Глава 11.

Садясь в машину подруги, я заметила ее удивленный взгляд.

— К тебе охрану приставили?

— О чем ты?

Мару глазами указала на выход к стоянке. Там стоял амбал и что-то говорил в маленькую наушную рацию.

— Их здесь человек 20. Пока я тебя ждала, вышла парочка и парень долго возмущался, что его не хотели пропускать, выспрашивали к кому он идет, какой этаж и все такое.

— Мару, я не думаю, что это по мою душу.

Пока мы ехали в центр города, я рассказала подруге, что Маргл провел ночь в моей квартире.

— Мне кажется, он хочет, чтобы ты поняла, что в ваших отношениях он решает. Даже то, что он прекратил ваши поцелуи, которые уже переходили в нечто большее, утверждает об этом.

— Почему? Он был голоден.

— Ты первая начала. И он не позволил продолжить. Думаю, если бы ты не так бурно его встретила, то он обязательно настоял на близости. А так…он тебе показал, что он главный. Подумай над этим.

Глупости, и думать нечего!

В течение следующих часов на нашей дороге то и дело появлялись странные люди, похожие на тех, что были на стоянке. Они не подходили близко, но и не исчезали вовсе.

— Похоже, ты была права. За мной или следят, или сторожат.

— С чего бы? Он думает, что ты убежишь?

— Не знаю. Но встреть я его сейчас, высказала бы.

Я вернулась домой к пяти, провожаемая на почтенном расстоянии незнакомыми мне мужчинами. Теперь не оставалось никаких сомнений, что их приставили ко мне. Обидно и неприятно, когда тебя преследуют. И я обязательно поговорю об этом с Марглом.

Украсив камелией небрежные волны волос, на создание которых ушло пару часов, я надела новое соблазнительное белье, тонкие чулки, а сверху романтическую блузку с приспущенными плечами, обтягивающую юбку ниже колена, и подчеркнула талию тонким поясом. Я подбирала наряд под цвет камелии, которой украсила волосы. Каблук я выбрала повыше, чтобы казаться не такой маленькой по сравнению с дариями. Довольная отражением я отправилась на ужин.

Корпоративный Бентли остановился у дебаркадера, переделанного в ресторан, на Москве-реке. Небо было усеяно солярами, значит дариев больше, чем я предполагала. Я вошла внутрь и потерялась среди гигантов. Я чувствовала себя несчастной муравьишкой, на которую вот-вот наступят, а дарии продолжали сновать туда-сюда, даже не замечая меня. Легкая дрожь пробежалась по спине и внутренний звон сообщил, что Маргл где-то рядом.

— Моя лея! — голос из-за спины прозвучал как спасение. — Ты безупречна.

Маргл взял меня за руку и вывел из толпы. Мы пришли к большому круглому столу на 10 мест. Эриния поприветствовала меня и представила дариям. Не все места были заняты, но из тех, кто присутствовал за столом, землянкой была я одна. Дарии продолжили общаться между собой, а Маргл не сводил с меня глаз.

— Почему ты так смотришь?

— Потому что ты единственная, кого я хочу видеть. — Он поцеловал мою руку, а я краем глаза заметила, как довольна Эриния.

— Кто эти люди, что следили за мной весь день?

— Они помешали?

— Я свободный человек! Я не хочу, чтобы меня выслеживали, как дичь.

— Тебя не выслеживали. Они для твоей безопасности.

— Выходит, что когда ты появился в моей жизни, ей стало что-то угрожать?

В разговор вмешалась Эриния. Как не вовремя!

— Я рада, что вы нашли общий язык.

— Не зря же я учила пять лет дарский. Общий язык найду с любым из присутствующих.

— Тебе не нужно говорить ни с кем, кроме меня. — Ревниво рявкнул Маргл.

Выплывая из толпы, которая, между прочим, перед ней расступалась, давая пройти, к столу подошла дарийка. Она была похожа на эльфа. Я завороженно смотрела на нее и не могла оторвать глаз. Все дарские женщины отличались от землянок необычной красотой, но эта была божественно прекрасна. Высокая, почти два метра ростом, стройная, в платье из чешуи с бирюзовым отливом, длинные прямые волосы белые с синевой, огромные глаза стального цвета, как у большинства дариев.

