Глава 9

Алексей

Я понимаю, чего мне не хватает для полного счастья, если оно, конечно, ещё возможно. Помыться. Те плюханья в раковине одной рукой даже умыванием назвать сложно. Только вот… Поднимаю глаза на Надю. Девушка усиленно трёт тарелку и чашку. Она такая забавная, что я с интересом слежу за ней. На её живом лице очень легко читать эмоции. Она, как раскрытая книга, которую не хочется закрывать.

Не знаю, чья это идея, пригласить массажиста, но я понимаю, что для меня это жизненно необходимо, поэтому готов на всё, чтобы не только уверенно ходить, но и вернуться к работе.

Надя просит подождать, пока она почистит ванну и наберёт воды, и я жду. Она возвращается немного взлохмаченная и какая-то растерянная, помогает мне снять футболку. Я бы и сам это сделал. Дольше, но сделал. Оказывается, при желании человек может очень многое. Главное, чтобы это желание было. А ещё, мне так необычно чувствовать её рядом. Я улавливаю лёгкий, едва заметный аромат и вижу каждую веснушку на миловидном лице.

Густая ароматная пена и запах чистоты отбрасывают на задний план всё. Я чертовски хочу нормально помыться. Потому что те обтирания, что делали мне в больнице, особой чистоты не прибавляли. Но честно говоря, не представляю, как самому залезть в ванну.

Пока решаю эту глобальную проблему, чувствую что дверь открывается, и заходит Надя. Наверное, неприлично сверкать голым задом при молодой девушке, но она сама показала сообщение, где было написано, что пациент должен быть чист! Что я и пытаюсь сделать. Но Надя почему-то не выходит.

И тут меня посещает совершенно шальная мысль: она меня мыть собралась?! Господи! Об этом я даже и не подумал! Иначе ни за что бы не стоял в чём мать родила перед девчонкой! Я и сказать-то ей ничего не могу!

Пару секунд мы смотрим друг на друга. Она решительно делает шаг ко мне и подлазит под мою правую руку. Стараюсь не думать, как я выгляжу, и как сейчас от меня пахнет, откидываю назад лишние мысли. К чёрту всё! Получив третью точку опоры, я, всё-таки не без помощи девушки, опускаюсь в воду. Это непередаваемые ощущения: горячая, в меру, вода, воздушная пена – чистый кайф. От наслаждения закрываю глаза, хочу немного полежать в этом воздушном великолепии, расслабить мышцы и просто получить положительные эмоции после такого конфуза.

Вода становится чуть прохладнее, но я даже не пытаюсь шевелиться. Совсем. Это настоящий рай…

– Лёша, – доносится до меня тихий голос.

О, даже ангелы есть…

До этого я слышал только, как лопаются пузырьки пены. Открываю глаза, бросая затуманенный взгляд на Надю.

– Лёша, надо мыться, иначе мы не успеем.

Мы? Почему «мы»?

Пока мой распаренный мозг пытается собрать хоть какие-то мысли, Надя включает воду.

– Ты не замёрз? Вода уже совсем холодная.

Нет. Мне хорошо. Так хорошо, как давно уже не было. Но я ошибаюсь – оказывается, может быть ещё лучше.

Надя настраивает воду, тянется за каким-то бутыльком, внимательно его изучает, а я невольно утыкаюсь взглядом в мерно вздымающуюся грудь. Я всё понимаю – человеку нужно дышать, и Надя просто дышит. Но, чёрт меня побери, от её дыхания дышать перестаю я.

Словно в наказание за подсматривание мне на голову льётся тёплая вода, и к моему огромному огорчению, приходится прикрыть глаза.

– Не горячо?

Сложно сказать. Вода не горячая, но в груди горячо. Очень. А когда нежные пальчики сначала осторожно, а потом увереннее начинают массировать голову, я нахожусь на грани эйфории. Это безумие. От обычных лёгких движений меня ведёт как пьяного. Теперь я, как никто лучше, понимаю Вальтера, который млеет, когда ему чешут голову. Я похож на кота, готового мурчать от одних прикосновений. Но, к моему огромному разочарованию, Надя смывает пену с моей головы. Хочется попросить ещё, но Надя и без моей просьбы намыливает мои волосы ещё раз.

Блаженство!

