Глава 47

Аврора.

— Мама! Вы специально, да? — Лунария тяжело дышала и ее губы дрожали от обиды.

— Девочка моя, мы ненадолго. Пожалуйста, побудь за старшую!

Прошло почти два месяца после нашего возвращения с Дара, во время которого состоялось более близкое знакомство Герда и Луны. Наш малыш успел родиться, а у мамы на Миране готовилось Великое Празднество, куда нас с Марглом пригласили в качестве почетных гостей.

— Вы же позвали этого…Правителя, чтобы он командовал мной.

— Не тобой, а твоими младшими братьями. Тем более, Таррусу будет полезно пообщаться с дядей.

— А как же его Дар? Без него там обязательно что-нибудь случится? Правитель должен жить на своей планете, а не разъезжать по гостям!

— Я доберусь до своего дома за пару минут, не переживай, — Герд возник из-за двери, и прошел в гостиную, как будто у себя дома, — а вот твоя планета, так же, как и твои люди, до сих пор остаются без присмотра.

Моя девочка недовольно поджала губки, понимая, что Герд теперь долго будет припоминать ее отказ.

— Ты пришел читать мне нравоучения?

— Я пришел, чтобы побыть с племянниками, — спокойно ответил Герд и взял из моих рук Шенайю, нашу младшую дочь.

— Герд, будь осторожен. Мало ли чего, — я сказала это как можно тише, чтобы Луна не услышала.

— Аврора, будь спокойна. Не думаю, что мне грозит серьезная опасность, — он окинул взглядом свою несговорчивую лею, и с тоской посмотрел на малышку.

Наверное, он мечтал, что когда-нибудь вот так же сможет держать на руках свою дочь, от любимой женщины. Вот только эта женщина никак не хотела идти на сближение.

Чтобы не делал Герд, какие бы подарки, письма, гостинцы он не присылал, она возвращала все обратно, даже не взглянув. Что ж, значит, время не пришло.

Попрощавшись со старшими детьми, Маргл занес конверт с Шенайей, которую мы брали с собой, на борт соляра, пожал руку брату и помог мне забраться на корабль.

Я посылала детворе воздушные поцелуи, а те прыгали по зеленой траве, пытаясь коснуться нашего соляра и махали руками.

Внезапный треск в багажном отсеке нарушил тишину, и малышка стала плакать. Лицо Маргла в секунду сделалось суровым и жестким, ведь это сработал коммутатор с военной связью, который он всегда брал с собой на всякий случай.

Он надел наушники, включил связь и несколько секунд слушал кого-то. По его взгляду было ясно, что он уже обдумывает план действий.

Я выглянула вниз, на поляну. Мы взлетели метров на тридцать, и я отчетливо видела собранного Герда, взволнованного Тарруса и ничего не понимающую Лунарию, мечущуюся между старшими братьями, которые уже что-то знали.

Я прижала дочку покрепче, будто это не она искала утешения у меня, а я видела в ней защиту.

— На Луне высадились серые.

— Вы ведь уничтожили всех, кто представлял опасность для нас… — мой голос был каким-то чужим. В горле пересохло, а спина покрылась ледяными мурашками.

— Это представители изначальных. Они прибыли из другого измерения. Это наши…предки. Они узнали, что Лунария отказалась от правления, и вернулись, чтобы уничтожить часть Вселенной, которая осталась без управления. Скорее всего, и Герда уничтожат, как Правителя, не справившегося с возложенными на него обязательствами.

Я ничего не понимала. Кто такие эти изначальные, и какого черта они появились именно сейчас? При чем здесь моя дочь и Герд? И что нам всем теперь делать?

Герд одернул воротничок кителя, достал из кармана перстень — символ власти Трех Галактик, и надел его на большой палец.

— Я должен быть там, — он уверенным твердым шагом направился к своему кораблю, а Луна рванула за ним.

— Я с тобой! — она схватила его за рукав, и Герд замер, смотря в ее глаза, — это же все из-за меня. Позволь мне объяснить им!

Герд скупо улыбнулся, и коснулся ладонью ее щеки, на что Луна прикрыла глаза и рвано вдохнула.

— Я знаю, что ты смелая и отважная. Но ты не виновата. Я сам должен ответить за свои ошибки. Будь счастлива, моя лея…

Он коснулся губами ее лба, зажмурил глаза, и стоял вот так, прижавшись к ней, несколько секунд. Затем, не глядя развернулся, и уверенно зашагал к соляру.

Лунария, растерянная и взволнованная, смотрела ему вслед, но стоило Герду оказаться на борту, она снова бросилась за ним.

— Я отказалась, я и отвечать должна! — настаивала она.

Они смотрели друг на друга, и Герд не мог решиться отдать приказ.

— Маргл, она что, улетит с ним? — я повисла на руке мужа, впивая от страха ногти в его кожу.

— Ангел мира… — Фрида материализовалась позади моей девочки и прозрачные руки Жрицы легли на ее плечи, — ступай, если твое сердце так велит тебе. Докажи изначальным, что ты не зря явилась этому миру смертных.

Фрида легонько подтолкнула Лунарию, и та смело шагнула к соляру. Герд подал ей руки, помогая забраться внутрь и окинул взглядом нашу семью.

Его глаза были печальны. В них читалась просьба простить его ошибку, которая привела к таким последствиям. (3303c)

Но я не винила. Никого. Впервые в жизни я приняла все происходящее как должное: спокойно и покорно. Если судьба распорядилась именно так, кто мы такие, чтобы мешать ей.

«Создатель! Береги мою девочку…»

Я шептала вслед исчезающему в зеленом небе соляру, и мечтала об одном: поскорее увидеть этих двоих живыми и счастливыми.