— Нуайа. Твоя коллега, она представляет Дарэрс на нашей планете. С ней вы займетесь организацией работы вашего отдела. — Эриния сухо представила девушку, и та, мило улыбнувшись, пожала мою руку изящными длинными пальцами.

За ужином к нам присоединился пресс-секретарь президента, и мне стало не так неуютно среди инопланетян. Он, кстати, был тоже весьма рад, что не единственный землянин за этим столом.

Весь вечер Маргл оказывал мне знаки внимания: поправлял локоны, поглаживал по спине, целовал руки. Эриния довольно улыбалась, а изучающий взгляд Нуайи настораживал. Наверное, она, как и я не понимала, что же он такого нашел во мне.

Когда закончилась нудная официальная часть, гости разбрелись по залу, собираясь в кружки по интересам. Маргл попросил не отходить от Эринии, пока ему нужно было переговорить с кем-то из гостей.

— Я вижу, ты успокоилась и приняла свою судьбу. — Ультимативная форма, в которой это было сказано, напрягла меня. Я тут в качестве рабыни?

— Простите?

— Ты же понимаешь, насколько тебе повезло, стать его женщиной.

— Я не готова обсуждать это сейчас. Тем более с вами.

— Ты забываешься, с кем разговариваешь!

Не желая продолжать разговор, который, с вероятностью 100%, мог бы завершиться скандалом, я ушла в зал, в поисках знакомых лиц. Землян представляли в основном люди из телевизора: политики, артисты, светила науки и медицины.

Между лопаток неприятно засвербило. Так противно, как бывает, когда на тебя смотрят в упор. Я обернулась. Нуайа. Я хотела было отойти, но она окликнула меня.

— Какая ты милая! — Нуайа осторожно коснулась моей руки, чтобы привлечь внимание.

Она с интересом изучала камелию и… принюхивалась?

— И этот цветок…Маргл подарил?

— Да. — Мне не хотелось продолжать разговор, тем более о Маргле, но развернуться и уйти было бы невежливо. Поэтому, я осмотрела ее и решила, что сделаю комплимент по поводу ее медальона – светящийся бирюзовый ромб в обрамлении серебристого металла.

— Очень красивая подвеска! Из чего она?

— О! Это камень нежности, его добывают только на Даре. Маргл подарил, сказал, что он прекрасен так же, как мои глаза. У нас есть традиция: муж дарит жене этот камень после первой брачной ночи.

Кровь ударила в голову, с каждой пульсацией усиливая боль в висках. Хотелось провалиться на месте. Я заглянула в ее глаза, действительно, среди цвета стали небольшими вкраплениями сияла бирюза.

— Правда, похож. — Во рту пересохло и слова застревали.

— Он любит делать подарки! Всегда неожиданно и романтично. Вот на годовщину… — Дальше я уже не слышала. Звон в ушах и темные точки плыли перед глазами.

Не помню, как покинула ресторан, но очнулась я уже у дверей своей квартиры. В руках откуда-то был картонный стакан с кофе, который продают в торговом центре неподалеку, а в сумочке настойчиво звонил телефон. Я трясущимися руками пыталась найти ключи, но звонки не прекращались, и я стала доставать телефон. Но уронила ключи. Присев, чтобы поднять их, я облила себя кофе, и горячее коричневое пятно расплывалось по блузке.

— Черт! Ну что за день такой.

Наконец, открыв дверь, я бросила вещи на пол, и снимая с себя на ходу испачканную блузку, прошла в гостиную, чтобы выпить чего-то крепкого. Я оперлась о стол руками, пыталась отдышаться, но сердце трепыхалось и никак не могло успокоиться. Перед глазами стояла Нуайа. «Маргл подарил…Прекрасен, как ее глаза…После первой брачной ночи…»

Что за беда со мной? Почему опять жена? Это карма? Сволочь! Ненавижу!

С размаху я ударила по светящейся сфере, подаренной Марглом, и она, рассыпаясь на мелкие световые осколки, растворилась в пространстве. Козел! И я ему еще завтрак готовила, кормила с рук! Дура!

Грохот хлопнувшей двери вернул меня в гостиную.

— Почему ты ушла? — Метая молнии глазами, тяжелой широкой поступью он надвигался на меня, грозный, похожий на смерч.

— Убирайся из моего дома! — Я сама испугалась своего крика.

