Глава 33

Маргл.

Набросив на себя халат, я укутал мою сладко сопящую лею в банное полотенце, и по тайным проходам пошел в наши покои. Я был уверен, что Аврора проспит как минимум сутки, но стоило мне толкнуть ногой дверь, как в нос ударил аромат жаренной картошки, которую так полюбила моя лея. Даже у меня в животе заурчало, ведь я тоже почти неделю ничего не ел. Но мне не привыкать. В условиях войны я мог не есть месяцами, и в этих случаях всегда спасала энергия арбэлы.

Что же касается моей вечно голодной жены…Она, не открывая глаз, втянула носом вкуснейший аромат, облизнула губы и расплылась в улыбке.

— Еда… — она промурлыкала это так нежно, что я даже приревновал. Понимаю, что идиот, но, черт возьми, мне хочется, чтобы она так реагировала только на меня, а не на какую-то жаренную картошку!

Поправив полотенце на груди, она запрыгнула на стул, сев по-турецки, и сняла крышку с блюда. Ароматный пар рванул вверх, а она застонала, блаженно подкатив глаза.

— Наверное, можно использовать это блюдо в качестве прелюдии! — подмигнул я, — стонешь ты от него так же круто, как от поцелуев.

— Нет, мой драгоценный муж! Даже не пытайся отлынивать от своих прямых обязанностей!

Пока я раскладывал еду на тарелки, она нетерпеливо ерзала. Затем в два счета смела все со своей, и ничуть не мешкая, придвинула к себе все блюдо и стала есть прямо с него.

— Надо будет выделить отдельный участок для выращивания картофеля…Дворцовых запасов не хватит… — еле сдерживая улыбку, я пытался выглядеть серьезным и озабоченным проблемой.

Она недоуменно замерла с полными щеками еды и стала похожа на милого хомячка. От этой картины я больше не смог сдерживаться и засмеялся в голос.

— Шуточки? Ну-ну…

И увела прямо из-под носа мою тарелку, показывая язык.

Я смотрел на любимую женщину, которая своим поведением напоминала озорного ребенка, и меня распирало от нежности и счастья. Тело буквально вибрировало, покрывая кожу мурашками, а в солнечном сплетении закручивались тугие спирали предвкушения чего-то особенного и прекрасного. Наверное, этот день один из самых счастливых в моей долгой жизни.

— Хочу на ручки! — захлопало глазками мое счастье, — отнеси меня в кровать…

Конечно отнесу! Вот только теперь дать поспать не обещаю!

Но меня ждало разочарование: стоило мне обнять Аврору, как она уткнулась носом в мою грудь и тут же засопела. Что ж. Спать, значит спать.

Аврора.

Как прекрасно просыпаться от прикосновений любимого мужчины. Особенно, когда его борода щекочет мои бедра, а язык пытается проникнуть в пространство между сведенных ног.

— Ты спала дольше суток, я решил, пора бы пожелать тебе доброго утра… — горячее дыхание защекотало низ живота.

Я потянулась, выгибая спину, но тут же была перевернута на живот, и прижата сверху горой мышц.

— Доброе утро! — Маргл шепотом коснулся ушка, и захватил его губами.

Я застонала от неожиданно накрывшей эйфории. Боже! Как же мне хорошо! Почему я еще при первой нашей встрече не послушала свой внутренний голос? Чего испугалась? Я же чувствовала, что меня тянет к этому мужчине. Мое тело трепетало, находясь рядом с ним, в животе закручивались узелки желания, и между ног тут же становилось влажно. Почему я лишила нас стольких минут, которые мы могли бы провести вместе, наслаждаясь друг другом? Почему не доверяла ему? Почему не давала возможности высказаться? Теперь кажется, что это было в какой-то прошлой жизни. Великий Создатель! Дай мне мудрости прожить свой век, не повторяя тех ошибок!

Одновременное проникновение на всю глубину и укус за холку выдернули меня из мыслей. Никаких рассуждений! Только страсть и желание отдаваться! Еще и еще! Раз за разом…

Сладкое томление после очередного раунда нарушил настойчивый стук в дверь. Наверняка, тот, кто стоял за ними, прекрасно слышал все, что здесь происходило. Ну и пусть! Нечего уши греть!

Маргл, одевшись, поплелся открывать наглецу.

— Я прошу прощения, Динлингидар, но новости не терпят…

— Что? — рявкнул Маргл, не давая договорить Стэнли.

— Ваша сестра… — Его голос дрожал, и интонации обещали мрачные известия… — она…

— Да говори же!

— Она задушила Нуайю…

Как задушила? Почему?

Видимо, эти вопросы мучали и Маргла, потому что он молчал, потирая лоб.

Он закрыл дверь и растерянно присел на край кровати. Я обняла твердый бицепс, прижимаясь к нему щекой.

— Надо узнать, что там у них случилось…

А у меня сердце сжалось…Неужели он переживает за Нуайю? Нет! Нет! Он не может! Надо гнать от себя эти мысли!

Звенящая тишина комнаты наводила ужас, и неожиданно громкий сигнал коммуникатора заставил вздрогнуть. Маргл читал сообщение без единой эмоции на лице, что настораживало еще сильнее.

