Глава 1. В гостях у лорда Торберна.

Три дня пути подытожили силы людей и лошадей. Дорога вела через ущелье, покрытое лесом, где ветер шептал о древних границах и старых враждах. Эвелин чувствовала на себе чужие взгляды — из кустов, с высоких холмов — глаза, что следили за их отрядом, но держались на безопасном расстоянии. Тайная бдительность, осторожность, но никакой вражды: местные только наблюдали.

Когда на горизонте показались ворота замка лорда Мак Гилле-Бригте, сердце Эвелин учащённо забилось. Каменные башни и высокие стены замка, строгие и холодные, навевали чувство древней власти. На воротах стояла стража. Старший из них, седой, с лицом, изрезанным шрамами давних битв, прищурился, оценивая отряд.

— Кто идёт? — спросил он, голос был ровен, но полон недоверия.

Мэтью шагнул вперёд, плечи расправлены:

— Леди Эвелин Маккена, с визитом к лорду Мак Гилле-Бригте.

Страж хмыкнул, словно эта новость была лишь шуткой.

— Маккена? — пробормотал он, глядя на отряд. — Это не то имя, которому рады. Можете возвращаться к себе домой.

Эвелин почувствовала, как кровь приливает к щекам, а грудь сжимается от волнения. Но она знала, что простой визит не впечатлит никого — сила её рода, и то, что она несла в руке, говорили сами за себя.

Она выехала вперёд, ступни лошади вжались в землю. Рука, дрожа от напряжения и силы одновременно, поднялась. Триединый амулет, блестящий и холодный на солнце, засиял, отражая свет как солнечные лучи на воде.

— Леди Эвелин Маккена Корвид Волкова, — громко и решительно произнесла она, — к лорду Мак Гилле-Бригте, по праву предков!

На мгновение всё вокруг замерло: ветер стих, ворота казались ближе, а тени стражи — тяжелее. Амулет словно вобрал в себя голоса прошлого, силы трёх родов и уверенность той, кто теперь была полноправной хозяйкой и наследницей.

Страж, смутившись, собирался повторить своё предупреждение, как вдруг из замка раздался голос — громкий, твёрдый и могучий, словно удар колокола, раскатистый и пронзительный:

—Пропустить моих гостей!

Эвелин едва не опёрлась о коня, вслушиваясь в этот властный звук. За её плечами Метью и отряд воинов натянули плечи, ощущая, как напряжение спадает, а уважение к хозяину замка мгновенно заполняет воздух. Эвелин подняла руку выше, и триединый амулет в её ладони сверкнул, отражая первые лучи солнца.

Замок на миг затих, и лишь ветер шевелил знамена на башнях. Затем ворота медленно распахнулись, и из тёмной глубины дворца вышли телохранители, а за ними сам лорд Торберн, величественный и строгий, с глазами, как стальные омуты, оценивающие прибывших.

Лорду Торберну было около шестидесяти лет, но возраст не ослабил ни его тело, ни волю. Потомок викингов, он сохранил в себе суровую северную мощь предков: широкие плечи, жилистые руки, тяжелую поступь человека, привыкшего к войне и власти. Серебро седины лишь подчеркивало жесткость его черт, а холодный взгляд серых глаз внушал осторожность каждому, кто встречался с ним лицом к лицу.

Во дворе собственного замка Торберн встретил гостей во всеоружии. Его ладонь крепко сжимала рукоять меча — не из страха, но из привычки, словно сталь была продолжением его самого. Кольчуга и темный плащ сидели на нем так же естественно, как когда-то сидели на его предках, выходивших в море под рев штормов и крики битвы.

Над каменными стенами реяли знамена и штандарты его рода. На них извивался символ замка — хитрый и коварный змей, с прищуренными глазами и обнаженными клыками. Этот знак говорил больше любых слов: здесь правит не только сила, но и расчет, терпение и умение ждать удара. И каждый, кто входил во двор замка Торберна, понимал — его хозяин опасен так же, как и эмблема, под которой он жил и властвовал.

Лорд Торберн сделал шаг вперед, и камни двора глухо отозвались под его сапогами. Он слегка склонил голову — жест сдержанный, но исполненный уважения.

— Добро пожаловать в мой замок, леди Эвелин, — произнёс он низким, ровным голосом. — Дорога сюда нелегка.

Он перевёл взгляд на людей, сопровождавших гостью: вооружённых, настороженных, ещё не успевших расслабиться под чужими знаменами. На мгновение серые глаза лорда Торберна стали жёсткими, оценивающими.