— Что? Как ты смеешь так разговаривать со мной?

— Как ты смеешь принуждать меня стать одной из твоего гарема?

— О чем ты?

— О твоей жене!

Маргл отчаянно стукнул кулаком по дверце встроенного шкафа. Тот глухим треском сложился как карточный домик, сотрясая пол квартиры. С такой силой он сломает меня щелчком пальцев. На и без того слабых ногах затряслись поджилки.

— Я же просил не отходить от Эринии! Что тебе наговорила Нуайа?

— Не твое дело! Уходи! — ох, и где в моем теле скопилась та храбрость, с которой я бросалась такими словами?

— Ты все не так поняла.

— Все я поняла! Ты отлично устроился: там жена, тут жена! Сколько нас? На каждой планете по гарему?

— Выслушай!

— Я не собираюсь вникать в ваши семейные проблемы.

Правду говорят, что в состоянии аффекта человек не ведает, что творит. Окончательно съехав с катушек, я подошла к Марглу, и упираясь руками в его каменный пресс стала подталкивать его к выходу. Конечно, я бы не смогла даже сдвинуть эту скалу с места, но поддавшись, он медленно зашагал назад.

— Ты сейчас серьезно? — Снисходительный смех титана над моими жалкими попытками вытолкать его, вызывал во мне еще большую ярость.

— Да! Серьезнее быть не может. Я не собираюсь становиться двадцатой женой. Пошел вон!

Маргл отбросил мои ладони, упирающиеся в его живот, от чего я потеряла равновесие, но он тут же ухватил запястья, чтобы я не упала.

— Не смей разговаривать со мной так! Иначе, я накажу тебя! — грубо, цедив сквозь зубы, он убивал одним только тоном своего голоса.

Я стала вырываться, не обращая внимания на боль, которую я причиняла сама себе, ведь все мои попытки вывернуться и отцепить его руки были бесполезны. И с каждым моим рывком его хватка жалила мои запястья все сильнее.

— Жену свою будешь наказывать! Пусти!

— Вот тебя и накажу!

— Ни за что!

Маргл подхватил меня одной рукой вокруг живота. Я болтала ногами в воздухе, пытаясь вырваться. Его это ничуть не останавливало. Свободная рука Маргла проскользила по моему бедру и нащупав край чулок, он потянул его вниз.

— А моя маленькая готовилась! Скажи, что ты надела их для меня.

— Это уже не важно! Теперь тебе здесь ничего не светит! — Я продолжала жалкие бессмысленные попытки вырваться.

Маргл легко поймал вторую ногу и стащил с нее чулок.

— Видеть тебя не хочу! — Рука передавливала живот и было трудно дышать, из последних сил продолжая выбиваться из жесткого кольца его рук.

— Как скажешь, милая!

Маргл резко уложил меня животом на стол, прижав сверху своим телом, так, что я не могла видеть, что он делает за моей спиной.

— Сейчас ты станешь послушной девочкой! И больше не будешь мне грубить. Я научу тебя быть покорной своему мужчине.

Не имея возможности шелохнуться, придавленная его телом, я могла только водить глазами, и заметила, как Маргл приготовил один чулок. Насильно он вытянул мою руку, и привязал запястье к ножке стола. То же самое он сделал со второй рукой. Если бы я только знала, что мои чулки будут использованы, чтобы обездвижить меня, я не то что не надела, не купила бы их. Даже не зашла бы в отдел, где их продают.

Попробовав освободить руки, я поняла, что они завязаны прочным узлом, и пытаться выпутаться бесполезно. Черт! Меня сейчас изнасилуют, а я даже не могу набрать воздуха в легкие, чтобы позвать на помощь.

Маргл привстал, и мне сразу стало легче дышать. Я жадно вдыхала воздух, и мое дыхание больше напоминало стоны.

Маргл медленно вел свои пальцы вверх по рукам поднимаясь от запястий, и скользнув подмышки, его ладони накрыли мою грудь. Секунда, и чашки бюстгальтера были сдернуты. Пальцы Маргла жестко сдавили мои соски, а горячее дыхание обожгло затылок. Сладкая боль прострелила тело. Но он тотчас убрал руки и повел их, еле касаясь кожи, по моей спине к талии. Резким движением он дернул молнию, а затем разорвал ткань юбки. Я осталась перед ним в одних трусиках.