— Остров поделен на части. Заключенные редко встречаются друг с другом, потому что территории огромны, и отделены друг от друга. Но Эриния, пользуясь своим положением, как-то попала на ту часть острова, где теперь находилась Нуайя. Видимо, она была в курсе последних новостей, все-таки, условия пребывания там у нее были несколько иными, чем у простых дарийцев. Нуайю, как и приказал Герд, отправили совершать обряд над телом Филии и оставили ее там же, где растет жемчужник. Эриния пришла к ней, и… — Маргл неожиданно замолчал…

— Ты хочешь сказать, она из-за меня…?

— На записях с камер не слышно их разговора, но то, что это случилось после того, как тебе подсунули яд жемчужника…

Как-то противно стало на душе…И не потому что Эриния — убийца, а потому что я — дура! Повелась на провокацию, из-за своей глупости, недоверия, желания насолить и сделать побольнее любимому человеку.

Я пыталась сглотнуть горечь, но становилось только хуже. Желудок скрутило узлом, и я с трудом успела добежать до туалета.

Рвоты не было, но спазмы хватали желудок, лоб покрылся испариной, а в ушах звенело. Я опиралась на раковину, пытаясь отдышаться. И в отражении зеркал увидела, что не одна. Маргл стоял позади меня, придерживая за плечи, и что-то говорил.

Испуганный и растерянный взгляд пугал. Он умыл меня прохладной водой, обнял и мне стало немного легче.

— Я в порядке. Просто представила…

Маргл понимающе кивнул, и мы вернулись в комнату.

— Она была не в себе последнее время…Но, чтобы вот так…

Он тяжело вздохнул, а мне стало легче. Он волнуется о сестре, а не о той, кого она придушила. Хоть это и были отборные представительницы серпентария, и, по-хорошему, давно пора было от них избавиться, все же цена жизни слишком высока, чтобы вот так легко ее отнимать…

— Ее нужно забрать с острова, — мне показалось это хорошей идеей.

— Это должен решить Герд.

— Герд говорил, что, если я простила ее, она может вернуться…Одиночество — не лучшая компания для нее сейчас. Мне кажется, дома ей будет лучше.

Если она действительно сошла с ума, а я этого не исключала, потому что в здравом уме человек не станет вытворять такие пакости, то лучше ей вернуться к близким.

Маргл согласился, и оставив меня одеваться, ушел к брату. А меня тем временем терзали вопросы: как мы станем общаться друг с другом после всего, что случилось? Простит ли Маргл брата, за то, что тот пожертвовал мной? Простит ли Герд сам себя, за то, что чуть не лишил жизни лею брата. И как он будет смотреть в мои глаза? Сможет ли каждый раз при виде меня не думать о том, чем могла закончиться эта история?

Мы договорились с Марглом больше никогда не поднимать эту тему, словно это было не с нами. Но находясь ТАМ, я ясно знала, чувствовала метания души каждого из них. Я была с ними единым целым, и знаю, как Герду было больно, как он не мог успокоить сердце, когда отдавал приказ задержать брата. Я видела нити, связывающие нас с Марглом, которые незаметны простому глазу. Чувствовала, как они обвивали мое бездыханное тело, не желая отпускать, или моля забрать с собой…

Дверь распахнулась без стука. Первым вошел Маргл, следом за ним — повелитель.

Его лицо обросло, глаза поблекли, он весь осунулся, но его мощная энергия все так же кричала, что передо мной не просто человек.

Он уверенно подошел ко мне, взял мои руки в свои ладони, припал к ним губами и…упал на колени.

— Я виноват перед тобой, Хайликси. Но я не мог поступить по-другому. Я давал клятву заботиться о своем народе, и не должен был ради спасения одной жизни пожертвовать жизнями миллионов. Теперь ты здесь хозяйка. Полноправная правительница, заслужившая любовь народа, спасшая дом Создателей Вселенной. Ты в праве решать, как поступишь со мной, и я с честью и благодарностью приму любое твое наказание. Захочешь казнить, и я буду благодарен за то, что избавила меня от мучений. Помилуешь, я восславлю твое имя, ибо прощение — главная добродетель.

Слезы обожгли глаза. Я ревела и не могла подобрать слов. Маргл стоял неподвижно, его лицо напоминало каменную маску и в глазах было столько горечи, будто он снова переживал события прошлых дней. Но он не давал мне подсказки. Я должна была решить сама. И я решила.

Я упала на колени рядом с правителем и обняла его. Я ревела взахлеб, и не могла даже сделать вдоха, а он прижал меня, как сестру, и успокаивающе гладил по спине.

— Я не виню тебя…И слава богу, я не на твоем месте…Потому что, корона правителя — слишком тяжелый груз…

Маргл поднял нас с колен и сгреб в объятия. Вот так, обнявшись втроем, мы и стояли, пытаясь все забыть и начать жить заново.

— Ладно вам нюни распускать, — я пнула локтями их в железные торсы, — есть хочу!

— Брат, прости! Когда я вез домой свою лею, я не знал, что она столько ест! — Маргл предусмотрительно отскочил, чтобы не получить от меня пинка, а потом поймал мои руки, завел за спину и поцеловал…

Кроме легкой усмешки и удаляющихся шагов правителя я больше ничего не слышала. Меня кинуло в жар, и огоньки внизу живота стали превращаться в пламя.

К завтраку мы спустились только, когда начало темнеть.