и папа горят желанием увидеть «родственников». Снова внутренне ругаю себя за то, что не сказала родителям правду. Но тут не только страх расстроить и разочаровать… Сейчас я как будто не знаю, что рассказать близким. Мы с Сашей зависли в неопределенности. Или я себе настроила воздушные замки…

— В следующие выходные будет нормально? Бабуля сейчас проходит плановое лечение, как раз успеет выписаться. Мария Константиновна жестко бдит свое здоровье, собирается нянчить правнуков.

Не сдерживаю улыбки, но потом морщусь.

— Ты рассказал им о беременности?

Саша смотрит мне в глаза.

— Завтра поговорю с отцом.

Глажу ладонями свои плечи, ёжусь.

— Что скажешь?

Мужчина усмехается.

— По-моему, для двух семейных систем должна работать одна версия.

Завернул что-то в стиле своей работы. Ну ладно, знакомство так знакомство.

Дни до семейного обеда заставляю себя не нервничать. Ничего не поменять, нам с Сашей уже не стать чинной парой, которая познакомилась через друзей и после пары лет отношений и свадьбы завела малыша. А вот для последнего вредно дергаться. Так что просто живу обычной жизнью.

Отец Саши и бабушка проживают сейчас в Подмосковье в своем доме. Горский пожаловался, они с трудом принимают финансовую помощь от него. Еще с родными живет гражданская супруга его отца. Это не мама и не мачеха. Отец нашел подругу, когда Саша уже был в сознательном возрасте. Но отношения у них хорошие.

В назначенную субботу утром Горский ждет меня у подъезда в машине. Выдвигаемся в путь — в багажнике полно гостинцев. Мои родители доберутся сами. Пока мы одни, решаюсь спросить о главном.

— Как отреагировали твои близкие?

Горский как всегда источает оптимизм и аромат своего парфюма. А я так нервничаю, что чуть не прижалась к нему, когда увидела у дверей авто. Теперь сижу рядом, и сжимает меня только ремень безопасности.

— Моя бабушка не из тех, кто бегает в церковь. Бывшая партийная активистка. Но ее первой фразой на новость о моем отцовстве было — «Слава тебе, Господи!».

Мои глаза распахиваются, но потом вижу его улыбку и тоже смеюсь.

— Отец хочет познакомиться с тобой и твоей семьей, — уже серьезнее продолжает Горский, — он у меня человек строгий. Но не бойся, в мои дела папа давно не вмешивается. Да и я тебя в обиду не дам.

От последней фразы по моей коже проносится мелкая дрожь, и она покрывается пупырышками. Сглатываю, искоса смотрю на Горского.

На нем светлые джинсы, серая футболка, обтягивающая рельефный пресс. Мы договорились не наряжаться за город. На мне тоже джинсовый комбинезон и рубашка. Но это не главное, мое внимание вновь приковывается к мужчине.

Смотрю, как ловко он ведет авто. Длинные сильные пальцы полностью контролируют руль. Крепкие ноги расположились на педалях. Он одновременно собран и расслаблен. На глупость других водителей или заторы реагирует с иронией. Я пускаю слюни, глядя на него, и в то же время, мне с ним так спокойно. Вот же, блин…

Саша уже немного рассказывал о своих, когда мы ездили к моим маме и папе. По дороге я получаю еще крупицы информации. Но на то оно и знакомство, чтобы увидеть, какие они люди, своими глазами. Часа через полтора мы подруливаем к одноэтажному дому. Фасад выложен рыжим кирпичом, крыша и оформление — темно-коричневые. Уютно и без пафоса.

Горский нажимает куда-то, ворота раскрываются. Въезжаем на территорию, Саша тормозит машину на специальной площадке. От дома по дорожке к нам уже идут мужчина и женщина возраста моих родителей. Грудь сдавливает от волнения. Ловлю на себе взгляд своего попутчика.

— Выше нос, Марья, — подмигивает он, — и пошли.

Да уж, отсидеться в машине не вариант. В конце концов, меня подгоняет не только вежливость, но и любопытство, потому опираюсь на руку мужчины и выкарабкиваюсь из его высоченного авто. Горский-старший уже приблизился. Он тоже высокий, как Саша. Только густая шевелюра не темная, а совсем седая. Черты лица более грубые, чем у сына. Возможно, сказывается возраст.

За ним семенит миловидная блондиночка. Полненькая, с большой грудью, улыбчивая. Она лишь немногим моложе Сашиного отца, но не растеряла кокетства. На них обоих джинсы, клетчатые рубашки. Пожилые люди подтянутые, энергичные. В общем-то, я не удивлена, что у моего шикарного незнакомца такая семья.

— Познакомьтесь, это Марьяна, — Горский представляет меня близким.

Женщина счастливо хихикает, а отец дарит мне внимательный взгляд.

— Марья, это наша замечательная Лидия и мой папа — Тимофей Иванович.

— Здравствуйте, — вежливо улыбаюсь, — очень приятно.

Отец прокашливается.

— Здравствуй, Марья. Рады видеть.

Все выдыхаем, ко мне сразу подскакивает Лида.

— Как добрались? Не укачало? Может, водички? Полежать?

Меня обескураживает поток вопросов. Но от доброй заботы теплеет на душе. Однако у дома я понимаю, знакомства не закончены.

— Лида, у девочки начнется морская болезнь от тебя, — звучит сипловатый, но твердый женский голос.

Входная дверь над просторным крыльцом уже была открыта, из проема появляется высокая пожилая женщина. Я бы даже сказала старая. Но не дряхлая, нет. Она как будто сошла с фотографий на тему — стареем красиво. Прямая осанка, волосы убраны наверх в идеальный волан. Большие темные глаза смотрят ясно.

— Бабушка, познакомься, это Марьяна, — озвучивает мою догадку Горский.

— С удовольствием, — женщина шагает к нам.

У меня слегонца холодеет затылок. Настолько грозная у Саши бабуля.

— Мария Константиновна, она протягивает мне ладонь.

От руки внезапно идет приятное сухое тепло. Мы здороваемся.

— Значит, вот кто смог оттащить моего внука от компьютера?.. — ухмыляется старушка. — Я ждала этого двадцать лет.