— Не беспокойтесь, — добавил он, снова обращаясь к Эвелин. — Под моими стенами вы в безопасности.

Леди Эвелин сделала шаг вперёд, приподняв край плаща.

— Благодарю вас, лорд Торберн. Я надеюсь, наше пребывание здесь будет мирным и плодотворным.

Торберн позволил себе едва заметную улыбку.

— Именно на это я и рассчитываю.

Он резко повернулся к стоявшим неподалёку воинам своей стражи.

— Хальвард! — позвал он.

Из строя вышел высокий мужчина в шлеме.

— Да, милорд?

— Размести отряд леди Эвелин в западном крыле. В казармах моей охраны. Пусть им дадут еду, воду и место для отдыха. Без лишних вопросов.

— Будет исполнено, милорд, — ответил Хальвард, ударив кулаком по нагруднику.

Один из воинов сопровождения Эвелин нахмурился.

— Мы предпочли бы оставаться ближе к леди…

Торберн медленно повернул к нему голову.

— Вашей госпоже ничто не угрожает в моём замке, — спокойно сказал он. — А ваши люди будут под надёжной защитой.

Эвелин подняла руку, останавливая своего спутника.

— Всё в порядке, — сказала она мягко. — Я доверяю лорду Торберну.

Воин склонил голову и отступил.

— Прошу, леди Эвелин, — Торберн указал в сторону массивных дверей донжона. — Мой дом открыт для вас. Я прикажу подготовить покои и ужин. Нам есть о чём поговорить.

Он двинулся вперёд, и тяжёлые двери замка начали медленно распахиваться, впуская гостью под своды, где решались судьбы не одного поколения.

Леди Эвелин проводили по каменным коридорам замка и, наконец, ввели в довольно просторную комнату. Покои сразу впечатляли богатством и продуманным уютом: стены были затянуты гобеленами с охотничьими сценами, на полу лежал толстый ковёр, а массивная кровать с резным изголовьем была застелена тёмно-синим покрывалом, расшитым серебряной нитью. В нишах горели светильники, наполняя комнату мягким, тёплым светом.

— Это ваши покои, миледи, — сказала служанка, почтительно склонив голову. — Если вам что-нибудь понадобится, достаточно потянуть за этот шнур.

Она прошла к соседней двери и распахнула её.

— Здесь вы можете привести себя в порядок.

Эвелин сделала шаг внутрь — и невольно замерла. Ванная комната была облицована гладким камнем, а вдоль стены тянулись металлические трубы. В центре стояла глубокая ванна.

— Вода для купания нагревается в титане, — пояснила служанка с лёгкой гордостью. — А холодная вода идёт прямо отсюда.

Она повернула кран, и чистая струя холодной воды с тихим журчанием полилась вниз.

Эвелин широко раскрыла глаза.

«Боже…» — пронеслось у неё в голове. — «Водопровод и канализация… здесь, в замке лорда Торберна».

— Когда вода нагреется, я дам вам знать, миледи, — добавила служанка. — После купания вам принесут чистое платье.

— Благодарю, — тихо ответила Эвелин, всё ещё с трудом веря увиденному.

Оставшись одна, она медленно обвела взглядом помещение, снова посмотрела на кран, на аккуратно скрытые стоки в полу. Удивление смешалось с живым любопытством и восхищением.

«Об этом надо обязательно расспросить милорда», — решила она. — «Как он сумел устроить всё это? И что ещё скрывают стены его замка?..»

Леди Эвелин села в ванну, позволяя тёплой воде окутать усталое тело. Пар поднимался над её кожей, наполняя комнату мягким ароматом трав и камня. Она смыла с себя пыль дороги, тщательно расчесала волосы, аккуратно убрала следы путешествия с рук и лица. В зеркале её взгляд встретился с отражением — спокойное, собранное лицо молодой женщины, готовой к разговору с лордом.

Как только ванна опустела, она быстро вытерлась мягким полотенцем, облачилась в чистое платье, изысканно простое, но сдержанно элегантное. Каждое движение было выверено, каждая деталь продумана: на шее — скромный кулон, волосы собраны в аккуратный узел, и лишь блеск глаз выдавал лёгкое возбуждение.

Не желая терять времени, Эвелин вышла из покоев и поспешила по каменным коридорам к кабинету лорда Торберна. Стены замка отбрасывали тёплые тени, а знамена с извивающимися змеями тихо колыхались от сквозняка. Каждый шаг отдавался эхом, будто подчеркивая важность предстоящей встречи. Она уверенно открыла дверь кабинета — массивная дубовая дверь скрипнула, пропуская её внутрь, и сердце Эвелин слегка ускорилось в предвкушении разговора с хозяином замка.