Он мял мои ягодицы, целовал и покусывал их. А мне было страшно, что же будет дальше.

— Вот видишь, ты уже не прогоняешь меня.

В знак протеста и дернула ногами, за что получила увесистый шлепок, и тут же замерла, не понимая, как реагировать на это. Меня никогда не шлепали! Садюга!

— Хорошая девочка!

— Животное! — Прорычала я. Меня бесило такое обращение, но это не мешало волнам возбуждения зарождаться внизу живота.

Еще один шлепок, более сильный. Как больно! Я закусила губу, прислушиваясь к ощущениям: кожу пекло, но внизу живота тяжелело и начинало щекотать.

Маргл намотал мои локоны на кулак, оттянул назад, сильно, вынуждая прогнуться в пояснице. Стон вырвался сам собой.

— Не зли меня, милая, — Маргл прошептал это на ухо, прикусывая и слегка оттягивая мочку, отчего по телу побежали мурашки.

Он отпустил волосы, и моя щека прижалась ко столу. Только сейчас, почувствовав его холод, я поняла, как пылала моя кожа на лице. Маргл провел пальцами, едва касаясь позвоночника, вдоль спины и остановился у трусиков. Я его ненавидела, но безумное желание, растущее с каждой секундой, требовало продолжения, снова сталкивая во мне грешницу с праведницей.

— Развяжи меня! — Я стонала, боясь своей реакции на то, что происходило. Я думала, что буду реветь, но я хотела продолжения. Странные чувства.

— Обязательно. Только чуть позже.

Он стал медленно, дразня, тянуть трусики вниз, покрывая кожу бедер влажными поцелуями.

— Ммм… Оставлю их у себя.

Я открыла глаза и смотрела, с каким упоением Маргл втягивает мой аромат, пропитавший белье, а затем прячет трусики в карман. Такое пошлое, бесстыдное проявление его желаний одновременно возбуждало и сковывало от стыда. Еще ни один мужчина не вел себя так бесцеремонно.

— Ты дикарь!

На что он рывком раздвинул мои ноги, и уселся между ними, так, что я не могла их сдвинуть обратно. Я понимала, какой вид открылся его глазам. Но ему этого было мало, и он осторожно раздвинул мои ягодицы, выставляя на обозрение, все что можно было увидеть. Я сжимала мышцы, не позволяя рассматривать себя, но это не помогало.

Растопыренные пальцы держали разведенные губы и ягодицы, а его язык уже вылизывал все мои складочки горячей и возбужденной плоти.

— Ненавижу тебя… — Простонала я, понимая, что мне придется пропасть во власти его желания. Все мои попытки вырваться, протестовать стягивало тугим узлом внизу живота, пока, наконец, не задушило их, и я поддалась наслаждению.

— Твоя ненависть такая сладкая на вкус.

Он трахал языком мою дырочку, истекающую соком возбуждения, зажав ноющий клитор двумя пальцами. Я чувствовала, как он наполняется кровью и увеличивается в размере. Губы Маргла скользнули к нему, а пальцы переместились ко входу в узкое, сочащееся желанием пространство. Он посасывал клитор огненными мягкими губами, и не выпуская его изо рта теребил языком. Увлажнив пальцы моим нектаром, он скользнул внутрь моей попы так быстро, что я даже не успела зажаться. Мощная волна пронеслась по телу, сжимая его палец судорогами оргазма.

Получив разрядку мое тело требовало отдыха, и непроизвольно пыталось увернуться от настойчивых ласк.

— Ты еще не получила своего наказания! Мы только начали.

Он медленно вывел палец из меня, и стал поглаживать спину. Я была рада и этому, потому что прикосновения к нежным зонам вызывало дрожь.

— Я хочу, чтобы ты запомнила, что тебя ждет, если станешь дразнить меня. — Он обошел стол, присел напротив моего лица, и сжал пальцами мои раскрасневшиеся щеки, так, что губы вытянулись в трубочку. — Ты моя женщина, и я не потерплю таких слов в свой адрес. — Он говорил медленно, иногда голос срывался в хрип, больше похожий на рычание недовольного зверя.

— Делай, что хочешь! Я никогда добровольно не буду твоей! — Сама не понимала, как во мне еще могло оставаться сопротивление, потому что тело таяло от его прикосновений.