Вот сейчас я готов продать душу, чтобы испытать это снова. И ещё раз. И ещё. Чуть приоткрываю глаза и воровски, из-под опущенных ресниц, подглядываю за девушкой. Надя сосредоточена и немного зажата. Но на её лице нет ни капли брезгливости или недовольства от того, что она делает. На её хлопковую футболку попадают мелкие брызги, и ткань слегка прилипает к телу, словно специально дразнит округлыми очертаниями, спрятанными под ней. И я чертовски рад, что пена, хоть и уменьшилась, но по-прежнему прячет, как предательски реагирует моё тело на прикосновения этого ангела.

Прохладные капли стекают с волос, остужая разгорячённое лицо. Кажется, я всё-таки жив. Только шевелиться нет сил. Совсем. Надя вытирает мои волосы и накидывает полотенце на шею. Ей чуть ли не в буквальном смысле приходится вытаскивать меня из ванны. Ноги, точнее нога, почти не держит. От правой и раньше толку было немного. Дыхание сбито.

Я несколько раз ловил себя на том, что забываю дышать, пока в глазах не начинало темнеть, и думал, что умру от такого сладко мучительного испытания. Но Надя словно не замечала, что творит со мной. А может и замечала. Не знаю.

Её волосы растрепались и от влаги вьются забавными кучеряшками. Футболка бессовестно прилипает к телу, не оставляя практически ничего для фантазии, а румяные щёчки алеют, выдавая девичье смущение. У меня было время рассмотреть её очень близко.

Чувство необъяснимой лёгкости окутывает душу, словно кошмар, в котором я жил, был смыт на несколько раз горячей водой. Я словно родился заново. Перевожу взгляд на Надю. С одной стороны ужасно неловко, что она помогает мне дойти до комнаты, а с другой стороны я сам не справлюсь. И ещё я не хочу её отпускать, меня удерживает необъяснимое желание чувствовать её рядом, ощущать тепло её рук на своём теле. Только от одного этого воспоминания начинает кружиться голова.

– Лёша, ты в порядке?

Киваю, что да, только ни черта я не в порядке. Я сам толком не понимаю, что происходит.

– Чай будешь?

Сейчас я в таком состоянии, что буду всё. Даже яд! И я опять киваю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Я вскипячу свежий, – музыкой отдаётся в ушах. Голос мягко убаюкивает. Если это сон, то я не хочу просыпаться.

Вальтер утыкается мне в руку, которой я ничего не чувствую, подставляет голову, чтобы его погладили. Глажу любимого зверя здоровой рукой. Теперь я понимаю, как это хорошо. Пёс поднимает на меня свой умный взгляд, словно хочет сказать: «А я тебе говорил». Всё так. Это я, дружище, тебя не слышал. Как сейчас не слышу, что говорит Надя, а гипнотизирую влажные узоры на её футболке.

– Лёша! – повторяет Надя, вырывая меня из странного состояния. – Я сейчас вернусь.

Что? Нет. Не совсем понимаю смысл её слов. Она ставит передо мной кружку с горячим напитком, и я, как заворожённый, смотрю на пар, вдыхая лимонный аромат.

– Мне нужно переодеться, – объясняет Надя. – Я сейчас вернусь… Нет?

Нет. Мотаю головой. Не хочу, чтобы она уходила.

– Тебе плохо? Покажи где? – спрашивает обеспокоенно.

Я и сам не могу понять, что со мной. Надя вглядывается в моё лицо, ища ответы.

– Что? Кружится голова? Тошнит? Что?

Хочу пожать плечами, но получается только одним.

– Болит?

Нет.

– Голова кружится?

Нет.

Надя берёт меня за запястье.

– Пульс немного учащён, но это нормально после ванны, – произносит она вслух. – Лёша, мне нужно десять минут, чтобы переодеться. Даже пять. И я вернусь. Точно всё хорошо?

Да.

– Может тебе лучше лечь?

Нет.

Она мечется, не зная, что делать. И я нехотя киваю, отпуская её.

– Я быстро! Сахар я положила. Чай горячий, не обожгись, пожалуйста, – просит Надя и, дождавшись кивка, что я её услышал, уходит.

В квартиру сразу закрадывается мёртвая тишина. Словно со щелчком замка из неё вышла жизнь. С силой сжимаю переносицу и делаю зарядку левой рукой. Почувствовав, что рука не дрожит, обхватываю горячий стакан, ощущаю боль, но отпускаю не сразу. Хочется прояснить мысли и разобраться в себе.

Резкий звонок в дверь разрывает полное безмолвие. Вальтер приподнимает голову и недовольно рычит, но не бежит в коридор. Спустя недолгое время звонок повторяется, заставляя мою собаку нервничать.