Лорд Торберн сидел в своём массивном кресле, спинка которого была обтянута тёмной кожей и украшенна резьбой в виде витиеватыми узоров, переплетённых с символами его рода. Его широкие плечи едва умещались в пространстве за столом, а взгляд, спокойный и рассудительный, следил за каждым движением Эвелин.

— Прошу, миледи, — сказал он, указывая на небольшое кресло с мягкой подушкой рядом с низким столиком. На столике уже был накрыт лёгкий перекус: сухофрукты, хлебцы, маленькая миска с орехами и … сэндвичи?— Удобно садись.

Эвелин села, ещё раз оценивая богатство кабинета: массивные дубовые стеллажи, заполненные книгами и свитками, карта родовых земель, массивные свечи в кованых подсвечниках.

Торберн поднял кувшин с фруктовым напитком и наполнил два настоящих стеклянных винных бокала. Напиток имел насыщенный рубиновый цвет, от него исходил сладкий аромат ягод и лёгкий оттенок вина.

— Это сангрия, — сказал он, наблюдая, как Эвелин осторожно берёт бокал. — Приготовлено по старинному рецепту моего отца, — он слегка улыбнулся, показывая редкое тепло, — думаю, тебе понравится.

Эвелин взяла бокал, удивлённо рассматривая кристально чистое стекло и напиток внутри. «Боже… откуда всё это?», — мелькнуло у неё в голове. — «Кажется, чем больше я нахожусь в доме лорда Торберна, тем больше удивляюсь. Всё интересней и интересней».

Она осторожно пригубила напиток, наслаждаясь сладким,слегка пряным и таким знакомым вкусом. Лорд Торберн внимательно наблюдал за ней, оценивая реакцию, но в его взгляде не было надменности — лишь тихая, спокойная заинтересованность.

— Итак, — начал он, опираясь на массивный подлокотник кресла, — расскажи сначала о себе леди, как Корвид стала Маккена,а уже после о том, что привело тебя ко мне?

Леди Эвелин спокойно и ровно рассказывала о себе, о том, как два года назад по приказу Короля вступила в брак с Йенном, главой клана Маккена. Говорила о детях, о тяжелых болезнях, что потрясли замок, о том, как ей пришлось самой управлять хозяйством и заботиться о людях.

— Политический союз… — сухо произнёс Торберн, когда она завершила краткий отчёт. — И это твоя жизнь… двое лет без мужа, с малютками, со всеми бедами клана.

— Да, милорд, — ответила Эвелин ровно, без жалости к себе. — Я старалась сохранить замок, заботилась о детях и о людях, что остались. Меня не сразу приняли как хозяйку.

— Фиона? Не отвечай, я знаю эту несносную девчонку. Да, да, девочка, мне ведь уже за шестьдесят. В молодости я был близко знаком с отцом Фионы. А с твоим дедом мы были друзьями. Ты действительно управляешь всем сама?

— Да, милорд, в последний месяц, да — спокойно подтвердила Эвелин. — Я не жаловалась, не искала поддержки. Но теперь… — она сделала короткую паузу, — мы нуждаемся в союзниках, если нападение будет.

Торберн промолчал, его глаза были внимательны, холодны, но в них скользнула тень уважения. Леди Маккена не ожидала похвалы, но понимала: её решимость и честность уже заработали для неё вес.

— Не всё в твоем рассказе меня устраивает, — сказал он наконец, сдержанно, но твёрдо. — И всё же… ты — женщина необычайной выдержки. Твои слова достойны внимания. Чёрт, всё таки сбылась мечта старого дуралея Дункана. Что так смотришь? Да, да, твоего деда, девочка.

—О чём Вы?

—Ты не знаешь? Отец тебе не рассказывал?

Эвелин не успела ответить, как дверь в кабинет распахнулась и вошёл лорд, которому было около сорока лет, но в нём угадывалась сила, привычная потомкам Торбернов. Он был высокий, с широкими плечами и прямой осанкой, каждая мышца выдавалась под одеждой, словно бы человек был рожден для боя и власти. Черты лица были похожи на отца: прямой нос, суровые глаза, только взгляд был чуть менее холодный, с лёгким отблеском любопытства и осторожного сомнения.