Рывок, и мои колени уже стоят на столе, снова выставляя напоказ мое тело. Он присел на край стола сбоку от меня, одной рукой придерживая мои бедра, чтобы ноги не скользнули на пол, запястья оставались привязанными. Его язык уже выписывал круги вокруг тугого отверстия между ягодиц, а пальцы нахально скользили по клитору. Но каждый раз, когда эйфория была уже так близко, он, словно чувствовал и останавливался. В очередной раз я застонала, требуя продолжения, и он ввел два пальца внутрь меня, и так настойчиво стал трахать меня, что мое тело сжалось в сильнейшем оргазме, вытолкнуло его пальцы и стало выплескивать мощные струи сквирта. Он растирал пальцами место, откуда струилась жидкость быстро и сильно, и она брызгала крупными каплями на его лицо, мои бедра и стекала вниз по ногам. Он сладострастно рычал, получая явное удовольствие от того, что смог довести меня до такого безумия.

Меня накрыла неуемная дрожь, и я пришла в себя в его руках по пути в ванную.

Маргл открыл воду и поставил меня под струи горячей воды. Он до сих пор был в одежде, которая пропиталась моими выделениями, и, отпустив меня, стал раздеваться. Земля уплывала из-под ног, и я по стене сползала вниз. Затуманенный взор не замечал ничего вокруг, только темнота и быстро пролетающие звезды уносили в космос.

Запах горячей влажной кожи Маргла вернул меня в сознание. Мужчина стоял так близко, что мои тугие торчащие соски касались его живота, а нечто огромное пульсировало под моей грудью. Поняв, что это его член, я тяжело сглотнула, и отпрянула назад, но уперлась в стену. Даже не представляю, как он смог бы поместиться внутри меня.

Маргл заметил мою реакцию, и продолжая кутать меня в мыльную пену, низким грудным голосом сказал: «Не-е-е-т. К этому ты еще не готова. Его ты получишь, когда станешь хорошей девочкой.»

А у меня остановилось дыхание, только от одной мысли, что это может когда-либо оказаться во мне. Его член был не меньше сантиметров 30, а может и все 40 в длину и не тоньше моей руки. Красивый, ровный, мощный, но огромный для земной женщины. Мышцы сковало страхом, и невольные слезы покатились из глаз. Я выставила руки, в надежде остановить его, но он, поцеловав ладони, продолжил мыть меня.

— Отпусти меня. Я умоляю, отпусти.

— Что угодно, только не это. Разве тебе плохо со мной? Ты не хочешь стать моей навсегда?

— Нет! — Навзрыд ответила я.

— Ответ неверный. Придется объяснить тебе еще раз.

Сейчас мне было действительно страшно. То, что раньше еще могло сойти за игру, уже перешло все рамки благоразумия и приличия. Мужчина рядом со мной действительно грубо брал меня, не спрашивая, желаю ли я этого. Его сестра дала понять, что если я уйду, то мне перекроют кислород и жизни не будет ни мне, ни моим близким. Теперь меня преследовала охрана, следя за каждым моим шагом. Бежать было некуда, да и бесполезно. Новую игрушку не отдадут. Оставалось только надеяться, что когда-то он наиграется мною так же, как Нуайей, и бросит, увлекшись новой жертвой.

В оцепенении я стояла, обняв себя за плечи. Рабыня, зверек в лапах чудовища с чужой планеты. Неожиданно я вспомнила пророчество той старушки из деревни: «Не отпустит теперь…Измором возьмет…Все равно исход один. Будешь с ним…» И стало больно от безысходности. А Маргл вытирал меня пушистым полотенцем, и целовал каждый сантиметр моего тела. Но когда его губы коснулись моих, ступор вмиг исчез, и меня привычно окатило золотой волной, рассыпая искры внутри меня.