Он вошёл в кабинет и застыл на пороге, увидев лорда Торберна, сидящего в массивном кресле, и Эвелин, спокойно сидящую в мягком кресле рядом со столом. Оба разговаривали, казалось, непринуждённо, но выражения лиц Торберна и женщины вызывали у молодого лорда легкое смятение.

— Отец… — начал он ровно, но голос звучал сдержанно, — кто эти люди у нас во дворе?

Лорд Торберн поднял взгляд, не спеша, оценивающе, и кивнул сыну. — Это гости, мой мальчик. Леди Эвелин Маккена. Мы ведём разговор.

— Маккена? — Молодой лорд нахмурился, всё ещё удивлённый, но уважение к отцу сдерживало его реакцию. Он сделал шаг вперёд, намереваясь узнать все подробности, понимая, что сейчас он стал свидетелем того, что может изменить многое для Торбернов.

—Леди Эвелин Маккена Корвид Волкова, позволь представить тебе моего старшего сына Грегора. Ха, как тебе такое, сынок!

— Офигеть, как бы сказал мой дед! Реально?

—Да, сынок, Эвелин - дочь Джеймса и внучка Ирины и Ричарда. И именно у нее триединый амулет.

— Амулет… — повторил Грегор, нахмурив брови и наклонив голову. — Значит, вам, леди, нужна наша помощь?

Эвелин слегка кивнула, не отводя взгляда от Грегора:

— Да, милорды, — сказала она ровно, — я надеюсь на понимание и поддержку вашей семьи. Ситуация сложнее, чем кажется, и без вашей помощи мне не обойтись.

Лорд Торберн скрестил руки на груди и тихо улыбнулся:

— Вот видишь, сынок, — сказал он Грегору, — это не просто визит. Всё гораздо важнее, чем обычный светский обмен любезностями.

Лорд Торберн кратко рассказ о цели визита Эвелин.

Грегор шагнул ближе, присматриваясь к Эвелин: высокий, мощный, как отец, он излучал смесь скепсиса и готовности к действию.

— Вы уверены, что всё это правда? — спросил он прямо, но без агрессии.

Эвелин кивнула ещё раз, сдержанно:

— Абсолютно, лорд Грегор. Это не с пустые слова. Всё, о чём я говорю, проверяемо. И промедление равно смерти для нашего клана, для моих людей и моих детей.

Торберн, наблюдая за их обменом взглядов, слегка кивнул, удовлетворённый: его сын осознает всю важность момента и понял, что Эвелин действительно нуждается в них.

— Хорошо, — сказал Грегори ровно. — Тогда давайте начнём с того, что вы мне расскажете всё, о чём вам рассказал Роб. И о том, что в клане может быть предатель.

Эвелин еще раз всё подробно рассказала.

— Сейчас я предлагаю следующее. Я напишу письмо, этому червю Магнусу Маклафлин, где поставлю его в известность, что являюсь наш клан - союзник клана Маккена и леди Маккена и ее дети находятся под моим личным покровительством. И не дай, бог, им будет причинен вред. И это раз.— Кулак пришелся по крышке стола, за которым сидел лорд Торберн.

— Отец, я возьму часть своих людей и поеду с леди Эвелин. Мы обеспечим безопасность замку.

— Правильно сынок, Эвелин, у Грегора более пятисот мечей. Вам столько не нужно, но не меньше сотни, да, Грегор?

—Я понял, отец.

Лорд Торберн опустил взгляд на бокал, сделал небольшой глоток напитка и спокойно произнёс:

— Подводим итоги, — сказал он ровным, уверенным голосом. — Эвелин сейчас идёт отдыхать, ей нужен покой. Ты, сын, займёшься подготовкой отряда — всё должно быть готово к нашей следующей встрече. А я пошлю гонца к Магнусу.

Грегор кивнул, ощущая тяжесть ответственности, но не сомневаясь в том, что отец прав.

— Да, милорд, — ответил он коротко, — сразу приступлю к делу.

Эвелин слегка поклонилась и встала из кресла.

— Благодарю вас, — сказала она тихо, — я воспользуюсь этим временем для отдыха.

Торберн внимательно проводил её взглядом:

— Отдыхай, леди, — сказал он, — завтра нам предстоит многое обсудить и решить.

Грегор уже направлялся к выходу из кабинета, готовый действовать. В воздухе осталась тихая, но ощутимая атмосфера важности — каждый шаг, каждое решение сейчас имело вес, и лорд Торберн это прекрасно понимал.

Лорд Торберн