Словно куклу он поставил меня на мягкую банкетку напротив зеркальной стены. Отражение наших обнаженных тел заводило и заставляло просыпаться чуть задремавшее от усталости тело, разгоняя кровь. Он стоял позади меня, а его руки нежно скользили по моим, переплетали наши пальцы и возвращались к плечам. Шея горела от влажных поцелуев, а редкие покусывания заставляли вздрагивать и открывать глаза, чтобы снова увидеть в зеркале желание мужчины и женщины. Теперь мы были почти одного роста, и ему не приходилось склоняться, чтобы целовать меня. Я опустила голову на его плечо и отвечала его губам. Уверенно теплые нежные руки переместились к моей груди и расположились, поддерживая ее снизу. Большими и указательными пальцами он сжал мои соски, и стал их скручивать, то нежно, то слишком жестко, что это причиняло боль. Он сильнее прижал меня к себе, и его член расположился в складочке между моих ягодиц. Его мощная пульсация возбуждала еще сильнее, и картинка, как он окажется во мне уже так не пугала. Еле заметно я шевелила бедрами, описывая круг, то прижимая его возбужденный член, то давая ему немного свободы. Маргл стонал в мои губы, но поцелуя не прерывал, и продолжал ласкать меня.

В одно мгновенье стало труднее дышать, и я оторвалась от его горячего рта в надежде сделать вдох. В зеркале я увидела, как его ладонь сжимает мое горло, словно делая удушающий захват, а другая медленно, еле касаясь кожи, скользит к лобку.

— Ты моя…Моя… — Посасывая ушко, Маргл бесцеремонно владел моим телом, а я истекала нектаром вожделения, полностью обезумев от желания.

Его пальцы скользнули между моих ног и стали играть с набухшим клитором. И я уже почти кончила, как он снова остановился. Я взвыла от недовольства и боли. Мне срочно требовалось продолжение. Любой ценой, лишь бы получить желаемое.

— Ты хочешь еще?

— Да…

— Скажи, что согласна быть моей!

Я не разбирала слов, их было слишком много и не хотела даже понимать, что он говорит.

— Только прошепчи мне «Да.»

— Да…— согласие само сорвалось с губ, а выключенный мозг даже не понимал, на что я сейчас соглашалась.

— Ты выйдешь за меня?

— Да…

Какого черта он тянет? О чем он говорит? Почему он не делает то, что должен?

— И полетишь со мной?

— Да…

— Умница, моя маленькая. Хорошая девочка…

Он вернул руку в пространство между моих ног и стал растирать влагу по губам, скользил в промежность и распределял смазку по ногам.

— Сведи ножки. — Он продолжал шептать на ухо, и поняв, что я не слышу его, сам сдвинул мои ноги.

Его член скользнул по складке между ягодиц, зацепив чувствительное колечко ануса, и остановился у входа во влагалище. Сердце замерло в ожидании сладкого наполнения. Но покружив и собрав на головку мою смазку, член скользнул между ног, касаясь клитора нежной кожей, и в отражении я увидела его блестящую розовую головку. Маргл стал двигать бедрами, и мое возбуждение еще больше усиливалось с каждым толчком. Одна рука властно прижимала низ моего живота, а другая обхватила мою ладонь и стала водить по моему телу.

Он управлял моей ладонью, моими пальцами, не выпуская из своей руки. Мы вместе ласкали мой живот, грудь. Подобравшись к губам, он вложил мои пальцы рот. Я сосала их, будто это был сладкий член, а Маргл наслаждался зрелищем в отражении, продолжая вбиваться между моих сведенных ног. Когда пальцы стали достаточно влажными от слюны, он опустил мою ладонь вниз, и зажал ею головку члена, пробивающегося сквозь сведенные ноги. Горячий, скользкий от моих соков, такой огромный, что я не могла сцепить кольцом пальцы вокруг него. Он крепко удерживал свою ладонь поверх моей, создавая нужное давление. Маргл ускорил темп, и я начала улетать от наслаждения. Пока его член вдалбливался в мою ладонь, по пути массируя клитор, я кончала раз за разом, бесшумно дыша, запрокинув голову на его плечо, и крича от наслаждения в секунды, когда судороги удовольствия отступали. Дикий рык и укус за загривок заставили замереть и испытать последнюю волну оргазма. А ладонь обжигали горячие струи спермы, которые дорожками стекали вниз по ногам. Я блаженно вздохнула и растворилась в объятьях своего любовника.

***

Благодарю вас за отзывы! Очень приятно знать, что эта история вам нравится! Нажмите "отслеживать автора", чтобы не пропустить обновления на страничке!

И...да! Залайкайте меня!!! Как Маргл Аврору)))